Команда Нацу — на перевоспитание!

Спустя пять дней.       Эрза сидела за рабочим столом в своём кабинете и делала наброски в блокноте. Дел, откровенно говоря, не осталось, все бумаги давно были подписаны, поэтому Скарлет решила не тратить время впустую и принялась за эскизы своих новых доспехов, которые она хотела заказать ещё несколько месяцев назад, но изнурительная работа и другие проблемы давали о себе знать.       Послышался глухой стук в дверь. Эрза подняла голову и кратко пригласила пришедшего пройти внутрь. В дверь, будто подстреленная птица, влетела запыхавшаяся Мира, прерывисто глотая воздух и судорожно размахивая какой-то бумажкой. Мастер удивлённо посмотрела на свою подругу.       — У нас неприятности! Уильям Годвин только что прислал письмо, в котором заявил, что больше не хочет сотрудничать с нашей гильдией! — на одном дыхании выпалила Дьяволица.       — В каком смысле? Почему? Лисанна и Джувия не справились? — голос Эрзы дрожал.       Если это — действительно правда, то можно считать, что их план с треском провалился. Эрза и Мира рассчитывали на возможность сдать чернокнижника Совету, после чего с команды Нацу могли бы снять все обвинения. А если за это задание возьмутся волшебники из другой гильдии, то они беспрекословно выполнят требования Годвина и вернут ему сына, а Совет ни о чём не узнает.       — Вот, — Мира положила на стол письмо. Скарлет дрожащими руками взяла листок и начала читать:       «Уважаемая Эрза Скарлет!       Я должен поздравить Вас с временным назначением на должность Мастера, даже после того, что Вы натворили вместе со своими друзьями. И, должен признаться, я очень рад, что главные виновники того проишествия сейчас отбывают своё заслуженное наказание.       А Вы помните, что после всего случившегося я всё-таки дал Вашей гильдии второй шанс? Увы, но Хвост Феи не оправдал моих ожиданий.       Некоторое время назад, до меня дошло сообщение от Вашего заместителя о том, что за моё задание взялись две боеспособных и, главное, спокойных девушки. Согласно моим сведениям, они должны были давно прибыть в город, но ко мне в особняк так никто и не явился. Что за безответственность со стороны Ваших подчинённых?!       Более ждать не могу. Я отправляю свой заказ в другую гильдию в надежде, что наконец-то смогу увидеть своего непутёвого сына. Не сочтите моё письмо за дерзость. Желаю Вам удачи на новой должности и всех благ!       С глубоким почтением, Граф Уильям Годвин.»       — Ч-что всё это з-значит? — лоб Эрзы покрылся испариной. Ей казалось, будто температура в помещении поднялась на несколько градусов. Она неровно и часто дышала, перечитывая одни и те же строчки.       — Не ясно? — Мира присела на диванчик. — Девчонки уехали шесть дней назад, а потом внезапно куда-то пропали. Думаешь, эти две влюблённые дурочки просто так отказались бы от задания? — Штраусс с грустью покосилась на распахнутое окно, через которое в кабинет проникали яркие солнечные лучи.       Кто бы понимал, как она переживала за Лисанну! Мира уже однажды потеряла свою младшую сестру, потому очень боялась повторения событий прошлого. Дьяволица прекрасно осознавала, что просто не выдержит, если с Лисанной что-нибудь случится. И за Джувию, Мира, конечно, тоже беспокоилась, но чувства к родной сестре всё же были сильнее.       Эрза упёрлась локтями в стол и начала легонько трепать свои волосы. В голову лезла лишь всякая ерунда, мысли были спутаны, но девушка отчётливо осознавала только одно — нужно было немедленно что-то предпринять. Про свой эскиз волшебница уже давно забыла.       — Мира, — хриплым от волнения голосом начала Скарлет, — попробуй поговорить с Каной, надеюсь, она сможет определить местоположение Лисанны и Джувии. Я... я... попытаюсь спасти их!       — Ты в своём уме?.. Это же... — по правде сказать, Мира мысленно была благодарна подруге за такую самоотверженность, но в то же время понимала, что это может стоить Скарлет жизни. Однако против упрямого барана попрёшь?       — Приказы Мастера не обсуждаются! — неожиданно для самой себя прикрикнула Эрза.       Скарлет всегда бесилась, когда Макаров, прикрывая хвостатых своей спиной, говорил им бежать и спасать свои жизни, а после начинающихся воплей и возгласов громко и властно произносил эту фразу. Эрза терпеть не могла такие моменты. И теперь, когда она сидит на месте Мастера, а её подруги в смертельной опасности, эти слова не кажутся ей столь противными и дерзкими. Эрза бы в любом случае понеслась на помощь подругам, но раньше это выглядело, как героический и необдуманный поступок, а сейчас это было похоже на беспокойство любящего и ответственного родителя за своих детей.

