Богоубийца

* 18+ *

      Мы влетели в комнату и расположились на кровати, а наши губы сплелись в поцелуе. Луна была неопытна, но быстро училась, а страсть, с которой она постигала поцелуй, заставляла мою кровь закипать. Она отстранилась от меня и, покраснев, сказала:       — Тит, ты же знаешь, у меня ещё никогда не было. Поэтому прошу, будь со мной нежнее.       Я наклонился к её ушку и слегка прикусив, прошептал:       — Не волнуйся, моя Вуна, я сделаю всё, чтобы ты навсегда запомнила эту ночь как самую лучшую в твоей жизни. Но ты вся напряжена. Позволь, я сделаю тебе расслабляющий массаж. Ложись на живот, милая.       Она кивнула и расположилась на животе, раскинув свои ноги подобно морской звезде, и в предвкушении вздохнула. Я нежно начал разминать её спину копытами, периодически наклоняясь и целуя в шею. Я почувствовал, как моя партнёрша стала потихоньку расслабляться. Но стоило мне только дойти до крыльев, как она тихо простонала, а её цветок начал выделять соки. Сильное возбуждение овладело моим разумом, а жеребцовое достоинство налилось кровью. Прекращаю массаж и начинаю медленно спускаться вниз, покрывая её кожу поцелуями. Луна начинает тихо стонать, но затем она едва сдерживает крик, а её крылья широко раскрываются, когда я провожу языком по её истекающей соками набухшей петельке. На вкус она подобна мяте. Мой язык начинает проникать глубже, вызывая периодические сокращения в её лоне. Какая же она всё-таки восхитительная. Через Луну словно бил разряд. Она громко застонала, предвещая скорую кульминацию, её разгорячённая петелька сжалась вокруг моего языка, и громко простонав напоследок, Луна дошла до пика, одарив меня очередной порцией своих восхитительных соков.       — Ох… Тит… это… было так… прекрасно, — с трудом вытолкнула она из себя, восстанавливая дыхание. — Но я хочу всего тебя, заполни всю меня без остатка!       — Желание моей принцессы закон, — сказал я и лёг сверху на Луну, проводя своим членом по её половым губкам, вызывая очередной стон. — Готова?       Она смогла только кивнуть, и я нежно вошёл в неё. Луна протяжно вскрикнула, выпуская весь воздух из своей груди, а затем часто задышала. Спустя пару мгновений нежного проникновения, мой член натыкается на её девственную плеву.       — Луна, сейчас тебе будет немного больно, потерпи, хорошо? — решил я успокоить свою принцессу.       — Ради тебя… всё, что угодно, мой принц, — тяжело дыша, ответила она.       И я делаю резкий рывок. Луна вновь вскрикивает. Судя по ощущениям, крови почти нет, и это хорошо. Начинаю осторожно двигаться в ней, постепенно ускоряясь, и со временем чувствую, как Луна начала получать удовольствие от процесса и задвигалась мне навстречу. Удовольствие росло с каждым проникновением, и через пару минут я почувствовал, что мы уже очень близки к пику. Мы вновь ускоряемся, комната наполняется нашими безудержными криками и стонами, её узкое лоно сжимается вокруг моего члена, и я обильно кончаю в неё.       Выхожу из своей возлюбленной и падаю рядом на кровать. На мордашке Луны застыла счастливая улыбка, она смотрит своим любящим взглядом мне в глаза.       — Тит, я… я так сильно тебя люблю, — нежно прошептала она. — Я никогда не забуду эту ночь. Но может мы попробуем что-то ещё?       Её мордочка вновь покраснела. Я улыбнулся и сказал:       — Давай, я думаю, что тебе это понравится. Ложись на спину, милая.       Она поспешила исполнить мою просьбу и легла, раздвинув ножки в призывном жесте и похотливо улыбнувшись. Я вновь возбудился и, расположившись сверху, слился с Луной телами и языками. На этот раз я решил взять более быстрый темп, но моей любимой этого показалась мало, и она громко простонала:       — Ещё… ещё. Я хочу, чтобы ты жёстко меня отодрал! ДА, ЕЩЁ!!!       Я ускорился и зарычал, проникая в Луну на всю длину. Страсть, похоть и желание овладели нашими умами, а непрерывный зрительный контакт и поцелуи прибавляли пикантности. В этот момент для нас ничего не существовало, кроме друг друга. И вновь ощущается близость финала, мы оба чувствуем это, а потому замедляемся, дабы продлить удовольствие. Но тут Луна делает неожиданное. Резко рванув, она оказывается сверху, беря инициативу на себя, и, наклонившись, больно кусает за ухо. Сил сдерживаться больше нет, и моё горячее семя вновь заполняет её лоно. Я заваливаюсь на простынях, а Луна ложится на меня сверху, обняв копытами.       — Ух, Луна, это было… великолепно, — переведя дыхание, сказал я. — Кто же знал, что ты такая ненасытная.       —Ну, я старалась, — ответила она с улыбкой. — К тому же, прочла пару книг по этой тематике.       — Ах, Луна, словами не передать, как я тебя люблю, всем сердцем, — посмотрев ей в глаза, сказал я.       Она прижалась ко мне и, обняв, прошептала:       — Ах, как я люблю тебя… Спасибо тебе, Тит, спасибо за твои чувства, за твою любовь.       Мы лежали в постели, наслаждаясь теплом друг друга, и спустя некоторое время заснули.

