Глава 5. Место, где я не чувствую себя одиноким.
29 октября 2016 г., 17:31
— Ладно, смотри, ты решился, ты приложил усилия, вышло не совсем так, как ты рассчитывал, — Лора надеялась подбодрить, но, на взгляд Дерека, по своей цели она слегка промахивалась.
— И каким образом мне должно стать от этого легче? — буркнул Дерек. Он лежал на диване, свесив вниз ноги и умостив голову на коленях у Эллисон. Она легко перебирала ему волосы, пока он пытался — безуспешно — дуться на Лору. Пальцы Эллисон чересчур умиротворяли. Нужно будет провести с ней беседу на предмет выбора сторон.
— Я вообще-то не закончила, — отчитала его Лора. — Я вела к тому, что пусть все и не обернулось так, как ты надеялся, у тебя все еще есть возможность что-нибудь сделать. Ты должен дать ему понять, как ты ко всему этому относишься, что творится в этой твоей голове. Дерек, ты сохнешь по нему. В прямом смысле, сохнешь. Уже месяца два, не меньше, — Лора выделила «сохнешь», сморщившись и скривившись, словно это было что-то противно-невкусное.
— Медведь, — ласково позвала Эллисон, обхватив его голову с обеих сторон, — мне кажется, тебе надо пойти к мистеру Стилински домой и рассказать ему, что ты чувствуешь. Может быть, он тоже сейчас с ума сходит.
Дерек посмотрел в ее большие карие глаза, наполненные в равной степени беспокойством и смешинкой, и состроил хмурую мину. Эллисон рассмеялась и растянула пальцами кончики его губ в улыбку. Дерек сдался этому смеху и этому треклятому прозвищу. Всем силам есть предел перед лицом милых племянниц.
— Дерек, пожалуйста, — Лора нечасто прибегала к мольбе. Ее голос звучал искренне, и с серьезным лицом она наклонилась с другого конца дивана и взяла его за руки. — Сделай это. Давай. Чтобы не жалеть потом.
****
Вернувшись с обеденного перерыва, который Дерек провел с семьей, он принялся за недельные отчетности. Внезапно офисная дверь распахнулась настежь. Подняв прикрытые очками глаза, Дерек обнаружил в дверях Скотта. Мальчик весь раскраснелся, вспотел и выглядел одновременно смущено и взбешенно — что Дерек до этого момент считал невозможным. — Дерек, могу я, хах, поговорит с тобой? — запыхавшись, заговорил Скотт. — Что случилось? — Дерек отложил в сторону очки и медленно поднялся из-за стола. Что-то серьезное должно было произойти, чтобы Скотт пришел к нему в гараж. Дерек подумал взять Скотта за плечо, но это казалось таким неестественным, поэтому он просто предложил мальчику сесть на стул. Скотт отрицательно замотал головой и взлохматил свои и без того взъерошенные волосы. Он прикусил губу, хмуро уставился в пол, а потом сделал глубокий вдох. — Ты должен это исправить, — обреченно выдавил из себя он. Дерек понятия не имел, о чем он говорит. Тогда Скотт посмотрел ему в глаза и прорычал от досады. Обе его руки взметнулись вверх, и он потер ладонями глаза. Жест настолько напоминал Стаилза, что у Дерека все сжалось внутри. — Я не знаю, что случилось, но тебе надо это исправить! — Скотт повысил голос, не убирая рук от лица. Выглядело так, будто он дрожит. — Мой отец… Он в ужасном состоянии. Он не слушает меня, и я не знаю, что делать. Он так расстроен, и я не… Я подумал, может… Пожалуйста, просто исправь все это. Скотт опустил руки, чтобы посмотреть на Дерека, и шмыгнул носом. Его глаза покраснели и слезились, и он так сильно старался не плакать, что его плечи тряслись от напряжения. Дереку ужасно хотелось успокоить этого мальчишку. Подавив инстинкт, говорящий ему отойти и спрятать руки в карманы, он поднял руку и осторожно положил ее к Скотту на плечо. Прикосновение вышло топорным и неуклюжим, но Скотт все равно заметно расслабился. Он подавился всхлипом и буквально упал к Дереку на грудь. Дерек не знал, как себя вести — до этого дня Скотт либо кидался в его сторону оскорблениями, либо просто его избегал — поэтому, боясь сделать что-то еще, он просто стоял и легко похлопывал Скотта по спине. — Я попытаюсь, — шепотом проговорил он. — Обещаю, я попытаюсь.****