***

      Дело шло к вечеру. Люси, постоянно протирая глаза опухшими от многочасовой работы пальцами, в очередной раз зевнула и беспомощно упала на подушку. Послышалось тихое хныканье. Вся кровать была усыпана обрезками цветной бумаги, декоративными бусинами, кое-где валялись фломастеры, а на тумбочке лежали две пары ножниц и несколько использованных упаковок клея.       Юкино вошла в комнату с чашкой кофе и аккуратно, чтобы не разлить напиток, присела рядом с обессилевшей подругой. Она заметила, что в руках Люси держала почти готовую бумажную лилию, которую осталось лишь немного украсить бусинами и стразами.       — Последняя, — прошипела Хартфилия, уткнувшись носом в подушку.       Агрия немного освободила место на тумбочке и поставила туда кофе. Она сочувственно посмотрела на Люси и легонько провела ладонью по её спутанным золотистым волосам. Хартфилия пролежала несколько минут, распластавшись на кровати, сладко зевая и постепенно начиная засыпать.       — Люси-и, — шёпотом протянула Юкино, — не время для сна. Выпей кофе, а я пока доделаю этот несчастный цветок.       Люси с неохотой подняла голову и бросила в сторону большой корзины, стоявшей на полу около двери, уничтожающий и полный ненависти взгляд. Эта корзина снизу доверху была наполнена разноцветными бумажными лилиями, над которыми Хартфилия корпела целый день. По собственному желанию девушка не стала бы заниматься этим, но Стинг, державший обиду на Заклинательницу, заставил её вырезать чёртовы цветки, чтобы было чем украсить статуи саблезубых тигров у входа в гильдию. Звучит глупо, не так ли? Вот просто представьте этих громадных оскалившихся зверей... с розовыми цветочками и в стразах.       — Если завтра днём я не увижу цветочных тигров, то всю эту корзину вместе с её содержимым в задницу Эвклифа запихаю! — прорычала Люси, сделав небольшой глоток горячего напитка. Юкино тем временем ловко закончила последний цветок и положила его на тумбочку рядом с ножницами. — Кстати, Юкино, спасибо за помощь! — сменив тон на более мягкий, ласково произнесла хвостатая.       Конечно, Агрия не могла оставить подругу в беде, поэтому согласилась немного помочь Люси: собственноручно сделала пару лилий, несколько раз сбегала в магазин за необходимыми канцтоварами, успокаивала Хартфилию, когда та начинала истерить, и старалась её морально поддерживать.       — Да ничего особенного, всегда обращайся, — отмахнулась Юкино. — Эх, а ведь фестиваль уже завтра! Целая неделя веселья! И, знаешь, я так хочу загадать желание! — мечтательно сказала Агрия.       Люси внезапно вспомнила свой разговор со Стингом на том крыльце. Хартфилия уже бывала на подобных фестивалях, поэтому примерно представляла, что её ждёт. Она надеялась хорошенько отдохнуть вместе с Юкино, на время забыв про обнаглевшего драгонслеера, и, может быть, даже попытаться загадать желание...       — Этот индюк сказал, что все рассказы о Древе желаний — обычные сказки, — задумалась Хартфилия.       — Не отрицаю, — горько усмехнулась Юкино, — но попробовать-то стоит, ведь так? В этом нет ничего стыдного! Мы просто проверим, и всё!       «Если так, Юкино, получается, права!» — Люси тихонько улыбнулась. Допив кофе, Хартфилия нехотя встала с кровати и пошла на кухню мыть чашку. Агрия была рада, что хоть немного подняла настроение подруге. Она взяла лилию с тумбочки и положила цветок в корзину, ещё долгое время любуясь всей этой яркой, наполненной лёгкостью композицией.

***

      Вокруг Каны столпилась почти вся гильдия. Сама картёжница, стараясь не отвлекаться на шум товарищей, сосредоточенно раскладывала на столе карты. Колода в её руке опустела. Она ловким движением собрала все карты, оставив лежать только три. Руки слегка тряслись от волнения. Шатенка перевернула первую карту и с облегчением вздохнула.       — Наши подруги живы, в этом я точно уверена, — Кана говорила напряжённым, не свойственным для неё голосом. Не стала больше терпеть и открыла оставшиеся две карты. — Кажется, у них какие-то небольшие проблемы, и, судя по всему, они ещё в пределах того города. Больше ничего сказать не могу, — картёжница развела руками в разные стороны и, наглым образом растолкав образовавшуюся толпу, направилась к бару.       Мира стояла в стороне и внимательно наблюдала за Каной, уже начавшей опустошать бочку с пивом. С одной стороны, она была рада услышать, что Лисанна и Джувия живы и всё ещё находятся в городе, но с другой стороны... Мало ли, что может произойти! Спустя несколько минут все снова начали заниматься собственными делами, шёпотом обсуждая слова картёжницы.       — Не беспокойся за них, всё будет хорошо! — из раздумий Дьяволицу вывел весёлый голос Эрзы. Скарлет, конечно, сама сильно переживала, но старалась не подавать виду в надежде немного приободрить Миру. — Со мной ещё Хэппи пойдёт, так что я буду не одна!       Штраусс-старшая натянуто улыбнулась. «Огромное тебе спасибо, Эрза, вот только...»       — Я за тебя всё равно сильно волновалась, поэтому попросила Лаксуса помочь с миссией. Считай, что он отныне твой личный телохранитель! — Эрзу словно током ударило, она заметно передёрнулась. Вот теперь у Титании появилось необузданное желание придушить Дьяволицу, и плевать на её душевное самочувствие ниже нуля!