Схема любви

      Листая очередной модный журнал, Харука валялась на диване, параллельно черпая ложкой мороженое из стоявшего рядом ведерка. До начала ее новых съемок еще было три дня, а потому можно было отдохнуть и провести свободное время с ленцой. Успев с утра поиграть в «Final Fantasy», девушка, проголодавшись, поставила вариться яйца и, коротая время до их готовности, сосредоточила внимание на журнале и прохладном лакомстве.       Проводя рукой по подбородку, проверяя наличие щетины, из спальни выбрался Макото. В растянутой серой майке и темно-синих боксерах его вряд ли можно было назвать красавцем, но как говорится — кого любить, не выбирают. Глядя на парня, Кирё, задержав ложку во рту, мечтательно улыбнулась.       В Шигеру девушка влюбилась с первого взгляда, а потому, не желая тратить время зря, тогда — при первой их встрече — она, со свойственной ей непосредственностью, озадачила его приветствием в виде страстного поцелуя. На этом ее мечты о любви закончились. Воспитанный в лучших японских традициях, парень старался избегать неугомонную и неукротимую девушку. В итоге, Харуке пришлось с трудом отвоевывать звание хотя бы просто друга, ссылаясь в своем первом поступке на вольное американское воспитание. Удивительно, но доверчивый Макото легко поверил в эту ложь, а Кирё пришлось привыкать к безответной любви и в глубине души лелеять надежду на то, что, быть может, когда-нибудь Шигеру сможет по-новому взглянуть на нее. Пока же, увы, это время, видно, не пришло.       — Что ты так злорадно улыбаешься, глядя на меня? — углубившись в размышления, Харука не сразу осознала, что Макото уже несколько минут настороженно смотрит в ее сторону.       Оскорбившись тому, что ее чувства вновь неверно истолковали, Кирё ухмыльнулась и только хотела съязвить, как откуда-то из коридора донесся громкий хлопок похожий на взрыв.       Парень, мгновенно среагировав, выскочил из комнаты. Вскочив с дивана, девушка поспешила следом, попутно едва не уронив на ковер мороженое. Вылетев в коридор, Харука остановилась. Шигеру, замерев возле входа на кухню, шокировано смотрел внутрь.       Осторожно зайдя парню за спину и проследив за его взглядом, Кирё виновато вжала голову в плечи.       Позабытые на плите яйца, сейчас, разлетевшись повсюду кусками, красовались беловато-желтыми кляксами. Потолок, стены, стол, шкафы — подобная участь не минула ни одного предмета находившегося в кухне.       Девушка с трудом представляла себе силу гнева парня. Ведь он совсем недавно купил квартиру и мебель, которой по праву гордился, заказав из Германии у лучшего мастера.       Сглотнув вставший в горле ком, Харука, стараясь говорить как можно спокойней и бодрей, выдохнула.       — Не слабо жахнуло. Но, если что, я оплачу уборку и чистку. Так что…       — Заткнись!       Вздрогнув, Кирё испуганно отпрыгнула в сторону. Во взгляде развернувшегося к ней Макото полыхало адское пламя.       — От тебя всегда одни проблемы и неприятности. Меня достали твои выходки, капризы и истерики. Ты можешь хоть иногда приносить пользу, а не разрушения? Как же ты меня достала! Лучше бы тебя вообще не было! Убирайся! И никогда больше не появляйся рядом со мной даже поблизости!       Замерев, Харука ошарашено смотрела на Шигеру, который, тяжело дыша, похоже с опозданием, начинал понимать, что сказал, так как взгляд его стал растерянным, однако он все равно не спешил извиняться.       Стараясь не поддаваться эмоциям, девушка иронично улыбнулась.       — Ок! Раз я тебя так раздражаю, переберусь в отель. Наслаждайся спокойствием.       Храня молчание, Кирё вошла в комнату, собрала вещи и, пройдя мимо Шигеру, так и оставшегося стоять на пороге кухни, вышла из дому.       