Игра вслепую

Во второй раз сесть в уже знакомую чудную машину оказалось намного проще с психологической точки зрения. Джейсон назвал адрес, Тору повторил его, отдавая своим голосом команду для автопилота. Машина выехала с места для парковки и плавно вырулила на дорогу. — Это же окраина? — уточнил Тору. — Я там раньше не был. Говорят, так себе место для нормальных людей. — Простите, Ваше Высочество, но не всем повезло родиться в богатой семье с золотой ложкой в заднице, — зло отозвался Джейсон. Тору немного помолчал, будто осознал, что сказал нечто необдуманное. — Я о том, что ты вполне себе нормальный. Почему ты живёшь там? Джейсон не удержался и посмотрел на Тору как на полного придурка. Его одновременно радовало и бесило то, что Майер не мог увидеть это выражение лица. — Потому что у меня там родные. И как я уже сказал, не всем повезло родиться в богатой семье. — Ясно, — хмыкнул Тору холоднее. — Так это ради них ты за деньгами погнался? Ты ведь был готов подписать договор, даже если бы он означал, что тебе нужно рисковать своей жизнью ради заказчика. Интересный ты парень. — Да не особо. — Хочешь, могу отключить автопилот, и будешь возить меня сам? Буду доплачивать. Джейсон неуютно поёжился и чуть съехал вниз по сидению. — Спасибо, но я… воздержусь. — Я же слышу, что ты был бы не против. В чём проблема? Джейсон закрыл глаза и сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул. — Келлер, не молчи. — Я просто думаю, как правильно ответить, — тут же отозвался он, вспоминая про договор. — Не нужно отвечать правильно, у нас с тобой свободная форма общения. Отвечай как хочешь и не бойся показаться грубым. Ты можешь лгать мне, но я всё равно разберусь, что к чему, — лукаво выговорил Тору. Джейсон раздумывал ещё минуту, подбирая слова, и заговорил: — Я хотел бы согласиться, но не могу. И не стал бы даже при всём желании, — собственный голос показался ему слишком тихим и низким, так что он прочистил горло и вдохнул поглубже. — Однажды, когда я был совсем ещё пиздюком, то сел за руль, но не справился с управлением. Из-за меня пострадал другой человек, так что… Ну, я, в общем, усвоил урок. — Вот как, — отстранённо протянул Тору, а затем беззлобно усмехнулся. — Тогда я рад, что ты не мой водитель. — Да уж. — Надеюсь, как телохранитель ты не настолько же ненадёжен. — Что-то ты поздновато спохватился, — огрызнулся Джей. — Неужели я задел тебя? — Что? Нет, — фыркнул брюнет, скрещивая руки на груди и рефлекторно отводя взгляд. — Ай-яй-яй, врать не хорошо, — заулыбался Тору. — Не всё тебе шутки о слепоте шутить. — Что, они тебе не нравятся? Правда глаза колет? — не остался в долгу Джейсон, снова посмотрев на парня и почему-то улыбнувшись в ответ. Всё-таки Тору действительно не обижался на подобные ехидные шуточки и относился к своей слепоте с долей иронии. — Конкретно про слепоту здесь шучу только я. Тору внезапно нахмурился, повернув голову к Джейсону, открыл рот и замер. Его лицо вытянулось в удивлении, а затем Майер вдруг указал пальцем на окно рядом с Келлером. — Смотри, что за фигня! Джейсон рефлекторно развернулся, но ничего, кроме проносящихся за окном машин, не увидел, и вернулся в прежнее положение в полном недоумении. Тору изобразил счастливую улыбку во все тридцать два зуба, раскрыл ладонь напротив своего лица и помахал вверх-вниз перед глазами. — Ха-ха, просто умора, — недовольно буркнул Джейсон, никогда в жизни не ощущавший себя настолько тупым, и после его слов Тору действительно рассмеялся. — Ты повёлся, так что, да, было очень уморительно! Эти минуты неловкости и жгучего стыда в каком-то смысле даже приятны для Джейсона. Во всяком случае, он стремительно привыкает к такому формату общения и всё быстрее приходит в себя после того, как спотыкается в разговоре. Было бы