Преступник

       Если хочешь жить спокойно — не будь мной… END POV: Май        На базе «Центр» объявлен предвоенный режим. Проверяются противоракетные установки, маскирующие купола, составляется точный список активного состава. Дальнейшее положение зависит только от той информации, которую привезет временно собранная группа «Нуарблэк», бойцы которой вылетят на территорию Южной Империи через пару часов.        В группу, ко всеобщему неудивлению, вошел и Май Д. Алагарди. Он тоже ведет активную подготовку к предстоящей операции. Как? Он спит. На часах 11:00. Вылет через три часа. Будильник поставлен на 12:30, кто-то явно никуда не хочет лететь. И всё бы ничего, эта атмосфера умиротворения могла сохраняться намного дольше, если бы не… — А ну вставай, ленивая жопа! — В комнату влетел разъяренный главнокомандующий Данияр. — Отстань, — Май нехотя открыл глаза, прощаясь с прекрасным сном, где миром правили магикотики, и посмотрел на источник ора, который не хотел затыкаться. Данияр тем временем раскрыл занавески, споткнулся о магикота (кстати, знакомьтесь — Колин), стянул одеяло с нерадивого капитана, не прекращая между делом материться. — Вылет в два часа, на трапе надо быть в час, идти туда полчаса. Ты не ел, не собрал экипировку, не нашел Контарини, ты вообще ни хрена не сделал. — Я проснулся. — Да возрадуемся же! — Плохо выглядишь. То было правдой. Данияр никогда не позволял себе ходить по штабному отсеку в неопрятном виде, а уж тем более с пятном от кофе на белой рубашке. Синяки под глазами, растрёпанные волосы дополняют картину. Ночь была явно бессонной, видимо, вел с переговоры с Западом по поводу их нейтралитета. Вся текущая ситуация тяжелее всего отразилась на нем. Прошлого главнокомандующего «Центра» расстреляли за провал штурма цитадели Дʼжайя и предоставление ложной информации о гибели бойца Д. Алагарди. Сама же организация была на грани расформирования. — Всё ты виноват. В могилу меня сведешь своим поведением. — Бе-бе-бе. — Д. Алагарди! НЕМЕДЛЕННО подними свой зад и принимайся за работу! Не смей опаздывать. Чтоб у трапа был ровно в полдень. Буду лично тебя проверять! — Твою мать. — Выполнять! — дверь хлопнула с такой силой, что Колин грохнулся с подоконника прямо на лицо своего хозяина. — Ах ты чёрт, — Май полетел на пол. Спустя некоторое время увлекательного пребывания на полу ему пришлось встать и направиться в ванную. — Мда, красив, ничего не скажешь. В зеркале было нечто, то есть Май в истинном обличье. Почти седые волосы, спутанные так, будто Колин принял их за клубок, явные синяки под заспанными глазами на бледно-белой коже прекрасно передавали образ трупа, а дополнял его небольшой шрам на левой скуле, полученный входе инъекции радиации в лицо, когда пациент яростно вырывался. Шрам на лице — ничто по сравнению с теми, что виднеются на его торсе. Пара свежих царапин отчетливо говорили, что человек в зеркале не прекращает находить приключения на свою пятую точку. Человек? С первого, да вообще ни с какого взгляда, так не скажешь. Ни люди, ни сарирцы так не выглядят. Эльф? Слишком высокий. Вампир? Нет, глаза у них всегда темных цветов. Оборотень? Ха, слишком слащавый. Одним словом — нечто. Май долго привыкал к этому лицу. В конце концов, смирение пришло, но горечь осталась. Среди бойцов любого человеческого отряда он фонарь. Самый настоящий. Его везде узнают, а для человека, не особо любящего большое внимание, — это смерти подобно. Потому он и снайпер — они одиночки, максимум — изредка работают в паре.       