Скрипнув зубами, Макото с размаху ударил рукой в дверной косяк и, мрачным взглядом смерив входную дверь, быстрым шагом направился в свою комнату, вызывать на дом уборщицу.       Многим позже, уже запирая дверь в номере отеля, Харука позволила себе снять маску хладнокровия и спокойствия, уткнувшись лицом в ладони и расплакавшись.       * * *       — Вы это нарочно?       Вздрогнув, Кота обернулся, удивленно глядя на Хитсугаю, сидевшего рядом с ним на трибуне. Мрачно сдвинув брови, Тоширо угрюмо смотрел на брюнета.       — О чем ты?       — С самого утра, я даже не могу просто подойти к Карин и поздороваться. А все потому, что вы постоянно дергайте меня с одних соревнований на другие.       — Эм… — Кудзё на несколько мгновений задумался. Но, не зная, что сказать, лишь пожал плечами и виновато развел руками.       Шинигами, насупившись, скрестил руки на груди, становясь похожим на обиженного ребенка, у которого отобрали любимую игрушку. От подобного зрелища Кота улыбнулся, и, стараясь не рассмеяться, произнес:       — Не переживай, вечером на закрытии фестиваля будет большой костер и праздничный вечер, и там вы уже сможете провести время вместе. Если честно, то для многих именно эта часть особенно ожидаемая.       Удивленно выгнув бровь, Хитсугая недоуменно спросил:       — Почему это? Разве в этом есть что-то особенное?       Хмыкнув, Кудзё усмехнулся.       — Просто школьная примета, что если пара признается друг другу в любви во время большого костра на закрытии фестиваля, они всегда будут любить друг друга и никогда не расстанутся. … Впрочем, это только что-то вроде байки, поэтому сомневаюсь, что это правда.       — Хитсугая! Кудзё! Хватит спать! — капитан баскетбольной команды, пробегая мимо них, махнул рукой в сторону поля, — перерыв закончился. Бегом играть!       Вздохнув, Тоширо едва не скрипя зубами, поднялся со скамьи, зашагав вперед. Встав следом, Кота задумчиво уставился на спину капитана, после чего обернулся в сторону трибун, высматривая на одной из них пришедшую поболеть за него семью. Заметив махающую маленькую ладошку сестры, второй день благополучно прогуливающей детсад по договоренности матери, брюнет, улыбнувшись, махнул рукой в ответ и поспешил присоединиться к команде.       * * *       Стоя на пороге чего-то нового, всегда испытываешь волнение и зачастую даже легкий страх. Сколько сомнений, бывает, охватывает нас перед грядущими событиями. Иногда даже для маленького шага требуется не дюжее мужество, ведь никогда нельзя быть абсолютно уверенными, что этот шаг изменит все к лучшему, а не разрушит все подчистую.       Бывший офицер Хаджикава, разминая руки в новом теле, пытался избавиться от цепкого мандража.       Было время, когда он запросто выходил один на один против нескольких сильных пустых, не испытывая ни страха, ни сомнений. Но все это осталось в далеком прошлом — в той прошлой жизни, от которой лишь остались тусклые образы воспоминаний.       Стоявший напротив Урахара, довольно улыбнувшись, смотрел на мужчину, сидевшего в инвалидном кресле.       — А теперь попробуйте встать. Я специально для вас разработал этот гигай с особыми протезами внутри. Конечно, вам придется иногда приходить, чтобы я его подправлял, но думаю, особой необходимости в этом все-таки не будет.       С сомнением посмотрев на этого растрепанного гения в панаме, Рука, вздохнув, взялся за поручни кресла, придерживаемого позади Матсумото. Приподнявшись на руках, мужчина неуверенно встал на ноги. Пару мгновений привыкая к новым ощущениям и чуть покачиваясь, Хаджикава все же смог поймать равновесие и выпрямился.       — Ну как? — Киске впился в бывшего офицера взглядом.       Неуверенно шагнув вперед, мужчина на мгновение замер, осмысливая происходящие изменения. Следующий шаг был более уверенным и почти сразу сменился еще одним. Широко улыбнувшись, Рука уже свободней прошел до конца комнаты и вновь вернулся к хозяину дома.       — Спасибо! Хотя… похоже, за столько лет я отвык от ощущения ходьбы.       Урахара самодовольно улыбнулся, закрываясь веером.       — Ничего, со временем это пройдет. А теперь… думаю, вас ждут в другом месте. Матсумото-сан, проводите Хаджикаву-сана?       — Конечно, — Рангику лукаво улыбнулась. Ей не терпелось устроить своему капитану сюрприз, ведь он был не в курсе того, что в Готее было решено ускорить возвращение в мир живых бывшего офицера.       Встревожено оглядев присутствующих, сам брюнет взволнованно выдохнул.       — Как? Уже сейчас? — во взгляде промелькнула паника.       — Да, — Киске лукаво сощурился, — Думаю, ожидание ваших близких и так слишком затянулось.       Опустив взгляд, Хаджикава сглотнул и, собравшись с мужеством, согласно кивнул.       — Вы правы, — сжимая руки в кулаки, мужчина обернулся к лейтенанту десятого отряда и склонился в поклоне, — Матсумото-сан, я надеюсь на вас.       Девушка улыбнулась в ответ.       — Можете на меня рассчитывать. Идемте.       Рангику направилась к дверям.       С благодарностью поклонившись Урахаре, пожелавшему ему удачи, Рука, стараясь поскорее освоиться в гигае, двинулся следом за рыжеволосой.       * * *       Стоя вместе с одноклассниками на школьном поле, перед небольшой судейской трибуной, Карин в пол уха слушала итоги сегодняшних соревнований. Отчего-то, несмотря на то, что присутствовать на закрытии должны были все, Хитсугаи нигде не было видно. Стараясь не привлекать к себе слишком много внимания в толпе других учеников, Куросаки пробралась поближе к Кудзё.       — Кота.       Обернувшись вполоборота, брюнет приподнял брови.       — М-м?       Встав возле друга, девушка нахмурилась.       — Где Тоширо? Я нигде не могу его найти.       Привстав на носках, Кудзё огляделся вокруг. С каждой секундой его лицо становилось все серьезней, а во взгляде появлялось недоумение.       — Странно. Мы вместе уходили с баскетбола, а потом… я даже не знаю, куда он пропал.       — Хитсугаю ищите? — стоявший поблизости Андо, привлеченный разговором одноклассников, с интересом смотрел на них.       — Да, — Кота задумчиво сдвинул брови на переносице, — Ты не видел его?       — Видел, — парень задумчиво посмотрел в сторону здания школы, — Его отзывал в сторону зам. директора. Как я понял, они говорили о чем-то, что Тоширо должен забрать что-то, что уже готово.       Карин обеспокоенно нахмурилась. Слишком зачастил шинигами к руководству школы, а она даже не в курсе того, что происходит в его жизни.       Между тем, Кота продолжал разговаривать с Андо.       — Ясно. Но Якихито-сан в судейской коллегии. Поэтому он не мог надолго задержать Хитсугаю. Тоширо должен был уже быть здесь.       — Этого я уже не знаю. После того разговора он направился в здание школы и больше я его не видел.       — Значит он…       Раздавшиеся вокруг аплодисменты прервали разговор и все внезапно начали подталкивать Карин и Коту к судьям. Переглянувшись, ребята смиренно последовали в указанном направлении. Как оказалось, их класс занял на соревнованиях 1 место и им, как ответственным за помощь в организации фестиваля, следовало забрать грамоты. Вежливо улыбаясь, ребята поблагодарили судей и, забрав награду, вернулись к команде. После этого директор произнес небольшую торжественную речь, которую Карин совсем не слушала, неотрывно глядя на здание школы.       