Lipstick color wine «Chateau»

Чанёль неторопливо крутится на стуле, закрыв глаза и слушая шелест деревьев за окном. В кабинете тихо, никто не шастает за дверью, и минутка псевдосвободы наполняет душу радостью. Чёрт знает, откуда поползли слухи, и какого чёрта его обвинили в нарушении неприкосновенности мелких «семей», но Чунмён влетел в его кабинет прямо посреди совещания. А ведь такой договор можно было подписать. Но Сухо ясно дал понять, что на договор ему плевать, и что Пака ждёт промывание мозгов. А после два часа нотаций, лекций, наставлений и поучений. О причине всего этого бедлама Чанёль узнаёт только в самом конце, когда смысла оправдываться нет хотя бы потому, что за «отцом» закрылась дверь. А после появился дворецкий и сообщил, что ему велено присматриваться за «сумасбродным мальчишкой» и сообщаться о каждом его шаге за порог. После начался ад, потому что приказ был воспринят буквально, и дворецкий даже на заседаниях тенью стоял в углу помещения, чем неимоверно раздражал. Но сегодня мужчина куда-то запропастился, и Чанёль смог-таки расслабиться. Сначала он бросил все дела и пошёл в душ, потом плотно пообедал, а после отправился обратно в кабинет, где закрылся изнутри, всунул наушники в уши и, врубив музыку в телефоне, принялся копаться в базах данных, пытаясь найти что-нибудь интересное. Ну, как интересное. На самом деле парень искал, и очень тщательно, любую ниточку, которая приведёт его к Бекхёну. После того случая в клубе Чанёль наконец-то осознал, чего хочет в действительности. Раньше он искал Бёна, чтобы помочь оклематься, встать на ноги. Но, как видно, Бекхён и без него отлично справился. Хозяин клуба под давлением и ножом у горла признался, что мальчишку видел впервые в жизни, и тот сам ему заплатил за возможность поработать. И заплатил немало. Этот факт выбесил Чанёля неимоверно. Стало ясно, Бекхён хватку не потерял, и умело манипулирует им, как и раньше. Этот блядский маскарад и откровенная провокация — всё было спланировано. Судя по тому, как быстро смылся Бён после звонка Сехуну — план отступления тоже был продуман. Но с другой стороны Чанёль был рад. Раз Бекхён всё это организовал, то ему без Чанёля тоже спокойно не живётся, значит, мерзавец тоже думал о нём всё это время. И всё, что случилось тогда в клубе, начиная от вспышки ярости и заканчивая вырубанием после потрясающего секса, подтолкнуло Чанёля к осознанию. Он не просто хочет Бекхёна, он зависим от него. Не так как раньше, когда это было увлечение. Нет, сейчас всё серьёзнее. Это как болезнь, как психическое расстройство. Без этого эгоистичного и заносчивого ублюдка ему жизни спокойной не будет. План был прост: найти, набить морду за все дела, а после трахнуть на ближайшей горизонтальной поверхности или у ближайшей стены. И запереть. О да, Чанёль твёрдо решил, что больше не позволит Бекхёну сбежать. И плевать, что человека нельзя просто так взять, похитить и запереть у себя дома. Чанёль это сделает. Вот только поиски информации привели к неожиданным результатам. Просматривая хитроумные таблицы, в которых были сводные данные с информацией о «семьях» и их взаимосвязях, Чанёль вдруг наткнулся на одну презабавную вещь. Он бы сам никогда и внимания не обратил, если бы кто-то, возможно, Чунмён, не пометил несколько фамилий красным цветом. Рассматривая хитросплетённую паутину из линий, соединяющих одних людей с другими, Чанёль вдруг понял, что несколько человек из «семьи» Чондэ сотрудничали с некими лицами, «семья» которых теряла свои корни в Китае. И «семья» эта, судя по всему, сотрудничала так же с Триадой, в частности — с ЛуХанем. Слабая «семья», занимающая наркоторговлей и незаконной в рамках закона мафии торговлей. Жалкая «семейка», которую ЛуХань разорил, а после уничтожил. Лично. Это была громкая история, когда ЛуХань и один из его помощников вдвоём зачистили огромный особняк, напичканный