* * *

      Я просыпаюсь и открываю глаза. Луна всё так же лежит на мне и спит, а на её мордочке читается умиротворение. Какая же она всё-таки милая. Но я беспокоюсь о том, как эту новость воспримет Тия. Что ей сказать? Ну, во всяком случае, правду, а дальше как подскажет сердце. Пока я размышлял, Луна проснулась и посмотрела на меня омутами своих завораживающих зелёных глаз.       — О чём думы твои, любовь моя? — поинтересовалась Луна.       — Да вот гадаю, как твоя сестра отнесётся к нашей связи. Не возненавидит ли она нас? — ответил я задумчиво.       Луна слегка засмеялась и ответила:       — Не волнуйся, не возненавидит. Открою тебе один секрет. Она всё уже знает. Ну, а как ты думаешь, кто помогал мне пробудить твои спящие чувства?       — Эх вы, интриганки. Ну что ж, это всё упрощает, — со вздохом облегчения ответил я.— Ладно, хватит спать, нам ещё управлять страной, пока Тия не вернулась из своего отъезда. Идём завтракать?       И мы отправились в трапезную, по пути болтая о всяких пустяках. * Тем временем *       — Мать твою, Шайнинг, сделай же ты хоть что-нибудь, — заорал Гай.— Поставь какой-то щит, чтобы я мог нормально отстреливаться, или какого хрена у тебя на заднице он изображён?       Со стороны это было странное зрелище. Вооружённый до зубов хронис пытался отстреливаться от синтетиков на планете, пережившей апокалипсис. И всё бы ничего, ведь куда только судьба-злодейка не заносила хронисов, этих любителей попутешествовать и повоевать. Но этот был в компании со странным существом, напоминающим маленькую лошадь с рогом на лбу.       — Да что я сделаю? — в страхе закричал единорог. — Я почти магическое истощение заработал. Они меня на куски порвут!       — Слушай сюда, Шайнинг, если ты ничего сейчас не сделаешь, я сам тебя порву, — вновь закричал хронис. — Я много чего умею, но, уж извините, эти господа не соизволят подождать.       Единорог закрыл глаза. И первое, что всплыло перед ним, был образ Кейденс, которая его ждёт. Нет, он не погибнет, не оставит её наедине со своим горем. Шайнинг вновь открыл глаза и сосредоточился. Поначалу ничего не происходило, но через пару минут полуразрушенное помещение обволокло защитным куполом, об который загрохотали снаряды. Хронис решил не терять ни минуты, и обрушил на синтетиков всю свою огневую мощь. Спустя десять минут всё было кончено. Вся местность перед разрушенным домом представляла собой свалку из покорёженных и обратившихся в прах противников. Как только последний синтетик превратился в груду бесполезных искрящихся обломков, купол спал, и единорог упал на землю от истощения.       — Вот, молодец, — потрепал Гай единорога по гриве. — Но довольно отдыхать, нам надо ещё пять километров преодолеть до захода солнца. И, если ты думаешь, что я тебя буду тащить на себе, то ты ошибаешься.       — Зачем ты это делаешь? — спросил единорог, с трудом поднимаясь на все четыре.       — Пытаюсь убить тебя наиболее изощрённым способом, при этом оставляя тебе шанс на выживание, — ответил Гай. — Но если ты выстоишь, то уж точно будешь достоин любви своей кобылки. Ты станешь сильнее, мудрее и целеустремлённее. Одним словом, достойнейшим среди смертных. Но хватит болтать, нам пора выдвигаться.       Шайнинг тяжело вздохнул и поплёлся вслед за хронисом. Тут он прав. Шайнинг оказался здесь, потому что ради своей любви был готов пойти на всё. И несмотря на раны, усталость и подзатыльники, он выживет. Ради Кейденс. * POV Тит*       И вновь мой кабинет, и снова бутылка виски и гора документов. Хотел бы я сейчас пообщаться с Луной, да только работы невпроворот. Хм, может, судьба будет благосклонна ко мне? В этот момент раздаётся стук в дверь, и на пороге появляется Кейденс. На моих устах появляется улыбка. Это мой шанс.       — Доченька, привет, что-то случилось? — участливо поинтересовался я.       Кейденс присела в свободное кресло и ответила:       — Всё хорошо, папочка. Конечно, я скучаю по Шайнингу и надеюсь, что он скоро вернётся. И дабы отвлечься я пришла спросить, нужна ли тебе помощь.       — Не волнуйся, он обязательно вернётся, — успокоил я дочь. — А вот насчёт твоего предложения — от помощи не откажусь. Присаживайся поближе, я научу тебя работать с документами. Когда-нибудь ты тоже станешь правителем, и, не имея навыков работы с ними, ты далеко не уйдёшь.       Кейденс кивнула и, подсев поближе, стала внимать.

* * *

      — Ну что, Луна, чем сегодня займёмся? — спросил я.       — Знаешь, что-то мне надоело каждую ночь сидеть в этом парке, — мечтательно произнесла Луна. — Я хочу посмотреть, как живут наши подданные. Я хочу осмотреть город и развеяться.       — Ну, раз ты так хочешь, то почему бы и нет? — ответил я.— Но нам придётся замаскироваться, дабы никто не узнал нас.       — Что, как в тот раз вы с Тией на первом свидании? — ехидно поинтересовалась Луна.       — Тебе лишь бы издеваться. Ну, прямо как жеребёнок, честное слово, — театрально возмутился я.— Нет, на этот раз маскировочные артефакты не подведут нас. Кстати, ты не хочешь посмотреть на мою мастерскую?       — Это что, какое-то оригинальное предложение для соития? — всё не унималась моя возлюбленная.       — А ты сегодня более энергична чем обычно, — заметил я.— Побереги силы, ибо сегодня вечером мы отправляемся в увеселительный район Кантерлота.

* * *

      Луна бродила вдоль витрин, осматривая хранящиеся под магическим стеклом артефакты.       — И это всё ты сделал? — удивлённо спросила она. — Сколько же времени и сил на это ушло?       — Как я уже говорил, это один из моих талантов, так что да, моя работа, — похвастался я.— Да и времени на это было предостаточно.       — А что делает вот это? — спросила принцесса, извлекая с постамента деревянный посох.       — Это? Позволяет раздвинуть море на некоторое время, и вообще, не трогай тут ничего ради твоей же безопасности, — ответил я, извлекая из сундука пару ожерелий и подавая одно Луне.       — И зачем он нужен? Ведь единороги, а тем более аликорны, обладают достаточным могуществом для этой цели, — спросила она, защёлкивая ожерелье и кладя посох обратно на витрину.       — Сам не знаю. Этот артефакт я не создавал, а случайно нашёл в закрытой части архива вместе с книгой, описывающей его свойства, — пояснил я. — Этот посох обладает ещё одним свойством. Он периодически исчезает. Во всяком случае, так было написано в книге. Ладно, хватит об этом. Вечерний Кантерлот ждёт нас.