Внезапно ее взгляд зацепился за седовласую макушку, двигавшуюся по школьному коридору. Толкнув локтем в бок Кудзё, девушка кивнула в сторону здания.       — Я поищу Тоширо. Если что, прикрой меня!       Старясь не привлекать внимания, девушка пробралась сквозь толпу и скользнула к дверям. Спустя пару минут она уже неслась по коридору в поисках шинигами.       * * *       Проводив подругу взглядом, Кота усмехнулся. Глядя на Куросаки и Хитсугаю, он испытывал странные чувства. Казалось, что их притяжение растет день ото дня, несмотря на все ссоры, недопонимания, размолвки. Смотря на то, как они тянутся друг к другу вопреки всему, он и сам чувствовал, что и ему нужно больше стараться ради тех, кого он любит. По-настоящему сильные узы не возникают сами по себе, они создаются упорным трудом, вкладываемым каждым.       — Кота! — прервав размышления, брюнет, улыбнувшись, обернулся. К нему, со стороны трибуны спускалась мать, на руках которой сидела Ариса. Позади, в паре шагов от них, шел Юзуру. Пробравшись сквозь толпу, поздравлявших друг друга одноклассников, парень направился к ним. Сейчас, после директорской речи, все постепенно направлялись к огромному костру, сложенному на краю поля, который вот-вот должны были торжественно зажечь.       * * *       Карин бежала по коридорам, высматривая Тоширо, но его как назло нигде не было. Все сильнее хмурясь, девушка уже отчаялась найти его, но пробегая мимо кабинета, где обычно у них были занятия, ее взгляд зацепился за сидевший на парте силуэт. Остановившись, девушка перевела дыхание и облегченно вздохнув, вошла внутрь.       — Я уже не надеялась тебя найти. Ты ведь меня не избегаешь?       Обернувшийся на ее голос парень улыбнулся, отрицательно покачав головой.       — Нет. Но странно, что после сегодняшнего ты все еще так думаешь. Ты ведь видела… мой подарок?       Широко заулыбавшись, Куросаки подошла к Хитсугае.       — Да. Он прекрасен. Спасибо.       Наклонившись, Карин обняла шинигами.       — Я люблю тебя. И… я согласна принять твое предложение.       Тихо засмеявшись, Тоширо крепче прижал брюнетку к себе.       — Ты не представляешь, как я рад это слышать, — проведя рукой по темным волосам, парень тихо прошептал, — Я тоже люблю тебя.       Отстранившись, девушка заглянула в глаза парню и, наклонившись к его лицу, нежно поцеловала.       За окном сгущались сумерки, и со школьного двора виднелись всполохи разгоравшегося костра. Однако паре, целующейся в темном кабинете, уже было не до него.       * * *       Умение петь и играть на музыкальном инструменте, подчас играют не самую лучшую шутку. Всякий раз во время каких-либо мероприятий Коту уговаривали сыграть и спеть что-нибудь для остальных, хотя он и сам не отказался бы от простого отдыха, без выступлений. Но окружающих это всегда не сильно волновало. Вот и в этот раз не обошлось без уговоров исполнить какую-нибудь песню. Несмотря на все отговорки и попытки отказаться, Кудзё понял, что проще будет согласиться, нежели тратить время на попытки переубедить всех, что это дурная затея.       Взяв гитару, парень коснулся струн, думая, что бы такое легкое и незамысловатое спеть. Словно ища подсказку, брюнет поднял голову, оглядывая собравшихся вокруг людей.       Взгляд зацепился за застывшую недалеко от входа в школу фигуру. Руки внезапно вспотели и мелко задрожали.       Сглотнув и бросив взгляд в сторону матери, Кота провел рукой по струнам, низко опустив голову, чтобы были незаметны выступившие на глазах слезы. Прилагая недюжие усилия, чтобы голос не срывался и не дрожал, парень запел первое, что пришло в голову.

David Cook — Permanent

      Действительно ли это тот миг,       Когда я смотрю в твои глаза?       Прости меня за то, что я не сдержал обещания.       Не показывать тебе своих слёз,       И всё, всё несомненно изменится,       Даже если я скажу тебе, что никуда сегодня не уйду,       Будешь ли ты думать, что ты совсем одна?       Когда некому будет держать тебя за руку?       И всё, что ты знаешь, кажется, пока так далеко, и всё — временно, но…       Дай отдых своим мыслям, потому что я остаюсь…       Не понимая поведения брата, Юзуру так же обернулся, вглядываясь в ту сторону, куда до этого смотрел Кота. Широко заулыбавшись, подросток обернулся к матери, на выдохе произнося одно лишь: «Он… вернулся…».       Резко повернув голову в сторону ворот, женщина крепче прижала к себе обхватившую ее шею дочь и, поднявшись со своего места, на нетвердых ногах направилась вперед. Не отставая ни на шаг, за ней двигался Юзуру.       Я знаю, что он каждый божий день живёт в аду,       И поэтому я спрашиваю,       Боже, есть ли какой-то способ для меня занять его место,       И когда они говорят, что это всё рискованно,       Мне жаль, что я не могу заставить это исчезнуть,       Но ты всё ещё говоришь,       Будешь ли ты думать, что ты совсем одна,       Когда некому будет держать тебя за руку?       Когда всё, что ты знаешь, кажется, пока так далеко,       И всё — временно, но.       Дай отдых своим мыслям,       Потому что я остаюсь,       Я остаюсь…       Остановившись возле темноволосого мужчины, с тревогой смотревшего на них, женщина несколько секунд молча оглядывала его. За то время, что они не виделись он сильно похудел, кожа стала бледней и в волосах запутались первые седые пряди. Наконец решившись, она выдохнула:       — Твои «полгода» длились слишком долго.       — Да. Я понимаю. Но я…       Нахмурившись, Хаджикава замолчал, плечи его заметно опали. Стоя за спиной матери, Юзуру нетерпеливо переступал с ноги на ногу, не решаясь пройти к отцу.       Действительно ли это тот миг,       Когда я смотрю в твои глаза?       Прости меня за то, что я не сдержал обещания.       Не показывать тебе своих слёз…       Чуть приподняв голову, женщина слегка осипшим голосом произнесла:       — Рука… — мужчина поднял полный безысходности поникший взгляд, — …с возвращением.       Не удержавшись, Юзуру первым сорвался с места, бросившись вперед, заключая отца в объятия.       — С возвращением, папа!       Глядя на стоявшие возле ворот силуэты, Кота прижимал к груди гитару, словно она сейчас была для него спасательным кругом в бескрайнем море. Опустившаяся на плечо рука заставила парня вздрогнуть и обернуться. Стоявшая возле него Саюри наклонившись с улыбкой прошептала:       — Сейчас, тебе стоит быть с ними. Вам сегодня о многом предстоит поговорить. Иди!       Нервно усмехнувшись, брюнет передал гитару девушке и, встав, быстрым шагом направился прочь. Сидевшие вокруг ребята попытались возмутиться, но Мияма с улыбкой провела рукой по струнам.       — Дайте человеку отдохнуть. К тому же, для вас и я могу сыграть.       Не давая окружающим времени на размышления и повода остановить парня и вернуть обратно, Саюри поспешила начать играть.

Christina Perri — A Thousand Years

      Сердце быстро бьется,       Румянец и обещания…       Как быть храброй?       Как любить, когда       Я так боюсь упасть?       Но я вижу, как ты стоишь один,       И все мои сомнения       Исчезают сами по себе,       Мы ближе еще на один шаг.       Я умирала каждый день, пока ждала тебя.       Только не бойся, дорогой, я ведь любила тебя       Тысячу лет.       И буду любить тебя столько же.       Время не стоит на месте.       В этом и есть его очарование.       Я буду храброй,       Я не позволю ничего       Забрать.       И ты стоишь передо мной,       Каждый вздох, каждая минута вели нас к этому,       Мы еще на шаг ближе.       Я умирала каждый день, пока ждала тебя.       Только не бойся, дорогой, я ведь любила тебя       Тысячу лет.       И буду любить тебя столько же.       Все это время, я верила, что найду тебя,       Время соединило наши сердца.       Я любила тебя тысячу лет,       И буду любить еще столько же.       Еще на шаг,       Еще на один шаг.       Саюри с улыбкой наблюдала, как Кота неуверенно подходит к отцу, как они о чем-то разговаривают, после чего Хаджикава, шагнув вперед, поочередно крепко обнимает сыновей и прижимает к себе их мать, улыбаясь Арисе. Еще немного поговорив о чем-то, они все вместе направились прочь. Однако, сделав несколько шагов, Кота обернулся и, посмотрев на Саюри, сложил ладонями сердце и одними губами произнес «Люблю тебя», заставляя девушку смущенно краснеть и отводить взгляд, чтобы никто не догадался о них.       * * *       Голова кружилась от поцелуев, тело дрожало в сладостном трепете. Придвинувшись чуть дальше, удобнее устраиваясь на парте, Тоширо усадил Карин себе на колени, однако раздавшийся сбоку шелест заставил девушку на миг оторваться и перевести взгляд в сторону. На полу, разлетевшись, лежали несколько листов. Отстранившись от Хитсугаи, Куросаки растерянно спросила:       — Что это?       Взглянув на пол, шинигами стал серьезней и нахмурился.       — Черт. Не обращай внимания.       Бросив на парня задумчивый взгляд, Карин слезла с его колен и присев на пол собрала бумаги, принявшись их просматривать. Все время, пока она читала их, Тоширо в угрюмом молчании наблюдал за ней.       Взглянув на последний листок, Куросаки, все еще не отрывая от бумаг взгляда, потеряно прошептала.       — Почему ты не сказал.       Тяжело вздохнув, Хитсугая поднялся со своего места и, приблизившись к расстроенной девушке, забрал у нее из рук бумаги. Отложив их на парту, парень вновь обнял брюнетку.       — Рано или поздно это бы произошло. Мне просто не хотелось тебя волновать.       — Но ты уходишь! Об этом стоило сказать!       — Да, уже скоро. Но ведь не прямо сейчас.       Сжав зубы, девушка уткнулась головой шинигами в плечо, сжав ткань его рубашки. Выдохнув, Тоширо продолжил.       — Карин, с самого начала было известно, что я здесь лишь на месяц. И мое возвращение в Общество Душ было лишь вопросом времени. К сожалению, сейчас это время истекло. Осталось всего пара дней и твой отец, а так же Ичиго и Рукия будут дома. Поэтому, у меня не осталось выбора и пришлось забрать документы из школы.       — Да. Прости. …Я понимаю.       — Ты тоже, прости, что не сказал. Но не думай, что на этом все закончится. Я могу повторить это столько раз, сколько захочешь. Ты нужна мне. И я буду стараться приходить всякий раз, когда у меня будет возможность. К тому же, ты только что пообещала, что выйдешь за меня. Ты думаешь, я так просто откажусь от своих слов?       Подняв голову, Карин смущенно и одновременно с горечью улыбнулась.       — Нет. Я тебе верю.       Улыбнувшись, Хитсугая наклонился, прикасаясь своим лбом ко лбу девушки.       — Просто дождись меня, ладно? Я непременно найду выход, чтобы мы всегда были вместе.       Стараясь не плакать, Куросаки кивнула.       — Я подожду. Столько, сколько потребуется. Обещаю.       * * *       Из окна отеля ночной город выглядел как рождественская елка. Мерцающие витрины, сверкающие огни — вечный праздник, ставший бытовой повседневностью.       Сидя в полной темноте на кровати, Харука отрешенным взглядом смотрела на эту сияющую россыпь. Из включенного музыкального центра, навевая еще больше уныния, доносилась песня Sia — Breathe Me.       Помоги, я опять это сделала,       Я уже много раз была в этом месте,       Я опять ранила себя,       И, что хуже всего, в этом некого больше винить…       Будь моим другом,       Держи меня, укутай меня,       Разверни меня.       Я маленькая       И нуждаюсь в тебе…       Согрей меня и       Дыши мной…       Я опять затерялась в себе,       Потеряла себя и теперь не могу найти.       Да, я думаю, я могу сломаться,       Я опять затерялась в себе и я чувствую себя незащищённой…       Будь моим другом,       Держи меня, укутай меня,       Разверни меня.       Я маленькая       И нуждаюсь в тебе…       Согрей меня и       Дыши мной…       На тумбочке рядом с девушкой лежал билет на завтрашний день до Токио.       Поднявшись с кровати, Кирё прошла к бару, доставая из него бокал и бутылку вина, но прежде чем она успела открыть ее, по комнате разнеслась мелодия телефона. Быстро поставив все обратно, Харука с надеждой рванулась к телефону, но стоило ей лишь взглянуть на экран, как настроение вновь упало. Со вздохом нажав кнопку соединения, девушка присела на постель, отвечая на звонок.       — Да, менеджер? …Нет, я поеду раньше. Завтра. …Новое предложение? Хм… и надолго? Ясно. …Нет, не нужно отказываться. Я согласна. …Да, обсудим это позднее. До встречи.       Отбросив телефон в сторону, Кирё запустила пальцы в волосы, откидываясь назад.       — Не видеть тебя три года. Может быть, этого будет достаточно…?       Прикрыв глаза, девушка плотнее сжала губы.