мафиози под завязку. Может, потому эти данные и были занесены в базу. Мозги неожиданно заработали с новой силой. «Семья» была якобы полностью уничтожена, а после, всего через месяц, был «экзамен» Бекхёна, где была убита девочка. Девочка, которая неизвестно кем была, и неизвестно как в дом попала. И шестёрки эти. Чанёлю были знакомы фамилии. Чондэ лично расправился с этими людьми, они каким-то образом сливали информацию кому-то заграницу. Быть может, в этом и есть разгадка? Или у парня просто фантазия разыгралась? Но всё же, а что, если… Распахнув глаза, Пак резко выпрямился, смотря в окно невидящим взглядом. Шестёрки и «семья» в Китае. Одни сливают информацию другим. Но вот шестёрки попадаются, из них выбивают имена и лица, а после убивают. После информация отправляется Крису, как Главе Триады, и тот даёт распоряжение ЛуХаню. Тот находит эту «семью» и уничтожает. Утечка предотвращена, условия контракта о взаимодействии выполнены, а дело закрыто. Но если кто-то из той «семьи» уцелел? Или не все шестёрки были пойманы? Если ход мыслей верен, то насолить хотели Ким Чондэ и его «семье». Возможно ли, что девчонку намеренно привезли в тот дом, и просто так совпало, что ЛуХань был экзаменатором? Или тем, кто всё это затеял, было только на руку подставить ещё и Ханя? Развернувшись к экрану ноутбука, Чанёль вновь начал выискивать что-то, что помогло бы найти разгадку. Взгляд перескакивал с одной фамилии на другую, с одной «семьи» на следующую. И спустя почти два часа Чанёль наконец-то нашёл то, что искал. Фамилия одного из предпринимателей, работающих с мафией и находящихся в данный момент у него под защитой, маячила в том деле. Начав копаться в личных данных и поражаясь тому, откуда все эти сведения вообще появились в базе их «семьи», Чанёль нашёл истоки. Мужчина этот в молодости состоял в той самой «семье», которую истребил ЛуХань. И пусть после этот тип, господин Чхве, ушёл из «семьи», но там остался его брат, который погиб в перестрелке. Видимо, так этот Чхве, которому уже далеко за сорок, решил отомстить. Значит, целью был не Бекхён. Этот мужчина подсунул девчонку в дом, и Бён убил её. Этот случай дал тень на репутацию ЛуХаня, как организатора, вследствие чего тот рассорился с Крисом, и Триада вскоре распалась. Это был мощный раскол, повлёкший за собой кучу потерь, как для самой Триады, так и для их партнёров. В том числе и для «семьи» Пака. А если вспомнить слова Бекхёна о той девочке. Он же чуть не выжил самого себя со свету, захлёбываясь чувством вины и просыпаясь после кошмаров с ощущением крови на руках. Именно убийство этой девчонки, по мнению Чанеля, и подтолкнуло Бёна к тому, чтобы отказаться от «короны». И ради чего? Чтобы какой-то ублюдок «отомстил» за смерть своего брата, который при жизни наверняка был тем ещё недоноском? — Бекхён ушёл. «Семья» Чондэ перестала существовать как отдельная. Сам Ким покинул мафию. Триада развалилась, — шептал Чанёль, как заведённый. — Многомиллионные контракты и договорённости, связи и отношения полетели в помойку. Моя «семья» понесла огромные убытки, другие «семьи» пострадали. И всё это ради чего? Ради жалкой мести какого-то ублюдка за смерть ещё большего ублюдка? А теперь этот самый ублюдок ещё и под моей защитой находится? И сколько? Почти три месяца. А не тогда ли Исин сообщил, что «семья» Ханя под кого-то начала активно копать? Так тип просто бежал от своей судьбы, пользуясь тем, что я не был в курсе и прикрыл его спину. Чёрт возьми, Пак Чанёль! Ты — редкостный мудак! Резко поднявшись, Чанёль отпер дверь и вылетел из кабинета. По пути попался дворецкий, который что-то кричал вслед, но Паку было плевать. Сейчас ему необходимо встретиться с этим Чхве и поговорить по душам. И если ответы на заданные вопросы Чанёлю не понравятся, то этот выродок очень горько пожалеет, что не дал Ханю прирезать себя ещё на родине.