Душ занял полчаса, столько же времени ушло на то, чтобы стать хоть немножко похожим на что-то нормальное: расчесать волосы и собрать их в короткий хвост, замазать тональником шрам и синяки под глазами. Затем пришлось кормить кота так, будто он размером с дракона. После Май открыл шкаф, ругнулся, когда «аккуратно» сложенные вещи вывалились ему на голову, вытащил южную экипировку, состоящую из тяжелых берц-ботинок, легких коричневых брюк с внутренними потайными карманами и такой же мудреной рубашки. Далее куча времени ушло на проверку оружия, подсчет количества взрывных боеприпасов, просмотр состояния мечей дайто-сето. По идее это не боевое задание, но устав призывает быть бдительным всегда. На часах 12:30, капитан закрывает дверь на ключ, предварительно попрощавшись с Колином.        Добраться до трапа не так уж легко. Сначала на контрольно-пропускном пункте жилого отделения базы надо отметить себя в списках временно покидающих спальную территорию, затем пройти мимо общей столовой столовой к подземному лифту и спуститься на -3 этаж, далее — мимо тренировочного отсека, подойти к оружейному складу и взять недостающее, если оно требуется. У склада Май встретился с Кираном, который получал всё практически с нуля: когда «Кобра-1» отбивалась от полицейских во Флоренции, он израсходовал практически все патроны и умудрился потерять пистолет, за что получил штраф. Естественно, без общения с мимо проходящими знакомыми не обошлось. Май решил подождать Кирана, чтобы был повод соврать Данияру о своей причине опоздания, а не подтверждать свою тотальную безалаберность. Вместе они побежали ещё к одному лифту, который привез их на территорию подземной железной дороги, ведущей к самолетному ангару и, собственно, трапу, туда они приехали ровно в час дня… — Д. Алагради, я приказал тебе быть здесь в двенадцать! Решил получить бессрочный ночной патруль? Так я его тебе оформлю немедленно. — Данияр был жутко разозлен, но спас Киран: — Я попросил его подождать меня на выдаче боеприпасов. — Из всех слов правдой были лишь «боеприпасы», но Данияру было достаточно хотя бы такого оправдания… — Прощен, — строгость строгостью, а высылать «проблему» Мая — опасно для всей базы, к нему неприятности так и липнут. Дальше пошла скучная проверка по уставу, знакомство с сотрудниками по команде из пяти человек (хоть они и так все знакомы). И тут была неприятная новость для Мая: пока Майк, Нил, Киран и Наиль будут заниматься простым сбором информации, он должен искать всевозможные пути выхода на связь с высшими, что очень муторно сделать незаметно, учитывая его известность. Не упустив возможность поиздеваться над Маем, парни наконец-то сели в самолет… Спустя какое-то время возникли странности. Пилот зафиксировал сигнал с незнакомого судна. — Командир, — обращается к Кирану, — незнакомый объект настойчиво требует выйти с ним на связь. — Радар его засек? — Нет, командир. По радару в этом воздушном коридоре кроме нас никого. — Это странно, — Нил уже почувствовал неладное. — Немедленно уйди с поля звукового воздействия объекта! Всем пристегнуться! Пилот выжал из самолета полную мощность, но они всё равно оставались в поле зрения незнакомца. — Командир, он нас преследует. И тут раздался голос. Мертвый, хрипловатый, будто кто-то говорит из самого Ада: — Не убе-е-е-ежи-и-те, глупцы. Sadious ad aspidaura on dater wir. Sadious ad aspidaura on dater wir. Sadious ad aspidaura on dater wir. — Что это? — Понятия не имею, мертвечина какая-то. Они так нас скоро запеленгуют, и мы не сможем оторваться. Нужно вырвать радиоточку! — первым догадался Макс Пока Наиль резал провода от радиоточки, голос повторял: — Sadious ad aspidaura on dater wir, sadious ad aspidaura on dater wir. — Выключи его наконец! — закричал Киран. Самолет стало сильно трясти, Наиля откинуло к другой стене самолета, из-за чего тот неслабо ударился, пилот не мог удержать руль. Киран отстегнул ремень, и вместо Наиля стал поочередно обрезать провода… — Посмотрите в иллюминатор, — закричал Майк. Снизу, из моря, к самолету тянулись огромные щупальца, а из воды на них смотрело десятиглазое чудовище. — Сожрет вместе с самолетом. — Sadious ad aspida… — голос оборвался. Киран дорезал провода, самолет выровнялся. За окном ни щупалец, ни монстра. — Ну и что это было? — сказал Май, сидевший всё это время и с ахуеванием наблюдавший за происходящим. Остаток пути прошел без происшествий.       