* * *

      Мы шли по ночным улочкам столицы. С востока дул приятный ветерок, а сияние полной луны заливало переулки и бульвары серебристым сиянием. В такие ночи уличное освещение отключали, дабы сполна ощутить эту красоту.       — Ух ты, Тит, как здорово изменился город за время моего отсутствия, — восхищённо воскликнула Луна, находясь в образе фестрала. — Во времена нашего с Тией правления этот город был значительно меньше. А сейчас даже ночью на улицах полно пони. Сколько же теперь населения Кантерлота?       — Ну, тут проживает десять миллионов пони, сто пятьдесят тысяч грифонов и пятьдесят четыре тысячи зебр, — ответил я, замаскировавшись под синего единорога.       — Ого, как много! А откуда ты знаешь такие точные цифры? И вообще, чему равно общее население в Эквестрии на сегодняшний день? — вновь спросила она.       — Да легко. Все жители Эквестрии занесены в реестр, включая грифонов, зебр и минотавров, — ответил я.— Сейчас общее население Эквестрии равно почти восьмистам миллионам разумных. Насчёт чейнджлингов трудно сказать, ведь они не участвуют в переписи населения по понятным причинам.       Пока мы обсуждали вопросы демографии, то успели дойти до интересующего нас заведения, вывеска которого на языке хронисов, гласила: «Ede, bibi, lude». Мы вошли внутрь, оказавшись у стойки администратора.       — Добрый вечер и добро пожаловать в наше скромное заведение, — начала фестрал-администратор. — Но вынужден спросить. Вы бронировали столик на двоих?       Я поковырялся в карманах и извлёк на свет золотой медальон, на котором была изображена моя кьютимарка, ну, без маскировки. Увидев это, администратор без лишних слов встал и, сделав приглашающий жест, повёл нас за собой. Нашему взору явилось просторное помещение, в центре которого располагалась барная стойка, а по углам были расставлены столики. На возвышении находилась сцена, откуда лилась классическая музыка, а само помещение тонуло в полумраке. Администратор, подвёл нас к самому отдалённому и уединённому и, пообещав прислать официанта через пару минут, скрылся из виду.       Мы с Луной начали изучать меню, что уже лежало к нашему приходу.       — Тит, что это за место? — поинтересовалась Луна. — И что значила та надпись на непонятном языке?       — Это, любовь моя, кафе, где расслабляются и веселятся гвардейцы ауксилии, — ответил я. — А надпись на входе означает «Ешь, пей, веселись». Написана она на моём родном языке. Все гвардейцы знают его как родной.       — А что это был за медальон, что ты показал на входе? — вновь спросила она.       — Это что-то вроде жетона, подтверждающего, что ты служишь или служил в гвардии, — ответил я на вопрос. — Есть три градации жетонов. Золотые, серебряные и железные. И предвещая твой вопрос — нет, это не знак элитарности, а всего лишь показывает, какую роль ты выполняешь в гвардии. Золото — гвардейцы Тии, Серебряный — твои личные, а железные это резерв.       — Тогда почему ты не показал серебряный жетон? — печально посмотрела на меня Луна. — Ты… ты любишь мою сестру больше, чем меня, да?       Её глаза стали влажными. Я встал из-за стола и, подойдя к ней, обнял и поцеловал в губы.       — Что ты, моя маленькая, не расстраивайся, — успокаиваю я её. — Просто серебряные жетоны не так давно были введены в обращение, и показ такого мог вызвать вопросы. Ну же, я люблю вас обеих одинаково, и тут нет места понятиям «больше» или «меньше». Ну что, мир?       Луна вновь улыбнулась и поцеловала меня в ответ. Значит, всё хорошо. А через пару минут явился официант. Луна долго не могла определиться с заказом. Ведь за время её отсутствия поменялось не только само общество, но и кухня. Наконец, приняв наш заказ, единорог удалился, а я обратился к своей возлюбленной:       — Луна, как насчёт того, чтобы потанцевать, пока мы ждём заказ?       — Отличная идея, Тит. Я давно хотела узнать, как ты двигаешься, — радостно ответила она, и, поднявшись из-за стола, мы пошли веселиться.