Новая жизнь

      Проснувшись и оглядевшись вокруг, мне стало понятно, что вчерашние события не были сном. Стараясь избежать возможной боли, я начал осторожно подниматься с кровати, но ничего не почувствовал.       Приблизившись к большому зеркалу, меня охватило лютое негодование. Эти актёришки напялили на моё тело бабское платье! Совсем берега попутали.       Начав снимать с себя это тряпьё, я запоздало понял, что под ним ничего нет. Не желая оставаться голым, мне пришлось рыться в ближайшем шкафу. Хоть это было и невежливо, но они тоже перешли дозволенную границу.       — О, мистер Рихей, Вы уже встали, — раздался знакомый голос.       Смутившись, я постарался прикрыться и спросил:       — Где нормальная одежда?       — Вам нужно было позвать меня, я же всегда помогаю Вам с гардеробом, — подойдя к шкафу, Глосав вытащил другое платье и, расправив его, вопросительно посмотрел на меня. — Как насчёт этого?       Да они меня тут троллируют!       — Ну, хотя бы Вы не шутите со мной! — вспылил я.       — О чём Вы, мистер Рихей? Это же ваше любимое дневное одеяние.       — Как бы не так! Дайте мне штаны!       В глазах мужчины отразилась крайняя степень удивления.       — Вы хотите надеть штаны?       — И трусы не помешало бы!       За кого они, чёрт побери, меня тут держат? Куртизанку что ли?       — У Вас очень мало такой одежды, но постараюсь что-нибудь найти.       Достав бельё и тёмно-зелёные брюки, Глосав положил их на столик, а затем вынул оранжевую тунику.       — В этих штанах Вы обычно катаетесь на Зарне, их у Вас всего две пары. Они совсем не подходят для домашнего времяпровождения.       — Плевать. Нет другого верха? Какой-нибудь рубашки?       — Вы их не носите, мистер Рихей.       — Я ношу только мужскую одежду и не собираюсь изображать трансвестита.       — Не понимаю о чём Вы говорите, но раз ваши вкусы изменились, то можно пригласить портных. Они сошьют одежду по Вашим новым предпочтениям.       — Есть ли в этом необходимость? Сегодня я узнаю, кто устроил этот дерзкий розыгрыш, и немедля уйду. Просто дайте мне нормальную рубашку, — потребовал я, надевая бельё и брюки.       — Ох, надеюсь, ваша память скоро вернётся, — вздохнул Глосав, разбирая одежду.       — Я её и не терял. Ну, так что там с верхом?       Достав серую водолазку, Глосав сказал:       — Обычно Вы одеваете её зимой под платье, чтобы избежать холода.       — Сгодится.       Надев верх, я посмотрел в зеркало. Видимо, придётся привыкнуть к изменившимся глазам и волосам. Приглядевшись к себе внимательнее, я заметил, что стал более тощим. Наверно, пока валялся без сознания, успел похудеть, ну да ладно. Так как рана больше не болела, я решил снять бинты.       — Ваше повреждение должно было полностью зажить сегодня.       Внимательно всё осмотрев, я не обнаружил никаких швов или шишки. Откуда тогда кровь?       — Почему не осталось никаких следов?       — У доктора Сияда магия жизни, он прирождённый целитель.       — Понятно...       — Пойдёмте скорее к вашим родителям, они ждут Вас, чтобы позавтракать.       Выйдя из комнаты, я стал следовать за Глосавом по коридору. От моих глаз не смогли ускользнуть причудливые картины, висевшие вдоль стен, около них так и хотелось остановиться и предаться созерцанию. Помимо этого на столиках стояли вазы с композициями из неизвестных цветов, а вместо освещения опять же были углубления со сгустками света. Как я понял, мы находились в старинном особняке. Когда Глосав открыл передо мной двери, я встал как вкопанный. Напротив было окно чуть ли не во всю стену, но не это поразило меня. Вместо голубого неба, было светло-сиреневое и в двух его частях на одной параллели располагались два объекта: одно голубое и сияющее, а второе блёклое, красного цвета.       — Ч-что это? — ошарашенно спросил я.       Пара, сидящая в одном конце длинного стола, непонимающие посмотрела на меня.       — Сынок, о чём ты?       Пользуясь моим шокированным состоянием, Глосав взял меня под руку и усадил рядом с «родителями».       — Рихей, что с тобой, очнись, — сказал Брул и поводил рукой перед моим лицом.       Выйдя из оцепенения, я задал вопрос:       — Небо. Что с ним? Почему оно сиреневое и где Солнце?       — Какое сомце, Рихей? После падения, ты начал говорить странные слова, — ответил Брул.       — Сынок, небо было таким с самого сотворения мира. Днём царит Святой Эрен, а ночью Святой Кхор, они наши боги, освещающие путь и посылающие знаки судьбы.       Это какой-то трындец. Сиреневое небо на всё окно, вчерашний манёвр с зеркалом, старинный особняк и обстановка с необычными элементами. Зачем кому-то тратить столько денег, чтобы разыграть меня?       — Рихей, почему ты не ешь? Скоро мы пойдём на прогулку, потом будешь жаловаться на голодный желудок.       Немного помешкав, я взял столовые приборы и начал есть. На столе была яичница с мясом, по крайней мере, по вкусовым ощущениям. Просто цвет немного отличался от привычного.       — Из чего состоит завтрак?       — Яйца риторик и мясо вридма.       — Я-ясно, — протянул я, решив не задавать лишних вопросов.       Припоминаю, что вчера Глосав тоже дал мне странную еду, но я не придал тому никакого значения, так как был немного не в себе. Всё-таки у каждой страны свои блюда и способы приготовления. Просто красителей добавили или каких-нибудь специй, чтобы удивить меня.       Спустя несколько минут Бертис с лязгом положил вилку на стол, чем привлек моё внимание.       — Рихей, если честно, то я очень озабочен твоим состоянием. Через неделю ты будешь писать тест для поступления в Академию, тебе очень этого хотелось, ты так активно готовился к нему, и вдруг такая беда. Все твои знания... Ещё ты почему-то одел неподобающую одежду. Ох... Почему всё это свалилось на тебя в такой важный момент.       Говоря это, он выглядел крайне встревоженным, его глаза начали слезиться, он был близок к срыву. Хотя, по идее, это я тут должен переживать.       — Бертис, милый, успокойся. Доктор Сияд сказал, что Рихей быстро восстановится, тем более, мы поможем.       — Но, Брул! А вдруг наш мальчик не сможет хорошо написать тест? Ты же понимаешь, что от этого зависят 5 лет его жизни! Я не хочу, чтобы он потом страдал.       — Рихей очень начитанный, так что обязательно справится, всё будет хорошо.       — Надеюсь ты прав, дорогой.       — Что за Академия и тест? Что вы опять навыдумывали?       Бертис посмотрел на меня так, будто я умираю от страшной болезни, а Брул, похлопав его по руке, начал говорить:       — Рихей, в этом году ты достиг совершеннолетия, 55 лет. Так как мы уважаемая семья, Академия обязательно пришлёт нам письмо с приглашением. Из тысячи претендентов выберут только 120 юношей. Это твой единственный шанс, повторных приглашений никогда не присылают. Остаётся надеяться, что ты успеешь восстановиться.       — Хмф...       Я еле сдерживался от смеха. 55 лет? И что это за Академия с тысячью претендентами? Полная чушь.       Когда мы все поели, Брул встал и сказал:       — Пойдёмте в сад.       Бертис, промокнув рот салфеткой, тоже поднялся. Я отправился за ними. Мне хотелось поскорее увидеть, что творится во внешнем мире, понять своё местоположение.       Когда мы вышли на крыльцо, мои ноги подкосились, и если бы Брул не успел среагировать, я бы окончательно разбил голову уже об лестницу.       — Сынок, что с тобой? Тебе плохо?       Я не мог ответить, так как потерял дар речи, удивительно, что не сознание. Закрыв глаза, я снова открыл их, но ничего не изменилось. Небо по прежнему было сиреневым, и в нём сиял голубой объект. Тогда в обеденном зале я подумал, что увидел высококачественную голограмму, так как ни к какому другому объяснению прийти не мог, но сейчас... Это точно не голограмма. Еще в доме я видел в вазах странные цветы, здесь они тоже есть, растут на клумбах, но не ясно цветы ли это. Может, это была какая-нибудь съедобная трава, типа петрушки. Также я заметил необычные кусты с листьями серебряного цвета с зелёной каймой. Дорога, тянущаяся от дома, была покрыта не асфальтом, а каким-то блестящим светло-жёлтым мрамором. Деревья тоже были другими и птицы... Боже, куда я попал!? Что за дьявольщина? Наверно, это сон, слишком реалистичный сон. Хотя нет, я уже спал в этом доме. Разве можно спать внутри сна? Чёрт... Вэлторн, спокойно. Нужно найти объяснение. Несмотря на все мои попытки, успокоиться я не мог, в голове были лишь хаотичные мысли, сердце бешено колотилось, я слышал как оно заходилось, будто вот-вот лопнет.       — Господин, что случилось, Вы ментально попросили настой свициилы! Ох, святые Эрен и Кхор, что с господином Рихеем?! Он весь белый!       — Не кричи, Гелта. Я сам не знаю, что случилось, — ответил Брул.       — Рихей, мальчик мой! Нужно немедленно доктора Сияда! Гелта, быстрее свяжись с ним!       — Да, господин Бертис, сейчас, — ответил молодой парень и убежал куда-то.       Вскоре я почувствовал, как Брул сжал мою челюсть, заставив ту раскрыться. В меня начали вливать какую-то противную жидкость.       — Рихей, дорогой, скажи что-нибудь. Тебе лучше? — спросил Бертис, присаживаясь рядом со мной.       — Д-да, — произнес я, оклемавшись.       Мне действительно стало лучше.       — Что случилось? — спросил знакомый доктор, выходя из дома. — Мне пришлось использовать телепорт, оповестили, что ситуация чрезвычайная.       — Рихею уже лучше, извините, доктор Сияд. Судя по всему, мы развели ложную тревогу, — ответил Брул.       — Это не страшно, главное, что с вашим сыном всё в порядке.       — Да, Вы правы, извините ещё раз. Такое случилось впервые.       — Может, он что-то вспомнил, и был этим шокирован. Нужно наложить чары душевного равновесия.       Подойдя ко мне, доктор притронулся к моему лбу, и я ощутил, как тело будто бы стало согреваться, дыхание выровнялось.       — Я приготовлю вам зелья на такие случаи.       — Спасибо, доктор Сияд, — поблагодарил Бертис.       — Вышлю вам тем же телеп...       Больше я ничего не слышал.