Грешники

      Со вчерашней прогулки я Маринетт больше не видел, а если точнее, то её не привели обратно в камеру, но и не перевели.       Сначала я думал, что она в подвале, но тогда бы мы слышали скрип дверей и, я уверен, крики.       Поэтому я не знаю, куда они её вели. Возможно, они поняли, что ей место в психушке.       Ещё в голове появляются мысли о какой-нибудь изоляторной комнате. Но… я изучил это здание вдоль, вширь и поперёк. Не может быть такого, что я не видел «тайную» комнату.       Стоп, Агрест! Остановись!       Эта девчонка умудрилась полностью захватить твой разум и заставить беспокоиться за неё, хотя… нет, я не беспокоюсь, я интересуюсь.       Это утро я провёл как обычно. Читал, ел, ссал. И сейчас снова прогулка.       Если психопатка больше не появится в моей жизни, то уже завтра я сбегу отсюда.       И вот яркий свет чуть ли не ослепляет меня.       Похлопав глазками, пробегаюсь по нашей площадке.       И первое, что бросается в глаза, это оранжевый комбинезон, сидящий за моим столом.       Приглядываюсь и понимаю, что мне конец…       — Опять эта психованная… — слышу, как кто-то возмутился за моей спиной. И почему я хочу этого человека ударить?       Высвободившись, я сразу же подхожу к своему «трону».       — Что ты здесь делаешь?! — сажусь рядом с Маринетт.       — Вижу ты соскучился… — запрыгали её брови.       — Вовсе нет, где ты ночевала?       — А тебе-то какое дело? Волнуешься?       — Интересуюсь… — кивнул я.       — Скажи, зачем тебе это знать, и я скажу.       — Мне просто интересно, я уже хотел устроить вечернику в честь твоего выезда, но, если ты здесь, значит вечеринку нужно отложить… — поджал губы.       — Подвал… — отвела она взгляд в сторону.       — Я так и знал! — на радостях я стукнул по столу.       — В шеренгу стройся! — скомандовал Иван.       Мы с Маринетт переглянулись и отправились строится, как и остальные.       Мы встали в самый конец.       — Итак. Входе последних событий, мэр Парижа настоял на том, чтобы все заключенные два раза в неделю проходили сеансы у психолога, — убрав руки за спину и гордо подняв подбородок вверх, начал говорить Иван.       — Можно задать вопрос? — поднимает руку Маринетт.       — Нет! — рявкнул он в ответ.       Твою мать, а я оказывается рифмоплёт.       — И я всё равно задам, — пожала она плечами. — Что будет если психолог после сеанса окажется мёртвым? — склонила голову в бок Мари.       — Подвал на неделю!       Выражение лица Маринетт заметно изменилось. Улыбка пропала, брови нахмурились, а глазки начали бегать. Как будто она ищет место, где спрятаться.       — Итак. Продолжим… — ухмыльнулся Иван.       Ещё несколько минут он говорил нам о сеансах у психолога. Так как мы с Маринетт самые опасные, наши сеансы будут проходить совместно, и нами будет заниматься самый лучший психолог. Конечно за нами будет постоянно наблюдать охрана.       Обидно, что мой старый психолог умер…       Ну… он не сам умер.       Чисто теоретически я его убил. Я этого не хотел… он просто меня разозлил. Ну как разозлил, короче! Я его сильно ударил по голове…       За что получил недельное проживание в подвале.       После этого я стараюсь быть осторожнее и следить за своими ручонками.       Как бы там ни было, я думаю, что в этот раз всё будет намного лучше. ***       — Ваш любимый цвет?       Итак… первый сеанс.       Мы вместе с Маринетт сидим в какой-то комнате, вроде бы, для допроса. Перед нами сидит Милен (так зовут нашего психолога). На первый взгляд она очень милая, и убивать её пока что не хочется.       — Чёрный, — спокойно отвечаю я.       — Почему? — тут же спрашивает она.       — Потому что это самый тёмный цвет, он подчёркивает мою задницу, и ещё я думаю, что это цвет Смерти.       Милен поджала губы и что-то написала в своей тетради.       — Маринетт, какой твой любимый цвет?       — Красный, — улыбнулась она.       — Почему?       — Это цвет крови, — пожала она плечами.       Я не смог сдержать улыбку, не знаю почему…       — Любимое животное?       — Кот, — отрезал я. Даже думать не надо.       — Обязательно животное? Можно насекомое? — спросила Мари.       — Можно, — кивнула женщина.       — Божья коровка.       — Почему? — тут же спросила Милен.       — Потому что она красная! — развела руками Мари, и, чёрт, я поражаюсь её логике!       — Опишите одним словом каким должен быть человек, — снова подняла голову Милен.       А вот над этим вопросом стоит подумать. Описать человека одним словом очень трудно. Если бы меня нужно было описать одним словом, то я бы предпочёл «секси».       Маринетт бы я описал вот так: «сука». Просто сука, тут даже думать не надо. А вот других людей…       — Сильным, — пожал я плечами.       — Почему сильным, Адриан? — наклонила голову на бок женщина.       — Сильным во всём. Отношениях, драках, в работе, во всём. — Что за бред я несу?       — Очень хорошо, Агрест, — улыбнулась она и что-то записала в блокноте.       Я ухмыльнулся и слегка покраснел, меня всегда хвалили…       — Маринетт, а ты как считаешь? — не отрывая взгляд от тетради, спросила Милен.       — Мёртвым, — спокойно ответила брюнетка.       Ручка из рук психолога выпала, не понимаю, почему она так удивилась… это же Маринетт.       — Кхм, л-ладно… — поправила причёску женщина. — Адриан, есть в твоей жизни человек, которому ты можешь доверять?       — Нет. Все те, кто мне были дороги, для меня умерли.       — Адриан, но есть хотя бы один, кому ты доверяешь…       — Да, себе, и то не всегда.       — Ладно, а у тебя Маринетт есть такой человек?       Маринетт с приоткрытым ртом смотрела на Милен, но не на неё, а куда-то сквозь, глаза её не шевелились, как будто они стеклянные…       — Маринетт? — забеспокоилась женщина.       — Я… я не знаю… — отрицательно покачала головой.       — Мари, с тобой всё в порядке? — спросила Милен.       — Да всё с ней норм, она просто пытается вспомнить, как зовут её родоков, хотя я на семьдесят процентов уверен, что она их убила, — усмехнулся я и откинулся на спинку стула.       — Маринетт, скажи что-нибудь? — проигнорировала мои слова, Милен снова спросила Маринетт.       — Д-да… — наконец моргнула девушка.       — Что ж… мне кажется на сегодня хватит, — начала собирать бумаги женщина.       — И это всё? — Я был весьма удивлён, я думал сеанс будет длиться два часа, а не десять минут…       Милен кивнула в сторону Маринетт, которая в то время смотрела в пустоту.       Вскоре нас привели обратно в камеру.       Маринетт не сказав ни слова, запрыгнула на свою койку, схватив с собой мою книгу.       Её настроение заметно упало после сеанса… мне как бы пофиг, но… уж слишком она тихая сегодня…       Милен предоставила мне другую книгу «Унесённые ветром», какая-то драма про любовь.       Я не верю в любовь. Ни между семьей, ни между друзьями… не верю.       По крайней мере, мне не приходилось это испытывать.       Мы читали в полной тишине, не думал, что такое возможно…       — Ужин! — крикнул охранник.       Я подошёл к решётке.       Через специальное окошко предоставили гречку и опять пакет из макдака.       Тарелку с гречкой я поставил на тумбочку. Маринетт заметив еду, спустилась, взяла и залезла обратно. И опять же ни сказав ни слова. Она даже не попыталась отобрать у меня еду!       Возможно она поняла, что со мной шутки плохи…       — Всё, Маринетт! Я так не могу! Расскажи мне о себе! — кинул книжку на пол.       — Ес! — улыбнулась она       — Что значит «ес»? — возмутился я.       — Я поспорила сама с собой, сколько ты сможешь продержаться в тишине, даже часа не прошло… — усмехнулась Мари.       — В смысле? — поморщился я.       — Ты думал, я реально что-то скрываю? И это «Я… Не знаю…». Господи, кто в это поверит? — скривила она лицо.       — Ты притворялась?       — Эй, я нас освободила! — вскинула она брови и пригрозила пальцем.       Чёрт, эта сучка намного хитрее, чем я предполагал!       — Ты умная… — усмехнулся я.       — Знаю, — ухмыльнулась она.       — И всё равно расскажи о себе.       — Не в этой жизни, — отрицательно покачала головой девушка.       — Да ну тебя! Расскажи, кто был твоей первой жертвой!       — Нет! — рявкнула она так, что я аж вздрогнул. — Не твоего ума дело! — закричала она.       — Мари, успокойся!       Она спрыгнула с кровати и толкнула меня на диван, а сама налезла сверху.       Рядовой Агрест, нет… не подставляй меня.       Она обхватила моё лицо руками, заставляя смотреть ей в глаза.       — Ты можешь знать только моё имя и больше ничего, — прошептала она мне в рот.       Всё… рядовой Агрест меня предал!       — Год без секса… — усмехнулась она.       — Заткнись… — прошипел я.       Медленно, без резкий движений, Маринетт языком провела по моей щеке… Какая мерзость.       Она облизала мои губы! Твою мать! Она заразит меня своим бешенством! Господи, спаси меня!       Одна рука освободила моё лицо и начала медленно спускать по моей груди.       Вторая, крепкой хваткой вцепилась в мои волосы.       Блять, Агрест, действуй!       И вот, когда её рука прикоснулась к моему чрезвычайно возбуждённому достоинству, я возвращаюсь в реальность.       Отталкиваю её на второю половину дивана, а сам поспешно вытираю своё лицо, от её слюней.       Гадость!       — Сука, Маринетт больше так не делай! — поморщился я.       Она рассмеялась.       — Сладкий, а ты правда сладкий…       — Пошла нахуй! — огрызнулся я.       