Глава 2. Для тебя.
5 сентября 2016 г., 07:30
Спустя пару часов после разговора со Стайлзом по телефону, Дерек сидел в офисе и составлял квитанции, которые должен был ему отдать, и вдруг почувствовал, словно за ним наблюдают. Оторвав взгляд от бумаг, он заметил выглядывающую из-за стола копну белых завитушек и пару больших карих глаз, внимательно смотрящих в его сторону.
— Привет, Эрика, — поздоровался он с девочкой, убирая на голову очки. Дерек почувствовал, как у него начинают потеть ладони, а с шеи в сторону щек медленно ползет румянец. Только Дерек может нервничать, боясь произвести плохое впечатление на пятилетнего ребенка.
Эрика показала ему язык, затем ловко перекинула волосы через плечо и широко ему улыбнулась. — Я была как шпион, — пояснила она громким шепотом и захихикала в ладошку. Дерек улыбнулся в ответ и отодвинулся от стола, намереваясь встать и отвести Эрику к ее отцу. Но у Эрики были другие планы. Стоило между столом и Дереком образоваться свободному пространству, как Эрика тут же кинулась к нему. Дерек только и успел, что издать очень мужественный сдавленный кряк, как у него на коленях уже неуклюже мостилась пятилетняя девочка.
— Попался! — радостно закричала она, хватая его за лицо и победно улыбаясь. Дерек растекся сахарной лужицей, пока Эрика трепала его за щеки и что-то по-детски лопотала. «Да уж, такой мордашке я никогда не смогу сказать "нет"», — посмеялся он про себя. Затем он поднялся на ноги, и, умостив Эрику на руках, направился к выходу, искать Стайлза.
— Эрика! Козюля! Я тебя везде обыскался! — заругался на нее Стайлз, выглядя скорее напуганным и только немного рассерженным. Он протянул руки, чтобы забрать девочку, и та нехотя оторвалась от Дерека. Дерек посмотрел на Стайлза, пожал плечами и скрестил на груди опустевшие руки. Айзек держался за отцовскую ногу (Дерек начал догадываться, что это было «его место») и застенчиво улыбался, смотря на Дерека из-под своих длинных ресниц.
— Я ходила найти мистера Дерека. Я только хотела поздороваться, — прохныкала в ответ Эрика. Она посмотрела на Дерека огромными карими глазами, мастерски изображая невинный взгляд в полном комплекте с трясущимися губами и жалобно склоненной головкой. Дерек совершенно точно понимал, что он снова превращается в растаявший зефир.
— Никаких щенячьих глазок. Ты все равно проказная сопля, — хмуро проворчал длинноволосый, неотесанный с виду пацан, подходя и становясь рядом со Стайлзом. Эрика надулась и показала тому язык, в общем-то, не доказывая ложность его утверждения. Дерек внимательно посмотрел на парня. В отличие от брата с сестрой, кожа у него была гораздо темнее и без видимых веснушек. Глаза были почти черными, так же как и длинные волнистые волосы, а скулы — слегка несимметричными. Слишком длинные руки и ноги и еще по-детски круглое лицо выдавали в нем нескладную юность — парниша явно был на пороге подростковости. Дерек заметил, что между ним и близнецами практически не было сходства, если не считать объединяющую их с Айзеком долговязость.
— Скотт, — отчитывающим тоном сказал Стайлз, неодобрительно смотря на парня. — Никаких обзывалок, друг. Мы с тобой уже говорили на эту тему.
Скотт глянул на отца из-под челки и закатил глаза, затем скрестил на груди руки, ссутулился, втянув голову в плечи, и пробурчал что-то невнятное. Стайлз наградил его строгим взглядом, а потом удрученно вздохнул и перевел внимание на Дерека.
— Извини, сегодня был трудный день, — сказал Стайлз, улыбнувшись так, что Дерек почувствовал, как по животу разливается мягкое тепло. — Этот маленький лучик солнца — мой старший сын, Скотт. Ему двенадцать, так что придется смириться с преследующим его грозовым облаком подросткового ангста.
Стайлз с усмешкой вздернул одну бровь, кидая косой взгляд на Скотта. Тот снова закатил глаза. Дерек кивнул Скотту и протянул ладонь для рукопожатия, точно так же, как он делал это пару недель назад, знакомясь с близнецами.
— Привет, я Дерек, — сдержанно представился он, чувствуя на себе острый взгляд прикрытых густыми волосами черных глаз.
