Чёрный вальс

— Какого черта значит вот это? — Гермиона потрясла полученной запиской прямо перед носом Малфоя. В ответ на это Драко мученически закатил глаза к потолку, недовольный тем, что его отвлекли от флирта с официанткой. Нервные истерики Грейнджер — только этого ему сейчас не хватало. — Это значит только то, что на человека по имени Джек Харкнесс у нас нет абсолютно никакой информации, — пояснил он, нарочно лениво растягивая слова, будто делал бывшим сокурсникам большое одолжение. — Ты уверен? — недоверчиво уточнила Гермиона. Малфой обиженно фыркнул. — Конечно, уверен! Я проверил всё трижды и... Спасибо, дорогая, — он подмигнул Роуз, которая как раз принесла ему чашку традиционного травяного чая. Зардевшись, Роуз так засмотрелась на парня, что опрокинула сахарницу: к своему счастью, пустую. Тут же бормоча слова извинения, незадачливая официантка подняла её и, сгорая от стыда, поспешила скрыться на кухне. Малфой проводил её слегка насмешливым взглядом и вновь вернулся к разговору. — Так вот, я проверил всё трижды и могу с уверенностью сказать: либо этот человек маггл, либо он очень серьёзно скрывался от Министерства с самого своего рождения, что маловероятно. А зачем он тебе вообще понадобился? — Ты что-нибудь знаешь про некий Торчвуд? — Гермиона задумчиво закусила губу. Странная заметка в газете, странное поведение старика, странные пропажи в городе. Вся эта череда странных и, казалось бы, совершенно случайных событий пока что казалась ей лишь сплошными совпадениями, однако внутренний голос подсказывал: что-то здесь не так. Гермионе начинало казаться, что для полноты картины ей не хватало всего одной-единственной детали, и стоит ей только эту самую деталь найти, как кусочки мозаики сложатся в сплошной узор и всё тотчас станет ясно. Малфой несколько секунд молчал, барабаня подушечками пальцев по деревянной столешнице, а затем уверенно покачал головой. — Тоже нет. Грейнджер, ты окончательно свихнулась в этой глуши? Сначала — газеты, потом какой-то Харкнесс, теперь вот Торчвуд. Это какой-то новый розыгрыш? У гриффиндорцев нашлась новая забава под названием «Обмани слизеринца, если сможешь»? Так, что ли? — он снова помолчал, а когда же ни Гермиона, ни Гарри не прокомментировали его выпад, раздражённо поморщился. — Вы точно сошли в ума, оба. Ясно. Я так сразу и понял. — Но всё-таки приехал, — сухо резюмировала Гермиона. Ей порядком надоели его постоянные издёвки в свой адрес, но теперь это нахальное поведение переходило все границы. Малфой опять закатил глаза. — Конечно, приехал, — он попытался усмехнуться. — Кто ещё, как не я, сможет обеспечить вас удобными комнатами в Мунго, с белыми мягкими стенами, добрыми докторами в лимонных халатах и прекрасной компанией в лице Мерлинов, Морган и прочих весьма любопытных личностей, если не ваш добрый и верный коллега... — Тебе самому не тошно? — наконец подал голос Гарри. — Дешёвый паяц. Малфой нарочито обиженно вздохнул. — Ну и ну, мистер Поттер. Вы только что разбили мне сердце. — Было бы что разбивать, — вполголоса фыркнул Гарри. — Как ты можешь? А я ведь почти... — Может быть, хватит? — прервал разыгравшегося было Малфоя на полуслове, потребовала Гермиона. — У нас здесь уже тринадцать пропавших людей, а вы играетесь словами, будто дети. Гарри виновато поступил взор, а вот Малфой отступать не собирался. — И что же вы предлагаете, Шерлок? — вновь кокетливо помахав рукой появившейся в зале Роуз, издевательским тоном поинтересовался Драко. Гермиона шумно вздохнула. — Для начала перестань пялиться на мисс Лью, — она щёлкнула пальцами в паре дюймов от лица замечтавшегося Малфоя, привлекая его внимание и буквально вынуждая тем самым посмотреть на себя. — А потом мы попробуем разговорить местных. Твои навыки легилимента нам придутся очень кстати. Хорошо, что ты всё-таки получил лицензию. — Слушаюсь, младший аврор. Малфой выглядел польщённым, хотя Гермиона знала, что это всего лишь маска. Как знала также и то, что у него была ещё одна, собственная, причина приехать сюда. И она не будет Гермионой Джин Грейнджер, если не докопается до истины. Во всех аспектах. Так или иначе. — Вот, что мне известно...

