Глава 4. Выстроен из камня.
14 октября 2016 г., 10:40
Дерек бежал. Ноги бились о землю, с трудом неся его через заповедник. Было трудно дышать: каждый тяжелый вздох раздирал грудь так, что, казалось, вот-вот переломит ребра, а в легкие попадало все больше и больше дыма. У него не было сил, мышцы в ногах молили остановиться, но запах гари толкал вперед. Он надрывался, продолжал двигаться на пределе, но, вопреки всем его усилиям, цель не становилась ближе – он как будто бежал на месте, увязая ступнями в песке. Еще немного, и он рухнет без сил, но с тех пор, как он начал бежать, дом не стал ближе.
Тишину леса разорвали крики. Кусая себя за щеки, Дерек собрал последние силы и неистово ринулся на звук. Рот наполнился вкусом крови, но его охватило безумие: крики били по нему током, тянули вперед, вопреки изможденности тела. Наконец, он смог разглядеть дым и лижущие черноту неба языки пламени — он достиг низины холма, на котором стоял дом.
Женщина — ее смех раздался громко и заливисто. И вдруг она позвала его по имени.
— Дерек, малыш, — сладко пропела она, — где ты был?
Он кинулся на склон, начал карабкаться, давясь отчаянными всхлипами, и каждый вздох отдавался в его легких судорожным скрипом. Не успел он достичь пика, как земля под ногами осыпалась, превратившись в сжимающуюся тьму. Криками взывая к матери, он падал в пустоту. Женщина не прекращала смеяться.
Дерек рывком поднялся на кровати — тело резко содрогнулось, выбрасывая его из сна, где он падал. Он весь вспотел и жадно, давясь, глотал ртом воздух, стараясь восстановить дыхание. Во время сна он начал плакать и наяву, и, проведя языком по израненной щеке, обнаружил, что привкус крови тоже был настоящим.
Кошмар всегда был одним и тем же: он отчаянно пытался достичь старого родительского дома, но никогда не мог успеть вовремя. Всего за ночь одна из самых больших и выдающихся семей города превратилась в семью из трех. С тех пор прошло шестнадцать лет. Шестнадцать лет кошмаров и пепла.
Зная, что уснуть ему уже больше не удастся, Дерек откинул простыни и доковылял до душа. Он включил воду, повернув индикатор почти до упора влево, — его предпочтительная ледяная температура — и начал с силой тереть свое тело, пытаясь, насколько возможно, согнать с себя сон и освободить кожу от мнимого пепла. Даже если этот сон заставил его напрячься сильнее обычного, он старался на этом не зацикливаться.
Чувствуя, как кожа немного саднит, но все же ощущая себя свежее, Дерек вышел из душа, смирившись с тем неизбежным фактом, что новый день начался.
****
Последнюю неделю или около того Дерек с головой ушел в работу. Со Стайлзом он не разговаривал с того самого ужина, однако проигрывал тот вечер у себя в голове раз за разом по кругу. Тогда Стайлз в конце концов перестал плакать, но рук Дерека не отпустил. Затем, шмыгая носом и трясясь, он поднялся со стула и проводил Дерека до двери. Он не мог смотреть ему в глаза, повесил голову и упорно не сводил взгляда с пола. Дерек пытался было его успокоить, но Стайлз прервал его с порога разбитым: «Доброй ночи». Дерек не знал, что делать, поэтому с тех пор не звонил и не останавливался у дома Стилински, как бы Лора его ни подначивала. Он знал Стайлза недостаточно хорошо, чтобы заходить к нему в гости и проверять, как он там. Дерек считал, самое лучшее, что он мог сделать для них обоих — это оставить Стайлза на время в покое. Он мог дождаться, когда Стайлз сам придет к нему, а пока он будет довольствоваться своей рутиной. Поэтому он делал то, что у него получалось лучше всего — избегал проблему. Однажды он даже видел Стайлза со Скоттом в магазине. Сбежав в вино-водочный отдел, там он даждался, пока они не ушли. Избегание и монотонная рутина — это его механизмы адаптации. Работа в гараже, дом, еда