Шесть воплощений Смауга Ужасного.

Хоббит бродил по пустому Бэг Энду, ожидая скорого пробуждения Смауга. Сердце было не на месте. Подмывало открыть темницу и проверить, всё ли с ним в порядке? Но вскоре этого не понадобилось. Оглушительные удары в дверь и рокот пламени возвестили о его полном здравии. Бильбо на качающихся ногах сел на пол возле двери и закрыл голову руками. Он слышал, как Смауг кричит и сыпет оскорблениями, как бьётся в оковах и рычит как зверь. Хоббит тихо плакал уронив голову на колени. Когда на утро шум стих, хоббит немного успокоился. Видимо Смауг смирился. Или же просто выбился из сил. Но это был не повод терять бдительность. Хоббит помнил предостережения мага и дабы уберечь их обоих, он ни за что больше не проявит слабость. Но морить голодом своего ребенка он не собирался. Каждый раз, когда приходило время ужина, хоббиту приходилось долго выжидать, пока Смауг уснёт. Тогда он брал в одну руку корзину с едой, а во второй сжимал большой гномий щит. Аккуратно, как когда-то в пещерах Эребора, он подкрадывался к спящему и, поставив корзину, быстро убегал прочь. Он успевал заметить лишь темный силуэт на прожжённом матраце, завернутый в крылья как в красный бархатный плащ. Все эти дни хоббит ни разу не коснулся своей постели. Он спал возле железной двери, верным псом охраняя своё маленькое чудо. - Ты сопишь так громко, Вор, надеялся, я тебя не услышу? – послышался шипящий бас из-за двери. От неожиданности Бильбо проснулся и похлопал ресницами. - Так и будешь сидеть там? Войди. Я не сделаю тебе ни чего плохого, – продолжал говорить Смауг. Может он уже не злится? Может стоит всё объяснить? Смауг был, конечно, вспыльчивым и несдержанным, но отходчивым. Хоббит решил, что опасность, похоже миновала. Но на всякий случай вооружившись щитом, он открыл дверь темницы и вошел. Запах гари ударил в ноздри. Когда-то красивый ковёр был спален дотла, столик раскурочен до неузнаваемости, а из четырех подсвечников теперь горел всего один, самый дальний. Его не смог вырвать дракон в своём припадке неконтролируемой ярости. Он освещал лишь маленькую толику всей комнаты. Первое, что увидел хоббит, войдя - это огромное и широкое крыло, что простёрлось от стены к стене и уходило под потолок. Второе крыло вынырнуло у него из-за спины и закрыло собой выход. Он оказался заперт, и пути назад не было. Он попытался вглядеться в темноту и различить очертания фигуры, что медленно выплывала навстречу. Но то, что увидел Бильбо ошеломило незадачливого хоббита. Навстречу ему вышел высокий желтоглазый юноша. Его хвост длинным хлыстом извивался в ногах. На его широких плечах лохмотьями висела некогда красивая рубаха, оголяя рельефную грудь. Золотой ошейник горел огнём на изящной шее. Запястья были содраны в кровь под оковами. Неужели это его Смауг? Его мальчик? Хоббит попятился к стене, но напоролся на острое крыло. - Смо, что с тобой случилось? – не веря своим глазам спросил Бильбо. Смауг ухмыльнулся: - Ты столь невнимательно читал «Драконикус»? Я сменил шкуру, а ты меня уже не узнаешь? Бильбо не мог оторвать взгляда, не замечая, как красные перепончатые крылья начали стягиваться вокруг, словно загоняя его в центр ловушки. - Кровь? – спросил он. - Да, кровь убийц. Я начал меняться с того момента, как она коснулась моих губ. Теперь я уже не полурослик. - Ты человек? Он поиграл огненным дыханием в своих длинных пальцах и нехотя произнёс: - Я дракон. Увидев пламя, Бильбо инстинктивно