***

— Значит, ты приехал сюда, чтобы?.. — с лёгким нажимом тихо произнесла Гермиона, когда они втроём шли вниз по улице к полицейскому участку. Гарри немного оторвался вперёд, и Гермиона решила воспользоваться удачно подвернувшимся моментом. Малфой деланно усмехнулся, и Гермиона тут же уловила в этом жесте крайнюю степень наигранности. — Как я и сказал. Это будет очень претенциозное дело. Гермиона закатила глаза. — Ты когда-нибудь перестанешь нести чушь? — недовольно осведомилась она, и когда единственной реакцией Драко стало простое равнодушное пожатие плечами, тяжело вздохнула. — Ладно, как знаешь. Но пойми мои подозрения правильно: Драко Люциус Малфой — отпрыск и дражайший наследник рода крови магических аристократов приехал в такую глушь месить деревенскую грязь своими дорогущими туфлями. Весьма странно, ты так не считаешь? — Весьма красноречиво, — колкость в тоне Гермионы, казалось, его совершенно не задела. — Ты делаешь успехи. Это по-прежнему выглядит жалко, но, по крайней мере, не так бросается в глаза, как обычно. Гермиона хмыкнула. — Я серьёзно. Что, прячешься от очередной пассии, которой ты пообещал громкий титул супруги, но бросил после первой же совместно проведённой ночи? Не бойся, я тебя не выдам. Может быть. — Куда прозаичней, — вдруг решил ответить Малфой. Гермиона удивлённо вскинула брови: а вот такого она от него уж никак не ожидала. — Мне стало любопытно. — Любопытно? — в голове Гермионы скользнула недоверчивость. — Всего-то? — Послушай, Грейнджер, — Малфой вдруг понизил голос до доверительного шёпота и чуть склонил голову набок. — Сначала ты расскажешь мне, какого чёрта произошло у вас с Уизли, и только потом я, так и быть, поведаю тебе о своих причинах. Идёт? Гермиона закатила глаза. Невыносимый упрямец! — Мы почти пришли, — не желая продолжать ставший бесполезным разговор, она обратилась на этот раз и к Гарри, который, задумавшись о чём-то своём, уже ушёл на несколько метров вперёд. Однако, едва услышав слова Гермионы, он резко затормозил и обернулся: — А что мы вообще собираемся делать? — Хороший вопрос, — Малфой фыркнул. — Грейнджер, посвяти-ка нас в свою гениальную идею. Гермиона переборола в себе желание врезать Малфою в нос, и всё же ответила, уловив на себе ожидающий взгляд Гарри: — Нам нужно понять, совершались ли в последнее время какие-либо магические действия над сознанием инспектора Хьюза. Если это обливиэйт или даже Империо, в чём я лично сомневаюсь, — проигнорировав недовольное хмыканье со стороны Малфоя, Гермиона спокойно закончила предложение, — то мы можем попробовать с этим поработать. Возможно, придётся постараться обойтись без привлечения ещё большего числа магглов. Но если же нет, тогда нам представит понять, что именно происходит со всеми людьми в совершенно обычной богом забытой деревне, а главное — кто за этим стоит. Времени остаётся всё меньше, и если мы не справимся за две недели, дело придётся передать в отдел Невыразимцев. Но сейчас над ними и так нависло почти всё магическое сообщество. «Пророк» трещит без умолку, а от репортёров беднягам теперь не скрыться даже в своём отделе. Представляю, что будет, если кто-то вроде Скиттер пронюхает о таком, — она неопределённо махнула рукой. — Я уже вижу газетные заголовки. «Новый Тёмный Лорд похищает магглов. Аврорат полностью бесполезен, среди магического населения растёт паника. Неужели мы все втянуты в новую войну?», — Гермиона невольно вздрогнула, морщась. — Брр-р-р, даже думать не хочу. Гарри молча кивнул, соглашаясь с подругой. Малфой шумно вздохнул. — Как скажете, — всем своим видом он ясно дал понять, что никоим образом не одобряет ни единой идеи коллег, однако и не сказал ничего против. «Типичный Малфой, — закусив губу, с недовольством подумала Гермиона. — Считает, что он здесь самый умный. Позёр». — Значит, с этого и начнём, — вместо возмущений произнесла она вслух. — Нам сюда, — указав в сторону невысокого одноэтажного здания полиции, Гермиона ускорила шаг. Иногда главная надежда научного сообщества магической Британии чувствовала себя полной идиоткой. И, как сказал бы Драко Чёрт-Бы-Его-Побрал Малфой, наверное, она ею и была. Очень даже определённо.