— Пофиг, — буркнул Скотт и, развернувшись, направился к пластиковым стульям у стены. Айзек отцепился от отца и побежал карабкаться на соседнее сидение. Дерек даже не пытался скрыть хмурость, завладевшую его лицом в ответ на поведение Скотта.
Стайлз недовольно покачал головой и, спустив на пол Эрику, жестом велел ей присоединиться к братьям. Взглянув последний раз на Дерека, она радостно ему улыбнулась — не забыв про кокетливый взмах ресниц — и ускакала следом за братьями.
— Смотри за ними, хорошо? Я пойду заплачу за ремонт, — обратился Стайлз к Скотту, который коротко кивнул и продолжил прожигать взглядом дыру в потолке.
— Все бумаги готовы, можешь пока просмотреть и заполнить их, а я выгоню машину, — говорил Дерек, заводя Стайлза в офис.
— Я понимаю, что много извиняюсь, но еще раз прошу прощения, — Стайлз легко рассмеялся. — У Скотта сейчас этот трудный возрастной период, да и в школе сегодня был нелегкий день.
Дерек пожал плечами и немного согнал с лица хмурость, оставив чуть сдвинутыми брови. — Все нормально, нет нужды извиняться. Боже, я ненавидел быть подростком, так что я понимаю.
Стайлз снова ему улыбнулся, его лицо озарилось облегчением. Он хотел было что-то ответить, но со стороны гаража внезапно раздались крики и плач.
— Скотт! Прекрати! Ты ведешь себя как какашка! — со слезами на лице кричал Айзек. Его руки по бокам были сжаты в маленькие кулачки и тряслись в очевидном гневе. Эрика настойчиво пыталась ударить Скотта, размашисто маша руками и раздавая удары куда только могла достать. Скотт сдерживал ее одной рукой за голову, а во второй руке держал, насколько Дерек мог предположить, игровую консоль Айзека.
— Внимание, выводок Стилински! — боевые действия разом прекратилась, все трое застыли в различных позах угроз и непосредственного применения силы. Стайлз пронизывающе смотрел на них из-под угрожающе сдвинутых бровей. Да он легко мог составить Дереку неплохую конкуренцию в этом деле.
— Ты, — Стайлз ткнул пальцем в Скотта, — остаешься здесь. Вы, две зеленые козявки, — он указал на близнецов, — идете внутрь. Немедленно.
****
Дерек вышел из офиса, чтобы выгнать «джип» на стоянку. Когда он вернулся, Скотт копался в ящике с инструментами и в целом шнырял по его рабочему месту. Нахмурившись, Дерек скрестил на груди руки и кашлянул. — Ты всегда выглядишь так, словно собираешься кому-нибудь морду набить? — поинтересовался Скотт, беря в руки усиленный кольцевой ключ, который Дерек выкупил буквально на днях. — Я никого не собираюсь бить. А теперь положи это на место. Этот ключ стоит 300 долларов. Скотт аккуратно отложил инструмент, стряхнул с глаз челку и стиснул зубы. Дерек понятия не имел, как начать разговор с этим ребенком, хоть он и пытался не принимать его поведение на свой счет — когда Дереку было столько же лет, он терпеть не мог ни с кем разговаривать. Дерек посмотрел в сторону офиса, где Стайлз просматривал счета и разговаривал с Фрэнком, качая на коленях Айзека. Дерек не мог оторвать от него глаз. От полных искусанных губ, слегка приоткрытых в задумчивости. От яркого розового румянца, покрывающего его щеки. От пальцев, поглаживающих спину Айзека, пока мальчик обнимал отца за шею. — Почему ты так смотришь на моего отца? Дерек одернул голову и посмотрел на парня перед собой. Скотт щурил глаза и уже успел подойти ближе, пока Дерек... отвлекался. Запаниковав, Дерек метнулся взглядом на Стайлза и обратно на Скотта. «Черт. Как я на него смотрел?» Он старался подавить стягивающий внутренности стыд. — Я никак, эмм... Я не знаю, что ты... — сипло промямлил он, отчаянно пытаясь придумать, как ответить. — Что? — Ты странно на него смотришь. У тебя лицо становится грустным. А глаза округляются, и ты просто... пялишься. — Я не пялюсь. — Еще как. И тебе лучше прекратить. Потому что когда моя мама вернется домой, она разозлится, если увидит, что ты смотришь вот так на ее мужа. Дерек почувствовал, как внутри все опустилось. Он не знал, почему вдруг ощутил себя так разбито, когда примерно такого расклада и ожидал. У Стайлза было двое детей, которые были практически его копией, и еще один взрослый сын — конечно, он состоял в