***

Сознание возвращалось очень медленно, и Бекхёну казалось, что он плывёт по волнам. Его немного качало из стороны в сторону, в голове царила пустота. Было тепло и уютно, приятно пахло чем-то свежим. Словно на море, где воздух чистый и влажный, где при каждом особенно глубоком вздохе чувствуется лёгкая горечь где-то у корня языка. Приятное ощущение. Повернувшись на бок и обняв мягкую подушку, Бекхён открыл глаза. Видимо, он и вправду был в море, потому что как ещё объяснить, что проснулся он в каюте, лёжа на небольшом, но удобном диванчике? Помещение было не очень большое, но и не маленькое. Светлая мебель, столик, напротив два кресла. На стенах — картины с морскими пейзажами, дверной проём без двери, но прикрыт занавесом из синих и белых бусин. Шарики прозрачные, в них отражается солнце, и дверной проём будто светится. Прислушавшись, Бекхён слышит крик чаек, шум рассекаемых волн и урчание мотора. Сев прямо, парень потягивается и ерошит волосы. Потерев глаза, он снова осматривается, а после заводит руку за спину и нащупывает рукоять пистолета. Оружие при нём, обойма цела. Но почему пистолет не забрали? Бекхён помнил, как его грубо скрутили, как после отключили хлороформом. После произошедшего он ожидал очнуться в грязном подвале или на заброшенном складе, связанным по рукам и ногам, с кляпом во рту и с многочисленными синяками от « бережного» обращения со стороны похитителей. И, возможно, очнулся бы он от ведра ледяной воды на голову. А тут море, яхта, мягкий диван. Такое ощущение, что кто-то решил, что Бекхёну пора отдохнуть, и похитил его с целью увезти подальше от всех проблем и передряг. Вот только инстинкты вопили об обратном. Осмотревшись, Бекхён встал и пошёл к выходу. Отодвинув занавес в сторону, парень поднялся по лестнице и замер. Море. Вокруг было бескрайнее море, сливающееся на горизонте с безоблачным небом. Яркое солнце отражалось в воде, отчего та сверкала, будто множество сапфиров. Подставив лицо солёному ветру, Бекхён широко улыбнулся, чувствуя мелкие брызги, оседающие на коже. Пожалуй, странно чувствовать такое умиротворение и свободу, с учётом того, что эта яхта наверняка принадлежала похитителям. — Ну, ты давно смирился с тем, что тронулся умом, — сам себе прошептал Бекхён и вздрогнул, когда мотор заглох, и яхта начала останавливаться. Тень, нависшая сверху, заслонила солнце, и Бён обернулся. Наверху, возле руля, стоял пожилой мужчина. Ещё не старый, крепкого телосложения и с цепким взглядом. Вот только морщин было очень много, уголки губ в спокойном состоянии были опущены вниз и руки, крепко сжимающие поручень, слегка дрожали. Пожалуй, ему было около пятидесяти, может чуть меньше. Мужчина не двигался, и в его руках, что были у Бекхёна на виду, не было оружия. Светлый костюм, состоящий из льняных штанов и свободной рубашки, забавная шляпа на голове. Этот человек не выглядел угрожающе, скорее, был похож на туриста или на обывателя, решившего насладиться тишиной и одиночеством. Последнее Бекхён заметил сразу. Они с этим мужчиной на яхте находились вдвоём. — Ты наконец-то проснулся. Мои парни немного перестарались. Впрочем, мне сказали, что вырывался ты будто разъярённый тигр. Голова не болит? Не укачивает? — беспристрастно, но тихо и спокойно спросил мужчина, неторопливо спускаясь вниз и замирая в паре метров от настороженного Бёна. — Присядем? Повернувшись спиной, мужчина направился к небольшой площадке, где были стол и несколько стульев вокруг. На белой столешнице стояла огромная чаша с фруктами, тарелка с морепродуктами и бутылка вина. Сев за стол, незнакомец жестом пригласил Бекхёна к столу. Тот, всё ещё не понимая, какого чёрта творится, нерешительно сел напротив. В его бокал тут же полилось красное вино, и Бекхён не стал отказывать себе в удовольствии. Если суждено пойти на корм рыбам, то отказываться от последних радостей парень не собирался. — Думаю, ты в смятении и не понимаешь, почему оказался здесь. Знаешь ли, я не приверженец варварских методов, пыток и прочей ерунды, которой так любите страдать вы. Я не размахиваю ножами и пистолетами, предпочитаю разбираться на словах. Оружие — крайний метод, я его не приветствую. Будет ли оно сегодня задействовано, зависит только от тебя, — сказал мужчина и отпил из своего бокала. — Меня зовут Юн Чжоу. До сегодняшнего дня мы с тобой нигде не встречались. Но ты как-то раз видел мою племянницу. Её звали Мэй. Припоминаешь такую? Бекхён, не сводящий взгляда с собеседника, ненадолго задумался. Он знал многих дам, на светских мероприятиях все мужчины старались прийти в сопровождении прекрасного пола, но Бён не помнил, чтобы встречал кого-то с таким именем. И в ВУЗе у него не было знакомых девушек с подобным именем. Насторожили слова незнакомца о варварских методах, которые любят использовать «они», в том числе и сам Бекхён, судя по всему. Значит ли это, что мужчина знает о мафии, но сам к ней не принадлежит? Встряхнув головой, Бекхён посмотрел на собеседника, ожидающего ответа, и покачал головой. — Ну, я прощу тебе твою рассеянность, — улыбнулся Чжоу. — Полагаю, ты вращаешься в тех кругах, где имена дам знать не обязательно. Я напомню тебе, как она выглядела. У неё были длинные чёрные волосы и красивое лицо с выразительными чертами. Полагаю, при вашей встрече она была в праздничном белом платье. В тот день ей исполнилось одиннадцать. Пожалуй, её отличительной чертой были глаза. Они были зелёными. И не просто зелёными, а редкого малахитового цвета. Очень красивые и яркие, светящиеся изнутри озорством. Пока она была жива. Ох, ты так побледнел. Тебя укачало? — с заботой спросил мужчина, но Бекхён его уже плохо слышал. В ушах начало шуметь, сердце сорвалось на бешеный стук, и занемели кончики пальцев. Перед глазами пролетели все кошмары, все воспоминания, связанные с этой девчонкой. Бекхён вновь окунулся в тот Ад, из которого еле выбрался. Тёмные коридоры и запах крови и пороха. Разыгравшаяся паранойя, когда стреляешь во всё, что движется, даже если это ветер из разбитого окна всколыхнул шторы. И кровь. Кровь на одежде, на руках, на лице. Кровь, расплывающаяся огромным пятном на светлой ткани вокруг рукояти ножа, воткнутого в нежную детскую плоть. И глаза, зелёные глаза, распахнутые в ужасе и смотрящие на Бекхёна. Мёртвые глаза. Вот теперь Бекхён почувствовал, как его начало мутить. Живот скрутило спазмом, в памяти всё ещё мелькали воспоминания, а душа корёжилась от нового, ещё более сильного чувства вины. Если раньше Бекхёну просто было стыдно за то, что произошло, то теперь всё стало хуже. Теперь он знает, что девочку звали Мэй Чжоу, что в тот день у неё был день рождения, что серое замызганное платье когда-то было белоснежным. И перед ним сидит родственник этой девочки. Человек, который наверняка долго искал малышку и утешал её мать, свою сестру. Человек, который наверняка долго искал убийц, когда узнал о смерти племянницы, и наконец-то нашёл. Теперь это не безликая жертва. Это маленькая личность, у которой вся жизнь была впереди. И которую Бекхён оборвал одним ударом. — Я долго искал девочку, — продолжил мужчина, сохраняя спокойствие. — Её мать была той ещё ведьмой, и я хотел забрать малышку к себе. Тем более у неё обнаружилось врождённое заболевание. Мэй нужен был уход и дорогие лекарства. Я мог всё это дать ей. Но не успел. Не знаю, как и когда, но сумасшедшая спившаяся сестрица девчонку продала. Я вытряс из этой полоумной всю душу, но она понятия не имела, что это за люди были. Долгие поиски, разъезды по всей стране, и вот мне пришлось по делам приехать в Сеул. Включаю телевизор, а все новостные программы вопят о кошмарной резне в особняке иностранного бизнесмена Ву Ифаня. И тогда я увидел её, мою Мэй. Её вынесли на носилках из дома, камера успела заснять, а после репортёров погнали прочь. Я ходил на опознание, тело племянницы мне выдали. Я похоронил её здесь, не стал увозить на родину. А после продолжил поиски. Найти информацию оказалось довольно легко, и начал я с этого самого Ву. Шаг за шагом я разматывал клубок и наконец-то нашёл тех, кто виновен в её смерти. А потом я добрался и до тебя, Бён Бекхён. Это ведь на твоих руках кровь Мэй. — Я не хотел, — только и смог сдавленно ответить Бекхён, поднимая на мужчину взгляд, полный боли и отчаяния. — Я не знал… Я бы никогда… — Ну конечно. Честный убийца, наследник мафиозной семейки. Естественно, ты бы никогда. И как мне такое в голову пришло? — в притворном ужасе воскликнул мужчина, а после его взгляд потяжелел, и пальцы крепче сжали ножку бокала. — Не нужно устраивать здесь шоу, Бён Бекхён. Ты мог. И ты убил.

