Сборник драбблов NCT

Стрелка часов отчетливо протикала полночь и все шорохи в общаге начали сходить на нет, заполняя пространство усыпляющей тишиной. Марк к этому времени только вытащил себя из душа, потому что был последним на очереди в их большой семье. Чистый, вкуснопахнущий и счастливый от смывшегося груза усталости, он, с тяжелым выдохом, валится на свою часть кровати в одном белье. В чуть приоткрытое окно врывается прохлада, от чего Ли прикрывает глазки, чуть вздрагивая от толпы мурашек. Приятно. Даже от такой мимолетной обыденно — прекрасной вещи, полежать после душа «патриком» и дышать свежим ночным воздухом, у Марка приятно тянет внизу живота. Благодатная атмосфера рождает всякие там мыслишки в юном организме, заставляя руки непроизвольно проникать под резинку дизайнерского белья. Только разрядки не хватает для полного расслабления. Джехён, который по мнению Марка уже должен был видеть 10й сон на своем верхнем ярусе, не видел даже и пилотного эпизода. Сон не приходит от слова совсем, но и как-то себя заставлять сил тоже не находилось, по этому Чон просто развернулся к стеночке, в надежде заснуть под успокаивающее размеренное сопение младшего. Но в этот раз все далеко не по плану. Сопения заменились томными полустонами. По спине Джэхёна побежала толпа мурашек, то ли от смущения, то ли от того, что прозвучало это достаточно отчетливо и … красиво? А может и все вместе. Чон в этот момент боялся пошевелиться. Своим солидарно мужским мозгом он дошел очень быстро до сути происходящего, и вроде бы как все прекрасно понимал, но не мог перестать вслушиваться. Щеки и уши горели, будто сам так ни разу не делал, а спина начинала затекать от принятого положения. У Марка же внизу феерия из эмоций. Часто вздымающая грудь, сильно прикусанный большой палец левой руки от распаляющихся ощущений и плавные, с нажимом, движения по члену. Смешанные чувства стыда и какой-то опасности добавляют жара, заставляя Ли двигаться самому в такт, поджимать ноги, тихо материться на двух языках одновременно, и еще одним любимым Читтапоновским тайским родствеником слова «блять». Джехён дышит через раз, почти в такт с Марком. Став заметным соучастником этого таинства, Чон тяжело выдыхает в подушку, отгоняет набежавшее возбуждение, мысли в стиле «да ладно, может, наконец, заснешь», и со скрипом перевернувшись на спину, запускает руку под кромку белья, проговаривая про себя «хотя... почему бы и нет, раз уж стоит?». Скрип до дрожи напугал младшего, что аж дыхание выбилось из легких, а внизу стянуло все еще сильнее. Очередная волна мурашек окатила с головы до ног, но останавливаться он даже и не думал, наоборот, движения стали быстрее, ощутимее. Джехён пропускал через себя в каждый звук, исходящий снизу, интенсивно водит по члену в ритм томных выдохов младшего, больно кусая пересохшие губы. У Марка в ушах стук собственного сердца, сжавшиеся до отказа легкие и оргазм от которого звездочки в глазах, ведь показалось, что он на долю секунды он слышал такой же рваный выдох от хёна. Попытавшись отдышаться и осознать всю глобальность пережитого, усмирить грохочущее от сделанного сердце, собраться с мыслями и признать, что это было очень даже «вау», Марк спокойненько встал, делая вид, что направился в уборную. Джехёна же еще немного потряхивало и в теле образовывалась приятная гибкость, от которой начало тянуть в сон. Чон даже подумать о чем-то не успел, как улетел в долгожданный мир сновидений, оставив все моральные притязания к случившемуся на утро. Но машинально укрыться одеялком он все же успел.