намного тяжелее достигнуть этого в более формальной обстановке, так что следует сказать спасибо за тот самый дополнительный пункт договора — он значительно снижает психо-эмоциональную нагрузку на Джейсона и упрощает ему общение с Тору. Впрочем, очевидно, что изначально этот пункт предназначен для комфорта в первую очередь самого Тору, ну, а Джейсону просто повезло, что он тоже сумел найти свои плюсы. И всё же Джей не мог перестать возвращаться к мысли о родстве Тору и Лео Майера. Лео не просто неприлично богат, он — знаменитый изобретатель, подаривший городу Инферис множество новых технологических приблуд, изменивших привычную жизнь людей. Большинство его изобретений доступны лишь обеспеченным людям, но некоторые вещи, более простые, может позволить себе каждый, например: пластина-телефон, выглядящий, как небольшой наушник. Нажатие на боковую кнопку активировало экран — пластина раздвигалась, становилась немного больше и выводила во внутреннем контуре голографический экран. Такие телефоны стоят очень дёшево, так что даже подросток смог бы позволить себе купить такую пластину просто на карманные деньги. Так же, Лео изобрёл антигравитационный двигатель. Мощные движки такого типа устанавливают в авто и на мотоциклы, так что такой транспорт становится практически бесшумным; а менее мощные используются, например, для воздушных скейтбордов. Или смарт-стекло — стекло, внешне выглядящее совершенно обычно, но способное менять свои свойства (прозрачность, цвет, теплопроводность) по команде. Такое стекло используется на остановочных павильонах общественного транспорта и позволяет людям, находящимся внутри, укрыться от палящих лучей солнца. Так же это стекло нередко устанавливают в окна машин и зданий, когда того требует заказчик. О достижениях Лео ходит много разных слухов, однако, зачастую, сам он утверждал, что создал что-нибудь новое «чисто случайно». Джейсон понял это так: Лео хотел изобрести что-то одно, а получал другое. И пусть результат его работ поражал и радовал других людей, сам Лео совсем не казался впечатлённым полученным итогом — он словно вечно был в поисках чего-то другого. Машина начала заметно замедляться и вскоре остановилась. Искусственный голос оповестил, что дальнейшее движение автомобиля невозможно, так как путь пролегает через набитые машинами узенькие дворы. Джейсон тут же воспользовался этой возможностью; он начал спешно вылезать из машины, с наигранным сожалением протараторив: — Что ж, похоже, что дальше эта карета не проедет, очень жаль, удачи добраться до дома! Голова Тору возникла над крышей машины по другую сторону от Джейсона. — Пойдём пешком. — Почему ты такой упрямый? — угрюмо вздохнул Джей. — А ты? Вот что: если ты переживаешь, что тебе станет стыдно, что я увижу, в каком месте ты живёшь, то ты кажется кое-что забыл, — Тору снова сделал этот выразительный взгляд, устремив его в сторону Джейсона. Смотрел он, разумеется, немного ниже его лица, но сработало всё равно великолепно. — Ладно, ладно! Я понял. Но идти придётся минут пятнадцать, — буркнул Джейсон, направившись внутрь дворов, сильно отличавшихся от тех, которые мелькали за окном авто в пределах внутреннего кольца. Тору последовал за ним и через некоторое время подал голос снова: — Опиши, что ты видишь. — А? Зачем? — Радиус моего обзора ограничивается дистанцией примерно в пятнадцать метров, а на открытой местности и того меньше. Я мало что «вижу» перед собой прямо сейчас. Но хотел бы увидеть. Джейсон немного помялся, прежде чем исполнить просьбу. Укол жалости к парню оказался для него неожиданным. Он покрутил головой, чтобы подметить необходимые детали окружения, и заговорил. Джейсон описал эти дворы как кривые лабиринты с узкими проходами между длинными панельными домами, где дорогу меж двух