***

Сехун добрался до дома Чанёля быстро. Кивнув дворецкому, который вышел встретить гостя, парень спешно направился в кабинет друга. Незапертая как обычно дверь насторожила О. Чанёль со своей паранойей в последнее время начал постоянно ставить везде кучу паролей и закрывать все двери на ключи. А тут вдруг дверь в кабинет и открытая. С другой стороны, это же Пак. Чёрт знает, что ему в голову ударило. Усевшись в мягкое кресло, О придвинулся к столу и положил руку на мышь. Та сдвинулась, и не выключенный экран ноутбука тут же вспыхнул. Вскинув брови, Сехун пробежался взглядом по открытой базе данных. Внутри шевельнулось нехорошее предчувствие. Графики, сводные данные, личные дела «семей». Внимание привлёк открытый файл с информацией о неком господине Чхве. Этот мужчина был одним из нескольких шишек, которых покрывал Чанёль, и которые так нужны были ЛуХаню. С чего бы Паку интересоваться этим человеком? Свернув документ, О начал просматривать все незакрытые справки. Дело о шпионаже в «семье» Чондэ. А вот дело о зачистке, в которой учувствовал сам ЛуХань. Личные дела каких-то незнакомых Сехуну людей, состоящих в той «семье», что была уничтожена. Сводная таблица связей всех членов этой организации. Некоторые фамилии перекликались, у того же Чхве был младший брат, состоящий в «семье», подвергшейся зачистке. Ещё один файл, раскрывающий преступления уничтоженной «семьи». Что-то в этом всём неуловимо пересекалось, но Сехун не мог с ходу уловить что именно. Да и не за этим он вообще сидит здесь. Закрыв все файлы, О открыл другую базу, которая представляла собой нечто вроде справочника. Найдя необходимые фамилии и адрес загородного дома, в котором все эти люди в данный момент проживали, Сехун достал мобильный и вбил его в сообщение, отправляя на номер ЛуХаня. И чуть не выронил смартфон, когда раздался звонок, и гитарное соло на полной громкости долбануло по ушам. На экране высветилась фотография Чанёля в обнимку с Лакки, да и по самой песне Сехун понял, кто звонит. — Чанёль? — ответил он на звонок, зажимая телефон между ухом и плечом, и принялся стирать внутренние сетевые переходы, чтобы Пак, которого Исин подтянул в некоторых вопросах, не узнал, где шарился О. — Сехун, у нас проблемы. Помнишь, не так давно, месяца три назад из Китая приехали бизнесмены на переговоры? Ты ещё говорил мне, что деньги деньгами, а ввязываться в обычные махинации, когда у нас война внутри «семьи», не самое разумное решение, — негромко и быстро сказал Пак, и Сехун внутренне похолодел. — Да, что-то такое припоминаю. Один из них господин Чхве вроде. Или ты не про этих? — ненавязчиво уточнил он. — Да, про них. Мне… Я… Эм… Я по делам тут к ним заехал… Сехун, они мертвы. Все. Никакого погрома, всё тихо и мирно, но и охрана, и слуги в доме, и сами они… Тут одни трупы, — с зарождающейся паникой ответил Чанёль. — Так, успокойся. Сейчас же возвращайся домой. И… Чанёль, я сейчас за твоим компьютером. У тебя здесь были незакрытые вкладки. Много. В том числе про этих людей. Чанёль, скажи, что ты ничего не натворил, — спросил Сехун и сам не заметил, как задержал дыхание. — Нет! Я ничего такого не делал! — отозвался Чанёль, и Сехун услышал, как хлопнула дверь машины, взревел мотор, взвизгнули шины. — Я приеду и расскажу тебе всё. Никуда не уходи! Сехун и не ушёл. Пожалев, что закрыл все документы, парень начал заново открывать их и изучать информацию, пытаясь понять, что его в первый раз насторожило, и кто мог быть замешан в убийстве этих людей. О том, что хорошо бы сообщить о смерти Чхве ЛуХаню, О подумал лишь тогда, когда в кабинет, спустя почти два часа, ворвался взмыленный Чанёль. Захлопнув дверь перед носом спешившего за ним дворецкого, Пак повернул ключ в замке и сразу врубил музыку на телефоне, чтобы их не было слышно. Плюхнувшись на край своего стола рядом с Сехуном, парень взлохматил волосы и дикими глазами уставился на друга. — Мне было скучно, и я решил вновь поискать Бекхёна. Но когда я начал копаться в делах его «семьи», то наткнулся на старое дело. Изучив его и сопоставив все факты, я понял, что один из этих бизнесменов, тот самый Чхве, был