Черный Рынок. «Место сбора биологического мусора», — скажут жители «идеального мира». «Рай», — скажут те, кто не вписывается в его рамки. Здесь в прямом смысле всё: от еды до ракетных установок. Все обязаны соблюдать правила Черного Рынка. Рынок — единый замкнутый круг, нерушимый синдикат. Организация играет по его правилам, потому и существует до сих пор. — Борт CZ9221 просит разрешение на посадку, — самолет «Центр» кружил над бескрайним океаном. — Борт CZ9221, допуск разрешен. Полоса 3, терминал А, начинайте снижение. — И тут там, где только что не было ни клочка земли, появился скалистый остров. Лишь тот, кто знает точные координаты Рынка, сможет попасть на него. — Принято. Самолет организации сел в небольшом аэропорту. Его пассажиры, пройдя таможенный контроль, вышли в город Нуарблэк, который, собственно, и есть сам по себе Рынок. Множество табличек указывают куда надо идти за необходимым. Здесь не нужно быть богатым. Здесь имя, фамилия, раса и происхождение не значат ничего. Только тут все по-настоящему равны. Статус не делает тебя — ты делаешь его сам. Потеряешь доверие — больше никогда не попадешь сюда, ни за какие золотые монеты.       Группа разделилась, каждый пошел добывать информацию из своих источников. Май тоже пошел искать… Контарини? Нет. Кафе, ибо со всей утренней суматохой совершенно не успел позавтракать. А Дилана он не хотел видеть, даже натыкаться на него. Он ясно дал понять, что не желает общения с Маем, и тот отстал: уничтожил все возможные каналы связи. Это произошло в год, когда Май окончательно выписался из больницы после заварушки с Дʼжайя. Тогда он был уверен, что в войска не вернется никогда, но жизнь — штука сложная и непредсказуемая.        Любимый кофе с шоколадом и сливками, рядом сэндвич с огромным набором добавок, небольшая корзинка жареной картошки. В его любимом кафе работники знают постоянных клиентов в лицо, поэтому Мая быстро провели за отдельный столик за ширмой. В окне виден океан, в помещении раздается легкая расслабляющая музыка, людей мало. Идеально. Но работать надо. Май достал телефон и ноутбук, чтобы найти хоть какую-ту информацию и поднять старые связи в обход Контарини.        Звонок за звонком, сайт за сайтом. Этот умер, тот в коме, другой сошел с ума. Мая крайне раздражало, что все решили сдохнуть, пока он был некоторое время в танке от происходящих событий в мире. Все сайты дают абсолютно разную информацию, ни единого совпадения. Вот в очередной раз читая несусветицу про восставших и вымерших во время войны кентавров, которых видели работающими на плантации питательной травы в Восточной Империи, Май не выдержал: — Что за хрень там творится? — и тут же: — Блять! Белая с вшитыми чёрными узорами, обозначавшими принадлежность к клану, рубашка, запонки в виде дракона, черные брюки, заправленные высокие сапоги с цепями, часы на левой руке, которые дороже всего кафе, да ещё и доплатить придется, тёмно-коричневые глаза с золотой крапинкой в левом. Крапинка все и решила. Это был Дилан Контарини. — Не так приветствуют старых друзей. — Да? А по тому потоку дерьма, что я услышал в свой адрес, я подумал, что мы ими и никогда не были. — Если я извинюсь, это многое изменит? — Конечно, например, способ твоего убийства. — Май закрыл ноутбук и собирался было встать, как тут Дилан жестким голосом его остановил: — Сиди и не дергайся. — Опа, кажется, я этот тон уже где-то слышал. — Сейчас нет времени на старые обиды, Май. Я знаю абсолютно всё, что происходит, Организации же это и нужно? — Обойдусь без твоей помощи. — Не обойдешься, ты сам только что обзвонил