зданий по обе стороны заполняли машины, причём их было настолько много, что проехать между ними казалось ему чем-то невозможным, однако он знал, что местные водители это умели. На один такой дом могло быть до девяти подъездов, и почти ни в одном не работал домофон. Также около каждого подъезда располагалась узенькая деревянная скамейка, не внушающая абсолютно никакого доверия, и зачастую переполненное мусором железное ведро. Зато было довольно много деревьев — намного больше, чем во дворах в основной части города. На самых старых панельных домах до сих пор можно было увидеть трещины и углубления в стенах, оставленные от пуль. В центре каждого из дворов чаще всего находился либо пустырь, либо нечто вроде детской площадки с качелями, турниками и прочими простенькими видами уличных развлечений из прошлого. — Раньше тут действительно было довольно опасно, а сейчас… Ну, иногда что-то случается, но не так часто, как в других районах, — Джейсон чуть задумался, пытаясь соотнести количество историй, которые он слышал об этих улицах в детстве, и в нынешнее время. — На этой улице вообще стало очень спокойно, тут почти не бывает никаких стычек и драк. Хотя, внешне это место — такая же дыра, как и соседние улицы… Но несмотря на всю убогость этого района, здесь как-то… уютно, что ли. Особенно по утрам, когда вокруг ни души. — Почему же столько плохих новостей об этом месте? — искренне недоумевал Тору. — Ну, уровень качества жизни здесь совсем не тот, к которому ты привык, — Джейсон рефлекторно пожал плечами. — Двадцать, тридцать лет назад здесь было гораздо опаснее жить, в основном из-за всяких маргиналов, это правда. Сейчас тут вполне безопасно, я бы сказал. По крайней мере, на этой улице тебя точно никто не обидит. Но минусы всё же есть. Если у тебя прихватило живот и ты вызвал скорую, то тебе повезёт, если они приедут хотя бы на следующий день. А даже если приедут, то их машина просто не проберётся сквозь эти дворы, и тебе придётся идти до них самому. — А если я ногу сломал? — Тогда придётся прыгать до них на одной ноге, — усмехнулся Джейсон. — А если позвоночник? — не мог успокоиться Тору. Джейсон тут же притих. Он отвлёкся на смех, доносящийся спереди, и увидел троих подростков, рассекающих прямо вдоль тротуара на воздушных скейтбордах. Особенность этих скейтбордов была в том, что они могли развивать довольно большую скорость и были практически бесшумны, зато почти всегда имели яркую раскраску и подсветку. Джейсон рефлекторно и неспешно отступил ближе к подъезду, и только затем увидел, что Тору продолжил идти вперёд. Подростки неслись навстречу и кричали, чтобы он отошёл, но Тору не понял, что происходит, и просто встал на месте. Джейсон в одно мгновение оказался рядом с парнем, обвил его руками и буквально переставил на полметра ближе к подъезду, словно Тору не весил ни грамма. Подростки уехали дальше и вскоре их уже было не слышно, а Джейсон и Тору застыли. Со стороны могло бы показаться, что они обнимались, но на самом деле Джейсон медленно отходил от испуга — он в самую последнюю секунду вспомнил о том, что Тору не видел предметов в воздухе, и едва успел предотвратить столкновение. Майер же, в свою очередь, не знал, чем именно был напуган, он понимал лишь одно — только что могло случиться что-то плохое, но, к счастью, Джейсон был рядом. Впрочем, Тору пришёл в себя быстрее и понял, что его всё ещё держат в подобии объятий. Он чувствовал тепло, исходящее от Келлера даже сквозь одежду, и мог ощутить, как быстро бьётся его сердце. Тору медленно поднял ладонь, собираясь то ли успокаивающе похлопать Джейсона по спине, то ли оттолкнуть его — в любом случае, как только Келлер почувствовал движение, то сразу оттаял и спешно отошёл. — Извини, э-э-э, тебя сбили бы с ног, если бы я