Стаилз пытался сконцентрироваться на дневниках с картинками, которые он давал близнецам в качестве задания на этой неделе. Ему еще предстояло проверить несколько работ для профессора из местного колледжа, где он подрабатывал ассистентом. Работа по большей части отводила его мысли от катастрофы, которой обернулся совместный семейный обед Стилински и Хэйлов. Последние пару дней прошли как в аду: близнецы не переставали пререкаться, а Скотт слонялся за ним словно тень. Стаилз понимал, что Скотт хотел как лучше, но он не подпускал его близко. Не хватало, чтобы помимо своих эмоциональных проблем подросток взвалил на себя еще и отцовские. Нынешнее утро выдалось особенно отвратным. Впервые за все время он накричал на Скотта. Как только слова сорвались с языка, Стаилз мгновенно пожелал вернуть их обратно. Скотт весь помрачнел и, прежде чем Стаилз успел проронить хоть слово, выбежал за дверь и схватился за велик. Эрика отказывалась говорить с ним при любых обстоятельствах, кроме тех моментов, когда обзывала его какашкой, а Айзек проревел целый час. В итоге, теперь он кисло сидел на полу в зале, пока близнецы раскрашивали неподалеку: Эрика резкими зигзагами и закорючками, Айзек — плавными линиями и очертаниями. В дверь позвонили, и Стаилз подскочил на ноги в надежде, что Скотт достаточно остыл, чтобы выслушать его извинения. — Скотт, я так… — он резко прервался, практически пискнув от удивления. Позади Скотта стоял Дерек, бережно прислоняя к стене синий велик. Скотт не поднимал глаз, решив сосредоточить грозный взгляд на придверном коврике, а когда Стаилз потянулся его обнять, резко увернулся и протолкнулся в дом. Было слышно, как он забежал по лестнице, а через пару мгновений наверху громко хлопнула дверь. Последовавшая тишина оказалась мучительной. — Ты тоже поцеловал меня, — внезапно выдал Дерек. — Я почувствовал. Я поцеловал тебя первым, но ты поцеловал меня в ответ. Стаилз, который отвернулся от двери, когда Скотт забежал внутрь, моментально дернулся обратно. Он посмотрел на обиженное лицо Дерека, на поджатые в тонкую линию губы и не смог придумать ни одной фразы, которая бы заставила это выражение исчезнуть. Впервые он растерял все свои слова. Он злился на Дерека за то, что тот поднял эту тему. За то, что стоял здесь, сейчас, у него на пороге. За то, что оказался тем, к кому пошел Скотт. — Я не хотел, — едко выплюнул он, но тут же сам ощутил тяжесть лжи на языке. — Это была ошибка. Он услышал изумленный, сбивчивый вздох Дерека, но, когда поднял глаза, встретился лишь с непроницаемой маской. «Двойной зачет по дурным словам в адрес тех, кто тебе дорог. Молодцом, Стилиски». Стаилз закусил щеки так сильно, что почувствовал во рту кровь. Он надеялся, что после этих слов Дерек оставит все как есть и просто уйдет, но какая-то часть в нем все равно желала, чтобы тот ткнул его мордой в его же вранье. Когда Дерек покачал головой и, развернувшись, зашагал к машине, Стаилз мысленно возликовал победе. Он закрыл дверь и навалился на нее всем телом, разом выпустив воздух, который разрывал легкие все это время. Теперь, когда мысли прояснились, что-то внутри него тихонько взвыло. В какой-то мере его расстроило, что Дерек так просто сдался. «Но ведь ты этого и хотел, а?» — его сознание сегодня пребывало в особо ехидном настроении. Однако его праздник жалости к себе был немедленно прерван настойчивым стуком. Близнецы выглянули из-за угла, потревоженные всеобщей сумятицей, и Стаилз поспешил разогнать их и занять приготовленным на день заданием по математике. Стук начал набирать обороты, и Стаилз, спотыкаясь, добежал до двери, чтобы открыть ее снова. — Нет. Ты не можешь так поступать, — сквозь зубы процедил с порога Дерек. — Ты не в праве приглашать меня в свою жизнь, просить меня поддержать тебя, а потом просто закрыть передо мной дверь, — Дерек сделал большой уверенный шаг вперед и уперся рукой в дверной косяк. — Я не просил тебя ничего для меня делать! — Стаилз чувствовал, как бешено колотится его сердце, грозясь выскочить из груди. Он