Взяв книгу, ложусь на свою кровать, отвернувшись от неё к стенке, начинаю читать, в надежде, что рядовой Агрест успокоится от скучной драмы.       Слышу смешок, за спиной.       Матрас сверху заметно нагибается, а это значит, что Мари запрыгнула обратно на койку.       Завтра попробую начать исполнение своего плана, и мне плевать на Маринетт! ***       Поле, такое большое, как будто бесконечное. На горизонте не видно ни дороги, ни дерева.       Ветер лёгкий, в какой-то степени тёплый, трепал мои волосы.       Стол и два стула — единственное, что находилась в этом поле.       За столом в оранжевых комбинезонах сидели мы с Маринетт.       В руках по две карты.       Хитрая ухмылка на лице девушки, моё же лицо выражало серьёзность, хотя я еле сдерживался, чтобы не заулыбаться как идиот. Ведь у меня два короля. Медленно выкладываю две карты на стол, и теперь начинаю улыбаться.       Поджав губы, она тоже медленно выкладывает карты… два… туза?!       — Я выиграла… — спокойно сказала она.       Я с приоткрытым ртом посмотрел на неё и понял, что хочу её.       И она как будто прочитала мои мысли.       Маринетт скинула карты со стола, а сама через него полезла целовать меня.       Вы спросите, почему ты так решил? Потому что сейчас мы целуемся.       — Адриан! — ударяет меня кто-то по плечу.       — Что? — хлопаю глазками и осматриваюсь.       Где поле? Блять, кажется я впал в мечты… так, стоп, нет! Это не мечты, а скорее тайные желания.       Взглядом нахожу Нино, который обеспокоено смотрит на меня, Алью которая общается с Маринетт. Стоп! Почему с Маринетт? Она что, увела у меня подругу?! Вот те раз, не успел я помечтать, как тут такие страсти происходят!       Я как всегда сидел за своим столом с двумя королями в руках.       Вижу, как бедная Хлоя вся в синяках сидит вместе с Сабриной на ступеньках и о чём-то болтают. Слышу свисты и крики. Это народ радуется, что Ким попал в корзину.       — Чувак, ты в порядке? За весь час на прогулки ты ни слова не сказал, — снова заставляет обратить на себя внимание Нино.       — Да… задумался просто, — нахмурился я, ибо очень эта ситуация не понятна.       Ну… то есть я даже не помню, как вышел на улицу, и я… вообще ничего не помню!       Обращаю внимание на карты в руках… и вижу, как напротив меня лежат ещё две карты с тузами.       Кидаю карты на стол и откидываюсь на стул.       Слишком много мыслей о Маринетт, пора прекращать это!       Но не успеваю я выкинуть из головы эту девчонку, как слышу визг Хлои.       Маринетт со смехом таскает за волосы блондинку по грязи.       Я не смог сдержать свой смех, не только я, но и другие.       Где охранники, когда они так нужны? А… вон они, смеются… ну ладно.       Всё еще задыхаясь от смеха перевожу дыхание, вижу, что лицо Хлои всё в грязи, волосы, одежда тоже. На руках ссадины, и в какой-то момент становится жалко эту блондинку.       Вздохнув, подхожу к бешеной Маринетт.       — Отпусти её, — смахнув слезу говорю я.       — Да ладно тебе, смешно же! — смеясь, ответила девушка.       — Знаю, но, мне кажется, достаточно… — уже на серьезную интонацию перешёл я.       — Агрест, не лезь! — рявкнула брюнетка.       — Только я могу так поступать с людьми, ты не можешь!       Маринетт резко откинула блондинку и, сделав серьёзное лицо, начала разглядывать меня.       — У тебя ведь год не было секса? — Опять она про это!       Не успел я закатить глаза, как ощущаю жуткую боль у себя между ног. Морщусь, сгибаюсь пополам и слышу смех…       Нахожу сил посмотреть на обидчицу. Маринетт вскинула брови и улыбнулась.       — Ах ты тварь… — еле слышно сказал я.       — Что-то я не слышу? — наклонилась девушка.       — Ты тварь… — повторил я.       — Ещё раз. Я не расслышала…       — ТВАРЬ! — рявкнул я и ударил кулаком по челюсти девушки, та отшагнула на пару метров и, потрогав больное место, поморщилась.       Я встал в обычную позу, в надежде, что рядовой Агрест придёт в себя.       Маринетт вновь посмотрела на меня. И я готов поклясться, что видел в её васильковых глазах искры огня.       Девушка с разбега налетела на меня.       Я сумел устоять на ногах, но я чувствовал жгучую боль в груди, не удивительно, она так сильно меня треснула.       Кажется, я сломал ребро…       Пока Маринетт всё ещё близко ко мне, успеваю подставить ей подножку, на что та падает в грязь, при этом схватив меня с собой. И, уже будучи, в грязи мы продолжаем драку.       Я бы избил её до смерти, если бы не эти охранники.       Маринетт кричала, опять! Как и вчера!       Я только пыхтел, как паровоз.       Нас разняли, но мы ненадолго оторвались друг от друга, потому что потом нас повели в одно и тоже место, где нам предстоит сидеть всю ночь.       Подвал…