не… Короче, обошлось, — он тут же стал оправдываться, ожидая, что Тору отчитает его. В голове резко всплыли слова о неприязни парня к тактильному контакту с другими людьми. — Я ещё пока не ко всем нюансам касаемо твоего зрения привык, так что… — Всё в порядке, ты сделал то, что от тебя требовалось, — неожиданно спокойно произнёс Тору. Джей вздохнул и постарался выкинуть ситуацию из головы. — Ага. Мы, в общем-то, почти пришли. Вот, следующий подъезд. Тору, оказывается, совершенно не видел дверей. Для него они практически всегда, как стены. Он сообщил, что иногда, из-за разных колебаний воздуха (например, благодаря сквознякам) очертания дверных проёмов могли как бы «появляться» для него, хоть и смазано и, чаще всего, ненадолго, но этого хватало, чтобы парень запомнил, куда идти. А вот проблемы с лестницами у него отсутствовали. Квартира, где жил Джейсон и его семья, находилась на третьем этаже. Тору не мог оценить состояние подъезда старенькой девятиэтажки, но смешно морщил нос, принюхиваясь. Здесь пахло по-особенному: побелкой и чем-то ещё. Не неприятно, но для такого, как Тору, всё-таки непривычно. Джейсон зашёл в квартиру первым и закрыл за Тору дверь. Он помог парню повесить куртку на крючок, разделся сам и громко оповестил: — Я дома. Тут же послышались приближающиеся шаги. Первым показался отец Джейсона — высокий шатен, в свои пятьдесят четыре выглядящий настолько неплохо, что его легко можно было бы принять за старшего брата Джейсона. Выдавали его возраст лишь седые прядки на висках. — Как прогулка? — буднично поинтересовался мужчина, улыбнувшись, и, заметив Тору, кивнул и ему. — Привет. — Здравствуйте, — тихо отозвался парень, также кивая — на опыте. — Я Хью, отец этого балбеса, — продолжил улыбаться мужчина, невзирая на недовольное фырканье сына, смирившегося с неизбежностью этого знакомства. — Меня зовут Тору, — парень сделал шаг вперёд, выходя из прихожей в коридор между помещениями, и протянул ладонь Хью. — Я друг этого балбеса, — улыбнулся он. — Я о тебе ничего не слышал, недавно познакомились? — невинно поинтересовался Хью, пожимая протянутую ладонь. Он взглянул на Джейсона, а тот неопределённо повёл головой, не собираясь уточнять. Прямо сейчас он предпочёл бы зарыться головой в песок вместо того, чтобы прибегнуть к легенде, выдуманной Тору. Кроме неё в голову почему-то больше ничего не пришло. Только вот утолить элементарное любопытство своего родителя оказалось непростой, практически непосильной для Джейсона задачей — он тупо не мог открыть рот. Ему настолько не хотелось ничего объяснять, что он уже был готов взять Тору за руку и молча увести его в комнату, и пусть Хью думал бы, что хотел. Но Тору сам решил взять всё в свои руки. — Он обещал помочь мне. Понимаете, Хью, на следующей неделе у меня будет так много дел, что я не знаю, с чего начать и как всё успеть, а ваш сын сказал, что может помочь мне составить расписание. У него явно нет моих проблем с тайм-менеджментом, — Тору неловко почесал нос, убедительно изображая из себя того, кем не являлся. — На самом деле, я ненадолго, в девять вечера мне нужно будет возвращаться домой. Извините, если доставляю неудобства. — Какие неудобства, молодой человек? — наигранно ахнул Хью, театрально хватаясь за сердце. — Я только рад! Вы, оба-двое, что-нибудь кушать будете? — Нет, пап, спасибо, — выдохнул Джейсон, натянуто улыбаясь и не разделяя приподнятое настроение родителя. — А кто это тут у нас? — раздался ещё более весёлый голос позади Джейсона, заставив того нервно вздрогнуть. — Это что, твой кавалер? М-м-м? — Нейт, пожалуйста… — О-о-о, прибереги это твоё фирменное шипение гремучки для кого-нибудь другого, братишка, — рассмеялся младший брат Джейсона и вновь обратил внимание на гостя. — Я Нейтан. — Тору. А что… Хм. Майер