Кровь на моих руках

... - Кажется, у меня проблемы... - О чем ты? - Ханджи заглянула мне через плечо - Ого...       В комнате царил погром. Шкаф распахнут, вещи валяются на полу вперемешку с постельным бельем, одеялом и матрасом. Из прикроватной тумбочки вытащили все ящички, разбросав содержимое на пустой кровати. - И что делать? - я повернула голову в сторону Ханджи. Каменное выражение её лица заставило меня испугаться по настоящему. Учитывая недавно подслушанный разговор, перспектива попасть в черный список полиции представляла для меня самую большую угрозу. И не только для меня. Под удар попадала вся верхушка развед корпуса. - Ничего. Пока. Я сейчас вернусь, а ты ничего пока не трогай. - с этими словами женщина выбежала в коридор, оставив меня одну. В голове крутились мысли, причем одна хуже другой. - Эти ублюдки спят и видят мою шею в петле. А рядом Леви и тебя. И Аю, если она не умрет в пыточной... Мне перестало хватать воздуха. Я не хочу умирать. Они не могут меня убить. Я ведь не сделала ничего плохого. Ну почему, почему не оставить меня в покое? Зачем я вообще во все это ввязалась? Почему так вышло? Почему именно меня угораздило провалиться в этот портал? Как вообще так вышло, что я оказалась в чужом мире, под чужим именем, в окружении чужих людей, чужих врагов? Мамочка, пожалуйста, мне страшно. Мне очень страшно. Я хочу домой.       Послышались шаги и в комнату вошел Майк Захариус. Следом за ним появились Ханджи и Эрвин. Лица у всех были серьезные и хмурые. - Ая, закрой дверь. Нам не нужны свидетели. Майк. Осмотри-ка тут всё, - приказал командор. - И попробуй выяснить, кто кроме Арьи заходил в эту комнату.       Здоровяк повернулся в мою сторону и втянул носом воздух. Затем шагнул вперед, присел на корточки и взял в руки простыню, принюхался. Что-то пробормотал и прошел вглубь комнаты, сел на кровать и начал по очереди обнюхивать мои вещи. Я обеспокоенно наблюдала за тем, как Майк по очереди вытаскивает из кучи тюбики с кремами, расческу и другие предметы личной гигиены, потом аккуратно, двумя пальчиками вытягивает за лямочку мой бюстгальтер... - А это... - я беззвучно открыла рот, не находя, что сказать, чувствуя, как краснеет лицо, и пытаясь спрятать его за прядью волос. - Аааа! Майк, давай ты в другом месте понюхаешь! - если Ханджи пыталась так вырулить ситуацию, то она провалилась. Майк шутку не оценил, хотя это скорее потому, что никогда не видел лифчиков, или же его совсем не смущал тот факт, что в своих руках он держит женское белье. Хотя, я почти уверенна, что даже не знай в этом мире о бюстгальтерах, легко можно догадаться, на что похожи и куда одеваются две кружевные чашечки на четырех веревочках. - Майк, - кажется, столь идиотская ситуация никоим образом не сказалась на настроении Эрвина. - Достаточно. Зайдешь ко мне в кабинет, мы побеседуем. Ханджи, помоги Арье убрать в комнате. Как закончите, тоже жду вас у себя. И будьте внимательны, выясните, не пропало ли что-то. - Хорошо. - Зое кивнула, открывая дверь и пропуская мужчин. Щелкнул замок и в комнате остались лишь мы с майором. Я обессилено прильнула к стене спиной и медленно сползла вниз, уткнувшись подбородком в коленки, зарыв пальцы в волосы. Ханджи присела рядом со мной и утешительно положила руку мне на плечо: - Эх, ну и дела. Ни дня без приключений! - Ханджи, как думаешь, ОНИ знают, КТО я? Женщина нахмурилась и потерла переносицу. - Не знаю. Возможно. - сообразив, что фраза прозвучала скорее пугающе, чем успокаивающе, Ханджи засмеялась. - А-ха-ха! А может и нет! Во всяком случае, пока не выясним, что из вещей пропало, точно сказать будет невозможно. Ты главное не отчаивайся. Мы тебя в обиду не дадим. В этом можешь даже не сомневаться! - А я и не думала сомневаться. Не думаю, что Эрвин, яростный борец за свободу человечества, будет спокойно стоять в сторонке и смотреть как меня убивают. Конечно, он попытается меня защитить. - я присела на корточки и стала улаживать вещи. - Он уже сейчас это делает. Еще с момента моего появления в развед корпусе. Вот только... Ханджи, смерть уже два раза занесла надо мной косу. Тогда в лесу, и потом, в кабинете Джорена. И Смита рядом не было. Никого рядом не было. - Ну, милая моя. - Ханджи нахмурилась. - Нельзя требовать от Эрвина слишком много. Он делает то, что может, и заметь, неплохо справляется. Он ведь не Господь Бог и не может за всем уследить. Иногда нужно и самим о себе позаботиться. - Я все понимаю. И готова за себя постоять. Вот только... я никак не могу понять, зачем все это нужно? За год, проведенный здесь, я так и ничего не сделала. В смысле, я думала, что мне предстоит изобрести электричество, машины, научить вас тому, чего в этом мире нет, но в итоге, с каким бы проектом я не приходила к Эрвину, он всегда говорит "потом". То у него нет времени, то средств, то еще чего-нибудь. - Тут я с тобой согласна! - Ханджи сверкнула очками. - Но ты знаешь, у нашего командора в голове гораздо больше переменных. Он всегда просчитывает свои действия на шаг, а то и два вперед. Так что, не нам с тобой с ним спорить. Как говорится... - Не лезь поперед батька в пекло. - подытожила я наш разговор. Неделю спустя...       