был на грани панической атаки, но просто не мог заставить себя вытолкнуть Дерека за порог. Ему нужно было услышать остальное. — Я не поведусь на твою политику с лозунгом: «Я не заслуживаю счастья». Я не собираюсь сдаваться и уходить только потому, что тебе хочется окунуться в ненависть к себе и подорвать это — чем бы оно ни было, — Дерек помотал рукой между ними и сделал еще один шаг вперед. Стаилз не шелохнулся. Застыв на месте, он ответил на пронизывающий взгляд Дерека. — Если ты честно скажешь мне, что жалеешь о том, что случилось в этом гребаном туалете — я уйду. Стаилз сглотнул подбирающуюся к горлу панику. Он не отступит перед впивающимся в него дерзким взглядом. Собравшись с духом, он продолжил стоять на месте, даже когда Дерек поднес руку к его лицу. — Если ты можешь в открытую посмотреть мне в глаза и сказать, что не хочешь меня так же, как я хочу тебя — даю слово, я сяду в машину и уеду. — Что если, — прохрипел Стаилз, его горло внезапно стало суше чертовой Сахары, — что если я не могу? В улыбке Дерека было столько тепла и терзающей надежды, что в какой-то момент Стаилзу пришлось перестать смотреть. Крепко зажмурив глаза, он боролся с каждым инстинктом, толкающим его прижаться к теплу чужой ладони на своей шее. Он практически перестал дышать, когда вторая рука коснулась его лица с другой стороны. «Почему я сопротивляюсь? Что я вообще творю?» — Я не уверен, что оправился достаточно, чтобы снова быть с кем-то. «Дерек заслуживает это услышать», — решил Стаилз. Он открыл глаза и нашел Дерека гораздо ближе к себе, чем раньше. Он судорожно втянул легкими воздух. Господи, да Дерек даже не выглядел настоящим. Большие золотисто-зеленые глаза, теплые и ясные, неотрывно впивались в него острым взглядом, который был на удивление любящим. А эти густые темные брови снова хмурились, и Стаилзу до ужаса хотелось взять и разгладить складку между ними большим пальцем. До него не сразу дошло, что руки на самом деле поддались его желанию, и осознание заставило его замереть. — Я не уверен, что смогу быть для тебя чем-то стоящим, — Стаилз старался не выдавать наружу то, как устало и разбито чувствовал себя внутри. — Я ничем не прошу тебя быть, — тихо ответил Дерек. Черты его лица стали мягче под чужими руками. Его слова растопили что-то внутри Стаилза. Он все еще боялся. Ему казалось, он стоит на краю обрыва, у которого не видно дна. Он не любил не видеть, что впереди. Ужасные вещи случаются, когда ты шагаешь наобум. Стаилз предпочитал предсказуемость и надежность, предпочитал знать, во что себя втягивает. Но когда Дерек наклонился вперед — душераздирающе медленно — чтобы нежно поцеловать его в уголок рта, Стаилз извернулся для настоящего поцелуя. Он поцеловал его, глубоко и сильно, и, обвивая руками шею Дерека, Стаилз понял, что единственное, что он может сделать — это прыгнуть с края обрыва и надеяться, что Дерек прыгнет вместе с ним.****
Дерек пообещал себе, что выждет день или два, прежде чем расскажет все Лоре — в качестве мести за ее подначки и длинный нос. Пять минут за рулем от дома Стилински, и его телефон зашелся трелью на соседнем сидении. На экране высветилось «Мозгокап», и, мученически вздохнув, Дерек ответил на звонок. — Я ж тебе, мать твою, говорила!!! — провизжала Лора. Дерек коротко вильнул на дороге, пока отшатывался от трубки. Придет день, и Лора точно сведет его в могилу. — Я не зна… — Цыц, Эллисон мне уже все рассказала. — Погоди, что? Но она не… Как? — Они переписывались со Скоттом. Он описал ей все подробности с места событий. «Вот же маленький говнюк». Дерек думал, что Скотт был у себя в комнате во время их разговора со Стаилзом. Знай он, что в доме засели шпионы, сбавил бы тон. Ему оставалось только вздыхать, пока Лора заходилась тирадой о том, как она «всегда и неукоснительно права» насчет «всего». Эллисон с упоением хихикала на фоне. — Дерек, мне придется тебе перезвонить, — Дерека выбил из его меланхоличного транса холодный и взволнованный тон Лоры. Она пыталась оставаться