***

— Ты ведь знаешь, что я тебя ненавижу? — в третий раз за один день повторил Оуэн, пытаясь как можно удобней устроиться на переднем сиденье слева от Джека. Джек, которому адресовалась полная презрения реплика, только повернул руль, выезжая на автостраду, и пожал плечами. Оуэн уже несколько часов не мог принять наиболее удобное положение — спинка сиденья больно вдавливалась ему в шею, а колени впритык упирались в приборную панель. Вдобавок ко всему почти бессонная ночь и раннее пробуждение дались в знаки — даже кофе Йанто не мог ничем помочь. — Сколько нам ещё ехать? Тош сверилась с показателями навигатора. — Самое меньшее — час. — Отлично, — совершенно раздражённым тоном произнёс Оуэн и прикрыл уставшие глаза. По окнам внедорожника забарабанил дождь. Небо было затянуто серыми тучами, а теперь к унылому настроению медика добавилась ещё и гроза. — Прекрасно, просто прекрасно, — не открывая глаз, после очередного звучного раската грома прокомментировал он и снова неуютно поёрзал. Чья-то рука осторожно потрепала его по плечу. Харпер неохотно разлепил слипающиеся веки и увидел, что сидящий на заднем сиденье рядом с Тош Йанто протягивает ему серую металлическую кружку-термос. Рассеянно кивнул в знак благодарности, Оуэн быстро отвинтил крышку, сделал глоток и тут же удивлённо нахмурил брови. Затем недоверчиво поднял взгляд вверх. В зеркало заднего вида он увидел, как Йанто заговорщически ему подмигнул. Оуэн сделал ещё несколько обжигающих горло глотков, почти мгновенно чувствуя себя гораздо лучше. Когда он наполовину обернулся, чтобы отдать Джонсу кружку, то даже улыбнулся. А затем вновь принялся вглядываться в унылые пейзажи за окном, пытаясь рассмотреть за густой пеленой дождя хоть что-то, стоящее своего интереса.

