Чёрные сумерки

Как приятно, когда утром можешь спать столько, сколько душе угодно и надоедливый будильник не трезвонит под ухом, приближая свою кончину… И сегодня мне выпало счастье насладиться таким утром. Джезель уже отправилась в школу, так что я остался в доме один. Причину не проходить диспансеризацию я всё-таки придумал (после долгих и мучительных размышлений минувшей ночью). Якобы, чем-то отравился и пришлось даже вызывать неотложку, врачи которой настоятельно рекомендовали мне отлежаться дома денёк-другой. На что с работы мне ответили: «Придётся вам проходить осмотр в индивидуальном порядке». С чем я, несомненно, был согласен. Значит, это время мне нужно использовать с умом и морально подготовиться к грядущим испытаниям. А именно, я собирался, насколько хватит силы воли, смотреть фильмы о больницах и врачах — кто знает, вдруг это будет для меня полезно… Опять анализ… И почему я не дня не в силах просуществовать, ничего не проанализировав! Поэтому я и работаю в отделе анализа. Какая ирония! Я улыбнулся своим мыслям и решил наконец-таки встать с постели. С минуту по потягиваясь в разных позах, я не спеша поднялся и побрёл в ванную. Открыв дверь я встретился со своей сонной физиономией и принялся её критически осматривать. Тёмные, почти чёрные, торчащие во все стороны волосы; большие, слегка на выкате зелёно-серые глаза; смуглая, но давно не видящая загара кожа; бледные, едва заметные губы; маленький, слегка курносый нос. В общем-то, вполне не плохо, за исключением, разве что совершенно бесстрастного выражения на лице. Хотя сейчас повода выражать какие-либо эмоции у меня не было. Приведя себя в порядок, я вздохнул и пошёл на кухню, доедать любезно приготовленный Джезель завтрак. Два часа спустя, всё же решившись начать запланированный просмотр, я отправился в кладовку на поиски старых дисков. Найдя нужные, я потопал прямиком в гостиную, где вставил первый попавшийся диск в DVD-плеер. Удобно устроившись на диване, я стал ждать. Фильм начался, но как только появились первые кадры, мне захотелось его выключить. Лишь усилием воли я заставил себя не двигаться и смотреть на экран. Чёрт, долго, слишком долго тянулись минуты. У меня уже затекло всё тело, к горлу подступила тошнота, но я по-прежнему оставался неподвижным, дабы не сорваться, не вытащить дурацкий диск и не разбить его. Но вот, к моей неописуемой радости по экрану побежали титры — всё закончилось. Нет, рано радоваться! Рядом со мной лежит ещё приличная кучка из дисков, которые ждут своего часа. Боже, зачем, ну зачем нам понадобилось СТОЛЬКО фильмов о врачах и больницах?! Так, спокойно! Сделав несколько глубоких вдохов, я сжав зубы, вставил следующий диск в проигрыватель. А потом ещё и ещё. Мне казалось, что в здравом уме и твёрдой памяти я эту гостиную не покину. Спасением и неким протрезвлением для меня послужил телефонный звонок. Благо, рингтон я поставил громкий, так что он слышался и на фоне не замолкающего телевизора. Чуть ли не летя по дому, я добрался до телефона и снял трубку: звонила Джезель. Бог мой! Сколько сейчас времени?! Как я мог забыть?! — «Джей, ты где? Я уже час стою у перехода, а тебя всё нет! Ты там в порядке? Ничего не случилось?» — Всё хорошо. Ты там как? — «Я-отлично, только за тебя испугалась: ты ещё никогда не опаздывал.» — Прости. Пожалуйста, прости! Я примчусь так быстро, как только смогу. Только стой там. Дождись меня, хорошо? — «Конечно, куда же я денусь? Буду здесь.» Как только я услышал в телефоне гудки, мигом бросился на улицу, в чём был, позабыв даже закрыть дом. К чёрту! Как я мог забыть о Джезель?!! Идиот! Смотрел свои дурацкие фильмы, а она там совсем одна, кругом полно неизвестного народца, у которого только дьявол знает, что на уме! Я ускорился, и уже не бежал, а стремительно летел, перепрыгивая через все преграды и оставляя позади недоумевающих горожан. Но вот уже показался знакомый цветочный магазин. Сейчас, только забежать за угол и… Там, пожалуйста, пусть она будет там! Стоять где и всегда, на углу коричневой высотки… Резко притормозив, я завернул за угол цветочного и, добежав до перехода, остолбенел. Джезель стояла там, но не одна: компания парней, с не выражающими ничего хорошего рожами, окружили её и не давали даже сдвинуться с места. Парни примерно шестнадцати-семнадцати лет. Гормоны у дурачков взыграли! С кем угодно, только не с моей племянницей! Я рванул с места, в несколько длинных прыжков преодолев переход. Наверно, у меня была очень ужасающая физиономия, потому что парни, едва меня завидев дали дёру. — Всё хорошо? Не успели обидеть? — вопрошал я у Джезель, осматривая её на предмет синяков, ссадин и прочих внешних повреждений. — Да всё в порядке! Ты вовремя подоспел; они ещё не сделали мне ничего плохого. — Ещё раз прости меня! Обещаю, этого больше никогда не повториться! — Я запомню! Ладно, пошли уже домой, чего тут-то стоять? — весело улыбнувшись и взяв меня за руку, сказала племянница. Сегодня домой меня вела она, увлекая за собой, виляя между уплотнившимся потоком прохожих: все спешили вернуться к тёплому домашнему очагу после долгого и утомительного дня… Вечер у нас как всегда был тихий и тёплый, семейный. Только засыпая я вновь погрузился в глубокий анализ будущего дня. Ладно в конце концов, не на казнь же отправляют! Да и что такого мерзкого или ужасного там может произойти?