браке. С женщиной. Дерек не должен был чувствовать такое сильное разочарование — он знал, что надежда была напрасной. Но он все равно надеялся. Дерек молча кивнул Скотту в ответ и двинулся к офису, его шаги стали на самую малость тяжелее того, какими они были, когда Дерек с нетерпением ждал грядущей встречи со Стайлзом. Он постучал в дверь, прерывая, судя по всему, веселый разговор между Стайлзом и Фрэнком. — Машина готова к отъезду, — он попытался не выдавать огорчение голосом. — Спасибо Дерек, я очень благодарен, — Стайлз улыбнулся и наградил его ясным и теплым взглядом. Айзек уснул у него на коленях, а Эрика рисовала что-то у Дерека за столом. Стайлз поднялся, пожал руки с Фрэнком и Дереком и вышел, ухитряясь в одной руке нести квитанции, а другой — прижимать к груди спящего Айзека. Эрика подняла голову от рисунка и, закрыв колпачком фломастер, засеменила вслед за отцом, но, не успев уйти далеко, вернулась и остановилась перед Дереком. — Я сделала это для тебя, — заявила она, сияя от гордости. Она отдала Дереку рисунок, обняла его за ноги и выбежала за дверь догонять своих родственников. Дерек развернул листок и опустил со лба свои позабытые очки. Эрика нарисовала большую, похожую на медведя фигуру с подписью «Дэрик» вверху и две маленьких фигурки, которые она назвала «Эрика» и «Айзэк». Все буквы «э» были написаны в другую сторону. В углу красовалось большое, улыбающееся солнце, а вверху — что-то, что, должно быть, было радугой (или чем-то наподобие бумажного змея... или летающего сашими?). В нижнем углу расположился большой голубой прямоугольник с кругами по краям (колесами?) — их «джип». Дерек улыбнулся, ощущая, как улыбка расползается по всему его лицу. Много времени прошло с тех пор, как он делал это по-настоящему.****
Еще одна неделя прошла, а Стайлз все не выходил у Дерека из головы. Как бы Дерек не сопротивлялся, лицо Стайлза, казалось, въелось ему в память. «Сохну. Я, блять, сохну по нему». Дерек подозревал, что внешне он выглядел не лучше, чем чувствовал себя внутри. Бойд безжалостно над ним издевался, да и Фрэнк далеко не отставал. Его влюбленность была для всех очевидна, но о предупреждении Скотта он никому не рассказывал. Хватало и того, что все были в курсе, что он страдал по взрослому мужику с тремя детьми — то, что тот, ко всему прочему, был еще и женатым натуралом, им знать было совсем необязательно. Бойд списывал неимение инициативы у Дерека на «полнейшее отсутствие навыков коммуникации в общении с людьми старше восьми лет». Фрэнк же, с другой стороны, считал, что Дереку просто никто так сильно не нравился, чтобы он хотел прилагать усилия к общению. Дерек игнорировал их обоих и, смирившись с тем, что его безрассудное увлечение в ближайшее время никуда не денется, решил, что будет отвлекать себя семьей и работой. Во вторник на своем дневном перерыве Дерек отправился забрать из школы племянницу. Прошел практически месяц с тех пор, как они виделись в последний раз, и Дерек скучал по их совместному времяпрепровождению. Эллисон всегда была довольно тихой и спокойной, чем очень напоминала Дерека и, напротив — отличалась от своей матери Лоры. Так же как и ее дядя, она скорее предпочитала уединение и компанейскую тишину, отчего они с Дереком всегда находили общий язык. Дерек любил ее как свою собственную дочь. С тех самых пор, как она родилась, он перестал быть конкретным отшельником и нашел для нее место в своем уединенном коконе. Лора тоже была рада их близким отношениям, тем более что отец Эллисон больше не появлялся на горизонте. Дерек не возражал исполнять роль отцовской фигуры: ходить за покупками или учиться накладывать макияж, — а Эллисон, в свою очередь, не гнушалась замарать руки и с удовольствием училась разбирать и собирать автомобильные двигатели на порядок старше ее самой. Дерек подъехал к школе и оставил свою «камаро» в дальнем ряду парковки. По их старому обычаю, берущему начало с ее первого дня в детском саду, он ждал Эллисон у спортивного зала, а потом они вместе шли до машины. По мере того, как Эллисон взрослела, Дерек начинал волноваться, что она вырастет из этой их традиции, но ей скоро исполнялось