на заказ, Эллисон, сон. Повторить. Дерек прибыл на работу в свое обычное время. Он приходил в гараж немного раньше всех остальных и наслаждался утренней тишиной. Маленький зеленый "аккорд" ждал замены масла, и Дерек надеялся управиться с ним до вечера. Он хотел побыстрей разобраться со всей работой, потому что сегодня ему предстояло забрать из школы Эллисон. К этой части своего распорядка он был рад вернуться. Семья всегда помогала ему расслабиться — даже Лора, несмотря на свойственную ей требовательность и умение доводить до ручки. Эллисон была утешительным постоянством в его жизни, и он гордился тем, что был способен научить ее чему-то, что могло пригодиться ей в будущем. Сегодня в углу ее дожидался «форд» 99-го года — Дерек хотел убедиться, что она не отбилась от рук, и планировал ее немного проверить. Примерно через двадцать минут Дерек услышал, как открылась входная дверь, и в тишине раздались отдаленные шаги. Он еле заметно улыбнулся, когда из-за двери высунулась голова Фрэнка, и тот прохрипел: «Доброе утро». Буркнув ответное приветствие, Дерек продолжил возиться с «аккордом», но вскоре его работу прервала подъехавшая на заднюю парковку полицейская машина. Из нее вышел мужчина в форме и, слегка прихрамывая, направился прямиком к нему. Мужчина улыбнулся и неловко помахал рукой, тут же опустив ее на кобуру, — скорее из привычки, чем ради устрашения — но Дерек все равно инстинктивно напрягся. — Это вы, эм, Дерек? — сбивчиво поинтересовался офицер. — Дерек Хэйл? — Чем я могу вам помочь? — немного настороженно ответил Дерек. Теперь, когда полицейский стоял рядом, было очевидно, что это — шериф. Дерек отчаянно перебирал в голове причины, по которым он мог понадобиться шерифу в десять утра на рабочем месте. Проблемы у Лоры? У Эллисон? Крис вернулся и навредил кому-то из его девочек? Кто-то вломился к нему в дом? Все варианты оставляли скручивающее внутренности чувство паники, которое Дерек изо всех сил старался подавить. От шерифа, видимо, не ускользнула его взвинченность, поэтому он протянул руку и похлопал Дерека по спине. — Не волнуйтесь, с вами нет никаких проблем, мне просто нужно подлатать одну из моих патрульных машин, и мне вас очень рекомендовали, — шериф по-доброму улыбнулся и, сжав напоследок Дереку плечо, встал, скрестив на груди руки. — Я — отец Стайлза. Он пригонял сюда свой «джип» пару недель назад? Дерек облегченно выдохнул и согласно кивнул. Он был уверен, что фамилия Стайлза была ему знакома — Дерек вырос в этом городе и слышал о шерифе Стилински еще с малых лет. Его, на самом деле, удивило, что шериф до сих пор состоял на службе. Хороший человек, добрый и справедливый, он помог Дереку и Лоре во время пожара. Дерек помнит, как сидел тогда в его кабинете, а шериф принес ему одеяло с Бэтменом и тарелку супа, подогретого в офисной микроволновке. Когда Стайлз впервые оказался у них в гараже, у Дерека было слабое чувство, что эти двое как-то связаны между собой. Было что-то общее в их улыбках и в том, как они себя преподносили. Они обговорили детали, после чего Дерек загнал машину внутрь. Развал-схождение было сбито к чертям, и он пообещал шерифу управиться за пару-тройку дней. Все то время, что Дерек занимался машиной, а потом и выпиской квитанции, он чувствовал на себе чужой взгляд. Спустя несколько минут висящей тишины, шериф заговорил: — Послушайте, Дерек, Стайлз рассказал мне о том, что вы для него сделали, с «джипом» и вообще. Я хотел бы сказать вам «спасибо». Жизнь была не очень добра к моему мальчику, и я ценю ваш поступок. Дерек так и знал, что этого стоило ожидать. Господи, знай он раньше, что помощь Стайлзу привлечет столько лишнего внимания, то дважды бы подумал прежде, чем делать. «И все равно бы сделал», — жалко подытожил мозг. Повернувшись