вдруг нахмурился и замолчал. Видимо, он понял, что если задаст вопрос, который хотел, то и ему придётся ответить как минимум на один. Сначала он услышал только голос Нейтана, который, похоже, практически являлся ровесником Джея, но Тору не сразу понял, почему его зрение так плохо обрисовало самого парня. Нейтан прикован к инвалидной коляске. Поначалу Тору собирался спросить об этом, чтобы убедиться, что правильно всё понял, но в таком случае ему пришлось бы объясниться насчёт зрения. Можно сказать, что он вовремя передумал, и он не против, если из-за его заминки Хью и Нейт будут считать, что Тору хотел спросить, что именно случилось — почему Нейт парализован? Пусть лучше думают о нём, как о нетактичном человеке, чем станут задавать неудобные вопросы. — Здорово, что вы познакомились, а теперь нам пора, времени не очень много, я должен всё успеть, — раздражённо пробормотал Джейсон, таки ухватившись за запястье Тору и утягивая его за собой. Нейт заулюлюкал что-то в спину. Джейсон очень постарался не хлопать дверью. Он не понимал, почему был так раздражён, и от этого закипал ещё больше. Тору, в свою очередь, медленно прошёлся до середины комнаты, меланхолично вертя головой, будто действительно мог рассмотреть хоть что-то, и скромно присел на небольшую кровать — других мест попросту нет, так как Джейсон сразу же занял компьютерный стул, включил комп и застучал по клавиатуре. Келлер немедленно принялся за своё задание, рассчитывая отвлечься и остыть, как уже спустя пару минут сзади донёсся довольный вздох человека, распластавшегося поперёк кровати. Джейсон даже обернулся, чтобы убедиться в этой догадке, и увидел ровно то, что ожидал. — Ты чего такой довольный? — зачем-то поинтересовался брюнет, наблюдая ленивую улыбку на губах Тору, невидящим взглядом пялящегося в потолок. — У вас дома так шумно. Круто, — с удовольствием ответил он. — Я слышал телевизор в одной из комнат, а на кухне чайник кипел, и вообще, вас трое в одной квартире. Вы, кажется, часто общаетесь между собой. Хотя сейчас этому мешает моё присутствие. — Я просто избегаю ненужных вопросов, — хмыкнул Джейсон, наконец-то ощутив, что полностью успокоился. — А ты, получается, один живёшь? — Ну, практически, — улыбка Тору стала шире и загадочнее. — Родители иногда бывают дома, но очень редко. У отца всего пара выходных в год, а мать постоянно занята собой, своим самосовершенствованием и саморазвитием, путешествиями и так далее. В общем, думаю, она вытянула счастливый билет, выйдя замуж за моего отца. Так что лет с четырнадцати я сам по себе. — Тяжёлый случай, — отстранённо протянул Джейсон, медленно разворачиваясь обратно к монитору. Он не знал, стоило ли ему отпускать какие-то иные комментарии по этому поводу. — А ты заметил, что мы по-разному называем своих отцов? — Ну да. У тебя это как-то более… официально, что ли. Ты буквально зовёшь своего отца отцом, что по смыслу больше смахивает на «начальник» или типа того, а я своего зову папой, и это по-домашнему. — Да, — согласился Тору. — Мне больше нравится твой вариант. — Здорово. — Хотя что-то в этом слове мне не понравилось. Только никак не пойму, что именно… — О, я тебя умоляю. Помолчали. — Как там успехи? — Я только начал, — терпеливо вздохнул Джейсон. — И мне нужно немного тишины. Понимаю, это может быть неприятно, и тебе хочется поболтать, но прямо сейчас мне нужно сконцентрироваться. — Я понял, суровый парень, — легко сдался Тору и замолчал. Будь Тору зрячим, и он мог бы что-нибудь поразглядывать в комнате, например, висящие на стене грамоты и медали Келлера за победы на соревнованиях по боксу, и сделать какие-нибудь закономерные выводы о парне. Но Тору не подозревал о деталях того, что его окружало. Ему оставалось только лежать и думать о чём-то своём, пока Джейсон составлял расписание и изучал списки людей, без конца клацая клавиатурой. Рано или поздно скука должна была взять своё — и она взяла. Тору вздохнул, приподнялся на локтях, затем встал с кровати и подошёл к Джейсону. Тот успешно делал вид, что не замечает ничего вокруг себя, целую минуту, но всё-таки не удержался: — Не подглядывай. — Ладно, — фыркнул Тору со смешком и отошёл. Джейсон не знал, чем Майер занимался после этого, но по крайней мере его больше никто не отвлекал. Он закончил с расписанием — которое, в целом, всё равно оставалось лишь примерным, потому как в любой момент что-то могло пойти не по плану, — потянулся и глянул на время. Сорок минут девятого. Джейсон резко обернулся, но кроме него в комнате никого не было. Парень подорвался с места, огляделся ещё раз и выскочил из комнаты. Он сразу услышал смех Хью и Нейта, доносящиеся из кухни, и буквально крался на звук, не представляя, что там происходило. Когда Джейсон увидел, как вся троица дружно сидит за столом, то слегка расслабился. Он не знал, что они обсуждали и над чем смеялись, и почему-то не особо хотел узнавать. Он лишь дождался, когда его присутствие заметят, и попытался придать голосу нейтральный тон. — Я немного задержался, но с основной частью закончил. — А мы тут историями из детства делились, — Тору проигнорировал его слова и выглядел очень весёлым. — Знаешь, я всегда думал, что это я был сложным ребёнком, но ты превзошёл все мои ожидания. — Очень увлекательно, — сдержанно процедил Джейсон. — Уже почти девять, тебе пора домой. — Какой-то ты нервный, — подметил Хью, нахмурившись. — Не обязательно так грубить. Не переживай, ничего позорного из твоего детства я не рассказывал, — подтрунивал он, снова улыбнувшись. О, об этом Джейсон переживал меньше всего. — Хотя, может быть, стоило бы. Нельзя ведь, чтобы ты волновался зря, — не унимался Хью. — Пап, — закатил глаза Джейсон. — Сын, — тем же тоном ответил мужчина, передразнивая. — О, я понял, — сказал вдруг Тору, перетянув всё внимание на себя. — Помнишь, я сказал, что что-то в слове «папа» мне не понравилось? Ну так вот, дело в том, что со словом «сын» то же самое. За время, пока я тут, я столько раз успел услышать эти слова и проанализировать их, а ещё обдумать наш самый первый разговор о побоях в семье и тот факт, что это никак не вяжется с тем, каким родителем является Хью, что вот сейчас я наконец понял… Джейсону потребовалось некоторое время, чтобы обработать услышанное. Он не мог ничего сделать, не мог прервать Тору, его просто парализовало на месте. Он подсознательно надеялся услышать какую-нибудь чушь, хотя неприятное чувство тревоги осело где-то в желудке. — Ты приёмный. Приехали. Джейсон на мгновение кинул взгляд на застывшего Хью, затем на уже не такого весёлого Нейтана, после снова посмотрел на Тору и издал тихий нервный смешок. Прежде чем брат или отец нашли подходящие слова для того, чтобы как-то прокомментировать услышанное, Джейсон показательно закатил глаза и выдал саркастичное: — Я всегда знал, что у такой бестолочи, как мой отец, не могло родиться такое сокровище, как я. — Тут я бы поспорил, — нахмурился Тору, вообще не ощущая напряжение в витающей вокруг атмосфере. — Если бы твоим биологическим отцом был Хью, то ты, вероятно, был бы не таким проблемным ребёнком. — Вау, — выдохнул Хью, наконец вернувшийся в чувство. — Ты так уверенно сказал это, что я сам чуть было не поверил. Слова человека, загнанного в угол. Тору, всё же впав в лёгкое смятение, собирался что-то ответить, но Джейсон опередил его, стараясь сохранять спокойствие: — Это у Тору фишка такая, хотя порой он не отдаёт себе отчёт в том, что говорит и кому. У балаболов часто проскакивают мысли вслух, особенно бредовые. — Бредовые? Я… — Время вышло, Тору, — строго выговорил