четырнадцать, а она все еще настаивала, чтобы он провожал ее от спортзала до парковки. В тайне он был очень этому рад. — Дерек! Что ты здесь делаешь? — его мысли прервал Стайлз, который бежал в его сторону по лестнице. На нем была клетчатая рубашка и простая одноцветная футболка, которая очень плотно облегала грудь. И если футболка показалась Дереку чересчур завлекающей, то обтягивающие джинсы с низкой талией были откровенно убийственны. «Это отлично поможет мне от него отвлечься», — мысленно простонал Дерек. Просто несправедливо, что его так сильно тянуло к человеку, который был так запредельно от него далек. — Стайлз, — Дерек попытался держаться непринужденно, но это прозвучало болезненно даже для его собственных ушей. — Я жду свою племянницу. Она обычно приходит ко мне на работу раз или два в неделю, но так вышло, что мы не виделись уже почти месяц. Думаю, мы, эм, оба очень соскучились. — Вау, это на самом деле очень здорово. Ты сказал племянница? Сколько ей лет? В каком она классе? Как ее зовут? — Стайлз заваливал Дерека вопросами, пока они вместе шли в сторону спортзала. — Да, спасибо. Тринадцать. В седьмом классе. Эллисон Хэйл, — Дерек последовательно отвечал на все вопросы, через каждые пару шагов поглядывая на Стайлза, и любуясь на то, как безумно красиво выглядел этот мужчина. Судьба, назовем ее так, в этот день решила поиздеваться над Дереком в особенности. — Не может быть. Та самая Эллисон Хэйл? Ха! Скотт с ума сойдет, — Стайлз закинул назад голову и захохотал. Из рассказа Стайлза, который тот подкрепил мучительными для Дерека подробностями, выходило, что Скотт просто по уши влюблен в Эллисон. Сердечные стихи, сентиментальные музыкальные сборники, страдальческие повести в дневнике (Стайлз заверил Дерека, что он не шпионил — ему было просто любопытно) — полный комплект. Насколько Дерек мог судить, у Скотта все было ничуть не лучше, чем у него самого. «Лицемер». Однако Дерек не мог не встать в оборонительную позицию. Он, может, и не был для Эллисон отцом, но всегда о ней очень беспокоился. Эллисон была ему как дочь, и он бы предпочел, чтобы она всегда интересовалась исключительно стрельбой из лука, карбюраторами и фруктовыми блесками для губ — никаких мальчиков, никогда. Стайлз, должно быть, уловил дискомфорт Дерека, потому что он положил руку к нему на предплечье и, мягко улыбнувшись, быстро сменил тему. — Я хотел кое о чем с тобой поговорить, — негромко начал Стайлз. Его ладонь осталась на месте: длинные, теплые пальцы свободно обхватывали его руку в районе бицепса. Дерек успел насладиться ощущением, но когда он опустил взгляд на руку Стайлза, он заметил там кое-что. Точнее, он заметил, чего там не было — обручального кольца. На пальце не было даже намека на след, который обычно виден у людей, постоянно носящих кольцо. Это открытие заставило все внутри Дерка перевернуться. — Я сначала хотел позвонить в мастерскую, но потом решил заглянуть лично и в итоге замотался, но, блин, я даже не знаю, я, возможно, покажусь тебе мудаком, но, эм... В общем, я просматривал квитанции, и там кое-что не сходится. В том смысле, что, мне кажется, ты взял с меня намного меньше, чем следовало бы, учитывая, сколько ты сделал. Дерек напрягся, от предыдущего облегчения не осталось и следа. Он повернулся к Стайлзу, и в этот момент Стайлз осознал, где все это время находилась его рука — он резко убрал ее и неловко засунул к себе в карман. Дерек нервно провел ладонью по волосам и опустил глаза в пол. Что ему сказать? Какую причину придумать, чтобы объяснить, почему он сделал гораздо больше, чем должен был, да еще и заплатил за это из своего кармана? Он провозился с этим долбаным «джипом» две недели. Катушку и блок зажигания удалось заменить за три дня — спасибо фактически одержимому отношению Дерика к работе и тому, что Бойд настоял, чтобы Дерек позволил им с Гринбергом заниматься всеми остальными клиентами. Он потратил целых две недели и немалое количество денег на починку не своей машины для мужчины, которым он увлекся, причем, все это время понимая, что это было обычное увлечение. Звучит как сюжет какой-нибудь глупой мелодрамы из 