закрылся щитом. Оглядевшись он осознал, что находится в капкане из крыльев. От страха его пробил озноб. - Смо, выпусти меня, - взмолился он. Вдруг, цепь натянулась как струна и он был прижат к каменной стене. Щит выпал и со звоном ударился об пол. Красивое лицо с острыми скулами нависло над ним. Оно с усмешкой глядело на съёжившегося хоббита. - Ты и правда думал избавиться от меня? Хоббита прошиб пот. Он не мог увернуться от огненных глаз, что смотрели на него с диким блеском. - Прости, я не знал, что делать! Я думал, ты убьёшь меня! - Глупый хоббит, если бы я хотел, ты был бы мёртв, – ответил Смауг. Он провел языком по его щеке, словно пробуя на вкус. - Что…что ты делаешь? – запротестовал хоббит. - То что хочу. Теперь, ты не сможешь помешать мне, Вор, – последние слова он томно выдохнул ему в шею, горячее дыхание приятно обожгло хоббита. Короткие клыки нежно покусывали белую кожу, заставляя бороться с дрожью в коленях. - Смо, послушай! Ты мой сын! Перестань! Так нельзя! - пытался вразумить его Бильбо. Смауг ни на секунду не отпускал. - Но ведь мы оба знаем, что это не совсем так, - ответил он, спускаясь по шее к груди хоббита. Разорвав рубашку, он припал пылкими губами к соску. Кажется, у Бильбо на секунду остановилось сердце, а затем оно ударило мощным фонтаном крови прямо в вены, разнося горячий восторг по всему телу. Смауг приподнял его повыше за бёдра и запустил скользкий язык в ширинку его брюк. Бильбо вздрогнул, ощутив ленточку языка, что обернулась вокруг его поднятого органа. Любовь и похоть, хорошее и плохое - всё смешалось в голове Бильбо, когда Смауг со сладостным вздохом взял его мускул полностью в рот и начал медленно обсасывать. Хоббит цеплялся за его рога, пытаясь не провалиться в глубокий омут стонов. Его кровь вскипела и яростно стучала в висках, отзываясь на каждое движение змеиного языка. Дракон заливисто мурчал, держа своего хоббита в руках и слушая его жалобные постанывания. Но ему было и этого мало. Казалось, цепи совсем не мешаю ему, а лишь украшают стройную фигуру и тонкие запястья. Не выпуская из губ такой желанный орган, он изогнулся, сажая Бильбо на себя верхом. Чувствуя, как в его нутро входит твердый член Смауга, хоббит неосознанно поддался навстречу. Уже без стеснения держась за его рога, как за поводья, он задыхался от частых вздохов. Смауг опустил его на матрац и придавил своим длинным и жарким телом. В спину Бильбо тут же впились золотые монеты. Он не обращал на них внимания, лишь поддаваясь бёдрами навстречу участившимся толчкам. Теперь каждое движение отражалось острым удовольствием. Они ласкались, словно впервые испытав тепло друг друга. Больше нет страхов. Больше нет стыда. Они ощущали лишь одно бешеное удовольствие, что фейерверком разлеталось в голове. Яркие вспышки оргазма заискрились под опущенными веками. Бильбо простонал в полный голос, орошая чешуйчатый торс дракона. Чувствуя его дрожь, тот проливался в него, заполняя нутро горячим семенем. Довольно раскатистое урчание дракона убаюкивало разнеженного хоббита. Он, ещё не придя в себя, прижимался к нему, греясь в тёплом дыхании. Смауг накрыл его крылом и зарывшись носом в пышную макушку хоббита уходил в блаженный сон. Бильбо глядел на это мужественное лицо с лёгким румянцем на щеках и понимал, что всегда любил эти по кошачьи сощуренные глаза и эти тёмные кудри. Он поцеловал его губы и шепотом, что бы не нарушить сон сказал: - Спокойной ночи. Я люблю тебя, Смо.