Forsaken

http://prostopleer.com/tracks/4458030R08O http://hostingkartinok.com/show-image.php?id=5e1da0d97fd3390927b337eedfa1caa8 С репетиции Аой буквально летел домой – Каору наверняка ждёт его, и он не может обмануть. Едва закрыв входную дверь, он позвал: - Каору! – но на зов никто не вышел, а тишина, кажется, стала ещё плотнее. Аой обошёл все комнаты, но никаких следов пребывания Каору не обнаружил. - Глупый мальчишка, – засмеялся уже знакомый голос. – Как легко ты веришь собственным фантазиям... - Это не фантазия, – упрямо замотал головой Аой. – Каору был здесь вчера, со мной! - Ты увидел лишь то, что сильно хотел увидеть, – ответил голос. – Ты слишком лёгкая добыча. Каору просто пользуется тобой в своих интересах. - Ты врёшь, ты всё врёшь, – забормотал Аой, стараясь избавиться от назойливого голоса. – Уходи! - Тебе не избавиться от меня так просто, – голос откровенно издевался. – А Каору... Ты слишком его идеализируешь. Чтобы освободиться, он пойдёт на всё. А ты ему поддаёшься. Слабак. Bouts of fear Permeate All I see Heightening Nervousness Threatens me I am paralyzed So afraid to die... Аой медленно опустился на диван, сжимая голову руками. Как бы он хотел, чтобы голос замолчал, оставил его в покое. Тени на стене зашевелились, оживая, подползли к его ногам и свернулись домашней кошкой. - Посмотри на него, – шёпот, заставляющий подчиниться. – Ему не выбраться из этого проклятого места, пока твоя жизнь не станет его собственностью. Ну же, взгляни, не бойся... Аой поднял голову. На противоположной стене – той, где обычно жили тени, развернулась тоскливая картина: почерневшие от времени и влаги деревья, мёртвый туман, окутавший всё, и одинокая фигура человека, такого же застывшего, как и окружающий его пейзаж. Волосы закрывали лицо, но от всей фигуры Каору веяло такой безысходностью, одиночеством и тоской, что хотелось завыть. - Можешь представить, как ему плохо, – Аой вглядывался, не отрываясь, в любимые черты, а голос продолжал нашёптывать: – Единственное, чего он хочет – выбраться оттуда. Любой ценой. А здесь цена одна: его свобода в обмен на твою жизнь. Скажи, что готов отдать её. - Я просто люблю его, – прозвучало совсем жалко. Голос усмехнулся: - Ты, кажется, не понимаешь всей ситуации. Или действительно готов умереть ради него? Тогда ты точно дурак. Впрочем, все влюблённые – эгоисты. Они думают только о себе, хотя клянутся, что это не так. Ты не думаешь о тех, кто тебе действительно близок. Вцепился в Каору и держишься, боясь отпустить. Кто он тебе? Он же использует тебя, а ты и рад поддаться. Но время героев прошло, знаешь ли. Сейчас ценится не самопожертвование во имя высоких чувств, а нечто более реальное. Ты готов умереть и подвести своих друзей? Вы же только-только продлили контракт и собираетесь выпустить альбом. А родители? Каково будет им узнать о твоей смерти? Таких, как Каору, в твоей жизни будет достаточно, а вот родителей и друзей вряд ли. Не глупи, подумай хорошенько над моими словами. Готов ли ты занять место Каору – там, где нет ничего живого, где холод и вечный сумрак, где одиночество и безнадёжность – ты согласен отправиться туда, зная, что Каору в это время будет жить, даже не помня о тебе? - Я... Я не знаю... – растерялся Аой. Он никогда не думал о смерти так, словно она близко – в конце концов, он же не Уруха. Но сейчас, когда голос нашёптывал такие очевидные вещи, становилось страшно. А что, если голос прав, и его действительно ждёт такая участь? Разве он может подвести группу? А как же родители? Друзья? Планы на будущее? Мечты? Неужели ему придётся принести всё это в жертву, чтобы освободить какого-то призрака? Да это даже слышать глупо! Rapid heartbeat pounding through my chest Agitated body in distress I feel like I'm in danger Daily life is strangled by my stress. A stifling surge Shooting through all my veins Extreme apprehension Suddenly I'm insane... Тени вновь ожили, потянулись лениво и поползли вверх – ласкались, обвивали ноги Аоя, словно успокаивали. Аой смотрел на танец теней отрешённо, ожидая, когда голос вновь заговорит. И только один вопрос не давал покоя: - Почему ты пытаешься вразумить меня? Какая тебе выгода? - Всё просто: я не хочу отпускать Каору. Такими слугами не разбрасываются, – честно ответил голос. И Аой поверил. А голос продолжал убаюкивать его, шептать страшные в своей очевидности вещи, о которых Аой даже не задумывался – да и было ли ему до этого дело? – Ты готов отдать своё сердце и жизнь ради пары ночей и нескольких встреч, наполненных страхом ожидания, но это неправильно. Так не должно быть. Любовь не может быть построена на лжи и страхе, а то, что ты принял за любовь – это всего лишь человеческая жалость. Или сострадание – называй как хочешь, фактов это не изменит. Существует много способов умереть, но тот, что ты пытаешься выбрать – самый глупый. Ты должен жить, а Каору… Он найдёт себе другую жертву. Или не найдёт, но тебя это не должно волновать. Каждый за себя, помнишь? Он свою жизнь прожил. Плохо ли, хорошо – не важно. Он сам выбрал свой путь, и ты не должен отвечать за его ошибки. - Что я должен делать? – Аой сдался окончательно. Голос ведь прав, любовь – это взаимность, а что он видел от Каору? Бесконечное ожидание, приправленное страхом неизвестности? Но разве это любовь? Это просто способ сбежать от одиночества – не лучший, конечно, но разве Каору спрашивал его согласия? Он просто брал, подчинял, ставил перед фактом. - Просто сопротивляйся, – успокоил его голос. – Каору будет преследовать тебя, делать всё, чтобы свести с ума и воспользоваться, но ты не поддавайся. Помни, что всё это – лишь игра воображения, мираж, а реальность – это то, что тебя окружает: музыка, друзья, твои мечты, стремления и амбиции. И ещё: не давай своему сердцу взять верх над разумом. Именно оно может тебя убить. - Я всё понял, – торопливо закивал Аой. Он хотел спросить, что делать, если у него вдруг не получится сопротивляться, но почувствовал, как тяжелеют веки, а тело охватывает странная сонливость. Краем глаза он видел, как перетекают тени на стену, устраиваются там по-хозяйски, а потом комната завертелась, предметы поплыли, – и провалился в сон. Why do I feel so numb? Is it something to do with where I come from? Should this be fight or flight I don't know why I'm constantly reeling. Helpless hysteria A false sense of urgency Trapped in my phobia Possessed by anxiety. Run Try to hide Overwhelmed by this complex delirium...

* * * * *

http://prostopleer.com/tracks/5390275eBut http://hostingkartinok.com/show-image.php?id=6c5556332d1b1a3b1e6db1c2b17c46da ...Город плыл в золотистом солнечном свете, проступал тонкими чернильными линиями Радужного моста, рисовал тушью пятна небоскрёбов – и молчал. Ни людей, ни машин – пустота пугала, но в то же время будила нездоровый интерес. Аой осторожно коснулся пальцами нагретых перил моста – тяжёлых, блестящих, отполированных миллионами прошлых прикосновений. Сделал несколько шагов и замер – слишком тихо, пугающе, непривычно. Тишина глотала звуки, давила, обрушивалась тяжестью на плечи, закладывала уши. Каждый шаг давался с трудом, словно нужно было преодолевать какую-то невидимую преграду, но Аой упрямо двигался вперёд, и брусчатка молчала под его ботинками. Солнце било в глаза, отпечатываясь вспышкой на сетчатке, и он то и дело прикрывал глаза рукой, жалея о том, что не взял солнечные очки. Аой не знал, куда и зачем он идёт – его вело сердце. И он помнил, что нельзя доверять ему, но сопротивляться не получалось. Всё, на что его хватало – это остановки через пару шагов и жалкие попытки оттянуть неизбежное. Аой не знал, что его ждёт в конце пути, но чувствовал холодок внутри – так бывает, когда чего-то очень-очень ждёшь, а потом вдруг оказывается, что ожидание вот-вот станет реальностью. А ещё это называется "предвкушение" – точно так же было в Токио Доум, перед самым выступлением. Память услужливо подкинула сцену с Каору, но Аой постарался усилием воли отогнать от себя это воспоминание. Ни к чему оно. Неправильно. Только Каору не исчезал: стоял в нескольких шагах от Аоя, смотрел насмешливо, словно знал, что Аой придёт – некуда ему деваться, сердце всё равно сильнее любых доводов разума. Ноги словно вплавились в брусчатку – ни вперёд, ни назад – и сердце отозвалось, рванулось к Каору, ударилось о клетку рёбер и зашлось в истерике. Аой глотал душный воздух, но успокоиться не получалось. Он не знал даже, что чувствует в этот момент – страх или радость. Противоречия раздирали его, лишая воли, но билась в голове одинокая мысль о предательстве. "Ты предал его, предал, предал!" – и Аой закрывал глаза, кусал губы и не хотел чувствовать эту боль. Сердце отчаянно просилось в руки Каору, чтобы успокоиться, но нельзя. Скованный страхом за свою жизнь и обещаниями, что он мог сейчас? Слишком много поставлено на карту, чтобы бросить всё и отпустить себя на свободу – туда, где солнечные блики таяли на плечах Каору, расцвечивая золотом тяжёлые пряди волос. Город молчал. Расплывались кляксами пятна домов, растворялись в солнечном свете пролёты моста, а тяжёлый металл перил обжигал ладони. Дыхание срывалось, горячий воздух опалял лёгкие, перед глазами плыли яркие пятна. А Каору всё смотрел, не отрываясь, словно душу читал. Невыносимо. Ни открыться, ни довериться – ничего нельзя. И сказать, что боишься, что хочешь жить, что впереди столько ещё, а не успеть страшно... А сердце всё бьётся, отзываясь болью, бьётся, бьётся... