Стань моим ангелом

Лекса немного ёжится от холода и сильнее закутывается в свою курточку, когда очередная снежинка падает на её щёку. Она хмурится и слегка приподнимает шарф, чтобы прикрыться от холода, а её взгляд падает на другую сторону тротуара, где уже довольно пожилая женщина торгует теплыми свитерами с оленями. «Ей бы пошло, определенно». Лекса думает о том, что пора бы сменить вещи на более тёплые, раз уж на дворе середина декабря, и о том, что совершенно не знает, что подарить Кларк. Они общаются уже месяц? Нет, нет, точно больше. С того момента, как Лекса увидела её, такую маленькую, светлую и в какой-то степени нереально волшебную, прошло чуть больше полутора месяцев. Полтора месяца, за которые белокурая девчонка буквально чудом влетела в её жизнь. И глубоко засела в сердце. Она определённо заслужила маленький презент от неё. Лекса переминается с ноги на ногу посреди шумной улицы в центре города и прокручивает про себя варианты подарков на Рождество, раз уж на День Рождения не получилось. Девушка до безумия хочет выбрать что-то небольшое, символичное и компактное. И надеется, что Беллами в этом поможет. Ну или просто ей не особо хочется таскаться одной по всем этим притворно-весёлым магазинам с натянутыми улыбками у продавцов. Лекса смотрит, как на улице бьёт ключом энергия, конечно, ведь совсем скоро Рождество, и все тщательно готовятся к заветной дате — двадцать пятому числу. По всему городу развешивают разноцветные гирлянды, начиная от магазинов, парков, бутиков, и заканчивая… частными домами. Вот и Лексе на днях пришлось весь день украшать сначала крышу на пару с Линкольном под играющую на всю катушку музыку из его старенького пикапа, дверь, а после гостиную. Выглядело это действительно красиво, а настроение наконец-то приобрело праздничный оттенок. Особенно, когда пришлось убегать по всему двору от измазанного банановыми сливками Беллами, потому что приходить только после обеда из-за якобы дежурства — непростительно. Лекса отлично знает это его «дежурство». У него длинные ноги, тёмные выпрямленные волосы до плеч, карие глаза и имя Джессика. Они как-то тусили вместе, если, конечно, этим словом можно называть их совместную вылазку в бар. Девушка Беллами пахнет цитрусовыми духами, которыми можно убить потенциальных противниц, и Лекса немного не понимает, почему он решил остепениться именно с ней: такой всегда серьёзной и цокающей языком при первом удобном случае, да еще и с походкой в образе «я — звезда». Если бы она была парнем, то её выбор явно бы пал на… Кларк. Гриффин пахнет чем-то сладким и всегда мило улыбается, а когда смотрит на Лексу своими синими глазами, то той кажется, что она растворяется в какой-то Вселенной. Наверное, эту Вселенную зовут Кларк Гриффин. Но Лекса как-то об этом не задумывается. Сейчас её волнует лишь одно — не облажаться с подарком. Кларк бы сказала, что ей ничего не нужно, но Лексе безумно хочется сделать ей приятно. Пусть даже маленьким пустяком и на последние деньги от стипендии. Вспомнить только счастливое лицо Кларк на её День Рождения. Это было самое начало этого месяца и день, который навсегда займёт много места в сердце Лексы… «Всё изначально пошло не так, как нужно. Они не виделись с Кларк пару дней, а Лексу немного что-то тревожило. Хотя, как что? Она скучала, да, и ей безумно хотелось её увидеть. Она сидела на паре, которую вёл засыпающий от своего же голоса старикашка, совершенно не обращающий внимания на студентов. И это стало последней каплей, чтобы буквально не завыть от скуки. Обычно Кларк писала Лексе первая, и они перекидывались разными смайликами по десять раз на дню. Порой она даже сама не понимала зачем, но тёплое чувство в душе говорило, что всё правильно, так нужно. А сегодня ничего… хотя они всегда желали друг другу доброго утра и также спокойной ночи. Всегда. Лекса решилась написать первая. И сразу же откинула телефон в сторону. С чего начать сообщение? Мысли вихрем путались в её голове. А что если что-то случилось? И, как ни удивительно, после нескольких тревожных теорий, ей моментально нашлось, что написать, потому что находиться в неведеньи было выше её сил. Правда, когда она посмотрела на экран телефона, Лексе отчасти показалось это как-то простовато, а зелёный значок с пометкой доставлено напоминал, что отступать уже некуда. Л. — Привет, Кларки :) Ответ пришёл не сразу, заставляя её понервничать. За целый месяц их общение стало чем-то обыденным и необходимым, поэтому сейчас Лекса ощущает себя выбитой из колеи — всё идёт не по той схеме, к которой она привыкла. К. — Прости, что не написала, Лекса. Я проспала, бегу в школу и готовлюсь к смертной казни со стороны учителя.: с Первое, что почувствовала Лекса — облегчение. На душе сразу стало спокойнее, тревожные мысли вылетели из головы, а на их место пришло приподнятое настроение, и… ухмылка на лице. Хорошо, что Кларк её не видела. Л. — Да брось, смертную казнь уже давно отменили. Максимум — розги. ;) К. — Вот это ты утешила. Спасибо, мне стало легче. Л. — Обращайся, Кларки<3 Лекса не помнит, чтобы кому-то отправляла сердечки. Вообще. Но Кларк их точно заслужила. Небольшая порция милости с утра от Лексы, которая почему-то ощущает небольшое волнение. Совсем незначительное и при этом приятное, с каплей тепла. К. — А как твои дела? Л. — Уныло. Сижу на лекции у пускающего слюни старикашки. К. — Фу, Лекса, надеюсь, ты отсела подальше.; _; Л. — Ты же там вроде спешишь на уроки? К. — Но я же должна была написать тебе и поднять настроение своим новым именем. Л. — Каким? : о К. — Кларк Неудачница Гриффин. Неплохо звучит, да? К. — Ой, всё, я дошла до кабинета. Помолись за меня <3 Слово за слово, и полдня для Лексы прошли в телефоне. Ей даже удалось выяснить причину недосыпания Кларк — ночное вдохновение. Вот только что послужило музой, та так и не ответила. Зато тщательно посвятила Лексу в гневную речь учителя и веселый смех учеников на его плане, после чего ей долго пришлось поднимать настроение Гриффин: сначала словами, после рисунками или, точнее сказать, каракулями в тетрадке на последней лекции. Они так непринужденно общались, что к Росс в голову пришла мысль узнать ответ на достаточно давно интересующий её вопрос. Л. — Мне вот, что интересно… Ты мне говорила тебе почти пятнадцать, когда твой День Рождения? А после Лекса лицезрела долго и монотонно что-то печатающую Кларк, стирающую и снова набирающую текст сообщения. Ответ пришёл не сразу, а когда всё же пришёл — заставил обладательницу зелёных глаз мысленно выпрыгнуть в окно. К. — Позавчера был. Лекса буквально билась головой об стол. Подруги они, как же. Нормальные друзья, по крайней мере, знают даты рождения друг друга. Нет, так дело не пойдёт, нужно исправлять эту оплошность. К. — Встретимся сегодня? Конечно, они встретились. Встретились и смущенно смотрели друг на друга, как два маленьких ребёнка, которых две мамаши решили насильно познакомить. Вот тогда-то Кларк и заявила Лексе, что никаких подарков ей не нужно. Но сходить в кино согласилась. С радостью. Им было хорошо вместе. Показывали какой-то боевик со смазливыми актёрами и не очень правдоподобным сюжетом. Но ни та, ни другая не заметила этого, потому что весь сеанс они то и делали, что шептались — обсуждали спецэффекты и шутили над впереди сидящим парнем. Кларк почему-то показалось, что он бы хорошо сошёл за актёра какого-нибудь блокбастера с инопланетянами, уж очень он был смешно одет. На них странно поглядывали соседние парочки, а сзади сидящие вообще шикнули, только подействовало это на них скорее как новая порция ЛСД, чем знак, что нужно быть тише. Лекса сначала старалась вести себя прилично, как положено девятнадцатилетней девушке. Но на середине фильма поняла, что с Кларк — это бесполезно. Они поспорили насчёт сюжета: чья версия окажется банальнее, тот и выиграл. Победила Кларк: «Пфф, сейчас обязательно что-нибудь случится, что заставит его ворваться в тот дом, и заметь, Лекса, его не заденет ни одна пуля, словно он Нео из матрицы. В общем, он всех убьёт, как терминатор, и поцелует свою любимую». Поцеловал главный герой свою возлюбленную или нет, они так и не узнали, потому что в Кларк полетел поп-корн, а сама Лекса по-тихому попыталась слинять с места преступления в сторону романтично украшенного парка, в котором как раз, кстати, находилось дерево желаний. Пока Гриффин думала, что загадать, Лекса пошла в магазин неподалёку и взяла две кружки горячего шоколада, искоса поглядывая в окно, чтобы с той ничего не случилось. Она чувствует огромную ответственность за неё, поэтому старается никогда не оставлять одну. Лекса быстрым шагом вернулась к Кларк и протянула напиток, всматриваясь в блеск гирлянд вокруг. Замирает. Пальцы синеглазки аккуратно легли поверх её, обхватывая пластиковый стаканчик. Их тактильный контакт длится дольше, чем нужно. Сердце вдруг сбивается с ритма, а взгляд Кларк завораживает. Они не улыбаются, нет. Напротив, серьёзно смотрят друг другу в глаза. — Идём, я тебя провожу, — произносит Лекса. Отстранённо. Кларк лишь кивает в ответ и тихо идёт рядом. Тишина. В голове Лексы нет ничего, чтобы поддержать разговор, руки потеют, сердце бешено бьётся. Впереди дорога полностью украшена новогодними гирляндами. Рядом играет уличный музыкант на скрипке. Падает небольшой снежок. И они. Вдвоём. Словно из другого мира. Лекса доводит Кларк до дома, чувствует на себе чей-то заинтересованный взгляд из окна. Наверное, её мамы. Только в тот момент это было неважно, потому что Кларк светилась от счастья. Лекса смотрела в глаза Кларк и тонула, тонула, тонула… в синем океане радужки, в тёмно-голубой вселенной, и… изображала этот момент в красках. Если бы у неё был холст или альбомный листочек под рукой, он непременно заполнился бы всеми цветами радуги, потому что всё, что видит Лекса, почему-то ярче и красочней. Кларк — солнце, и она греет её своими лучами — заразительным смехом, рассказами из жизни, и… ребячеством. И это цепляет её, потому что все, что она делала в последнее время — пыталась выглядеть взрослой, показывала всем свою стойкость на ринге и самостоятельность перед Линкольном и Октавией. А сейчас ничего не нужно. С Кларк в принципе большего и не нужно. Только ощущать её улыбку и таять от нежного взгляда. Наверное, это и значит быть собой…» — Привет, сестрёнка, — Беллами подкрадывается сзади и обнимает Лексу со спины, причем достаточно сильно, чтобы показать, что очень соскучился. — Привет, — улыбается она, повернувшись к нему и рассматривая его в новой чёрно-красной куртке. Вот кому точно тепло. Парень вскидывает бровь, замечая, как Лекса осматривает его, моментально расплываясь в еще большей улыбке: — Джессика подарила, нравится? — Да, теперь ты точно выглядишь, как примерный семьянин, — Лекса отмечает про себя заботу девушки о брате и быстрым шагом заворачивает в ближайший торговый центр. — Я точно знаю, что она та самая, Лекс, — Парень равняется с Лексой и едва заметно касается её плеча. — Как ты это понял? — любопытствует Росс, думая про себя о том, куда стоит зайти в первую очередь. — Это так просто не объяснишь, блин, — осекается Беллами, задумчиво проводя рукой по волосам. — Мой мир рядом с ней оживает новыми красками. Чёрт, ну знаешь просто хорошо рядом именно с ней, и всё тут. И Лекса готова поклясться, что понимает, когда оборачивается, всматриваясь в его серую радужку глаз с некими оттенками зеленого, как у Октавии, только с разницей в глубине оттенков. Она долго пытается найти для себя ответ к не появившемуся пока что в своей голове вопросу. Просто объяснение Беллами слишком что-то напоминает. Только что? «Чувство эйфории, не более». Лекса полностью погружается в свои мысли и лишь изредка кивает брату, когда тот начинает свой очередной рассказ про Джессику. Они обходят множество магазинов со стройматериалами, чтобы присмотреть что-то Линкольну, но в общем-то не находят ничего дельного и идут в парфюмерию, где Беллами зависает надолго, пытаясь подобрать с продавцом-консультантом духи для своей любимой. Лекса советует взять что-то нежнее и слаще, а после ретируется в лавку украшений напротив, оставляя Беллами с самым сложным выбором в его жизни справляться в одиночку. Её внимание привлекает блеск за стеклом, и она как маленький ребёнок тянется к нему. Это оказывается небольшой серебряный браслет с красными и синими камнями. Недорогое и простое украшение для подростка. Лекса думает, что Кларк бы очень пошло, но оставляет себе время на размышления, оглядывая другие аксессуары. Через несколько минут к ней подходит девушка с весьма наглым взглядом, вызывающей красной помадой на губах и бейджиком с именем Али. Она советует взять кулон в форме бесконечности, пока Лекса понемногу начинает закипать — ей слишком не нравится настырные продавцы. — Спасибо, мы сами выберем, — на помощь приходит Беллами, радостно подошедший с пакетом духов в руках. — Меня всегда удивляет твоя способность привлекать внимание. Вот бы со мной так флиртовали красотки. — О Господи, Белл. О чём ты вообще? — Лекса странно косится на него и берёт в руки тот самый браслет. — О том самом, милая, — довольно расплывается в улыбке Блейк, на что Лекса вскидывает одну бровь. — Ты себе или кому-то смотришь? — Подруге. — Мне нравится, — Беллами смотрит на браслет, а после за спину Лексы в сторону Али. — Давно ты не выбирала никому подарков. Я её знаю? — Нет. Помнишь я тебе расска… — Беллами целует Лексу в щечку хитро улыбаясь, — …зывала… — Белл, ты чего? — шепчет она, не шевелясь. — Чёрт, да она просто не сводит с тебя глаз, — Беллами отвечает на ухо Лексе и с довольным видом маленького малыша, чья шалость удалась, отстраняется. — Зато я с неё свожу, — Лекса идёт к кассе и расплачивается. — Уверена, что не хочешь взять телефончик? — издевается Беллами, когда они отходят. — Нет, а ты? Мне, кажется, Джессике понравится этот жест, — парирует Лекса. — Да ну тебя, — фыркает Беллами. — Я ей личную жизнь пытаюсь устроить, а она нос воротит. Личную жизнь? Лекса сомневается, что ей вообще нужны отношения. По крайней мере, сейчас. Для неё главное — закончить университет, вырваться на пьедестал кикбоксинга в Чика… Врёт. Конечно, она не против небольших ухаживаний со стороны парней… Но девушка? Девушки? — Явно не с девушкой, Бельчонок, — Лекса развернулась лицом к брату и мягко ткнула его в нос, весело улыбаясь. — Ну знаешь, на дворе двадцать первый век, нельзя загадывать, — подмигнул он. — В любом случае, после Джона мне пока не хочется серьёзных отношений. Несмотря на довольно серьёзную тему Лекса говорила об этом совершенно тепло и спокойно, да и рассталась она на той же ноте и обоюдно. Они не хотели мучить друг друга расстоянием, ведь парень уехал на практику в другой город и, возможно, сможет остепениться там, начав новую жизнь. — Всё было настолько… — Беллами попытался подобрать правильное слово. — Красочно, да, Белл? — посмеялась Лекса. — Не уверена, но, надеюсь, со временем пойму. — Знаешь, ты в последнее время много улыбаешься, — подметил Блейк. — Кхм, так что насчёт твоей подруги? — толкая ту легонько в плечо и идя вперёд, решил перевести тему Беллами. — Я тебе как-то давно говорила про девчонку из клуба во время боя с Хилл. Так вот, мы с ней случайно познакомились и стали общаться, — они подошли к автомату с напитками. — Да-да, помню, — он облокотился на автомат и уставился на витрину, бегая по ней глазами. — Купи мне колы. Лекса вставила купюру, выбирая нужные напитки: себе обычную воду, а брату —бутылку газировки, и после перевела взгляд на Беллами, который продолжил: — Хм, может, пригласишь её тогда к нам на вечеринку? Лекса ничего не ответила, просто молча протянула бутылку Беллами, смеряя взглядом, будто он сказал самую большую глупость в мире, и пошла вперёд. Это что ни на есть её тотальное — нет. И, объяснять причину, что пятнадцатилетней девчонке не место на их — весьма не самых трезвых сборищах, она не жаждала. Да и если бы такое случилось, Лекса бы с ума сошла от беспокойства. И откуда в ней это? Лекса ещё целый час бродит по различным лавкам с Беллами, на котором надета красная шапка с бомбошками, подаренная каким-то парнишкой из рождественской акции. Как назло, для Линкольна не встречается чего-то дельного, всё либо кажется банальным, либо простым и ненужным. Единственный хороший вариант находится лишь тогда, когда они огибают предпоследний этаж торгового центра, натыкаясь на магазин для автомобилистов, в котором надолго скрывается Беллами. Лекса решает подождать его на скамье, в любом случае, машины не по её части. И вот тогда-то она понимает, о чём говорил ей брат. На неё обращали внимание почти все проходящие парни и даже, как ни странно… девушки. Это было необычно и в какой-то степени лестно. А внутреннее эго буквально готово было взорваться от осознания прикованного к ней внимания. Она, конечно, знала, что привлекательная особа, но неужели настолько? Лекса решила проверить эту теорию, подмигнув красиво слаженной проходящей шатенке, и каково было её удивление, когда та улыбнулась в ответ, игриво прикусывая губу, чуть не врезавшись в человека напротив. В этот момент она подумала: «Да ладно?», чуть ли не задохнувшись от собственных мыслей и дикого смущения. Довольствоваться собственной красотой и пользоваться ей в какой-то степени даже круто. Но Лекса лениво крутит на половину выпитую бутылку в руке и мотает головой, пытаясь внушить себе, что это неправильно. А после долго чертыхается, потому что понимает, как слова Беллами заседают в её голове. Лексе становится немного не по себе. Она начинает осознавать, как многого не замечала вокруг, и от этого отчасти смешно. Тем не менее, она продолжает убеждать себя в неправильности данной ситуации, буквально насыщаясь притворством. Ведь она прекрасно уловила некое чувство удовольствия. И, может быть, даже желание попробовать что-то новое. Но тут же одёргивает себя, получая сообщение от Кларк… *** Лекса чувствует себя взбалмошным подростком, когда в глубокую ночь подходит к окну Кларк. Они не виделись уже достаточно долгое время. Каждый был занят своими делами, в основном связанными с рождеством. И вот ирония судьбы, через несколько минут нагрянет это долгожданное число, и первым, что они увидят в этот праздничный день — друг друга. Л. — Я подъехала к твоему дому. К. — Окей, я сейчас. С правой стороны от тебя, помнишь? Л. — Угу. Лекса ходит по кругу, смотрит на яркие звёзды и думает, как же подозрительно она выглядит со стороны. Только представить: какая-то девчонка блуждает под окнами дома, в котором уже все спят. Она усмехается своим мыслям и пытается придумать легенду в голове на случай, если её схватит