***

Хьюз сидел за своим рабочим столом, держа перед собой местную газету. Когда трое посетителей, предварительно постучавшись, вошли в кабинет, он даже не повернул голову в их сторону. Гермиона пристально оглядела мужчину, отмечая значительные перемены: он выглядел бледнее, чем обычно, без того редкие волосы, казалось, поредели ещё сильнее, устремлённый на газету взгляд констебля был расфокусирован и, судя по абсолютно недвижимым зрачками, он даже не пытался читать. — Офицер Хьюз, — прокашлявшись, произнесла Гермиона. Хьюз вздрогнул, как если бы впервые осознал, что находится в комнате не один. Он отложил газету на стол, добавляя к уже образовавшемуся там беспорядку ещё больший, а затем, поднявшись на ноги, удивлённо поглядел на вошедших. — Мисс Грейнджер… — он вопросительно поглядел сперва на Гарри, затем на Малфоя. В его потускневших серых глазах читалась такая растерянность и невыразимый страх, что Гермиона даже на какое-то мгновение забыла, что хотела сказать. Первым опомнился Малфой. Он вышел на пару шагов и протянул мужчине руку в знак приветствия. — Драко Малфой, — представился он с неохотой. — Я — коллега мисс Грейнджер. Лицо Хьюза прояснилось, он даже сделал слабую попытку улыбнуться. Затем, секунду поколебавшись, пожал ладонь Малфоя. Прикосновение вышло коротким, однако Драко этого было достаточно. Он наполовину обернулся к Грейнджер и отрицательно покачал головой. Гермиона разочарованно вздохнула. Констебль Хьюз вновь бросил подозрительный взгляд на её спутников. — Гарри Поттер, — представился, в свою очередь, Гарри. — Мисс Грейнджер рассказала нам о вашей дочери, — остальных пропавших он решил не упоминать. Всё походило на какой-то глупый сон: настолько иррациональных событий он ещё не наблюдал. Хьюз кивнул, жестом предлагая гостям присесть. Он сел обратно за свой стол, явно обдумывая что-то: Малфой по-прежнему чувствовал, как мысли копошились в голове мужчины. Затем констебль открыл было рот, чтобы что-то сказать, но в последний момент передумал, лишь неуютно поёрзав на стуле. — Офицер, вы нервничаете, — подметил Малфой, глядя мужчине прямо в глаза. Волна страха, исходящая от Хьюза, окатила его с головой, и он сам на какое-то мгновение ощутил что-то необъяснимое и неуловимое: будто стоит на краю пропасти и, заглянув в самую её глубину, вовсе не отшатывается, а наоборот, с большей скоростью летит вниз. Хьюз снова неуверенно поглядел на столичную троицу, прежде чем ответил: — Вы подумаете, что я сумасшедший. Гермиона вопросительно приподняла брови, Малфой же только нахмурился. Происходящее нравилось ему всё меньше и меньше с каждой секундой. Что могло до такой степени ввести в ужас этого мужчину? Конечно, он всегда знал, что магглы в крайней степени ненормальные, но это было уже слишком. Может быть, он просто что-то упустил? — Поверьте, в своей практике я встречал такое, что сумасшедшим впору считать меня самого, — стараясь не высказать собственного невесть откуда взявшегося волнения, произнёс Малфой почти сочувствующим тоном. Если бы Гарри с Гермионой его не знали, то они бы наверняка подумали, что Драко на самом деле жалеет сидевшего перед ним человека. — Но мы никогда не сможем вам помочь, если вы не расскажете нам всего. Хьюз согласно кивнул, разглядывая свои сложенные на коленях ладони. — Да, конечно. Я не понимаю, что происходит. Моя дочь… — он запнулся. — Мика, — подтолкнула его Гермиона, и Хьюз снова кивнул. — Да, Мика. Она уехала в Кардифф вчера, но я… Её вещи остались в комнате: все, все до единой. Даже альбом для рисования и краски… Мика любит рисовать, она никогда не забыла бы его. И Джексон, водитель местного автобуса, говорит, что не видел её уже три дня… — в ответ на эти его слова Гермиона только понимающе кивнула. Автобус Джексона был единственным связующим звеном между Уэддифом и внешней цивилизацией, если не брать в расчёт магические виды транспорта. — Я сделал запрос в Кардифф, но ответ пришёл… Мисс Грейнджер, вам лучше взглянуть вот на это, — он раскрыл верхний ящик стола и протянул пришедшую по старенькому факсу бумагу. Гермиона не могла не отметить, что руки его в этот момент заметно дрожали. Бегло прочитав бумагу, Гермиона передала письмо сидевшему слева от неё Драко. Тот тихонько присвистнул: в верхнем левом углу значилось подчёркнутое несколько раз (наверняка, Хьюз постарался) слово. — Снова Торчвуд? — спросил он, вручая листок уже снедаемому нетерпением Гарри. Гермиона в ответ только шикнула. — Мисс Грейнджер, я ведь не сумасшедший, — произнёс Хьюз, тем не менее, с едва различимыми нотками сомнения в голосе. — Я служу здесь констеблем уже третий десяток лет, и за всё это время… Моя дочь уехала в Кардифф, я точно в этом уверен, но… — он спрятал лицо в ладонях. На пару секунд в кабинете воцарилось гробовое молчания. — Не знаю, я не знаю… — Мы постараемся разобраться, — наконец, ответила Гермиона. Хьюз усилием воли заставил себя отнять руки от лица и посмотреть на девушку. В её взгляде светилось столько уверенности и энтузиазма, что он не смог не проникнуться небольшим огоньком оптимизма. — Обещаю, мы найдём вашу дочь. — Спасибо, — искренне произнёс Хьюз, привстав из-за стола и пожав руки Малфою и продолжившему молчать Гарри. — Если вам понадобится моя помощь… — Мы знаем, где вас искать, — подытожила Гермиона. Когда пять минут спустя, попрощавшись с растерянным констеблем они оказались на улице, Малфой заговорил первым: — Не понимаю, — он задумчиво оглядел почти пустую улицу, отмечая про себя, что совсем скоро снова польёт дождь. — Налицо все обычные признаки внушения. Он маггл, и совершенно очевидно, что на магглов наши заклинания действуют совершенно иначе, чем на волшебников, — на этих его словах Гермиона кивнула. — Его поведение типично для побывавшего под Империо простеца, но… Никаких следов. — А возможно ли, что наложивший это заклятие маг настолько профи в своём деле, что не оставил нам ни одной зацепки? — спросил Гарри, чем заставил Малфоя оскорблённо фыркнуть. — Я не говорю, что ты плохой легилимент, но… — Брось, Поттер, сейчас не до того, — ко всеобщему удивлению крайне мягко отрезал Малфой. — Давай мы с тобой обменяемся любезностями в другой раз. Теперь я даже заинтригован. Здесь на самом деле творится что-то… Эй! — Что эй? — переспросила Гермиона, когда после последнего восклицания Драко вдруг умолк на полуслове. — Скажи мне, Грейнджер, откуда ты вообще узнала об этом городе? — спросил он, глядя Гермионе глаза в глаза, и от этого долгого изучающего взгляда девушке стало несколько не по себе. — Я просто… — в обычном несколько превосходящем тоне начала Гермиона, а затем резко замолчала. Заданный Малфоем вопрос был совершенно простым и логичным: обычно Аврорату запрещено вмешиваться в дела, связанные с магглами без особой на то дирекции от Министерства. Она понимала это. Вот только проще не становилось. — О боже, — почти простонала она, осознавая, что теперь страх сковывает и её собственное тело. — Малфой, я… Я не помню. Гарри и Драко переглянулись.

***

— Хотя бы дождь закончился, — только и сумел выговорить Оуэн, выйдя из машины. Он огляделся: небольшая улочка была почти безлюдна, если не считать пару-тройку детей в цветастых дождевиках и резиновых сапогах, мешавших грязь на противоположной стороне площади. Из приоткрытых окон и наполовину распахнутой двери на первый взгляд старого, как само мироздание, дома доносилась гитарная музыка и громкие разговоры. Невысокий, сгорбленный мужчина в чёрном пальто быстро прошёл мимо них, не удостоив незнакомцев даже взглядом, как если бы этим самым нарушил какой-то установленный этикет деревни. — Постойте, пожалуйста! — окликнул мужчину выбравшийся наружу Джек: его шинель казалась на фоне окружающих пейзажей как никогда подходящей, в отличии от одежды остальных членов команды. Когда мужчина — как только он откинул капюшон, оказалось, что это был уже старик — явно неохотно обернулся, подойдя на пару шагов ближе: Харкнесс сумел уловить в его взгляде хорошо замаскированное любопытство. Очевидно, чужаки в этом посёлке бывали нечасто, судя по тому взгляду, которым этот старик окинул их внедорожник. — Простите, вы не могли бы подсказать? Нам необходим город Уэддиф. — Тогда вы прибыли по верному адресу, — проговорил мужчина; его голос был каркающим и с поистине ужасным акцентом. Конечно, прожив достаточно долгое время в Кардиффе в ожидании Доктора, Джек ошибочно полагал, что успел наслушаться всякого. Однако, как оказалось теперь, его жизнь была ещё полна сюрпризов. — Ищете кого-то? Оуэн едва слышно фыркнул, за что заслужил укоризненный взгляд от Тош. — Не то чтобы, но нам бы не помешал отель, — произнёс Джек, стараясь игнорировать недовольную реакцию их штатного медика. Конечно, Оуэн Харпер был той ещё занозой в заднице, но его исключительные умения, навыки и выдержка стоили того. — Отель, эй! — чуть улыбнувшись, повторил старик. Лицо его тотчас покрылось сетью неглубоких морщин и теперь уже выглядело добродушным. Казалось, что его польстило, как Харкнесс назвал сперва их деревушку «городом», а теперь, подобрав настолько льстивые слова, сразил сердце коренного жителя. — Дафарн в конце улицы, — он кивнул рукой куда-то в сторону играющих детей. — С вашего позволения, — чуть приподняв шляпу, он лёгким взмахом головы попрощался и бодро вновь засеменил по своим делам. — Что? — Оуэн проводил взглядом удаляющуюся спину старика недоумением. — Трактир, — невозмутимо пояснил Йанто. — Это… — Валлийский, я понял, — Оуэн снова закатил глаза в своём излюбленном жесте. — Иногда мне кажется, что ты слишком… — Умный? — чуть сощурившись, предложил Джонс. Оуэн только несильно пихнул его по плечу. — Не зазнавайся, — проворчал он, оглядываясь по сторонам. Затем вопросительно взглянул на Джека. — Что мы сейчас собираемся делать? — Для начала найдём ночлег, — незамедлительно ответил тот. — Что-то мне подсказывает, что мы здесь надолго застрянем. Донёсшийся раскат грома и недовольное сопение Оуэна стали ему единственным ответом.