80-х. — Я не брал с тебя меньше. Я взял ровно столько, сколько требовалось на починку тех повреждений, с которыми «джип» поступил в гараж. Эм, насчет остальных пунктов в чеке не волнуйся, я... с этим разобрался, — Дерек старался, изо всех сил старался говорить как ни в чем не бывало. — Я просто заметил пару деталей, которые не мешало заменить, и был не против это сделать. Я подумал, если ты собираешься возить на этой штуке всю свою семью, она должна быть максимально безопасной. Ценный груз, как-никак. Когда Дерек оторвался от разглядывания дороги, он встретился с янтарными глазами, внимательно смотревшими ему в лицо. Захваченный врасплох, он вдруг понял, что не может смотреть ни на что, кроме Стайлза. На какой-то момент двое мужчин замерли в тишине: Стайлз пронзительно смотрел на Дерека, а Дерек, не совсем понимая причины этого взгляда, изводился от волнения. — Приходи к нам завтра на ужин, — выпалил Стайлз. Он все еще впивался в Дерека взглядом, но уголки его губ слегка приподнялись. Из заднего кармана он достал листок бумаги. — Здесь мой адрес. Мы ужинаем где-то в районе половины седьмого, в зависимости от настроя семейства. В общем, приходи. Поесть. Успокоишь Эрику — она говорит о тебе, не замолкая. К тому же завтра будет тушеная говядина. Это мой способ сказать тебе спасибо. Меньшее, что я могу сделать. У Дерека не было шанса ответить на многоречивое предложение Стайлза — прозвенел звонок. И так, все еще держа в протянутой руке листок бумаги, он смотрел, как Стайлз машет ему на прощанье рукой и направляется к спортзалу. Что все это могло значить? Дерек не мог позволить себе надежду, но и отбросить волнение он тоже был не в силах. Унять свой внутренний переполох он смог, когда увидел, как у входа в спортзал его высматривает Эллисон. Стоило ей его увидеть, как ее лицо тут же озарила широкая улыбка, и она ринулась к нему, со всего размаху кидаясь ему на грудь. — Дядя Дерек! Я соскучилась по тебе, Медведь, — ласково пролепетала Эллисон, целуя его в щеку. В обычные дни Дерек не был любвеобильным человеком, но с Лорой и Эллисон все было иначе. Вместе с его дядей Питером они были последними остатками семьи Хэйл, а для семьи он делал исключения, пусть это иногда и значило мириться с поцелуями и излишним для его комфорта количеством объятий. Дерек затянул Эллисон в тугие объятия и бросил взгляд через ее плечо. Он видел, как Стайлз разговаривал с другими родителями, обвив рукой Скотта за плечи. А Скотт смотрел на Дерека с Эллисон в смешении ужаса и отчаяния, открыв рот и выпучив глаза. «Засранец маленький», — посмеиваясь про себя, злорадствовал Дерек.****
Позже этим же днем, Дерек забрал Эллисон к себе. Лора снова задерживалась на работе, и уж лучше пусть Эллисон поспит у него в гостевой, чем опять будет ночевать дома одна. Ей не нужно было спрашивать — Дерек знал, что она терпеть не может оставаться ночью в одиночестве, и у него всегда на всякий случай была готова для нее комната. Он заказал на дом еду, и в компании жирных китайских блюд они говорили обо всем, что упустили за последний месяц: соревнования по стрельбе из лука, школьные танцы (на которые Эллисон, к облегчению Дерека, ходила с друзьями), текущая реконструкция старого грузовика «шевроле», принадлежавшего отцу Дерека. Было приятно вернуться к их привычному порядку. Дерек любил рутинные порядки — за счет них его жизнь оставалась простой и нормальной. После того, как Эллисон ушла спать, а Дерек закончил прибираться, он тоже дотянул ноги до кровати. Когда он снимал с себя джинсы, из их кармана выпал маленький листок бумаги. Поднимая его с пола, Дерек вспомнил, что Стайлз дал ему это сегодня в школе. Листок оказался квитанций из гаража. Итоговая сумма была обведена красным, а рядом с каждым пунктом из огромного перечня сервисных услуг были от руки написаны цифры. Рядом с конечной суммой, которую Дерек взял со Стайлза, черным фломастером была написана еще одна цифра — значительно больше той, что была обведена красным. Вверху, как и сказал Стайлз, в блоке с информацией о клиенте числился его адрес. А следующая строка содержала его телефонный номер — тоже обведенный красным.