замешан во всей этой истории с убитым ребёнком. У этого мужика был младший брат в «семье», которую зачистил ЛуХань по наводке Чондэ, ведь шестёрки Кима каким-то образом этой самой «семье» сливали инфу. И я решил поговорить с этим типом, расставить все точки, как говорится. Но когда приехал, там были только трупы. Видимо, их нашли раньше меня. Думаю, это Хань. Помнишь, Син в своё время говорил, что этот псих копает под кого-то. Потом в Сеул приехал бегущий Чхве под благовидным предлогом. А сейчас вишенка на торте. Я связался с Джаном по дороге домой и попросил отследить местоположение ЛуХаня. Знаешь, где он? Он в Сеуле! — с видом аля «Ватсон, это элементарно» заявил Чанёль и гордо вскинул подбородок в ожидании похвалы. — Я знаю, что ты думаешь. Что ЛуХань добрался до Чхве и убил его, а заодно и всех остальных, — устало выдохнул Сехун, и Чанёль перестал отсвечивать широкой улыбкой. — Но это не так. Хань действительно сейчас в Сеуле, и мы с ним виделись в клубе. Он пришёл ко мне, чтобы попросить помощи. Ты прав, он искал этого Чхве и узнал, что этот тип под твоей защитой. Хань попросил добыть для него адрес. Я отправил ему адрес только два часа назад. Ты позвонил сразу после того, как сообщение ушло к адресату. Повисла тишина. Сехун думал о том, какого чёрта вообще творится, а Чанёль ошарашено смотрел на друга. — То есть ты… Наврал мне? Ты влез в базу с моего компьютера, чтобы получить доступ к «справочнику» и слить информацию Ханю? Ты с ума сошёл? — тут же взвился со своего места парень и с яростью уставился на друга. — Лишь потому, что он точно знал, что это Чхве подстроил то происшествие с девочкой. У него не было доказательств, но информация была точной, и он решил разобраться с этим ублюдком. И, судя по тому, что ты сейчас мне рассказал, это действительно так. Вот только Хань не мог устроить там резню, он на тот момент даже не знал, где эти господа скрываются, — честно ответил Сехун, поднимая взгляд на друга. — Интересно, и с чего же ты решил, что информация была точной, если не было никаких фактов? — прошипел Пак, опираясь ладонями о столешницу. — Да даже у меня нет никаких фактов, лишь косвенные улики, как бы тупо это не звучало! Я поехал к нему поговорить и выведать информацию, хотя тоже хотел проломить череп. Но я, мать твою, о последствиях думал! А ты? Что ты вытворяешь? И дело тут не в фактах, чёрт с ними. Ты за моей спиной решил слить информацию чужой «семье». И пусть мы в нейтральных отношениях, но контракты разорваны, связи рухнули. Они нам никто, и мы им — тоже. Никто никому ничего не должен. А ты… У меня слов нет, Се. Так бездумно мог я поступить, но не ты — образец идеального поведения. Чёртов пример для подражания, который всем приводят для наглядности. Которым мне Чунмён каждое утро тыкает за завтраком! Будь как Сехун, вот посмотри на Сехуна, а вот Сехун! И что же ты вытворяешь, О Сехун? Что, мать твою, такого предложил тебе этот ублюдок взамен, если ты решил подставить себя, если решил подставить меня?! — Себя, — спокойно ответил Сехун, в котором что-то переклинило. — Он предложил мне себя взамен за информацию. И я согласился. Просто потому что хоть раз в своей жизни решил сделать что-то для своей выгоды, а не для «семьи» или для тебя! — Для меня? Что ты несёшь? — удивлённо вытаращился на него Чанёль, и О понял, что вот оно, чаша переполнилась. — А ты не понимаешь? Серьёзно? Я всю жизнь исполняю роль твоей ручной обезьянки. Сехун, подай, Сехун принеси, Сехун, утоли мои печали, я в депрессии. Я, мать твою, за всё это время работы сделал больше, чем ты и твоя грёбаная «семья» вместе взятые. Проблемы? Я решаю. Переговоры? Я провожу. Банкеты? Я организую. Нужно что-то раскопать, найти, достать? Сехуна можно поднять и в три часа ночи. Бедняжка Пак забыл документы? Сехун привезёт, не переломится. Я уже давно не твой друг и не помощник, а нянька. Иногда я удивляюсь, почему тебя Чунмён назвал своим преемником. Ты же ничего не можешь сам. Только упиваешься своей властью, своим положением. Мне это надоело. У тебя своя голова, и за свои поступки отвечай сам, — под конец практически кричал Сехун. — Да что ты? Так