***

По дороге к местному отелю молчали: Оуэн прокручивал в голове возможные варианты побега, Тошико уже мысленно начинала составлять дальнейший план действий, Йанто старательно игнорировал настырное дурное предчувствие, а Джек не думал вообще ни о чём. Распахнув отсыревшую деревянную дверь, капитан Харкнесс придержал её для остальных членов команды и в довольно просторный, как для подобного заведения, холл вошёл последним. Он оглядел скупой на детали, но добротный дизайн (если это вообще было подходящее слово), только затем заметив сидевшего за стойкой мужчину. И тут же побледнел, ухватившись за плечо стоявшего рядом Джонса. Мужчина за стойкой в это время как раз читал газету, однако услышав запоздалый звонок колокольчика, поднял взгляд. К счастью, Харкнесс успел проскользнуть обратно на улицу ещё до того, как был обнаружен. Выскочивший следом за ним, Йанто вопросительно поглядел на босса. — Скажи им, что мне стало плохо, — выпалил Джек, пытаясь унять начавшее колотиться в бешеном ритме сердце. — Возьмите номера, но ни в коем случае не называйте моего имени. И ни слова о Торчвуде. Я буду ждать вас в пабе, рядом с которым мы оставили SUV. Ясно? Йанто знал Джека довольно хорошо, настолько, что умел различать моменты, подобные этому. Не задавай вопросов. Не спорь. Ничего не говори. Подчиняйся приказу. Поначалу подобное положение вещей выводило его из себя, заставляя ненавидеть и самого Харкнесса, и образованную им систему, и весь мир вокруг. Однако с течением времени Джонс понял: иногда это было единственное, что они могли сделать. С трудом, оступаясь на каждом шагу, погрязая во лжи и правде, Йанто всё же научился — изредка — доверять своему капитану. — Да, сэр, — только и ответил он, вновь возвращаясь внутрь гостиницы. Джек представлял, каким странным было сейчас его поведение, но другого выхода он не видел. Развернувшись спиной к окнам, он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. А затем направился обратно в сторону площади. Однако мысли его то и дело возвращались к сидевшему за стойкой человеку. Конечно, прошли годы, он постарел, однако Джек узнал бы его и спустя сотни, тысячи лет. Маркус.