к шерифу, Дерек стиснул зубы и скрестил на груди руки. — Не за что. Я знаю, каково это — растить детей в одиночку, — выдавил он из себя, предпочтя не упоминать о том, что о семейном положении Стайлза узнал уже после того, как починил машину. — У вас есть дети? — настороженно, но с явной толикой любопытства спросил шериф. — У моей сестры. Ее дочь одного возраста со Скоттом. — Верно-верно, дочка Лоры. Чудесная Эллисон Хэйл. Скотт упоминал о ней раз или три, хорошая девочка, — шериф Стилински усмехнулся. Вот же пацан, а? У него, и вправду, с увлечениями все было не лучше, чем у Дерека. — Не буду дальше отвлекать вас от работы. Мне нужно возвращаться в участок, мой помощник ждет меня на фронтовой стоянке, — он остановился, задумчиво взглянул на Дерека и добавил: — Просто хотел вас поблагодарить. За то, что вы сделали. Дерек снова кивнул. — Будь добр к моему сыну. Его раны еще не затянулись, но придет время, и он с этим справится. Прежде, чем Дерек смог покраснеть или прозаикаться вслух вопросом, шериф Стилински скрылся за дверью.****
Забрав Эллисон из школы, Дерек решил по пути домой заехать в ресторан к Лоре, однако он уже начинал жалеть об этом своем решении. Спокойный обед очень быстро стал набирать обороты и превращаться в допрос. Лора хваталась за каждую возможность, которая позволяла ей еще глубже закопаться в личную жизнь Дерека — привычки старшей сестры искоренялись с трудом. Эллисон, однако, необычно молчалива на протяжении всей беседы, но Дерек видел, как она прикрывала ладошкой улыбку. Предательница. — Он рассказал о тебе своему па-а-апе? — проворковала Лора. Она облокачивалась на стойку, уместив подбородок на раскрытых ладонях. Дерек, как всегда, недовольно хмурился. — Он поблагодарил меня за, эм, «джип», — промямлил Дерек. — И он сказал… Ну, для Стайлза… Он попросил меня отнестись к нему с добротой? Последние слова приобрели скорее вопросительную интонацию, а его голос совершенно точно не надломился — у него просто запершило в горле, вот и все. Он все еще пытался понять, что шериф хотел этим сказать. Фраза явно звучала как: «Позаботься о нем», и имела весьма расплывчатый смысл. Дерек не знал, что думать. Намекал ли шериф на что-то? Нужна ли Стайлзу забота? Давал ли он тем самым разрешение Дереку стать частью жизни семьи Стилински? Черт. Дерек не зациклился на этой долбаной фразе, абсолютно точно нет — пусть она и звучала у него в голове как заевшая пластинка. Ну просто, если серьезно, что это вообще могло значить? — Господи боже, Дерек. Да это же умилительно. Не говори мне, что теперь у тебя есть папочкино благословение, и ты можешь свободно запрыгнуть на его сына. — Лора, следи за языком. Твоя дочь тебя слышит. Они обе одинаково пожали плечами, и Лора наклонилась к Эллисон, чтобы наградить ее неприлично громким поцелуем в щеку. Девчонки начали дурачиться и пронзительно смеяться на фоне громких поцелуев, а Дерек вернулся к своему бургеру. За его спиной зазвенели колокольчики, задетые открывшейся дверью, и следом раздалось уже знакомое ему хихаканье. — Тише, Эрика, он нас услышит, — Айзек старался говорить шепотом, но умудрился, скорее, очень громко прошипеть. Мелкие шажки превратились в бег и замерли точно у Дерека за спиной. Прежде, чем он смог повернуться и притворно зарычать на девочку, вокруг его талии обвились маленькие ручонки. Он попытался обернуться, но выиграл себе лишь задорный взвизг и смех. Колокольчики над дверью зазвенели снова. — Эрика! Серьезно? — сдавленно выкрикнул Стайлз, явно запыхавшись. — Прошу тебя, отойди от незнакомого человека. Дереку наконец удалось взять Эрику на руки и встать со стула, стараясь удержать машущего руками ребенка (еще одна черта, унаследованная от ее отца). Узнав Дерека, Стайлз замер на полушаге, округлив