большинство верных информаторов. Не удивило, что они все в какой-то степени не могут говорить? На это было нечего ответить. — Из всех проверенных у тебя остался только я. — Ненадолго. — Май, ты поверишь мне, если я скажу, что всё началось пять лет назад? И вся эта хрень с Дʼжайя была подстроена, чтобы вывести тебя, Марка и Джахана из строя? Это ещё всё хорошо закончилось... — «Хорошо»?! — Май взлетел с кресла. — Кома, психушка, повернутая психика, мой внешний вид — это ты называешь «хорошо». Лучше бы я тогда вообще… — Май замолчал. Что «вообще"? Умер? Убеждал же себя в обратном… — Он предупреждал, чтобы я слова подбирал правильно. Я не хотел тебя задеть. — Кто «он»? — Джахан. — Я сваливаю. — Май действительно уходил, когда Дилан схватил его за руку и потянул обратно за ширму. — Да подожди ты, я все объясню! Только пошли ко мне. Я боюсь, что нас слушают. Май, для меня проблемы начались четыре года назад. Облавы на мои точки на Рынке, закрытие компаний моих компаньонов, убийство информаторов. Знать все лазейки мог только ты. И мы думали, что за всем этим стоишь ты. Наши работники стали искать тебя. И знаешь, где нашли? В Организации «Восток»! «Центр» запрятал тебя так, что мы даже и предположить другого не могли. И мы купились на подсунутую нам ложь, долго верили. Когда ты позвонил, я был уверен, что ты решил и до меня добраться, поэтому наговорил тебе ту мерзость. — И как же так произошло, что вы вдруг внезапно изменили мнение обо мне? — нагло перебил Май. — За те годы мы ни разу не видели тебя, нас даже это не смутило. Но когда Джахан и Марк встретились с тобой у Флорентийского Дворца и после той стычки, они поняли, не сразу, правда, ввиду их недалекости, — пытался пошутить Дилан, — что ты... ты не... — Неспособен физически на то, что вам подсовывали под моим именем, — договорил за него Май, не изменившись в лице. — Эм, ну да, я и сейчас по тебе вижу, — спустя секунду Контарини понял, что ляпнул. — Блять, Май, прости, оно само вырвалось, — Май лишь хмыкнул. — И без тебя знаю, в какой я форме. Не напоминай. — Пошли ко мне, я тебе всё расскажу… И в своем доме Контарини рассказал про то, как документы с базами людской центральной организации подбросил Валентайну «Восток» при содействии Кенай, Лумие и Касирис. Тем самым они хотели убрать сильных противников в лице «Центра» и Дʼжайя. Им это удалось бы, но прошлый главнокомандующий бездарно провел операцию по штурму резиденции последних. Организация Восточной Империи давно сотрудничала с правительством, покрывая все их приготовления к войне. У них был год форы, чтобы накопить силы. Они были взбешены, узнав, что Д. Алагарди выжил, потому и стали проводить под его именем операции против сторонников Дилана и Джахана, чтобы те все свои усилия устремили против людей, упуская из внимания то, что творилось в Восточной Империи. Сейчас время снова упущено, у противников было пять лет на подготовку к войне, у разобщенного Центра осталась пара месяцев — не больше, и остановить их надо до её начала. Запад уже склоняется на сторону Востока, Юг слишком мал…        Май летел на самолете и не переставая думал обо всем, что вновь сваливается на него. Думал, что не справится, потому что от прошлого него не осталось практически ничего: ни сил, ни умений, ни связей, даже внешность другая. Ребята по команде видели состояние своего товарища и пытались вытащить из него хотя бы слово. Им не удалось узнать хоть что-то путное, разве что какой-то бред про кентавров. Они видели, как Контарини подвез Мая до аэропорта, сказал, что он всё знает. Но Май был глубоко в себе… — Может, ему пощечину дать? — спросил Макс. — Похоже придется. — Киран только замахнулся, как Май вручил ему бумажки, что всё это время были в его руках. Эти бумажки были приглашениями в закрытую резиденцию Дʼжайя. Одна выдана лично на имя Мая Д. Алагарди.