давай, приведи хоть один пример! — в таком же тоне ответил Чанёль, сжимая кулаки. — Хочешь пример? Ну так я приведу. Вот тебе из свежих. Грёбаная перестрелка в клубе. Почему-то ты потом сидел дома и нажирался виски, а я бегал по всем «инстанциям» и раскидывал деньги направо и налево, чтобы твоя задница осталась при тебе, мать её! И что я получил взамен, когда спустя несколько дней пришёл к тебе? Ты не помнишь? Так я освежу твою память. Ты спросил, какого чёрта я занимаюсь какой-то хернёй вместо того, чтобы искать Бекхёна. Хотя почему я удивляюсь? Ты же повёрнут на нём. Бекхён то, Бекхён сё. Ты плюнешь на всё, если он тебя позовёт. Ты делал так много раз, ничего не изменилось и теперь. А теперь так сделал я. Наплевал на всех и на всё ради возможности одну ночь в своей жизни провести с человеком, которого я чуть ли не с пелёнок люблю. Ты заебал меня, Пак Чанёль. Катись к чёрту вместе со своей «семьёй». А я больше не часть её. Обогнув стол и с силой отпихнув в сторону преграждающего путь, злого, но вместе с тем ошарашенного последним заявлением Чанёля, Сехун отпер дверь, выбегая прочь. При этом, чуть не врезавшись в прилипшего к деревянной поверхности дворецкого, который явно пытался подслушать их разговор. Спешно покинув чужой дом, Сехун завёл машину и сорвался с места. Не зная, куда ехать, что делать, что думать, парень просто на полной скорости вылетел за город, рассекая пустые трассы. А потом зазвонил телефон. Мелодия была знакомой, и осознание того, кто ему звонит, заставило поостыть и сбросить скорость. — Здравствуй, Сехунни, — пропел Хань, когда О принял звонок. — Спасибо за адрес, малыш. Я проверил информацию, ты не наврал. Вот только там все мертвы, как мне сообщили. — Знаю, Пак уже рассказал. Он узнал то же, что знаешь и ты, только более подробно и с более точными данными. Естественно, он тут же сорвался с места, желая разобраться, а там бойня. Я не знаю, что произошло, — ответил Сехун, вскоре тормозя на обочине и выдыхая. — Судя по всему, настроение у тебя сейчас не самое лучшее. Я звоню вообще-то не из-за убийства. Мои ребятки покопались в записях камер, в личных данных и узнали одну вещь. Там был человек, его лицо камера хорошо разглядела. Лично прогнав его по базе, я узнал, что он — родной дядя девочки, что была убита Бекхёном на его «экзамене». Думаю, сейчас он примется за поиски Бекхёна. Я слышал, что Бён недавно объявился в Сеуле, устроив переполох, а потом вновь исчез. Думаю, у него на носу проблемы, — протянул Хань, и Сехун нахмурился. — Откуда ты знаешь, что Бекхён объявлялся? — Слухами земля полнится, а шпионы и шестёрки везде есть. Даже в «семье» Пака. А он совсем мозги подрастерял, да? Чего только не рассказал мне мой информатор. Хотя, не моё это дело. Я просто хочу таким способом отблагодарить тебя за то, что не отказал в помощи. Думаю, если Бекхён жив, то об этом наверняка знает Кенсу. Уверен, мальчишка у него и прятался всё это время. Было бы неплохо поделиться с До информацией. Вот только он меня недолюбливает после всего произошедшего, так что не поверит ни единому слову. Сехун усмехнулся и начал искать в бардачке сигареты. Щёлкнула зажигалка, и лёгкие наполнились дымом. — Значит, надеешься, что я расскажу Кенсу, а тот ещё надёжнее спрячет Бекхёна, и Пак его точно никогда не отыщет без желания самого Бёна? Знатную свинью хочешь подложить этому идиоту, совсем помешавшемуся на Бекхёне. Зачем тебе это? — Один важный контракт, заключения которого я добивался всю свою жизнь, был разорван Паком, когда понеслась волна после убийства девчонки. Хотя никто так и не доказал мою вину или причастность. Так что это маленькая грязная месть. Дьявол в мелочах, как говорится. Глядишь, Пак совсем тронется и застрелится. Вот мне радость будет, на Гавайи махну сразу, — звонко рассмеялся ЛуХань, и Сехун улыбнулся, чувствуя, как напряжение отпускает. — Я ушёл из «семьи», — негромко сказал он и сам себе удивился. — Я знаю, — мягко ответил Хань. — И ушёл ты очень эффектно, высказав Паку всё, что думаешь о нём. Я горжусь тобой, если хочешь знать. И хотя я дал тебе подсказку по поводу Бекхёна и убийства, наша