глаза. За его спиной в двери показался Скотт. Дерек ощутимо напрягся, уловив на лице Стайлза панику — он не знал, какого рода приветствие от него ожидал, но уж точно не такого. Эрика сползла на пол, не отпуская его руки, даже когда встала на ноги, а он не знал, что делать, поэтому недвижно стоял на месте, пока Эрика мотала их соединенными руками из стороны в сторону. Они со Стайлзом так и замерли, безмолвно уткнувшись друг в друга взглядами, пока Лора не кашлянула за стойкой. — Хотите присоединиться к нам на обед? — она широко улыбнулась всем гостям, стоя, уперев одну руку в бедро и держа во второй кофейный чайник, и затем подмигнула Айзеку, который как всегда цеплялся за отцовскую ногу. На лице Стайлза заиграл румянец. Он с трудом оторвал взгляд от лица Дерека, кивнул и слабо улыбнулся — скорее еле приподнял кончики губ. — Присаживайтесь здесь, за стойкой, — приветливо пригласила Лора, раскладывая меню и салфетки на четыре места справа от Эллисон. Эллисон помахала Скотту и похлопала по свободному месту слева от себя. Глаза Скотта округлились и рот, тоже, стал напоминать большую «О». Он остолбенело помахал в ответ и поспешил занять предложенное место, полностью игнорируя нахмуренные брови Дерека. Устроившись, он робко глянул на Эллисон и тут же скрылся за меню. Эллисон, отдать ей должное, усмехнулась и опустила глаза на свой сэндвич. Тем временем Дерек со Стайлзом не спеша двигались к стойке, каждый в компании одного из близнецов. — Ну, выходит у нас обеденное свидание, — поддразнила Лора, показывая Эллисон язык, на что та лишь сердито глянула в ответ. Дерек начинал замечать, где проявляется их родство. Его радость, однако, прекратилась как только он понял, что Эллисон переиграла места: его тарелка теперь стояла справа от нее, а слева сидел Скотт, что вынуждало Дерека сесть рядом со Стайлзом. «Вот же предательница». Стайлз удостоверился, что сев, он никак не заденет Дерека, — извернулся так, чтобы отклониться в другую сторону, а Эрика, не поддержав негласной политики «Вшивый Дерек», взобралась обратно к нему на колени, и, откинувшись на его грудь, стала таскать с его тарелки жареную картошку. Дерека слишком поглотило волнение от всей этой ситуации, чтобы позволить себе хоть как-то возмутиться. Он слышал, как на телефоне Эллисон несколько раз щелкнула камера.****
— Козюля, перестать воровать у мистера Дерека еду. Слезай, мы закажем тебе отдельно, — сказал Стайлз, уткнувшись носом в меню. — Все нормально. Мы разделим мою порцию, пока ее на подходе, — Дерек в упор смотрел на профиль Стайлза, надеясь при этом не выглядеть озабоченным придурком. Его напрягало то, как отстраненно Стайлз держался, и он не знал, что сделать, чтобы это прекратить. Стайлз кинул на него мимолетный взгляд и ответил: — Я не хочу, чтобы она привыкала есть, сидя на коленях у посторонних людей. Дерек вздернул на это бровь. Замечание Стайлза ранило его сильнее, чем хотелось бы признавать. Посторонний? Вот так, значит? Он, конечно, не считал их лучшими друзьями, но не думал, что они остановились на чужих. Он насупился и, сняв Эрику с колен, поднялся на ноги. Стайлз отложил меню, но упорно продолжил смотреть в другую сторону. Дереку нужно было скрыться, прежде чем он выдаст что-нибудь глупое. Лора наградила его рассерженным взглядом, но он лишь кинул что-то про визит в уборную и быстро покинул комнату. Закрыв за собой дверь в туалет, он уперся руками в раковину и попытался успокоиться. Что он творит? Почему он так взвинчен? Он понимал, что подобные вещи требуют времени. У Дерека самого было достаточно эмоционального багажа, чтобы знать, как болезненно трудно открываться другому человеку; сколько сил нужно, чтобы построить новые отношения. Кто мог сравниться с Дереком в плане искореженных эмоций — он, буквально, в приступе паники и обиды забаррикадировался в туалете ресторана своей сестры и решил, что останется здесь дожидаться, когда Стилински уйдут. — Дерек? — Стайлз негромко постучал в дверь. Дерек выругался и состроил гримасу своему отражению. Может, если он будет вести себя очень тихо… — Дерек? Я знаю, что ты прячешься там. Пожалуйста, открой дверь, — уговоры Стайлза звучали одновременно раздраженно и обеспокоенно. К тому же, вау, Стайлз его упрашивал. Может вся эта ситуация стать еще унизительней? Дерек обреченно вздохнул и открыл дверь.****
— Ха. Я знал, что ты не на белом друге тут сидишь, — съязвил Стайлз, криво улыбнувшись. Он теребил пальцами края толстовки, а, подняв взгляд на Дерека, принялся за свою обычную привычку жевать нижнюю губу. — Прости, я прос… — начал Дерек, но Стайлз не стал слушать, протолкнувшись мимо него в комнату и вставив свое слово. — Мне нужно с тобой поговорить. Черт, такое чувство, что я говорю это каждый раз, когда тебя вижу. Загнанный в угол в тесном пространстве, Дерек потерял все пути к отступлению. Несколько минут они неловко стояли в противоположных углах маленькой комнаты, молча оценивая друг друга, пока Стайлз со свистом не выдохнул и опустился на закрытый унитаз. Дерек прислонился к раковине, намереваясь держаться собрано и спокойно. «Ага, удачи». — Итак… Про этого слона в комнате, — начал издалека Стайлз. Их еле начавшийся разговор уже превышал все пределы неловкости. Дерек пытался прожечь взглядом дыру в кривой плитке на полу. — На прошлой неделе я немного… С моей стороны было неправильно вываливать все это на тебя. Этот ужин должен был быть моей благодарностью, черт бы его побрал, — Стайлз смотрел в потолок, уцепившись обеими руками за шею. Он выглядел ужасно. — Мне было так стыдно. До сих пор стыдно. Я хотел позвонить, но не хотел, чтобы ты считал меня уж совсем безнадежным. Я ждал, что позвонишь ты, но думал, возможно, для тебя это все оказалось… слишком ошеломительно. Я не знал, что делать. Мне кажется, я видел тебя в магазине в прошлую пятницу? Но потом я повернулся, чтобы поздороваться, а тебя уже не было, — Дерек раздумывал, сможет ли он залезть в раковину и спустить себя в слив, чтобы уже с концами. «Нахер такую жизнь». — Я клянусь, я не всегда такой жалкий. В любом случае, я не думал тебя избегать… Мне просто было до ужаса стыдно, что у меня прямо на твоих глазах буквально случился нервный срыв. Я не знал, что тебе сказать. И с Эрикой только что — я не хотел ничего… Я даже не понял… — Стайлз споткнулся на словах и покраснел. — Господи, я не умею это делать. Пожалуйста, скажи мне, что я тебя не отпугнул, — он со шлепком закрыл ладонями лицо. Дерек резко поднял глаза, недоуменно приоткрыв рот. Как будто Стайлз обязан был извиняться за то, что ему нужно время. Единственное, за что ему следовало бы извиниться, так это за задравшуюся на спине футболку, оголившую в просвете полоску кожи. И за то, что кусает губы. И за огромные руки, которые Дереку просто необходимо почувствовать на себе. «Прямо сейчас. О, господи». Дерек снова отвлекся. — Тебе не нужно извиняться, я все понимаю, — поторопился заверить Дерек. — Я знаю, каково это — бояться раскрыться перед другими людьми, но хотеть поделиться с кем-то своей ношей. — Если от моих слов тебе станет легче, — уже тише признался он, — я хотел бы быть таким же смелым, как ты. Стайлз изумленно смотрел на него, открыв рот и спустив на колени руки. Осторожно скрываемая нервозность полностью исчезла, и теперь румянец завладел его щеками, кончиками ушей и медленно сползал вниз по шее. «Если его брови продолжат двигаться вверх, — отметил Дерек, — они встретятся с затылком». Внезапно Дерек больше не мог стоять смирно, ему нужно было донести мысль прежде, чем Стайлз успеет что-нибудь сказать. Сам не до конца осознавая свои действия, он шагнул вперед и остановился прямо напротив него. Ему хотелось положить ладонь к Стайлзу на плечо, коснуться его руки — это казалось так просто, когда сам Стайлз или Лора делали это — но его рука отказывалась двигаться. Пальцы предательски дернулись, и он замер. «К черту», — решил он. Столько времени он закрывался ото всех. Столько времени чувствовал, как при каждом малейшем касании чужих людей его кожа хотела вывернуться наизнанку. Без малого шестнадцать лет прошло с тех пор, как он добровольно прикасался к кому-то. Но он хотел сделать это сейчас, этот момент был в его руках. Пусть в пекло идут все года межличностных проблем, он дотронется до этого человека и не ощутит себя в эпицентре горящего пламени. Аккуратно, он обхватил ладонями лицо Стайлза, давая им обоим шанс передумать. Стайлз медленно оторвал взгляд от груди Дерека и встретился им с его зелеными глазами. Никто из них не отпрянул. Внутри у Дерека бушевал ураган, но тепло щек Стайлза стерло все опасения. То, что происходило сейчас, было правильно. В этом прикосновении не было ничего обыденного и платонического — это прикосновение не было дружеским. Назад пути нет. — Если тебе от этого станет легче, — шепотом повторил Дерек, — я бы мог слушать тебя всю ночь. Стайлз громко сглотнул и провел языком по нижней губе, не отводя взгляда от глаз Дерека. Это был их момент истины. Все чувства Дерека за последний месяц зависели от того, что произойдет сейчас. Он нуждался в каком-то подтверждении, что все это не происходит впустую. Стайлз накрыл одну из ладоней Дерека своей и, закусив губу, опустил глаза вниз. Сердце Дерека разрывалось безумной какофонией ударов, грозясь проломить грудную клетку. Ему хотелось плакать или смеяться или… Он рванулся вперед, впиваясь в рот Стайлза поцелуем так сильно, что в какой-то момент их зубы ударились друг о друга, но Стайлзу, казалось, было все равно — он отвечал на желание Дерека своим собственным безумством. Дерек был готов умереть. Губы Стайлза, теплые и слегка потрескавшиеся, без доли сомнения двигались в унисон с его. Они замешкались на мгновение: Стайлз обвил руками шею Дерека, а Дерек, обхватив одной рукой Стайлза за талию, а другой подцепив его ногу, неуклюже поднял его с унитаза и далеко не нежным рывком опустил на стойку с раковиной. Тут же обхватив ногами его талию, Стайлз полностью завладел верхней губой Дерека и аккуратно укусил. И несмотря на то, что все это происходило в тесном туалете, поцелуй был всем, о чем Дерек мечтал. Он легко провел языком по нижней губе Стайлза, вызвав ощутимые мурашки, и, отпрянув, начал усыпать его губы и подбородок мелкими поцелуями. Проведя носом вдоль скулы Стаилза, он наградил маленьким поцелуем каждую из родинок, раскинутых по его щекам. Внезапно Стайлз напрягся и отпрянул. — Мы целуемся в туалете, — с придыханием констатировал он, — пока твои сестра и племянница смотрят за моими детьми. Дерек вскинул бровь и отодвинулся дальше, чтобы лучше посмотреть на мужчину перед собой. Волосы Стайлза растрепались, глаза были дикими, а губы красными, красным же залились и места на шее и щеках, где Дерек оставил следы своей щетиной. Стайлз выглядел прекрасно… и был в ужасе. — Я не должен был… О, боже мой. Я не могу. Это, — его голос надорвался, — это была ошибка. Он оттолкнул Дерека от себя и поспешно слез с раковины, в его глазах застыли слезы. Дерек пытался его остановить, пытался спасти момент, который рушился прямо у него на глазах, но Стайлз, спотыкаясь и растирая ладонями лицо, пробирался к двери. — Стайлз, подожди, пожалуйста, — пришла очередь Дерека умолять. Он вытянул руку, но сам не понимал, за чем конкретно он тянется. — Прости. И он снова остался в туалете один.