***

— Какого чёрта это было? — злобно прошептал Оуэн на самое ухо Йанто, когда тот вернулся и, извинившись перед всеми, заявил, что их товарищу стало плохо, и он остался подышать свежим воздухом. На хозяина гостиницы это заявление не возымело никакого интереса, гораздо большую заинтересованность он выразил к беседе с Тош, которая взялась заполнять стандартную форму на поселение. Йанто только повёл плечом: не встревай, мол. Вместо ответа он через плечо заглянул на то, что писала Тошико, убеждаясь, что она прекрасно знала свою роль и напоминания были лишними: заранее продуманные фамилии и имена под стать к поддельным документам. Джек Харкнесс иногда проявлял чудеса изобретательности, и как раз вовремя. — Нам нужно четыре комнаты, — наконец, произнесла оторвавшаяся от бумаг Тошико. Глаза хозяина засветились: наверняка, клиенты бывали у него редко. Сато не понимала, зачем в городке, куда за столькие годы практически не ступала нога чужеземцев, была гостиница. Доходов с неё было всяко меньше, чем убытков. Наверняка, у этого заведения имелось ещё одно назначение, подумала девушка между делом, пообещав себе разобраться и с этим. — Наличными, — добавила она, доставая из рюкзака заранее приготовленные деньги. Когда все формальности были улажены, а деньги — уплачены наперёд, Йанто знаком подозвал Тош и Оуэна. Выйдя на улицу, он остановился, поворачиваясь к молчавшим коллегам. Недоумение Тошико и негодование Оуэна полностью читалось на их лицах. — Джек ждёт нас в пабе, — пояснил он, остановившись под гнётом взглядов двух пар глаз. — Чёрт, да не смотрите вы на меня так, ничего я не знаю. — Значит, этот засранец как всегда спихнул всю работу на нас, а сам пошёл развлекаться. Наверняка уже ищет какую-нибудь смазливенькую местную юбку. Или брюки. Джонс, мне кажется, или ты слишком спокоен для человека в твоём положении? — ядовитый сарказм, плескавшийся в голосе Харпера, казалось, можно было успешно делать оружием массового поражения. — Очень смешно, — только и ответил Джонс, прекрасно понимая, что дело было в чём-то совершенно другом. Потому что он видел потемневший взгляд Джека, почти чувствовал его испуг. Йанто понимал: капитан столкнулся с прошлым. И обычно из подобных столкновений не выходило ничего хорошего. — Давай ты оставишь свои комментарии при себе. И повремени с догадками. — Йанто прав, — поддержала коллегу Тош. — Джек сейчас всё нам объяснит. Я уверена, что у него были на то свои причины. — Ну конечно, — насмешливо протянул не сдающийся Оуэн. — Джек Харкнесс и его причины. Как увлекательно. К тому же, они никогда не меняются. Йанто не поддался на его провокации, он уже давно привык пропускать мимо ушей треть из всего сказанного медиком. Даже оскорбления тот чаще всего говорил не со зла. У Оуэна Харпера было своеобразное представление вещей: даже обычную заботу он выражал иначе, чем остальные люди. Он был разным. Временами — колючим, временами — жестоким, а иногда и мечтательно-добродушным. К этому просто нужно было привыкнуть. — Давайте просто выслушаем его, — предложила Тош, когда они подошли ко входу в паб: музыка и голоса теперь раздавались ещё отчётливей. — Уверена, всему найдётся своё объяснение. — Как знаете, — всё-таки сдался Оуэн, поглядев на вновь затянутое сизыми тучами небо. Он был рад уже тому, что они успели дойти сюда до начала дождя. Хоть что-то хорошее. — Надеюсь, это что-то важное. Он тогда и понятия не имел, насколько.

***

Гермиона, Гарри и Драко решили, что продолжать обсуждать подобные вопросы на улице, при свете дня, в полной магглов деревне было крайне опасно с точки зрения Статута Секретности. Гермиона предложила спуститься вниз по улице к отелю, где она снимала комнату: по крайней мере там их никто не подслушает. Они преодолели уже половину пути, как вдруг... — Торчвуд! — воскликнула Гермиона, привлекая к себе внимание не только двоих спутников, но ещё и небольшой группы деревенских, сидевших у неработающего фонтана. Гарри и Драко в недоумении проследили за направлением её взгляда. На правом боку капота чёрного внедорожника, оставленного напротив дверей в паб, красовались тиснённые буквы. ТОРЧВУД.