договорённость в силе. Если хочешь, я приеду к тебе прямо сейчас и помогу забыть обо всём на свете. — Но сейчас только вечер подступает, — отозвался Сехун, развязывая галстук и откидывая его на сиденье. — Да. Но я ведь могу оказать поддержку своему давнему другу? — усмехнулся Хань. — Можешь. Но не сейчас. Думаю, я поеду к Кенсу и сообщу ему обо всём, что произошло. А потом… Потом я тебе позвоню. — Я буду ждать. До встречи, сладенький. ЛуХань кладёт трубку, а Сехун срывается с места, резко разворачиваясь и направляясь к объездной дороге. Вскоре он уже тормозит возле ворот дома До Кенсу, и охрана докладывает о нём. Десять минут ожидания, и ворота открываются. Припарковавшись возле крыльца, Сехун направляется в дом. На пороге его встречает Кенсу, который выглядит уставшим и невыспавшимся. Он не строит из себя гостеприимного хозяина, не пытается любезничать и улыбаться. Лишь сухо кивает на приветствие и просит пройти в гостиную. — Итак, что тебя привело ко мне? — несколько грубо спрашивает он, но Сехун не обижается. Пак слишком часто посылал Сехуна к Кенсу с различными предложениями, которые заканчивались ничем. Личной неприязни между ними не было, но неприятный осадок от долгих споров и попыток договориться остался. Взъерошив волосы, Сехун фривольно развалился на диване и вскинул взгляд на До. — Есть информация, что у тебя дома скрывается Бекхён. Мне плевать, так это или нет, но вы были друзьями, и ты единственный, с кем он наверняка поддерживает связь, — сразу пошёл в наступление парень и понял, что Хань не ошибся, глядя на застывшую позу и напряжение в чужих глазах. — Сегодня произошли некоторые события, в ходе которых один знакомый помог мне выйти на человека, который возможно начал охоту на Бекхёна. Это дядя той девочки, которая была убита на «экзамене». Мы нашли людей, которые замешаны в этом деле, которые и украли девчонку и подсунули в тот дом, но недавно их всех перебили. На камерах видно этого мужчину, его зовут Юн Чжоу. И, скорее всего, следующий на очереди этого мстителя Бекхён, который и убил девчонку. Все подробности на этой флешке. Вынув из кармана железный квадратик со спрятанным внутри чипом, на который Сехун интуитивно на всякий случай перебросил все личные дела и данные тех, кто к делу причастен, О положил его на стол, разделяющий его и Кенсу. Сам До всё ещё молчал, смотря на него внимательно, изучающе и в то же время настороженно. Но, видимо, что-то такое он для себя разглядел, потому что плечи его расслабились, а после он тоже устало развалился в кресле, растирая лицо ладонями. — Бекхён пропал несколько дней назад. Мы не можем его найти, но готовимся к самому худшему. В данный момент Исин перерывает все записи видеокамер по городу. Была зацепка, мы нашли машину, в которой Бекхёна вывезли с места, где схватили. Чжан пытается отследить маршрут. За информацию спасибо, я тщательно всё изучу, чтобы знать, с кем мы имеем дело. Но ты… Почему ты не рассказал Паку, а пришёл ко мне? — не смог сдержать себя Кенсу, почему-то уверенный, что Чанёль действительно не в курсе на счёт Бекхёна. — Потому что он меня просто по-человечески заебал. Пару часов назад я вконец с ним разругался и ушёл из «семьи». Эта информация — мой прощальный подарок, если можно так сказать. А потом я уеду к океану и буду прожигать деньги в клубах и барах. Да, это будет мой рай, — усмехнувшись, О поднялся, одёргивая рубашку. — Надеюсь, у вас всё получится. Удачи. — Спасибо, — негромко, но искренне ответил Кенсу. Сехун задерживаться не стал, и До проводил его до выхода, пожав руку на прощание и желая всех благ. Подхватив со стола флешку, он направился обратно в подвал, по пути отвечая на звонок мобильного. — Это Исин. Нашёл. Его вывезли на окраину города и переместили на яхту, которая по реке Ханган вышла в Жёлтое море. Думаю, сейчас Бекхён где-то посреди него, — отчитался Джан. — Это плохо. Очень плохо, - устало выдохнув, Кенсу зашёл в подвальное помещение, обращая на себя внимание Тэмина и Чонина. - Спасибо тебе, Син. Будем разрабатывать план. Скинув звонок, он посмотрел на парней. - Бекхён в полной жопе, господа. Нам нужно поторопиться.