Солнце медленно таяло, тонуло в бесконечном просторе леса, одаривая его на прощание золотой пылью своих лучей, превращая и без того живописный лес в некое подобие чуда. Но Эрвину Смиту - тринадцатому главнокомандующему развед корпуса было не до созерцания красот. Он сидел в своем кабинете, покачивая пустым бокалом и раздумывая, а не налить ли себе еще коньяка? Резкий запах крепкого дорогого напитка щекотал ноздри, подбивая командора на продолжение попойки, но Эрвин прекрасно понимал, что в данной ситуации это непозволительная роскошь. Даже не смотря на то, что алкоголь действовал на мужчину крайне плохо, и чтобы добиться состояния расслабленности Эрвину понадобилось бы не меньше пяти бокалов, но никак не два.        Мысли, одна хуже другой, блуждая в голове, отражались на всегда спокойном лице командора, накладывая тень на высокие скулы, пролегали складками между сведенными в хмуром жесте бровями, ложились синими пятнами вокруг покрасневших от бессонной ночи глаз. Если бы кто-то вздумал сейчас войти в кабинет и лицезреть командора в нынешнем состоянии, то, несомненно, был бы охвачен ужасом и трепетным благоговением. Эта мысль позабавила Эрвина, и он, едва заметно улыбнувшись, потер переносицу. Как же он устал! Никогда еще мужчина не чувствовал себя столь беспомощным и разбитым, как сейчас, как сегодня. Проблемы, свалившиеся на него, тяжелым грузом давили на плечи, вызывая дискомфорт душевный, а следом и физический. Новость о том, что правительство намерено распустить развед корпус, уже давно Дамокловым мечом раскачивалась над головой Смита, но еще неделю назад он был уверен, что нашел щит, способный выдержать удар гнева королевского. Но теперь на горизонте рисовался еще один меч, хотя скорее его можно было бы назвать кинжалом, направленным в спину Эрвина. Имя, выгравированное на этом клинке, командор задался целью отыскать в тот момент, когда оно обагрилось кровью одного из его солдат, так неудачно вышедшего после полуночи из собственной комнаты. Новость, что по коридорам штаба разгуливает убийца, отправляющий на тот свет по человеку за ночь, всколыхнула волну негодования и недовольства. После событий последней вылазки, когда факт существования развед корпуса оказался под угрозой, введя большинство солдат в состояние сомнения, ночной убийца мог стать последней каплей в море презрения и недовольства к начальству, которое мало того, что посылало солдат на бесцельную смерть, так еще и не могло обеспечить им безопасность в собственных постелях. И хотя Эрвин приказал удвоить охрану, убийства не прекратились, а число жертв возросло до пяти за последние пять дней, и если дело так и продолжиться, солдаты могут решить, что такой безалаберный командор им даром не нужен. А там, где заканчиваются мысли, начинаются действия, и в штабе, того и гляди, вспыхнет настоящее восстание на радость всем представителям аристократии. Впрочем, подозреваемый у Эрвина уже давно имелся, и ему достаточно было ткнуть пальцем, обеспечив тем самым народу спокойствие и "безопасность", но ему жутко не хотелось верить, что пятнадцатилетняя Миранда Рид могла хладнокровно всадить нож между ребер пятерым его солдатам. Но ведь в комнате Арьи погром устроила именно она. Хоть, по словам самой Аи, ничего и не пропало, да и девочка была частой гостьей в её комнате(а, следовательно, оставила там свой запах), подобный поступок оставлять без внимания было просто глупо, и первым делом Смит установил слежку за маленькой подозреваемой. Вторым делом стало переселение Арьи. Командор долго выбирал человека, которому мог бы доверить столь ценную для человечества жизнь, и не нашел кандидатуры более подходящей, нежели Ривай. В общем-то, особого выбора у него не было. Из всех лидеров специальных отрядов только Ривай и Ханджи могли похвастать холостяцким положением, но не смотря на то, что Зое была девушкой (что являлось преимущественным критерием в выборе), и доверие Эрвина к ней было безгранично, селить Арью с главой исследовательского отряда было бы глупо, тем более, Ханджи умудрилась заикнуться на всю разведку, что хочет пополнить ряды своего отряда человеком с кухни. То, что обычная судомойка не должна обладать подобными знаниями, её, похоже, не особо волновало, но если среди разведчиков пойдет слушок, который может вполне дойти до военной полиции, то угроза в сторону Арьи возрастет. А вот выдать миловидную тихую девушку за любовницу капрала было гораздо легче, да и выглядело это естественно. Изначально Эрвин думал представить её своей женщиной, пологая, что безопасней, чем рядом с ним, Арье нигде не будет (и плевать, что подумают о нем в штабе), но быстро смекнул, что такой поворот событий скорее привлечет опасность к девушке. И в том, что на "женщину командора" начнется настоящая охота, не было никаких сомнений. Оставалось только поставить в известность Леви и Арью. - Вот ведь свинья! - я швырнула рубашку в чемодан. - Ненавижу!