непринужденной, но Дерек буквально чувствовал ее тревогу даже через трубку. — Лора, что случилось? — он свернул на обочину, не доверяя себе за рулем, когда внутри все начал заполнять страх. Лора отключилась, не ответив. Дерек выругался, но не успел он отбросить телефон, как пришло сообщение от Эллисон. «Приезжай. Быстро.» Эллисон драматизм был несвойственен, поэтому Дерек сделал резкий поворот на сто восемьдесят и рванул в сторону Лориной квартиры, оставляя на асфальте следы от шин. Наконец, после прошедшей, казалось, вечности, он достиг нужного жилмассива. Наспех припарковавшись, он выпрыгнул из машины и ринулся вверх по лестнице. Перемахивая две ступеньки за раз, он добежал до квартиры и настойчиво ударил дверным молотком несколько раз, пока Эллисон не распахнула дверь. Ее лицо было бледным и озабоченны, глаза округлились от страха. — Медведь, — выдавила она. Дерек обхватил ее руками и зашел внутрь. На кухне он обнаружил Лору и стоявшего напротив нее мужчину. Средний рост вдобавок к хоть и заметно крепкому, но худощавому телосложению не выдавали в мужчине ничего особенного. Дерек узнал его сразу. Теперь его скулы покрывала густая щетина, когда-то темные волосы охватила седина, а знакомое лицо усыпали десятки морщин. Мужчина кивнул Лоре и повернулся, чтобы почтить вниманием Дерека. — Дерек, — немногословно поприветствовал он. — Крис, — ответил Дерек, сильнее прижимая к себе Эллисон. — Ты опоздал на пару лет. Крис напрягся, его руки с силой сжали край кухонной стойки. Лора перекидывала взгляд со своей дочери на мужчину впереди себя и обратно. Затем она отставила из рук в раковину кружку и мягко взяла Криса за плечо. Он обернулся к ней и, отвечая ее прикосновению, ослабил хватку. — Крис, мы продолжим этот разговор в другой раз, — осторожно, но с категоричностью в голосе сказала она. Крис еще раз посмотрел на Дерека с Эллисон и снова повернулся к Лоре. Он коротко кивнул и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. Лора на секунду замерла, но тут же отпрянула и направилась в сторону двери. Плечи Криса опали, но он подобрался прежде, чем пройти мимо Дерека. И Дереку многого стоило, чтобы не скинуть его с балкона, когда тот наклонился, чтобы поцеловать Эллисон. Она вздрогнула и уткнулась лицом Дереку в грудь, отказываясь от прощальных любезностей. Крис распрямился и пригвоздил Дерека взглядом, который пробирал до самых костей, и в котором смешалось все разом: угроза, сокрушенность, зависть. Дерек, к своей чести, не дрогнул с места, лишь только сильнее прижал к себе Эллисон. Проводив Криса до двери, Лора что-то тихо ему сказала, и после этого он исчез.****
— Что ему было нужно? — голос Дерека словно громом прошелся по давящей тишине. Они все вместе собрались на диване: Эллисон уснула, свернувшись у Лоры на коленях, а сама Лора выглядела заметно потрясенной, но держала себя в руках ради Дерека. — Он переезжает обратно в город, — тихо ответила она. — И хочет «исправить то, что испортил». Его слова, не мои. Дерек посмотрел на Лору. Она была одной из самых сильных людей, которых он когда-либо знал. Дерек безумно любил свою сестру еще с тех пор, как они были детьми, и восхищался ею за ее упорство и самоотдачу. Она ставила других превыше себя и никогда не ждала ничего взамен. А сейчас, свернувшись в клубок объятий со своей дочерью, с глазами красными от слез, она казалась такой маленькой и юной. И Дерек ощущал себя беспомощным. — Дер, я не знаю, что делать. Дерек не знал, как сказать о том, что он чувствует, и было ли у него здесь право давать советы. Лучшее, что он мог сделать, это позволить Лоре прижаться к его груди и успокаивающе гладить ее по спине, пока она тихо плачет. Он понимал, что эти слезы лились по потерянным годам. По ее прекрасной, сильной дочери. По их семье, сломанной, но набирающей силы. По мужчине, который ее оставил. Но единственное, на что был способен Дерек — это чувствовать то, что чувствует Лора, и предлагать ей свою опору перед лицом надвигающейся бури.