полиция. — Лекса… — шепчет Кларк, и Росс поднимает голову, разглядывая белобрысую макушку, весело высунувшуюся из окна. — Я надеюсь, ты сейчас спустишь что-то вроде каната или лестницы, — тихо произносит Лекса, почти давая Кларк читать по губам, ведь особо шуметь им нельзя. — Наивная… — Гриффин сильнее раздвигает окно и спускает ноги вниз. — Я просто рассчитываю, что ты меня поймаешь. — Ты сдур… — несколько секунд, за которые Лекса видит, как Кларк отталкивается и прыгает в низ, — …ла. Лекса знает, что это не настолько большое расстояние, чтобы сильно покалечиться. Но, тем не менее, ей страшно. Она резко оказывается рядом с Кларк и за считанные секунды становится для неё опорой. Ангел, решивший полетать, угодил в человеческие объятия. Кларк цепко держится за рукав и плечо Лексы, чтобы не упасть, смотрит ей в глаза и мило улыбается. Между ними всё еще есть дистанция. Они так близко и так далеко одновременно. Лекса выше Кларк на голову. Она наблюдает за ней: хрупкой, маленькой, нежной. Ей лишь стоит потянуть на себя, прижать, дать прильнуть светловолосому чуду. Но вместо этого она хрипло выдыхает: — Привет. — Привет, — она смущенно заглядывает в глаза Лексе и убирает от неё одну руку, стараясь встать ровно. — Собираешься стать каскадёром? — Всё может быть, — хихикает Кларк, прикрываясь ладошкой и полностью отстраняясь от девушки напротив. — Так, а как ты обратно полезешь? — Лекса приподнимает голову, кивая в сторону окна. — Всё просто, я зайду через двери. — А почему тогда ты сразу так не сделала? — недоумевает она. — Потому что зайти проще, чем выйти, Лекса, — Кларк отвечает просто, легко, словно ей задали самый элементарный вопрос в мире. — И то верно, — ухмыляется. — Кстати, милый свитер, — подмечает Лекса, разглядывая одежду Кларк. На ней надет тот самый рождественский тёмно-красный «аксессуар» с белым оленем и Санта-Клаусом на животе. И, как она и думала, он ей безумно идёт. — Спасибо, — Гриффин неуверенно прикусывает губу, теребит край свитера одной рукой и, кажется, что-то ищет в кармане джинс. — Закрой глаза и вытяни руку, — с мольбой в голосе и жалостливыми глазами просит Кларк, — пожалуйста.  — Хорошо… — Лекса слышит какой-то шорох, и… вновь своё сердце. — Можешь открывать. — Она чувствует, как на её ладошку опускается кусочек ткани, как мягкие подушечки пальцев Кларк щекотливо ведут по коже, вызывая тонну мурашек. Лекса приоткрывает один глаз, смотря на смущённую синеглазку перед собой, затем второй и переводит взгляд на объект в руке. Это оказывается фиолетовая фенечка с выведенным именем на ней. — Кларк, это же… Вау! — она рассматривает плетение разноцветных ниток и думает, какая же это кропотливая работа. Взгляд Лексы становится до невозможности ласковым и нежным. — Поможешь надеть? — Да, давай. — Росс протягивает руку, и Кларк, вызывая новый приток мурашек, завязывает браслет вокруг руки. — Спасибо тебе, Кларки. Правда, теперь я думаю, что мой подарок меркнет по сравнению с твоим, — Лекса протягивает Кларк маленькую коробочку из кармана, и та быстренько распаковывает его. — Да ладно? — Кларк рассматривает содержимое и смеётся. — Мне нравится, Лекса. Буду носить его, не снимая. — Это не всё, — она тянет слова, словно припев песни, и вытягивает из сумки стопку плиток белого шоколада, расправляя их руками, как веер игральных карт. Кларк хватается за них и с счастливым лицом принимает в свои объятия. — Только не съешь всё сра… Кларк кидается на Лексу, обнимая за талию. Лекса стоит в ступоре от неожиданности, но после берёт эмоции под контроль и обнимает в ответ. Так спокойно. Тепло. Приятно. От Кларк пахнет шампунем для волос. Лекса вдыхает его аромат и прикрывает глаза… — С рождеством, Кларки. — С рождеством, Лекса.