Джейсон, обрывая парня и надеясь, что в этот раз он поймёт, что ему действительно следует просто заткнуться. — У меня завтра полно дел, так что пора расходиться. И, кажется, это сработало. Парни спешно вышли на улицу. Джейсон вдохнул поглубже, согнулся пополам, растирая лицо ладонями, и издал звук, похожий не то на рычание, не то на протяжный стон. Его слегка колотило от желания разораться громче или вообще психануть и сломать что-нибудь. Он начал быстро ходить из стороны в сторону, словно запертая в клетке раздразнённая собака. Тору же выглядел слегка сбитым с толку и оценивал ситуацию, пытаясь понять, что случилось. — Что-то не так? — всё же спросил он. — Да, блядь, — отозвался Джей рыком, остановившись лицом к парню. — Что-то, сука, явно не так. С тобой! Хуй с тем, что ты как-то догадался о том, о чём не должен был — да наплевать мне! Но нахрена ты сказал об этом вслух? — Хм? Я думал, все и так в курсе. Это же очевидно. — Для тебя, блядь, очевидно не то же самое, что и для других людей! — выпалил брюнет. Тору продолжал выглядеть недоумённым, но теперь ещё и слегка обиженным. Джей постарался успокоиться, потому что его вопли на улице наверняка будут слышны в квартире, и добавил уже тише: — Они думают, что я ничего не помню о своём детстве до того, как попал в их семью. Мне было четыре или пять лет, но я всё прекрасно помню. — Значит, побои были в другой семье? Что произошло? — Тебе совесть не мешает ковыряться в чужих психологических травмах? — укоризненно выдохнул Келлер, искренне недоумевая от прямолинейности и бестактности парня. — Мне просто любопытно, — пожал Тору плечами. — Тебя бил отец? — Нет. — Мать? Джейсон вздохнул и промолчал. — Почему? — Потому что я был нежеланным ребёнком, — Джей всплеснул руками. — Эта ебанашка залетела по глупости. Парень, с которым она переспала, бросил её уже через месяц, а её собственные родители запретили делать аборт. Она родила меня, чтобы пиздить за то, что гандон моего отца порвался, пока они трахались. — И как ты оказался у Хью? — В детский дом попал. — Почему? — Потому что мать года смешала алкоголь с порошком в неадекватной пропорции и словила передозировку. Ты знал, что есть такой вид наркоты, после которой мёртвое тело торчка не разлагается? — О… — Неужели неловко за свои вопросы стало? — ехидно фыркнул Джейсон. — Нет. — Ну кто бы сомневался… — Мне нравится, что ты осознаёшь, что лгать мне бессмысленно, ведь обмануть меня невозможно. Обычно люди быстро забывают об этом, окунаясь в неприятные эмоции, перестают контролировать собственную речь и всячески пытаются спрятать правду, — Тору, смотря в сторону брюнета своим жутковатым пустым взглядом сквозь, улыбнулся с интересом и каким-то пугающим хладнокровием. Джейсон ощутил закипевшую внутри злобу. — Хочешь, чтобы я лгал тебе? Это легко. Мог бы просто попросить, я вовсе не против не отвечать на твои конченные вопросы честно. — Но ты так же не против оставаться со мной честным, а это совсем другое дело, — улыбка Тору стала ещё более неприятной, даже несколько садистской. — Слышать неправду только потому, что ты кривляешься или чувствуешь себя неловко — да, это может быть весело, но не так уж и интересно. В конце концов, ты говоришь правду, хотя можешь солгать — так ведь проще заставить себя разговаривать. Но ты не ищешь лёгких путей, да? Любопытно, какую тему с тобой нужно поднять, чтобы ты начал бездумно лгать мне, как все остальные. — Да ты же просто моральный урод, — неожиданно выдохнул Джейсон с осознанием. — Тебе нравится издеваться над людьми, что ли? — Кто знает… — Может быть, я чуточку честнее многих других людей, это да… Но я попал в ситуацию, в которой любая моя ложь очевидна, так что да, я не вижу смысла лгать. Ты зря надеешься найти что-то особенное, спешу разочаровать — я совершенно ничем от других людей не отличаюсь. Тору покачал головой, прикрыв глаза и улыбаясь шире. — Это неправда. — Чего? — Забыл? Мне не обязательно задавать вопросы и слушать ответы. Мне достаточно твоих собственных слов. — Хм… Погоди, а как твоя фишка работает относительно информации, достоверностью которой я не обладаю? Скажем, ты спросишь меня, действительно ли вселенная бесконечна. А откуда я могу знать правду? И что тогда? Мой ответ автоматически станет пиздежом или что? — Как, ты думаешь, это работает? — снисходительно вздохнул Тору, слегка хмурясь. — Правда — это не всегда то, что стопроцентно доказано, иногда это то, во что люди сами искренне верят, не зная настоящей истины. Если ты, всерьёз полагая, что вселенная конечна, скажешь мне именно так — то я услышу, что это правда, потому что ты сам веришь в то, что говоришь. — То есть… — Ты сказал, что ты ничем не отличаешься от других людей. Но проблема в том, что ты сам в это не веришь. А значит, ты солгал. — Ёбнуться можно, — в очередной раз вздохнул Джейсон, устало потерев веки. Он решил отложить раздумья о его словах на потом, хотя, в целом, всё и так уже предельно понятно. — Ладно, хватит с меня на сегодня. Я провожу тебя до машины, сам ты вряд ли дойдёшь. Тору опять как-то странно улыбнулся и кивнул. Да что с ним такое?.. И он, что, действительно не видит ничего странного и неправильного в своих вопросах? Теперь понятно, почему никто не мог общаться с ним дольше пары недель. Парень так или иначе копался в грязном белье каждого из своих собеседников, бесцеремонно переходя границы дозволенного и не боясь грубить. Что ж, в этом плане Джейсон действительно похож на него, хотя, конечно, Майер на совершенно другом уровне благодаря своей способности. Потому-то Келлера такое пренебрежительное отношение Тору к личным границам лишь раздражало и вызвало недоумение, но не отталкивало. — Знаешь, — вновь подал голос Тору слегка отстранённо, опустив голову, — воздух здесь не такой, как во внутреннем кольце. Там он почти стерильный, а тут… столько разных запахов. Они не все приятные, но такие настоящие… Это даже необычно. И здорово. — Ага, нашему золотому мальчику понравилось купаться в грязи? Какая удача, что и ты вписался там, где тебе быть не положено, — фыркнул Джейсон, театрально закатив глаза. Тору остановился напротив машины, щёлкнул кнопку на брелоке и, когда дверь открылась, залез на пассажирское. — Я мог бы настаивать на том, что у тебя ещё целый час до конца рабочего дня, и ты обязан сопроводить меня до дома, но ладно уж, — наигранно вздохнул Тору. — Но в следующий раз такого не будет. С завтрашнего дня с восьми до двадцати двух часов ты мой. Понял? Это очень неправильно прозвучало. — Понял, — процедил Джейсон. — Я отправлю машину за тобой, так что доедешь вовремя. — Ты сам-то доедешь без приключений сейчас? — слегка забеспокоился Джей. — Ничего же не случится по пути? — Не знаю, но если случится, то это твой промах, — ухмыльнулся Тору. Он, конечно, не видел, как напрягся Джейсон, но наверняка догадался, поэтому добавил: — Шучу. Эта машина, как танк. Её не сломать и не взорвать. Перевернуть её, конечно, можно, так что в противном случае меня просто побросает по салону. — Бывали случаи?.. — Со мной? Нет. И, думаю, не будет. Или хочешь поехать вместе и убедиться лично? — Да как-то не особо, если честно, — отвёл глаза Келлер. Если честно. Да, Тору неспроста улыбается шире в такие моменты, хоть и не комментирует их. Подобной реакцией эта ехидная сволочь заставляет собеседника засомневаться в правдивости собственных слов, произнесённых слишком быстро и необдуманно, потому что сам Тору прекрасно слышит: сказанное — ложь. Блядство! — Тогда до завтра, Келлер. Да-да, катись отсюда, безнравственный отморозок. — До завтра.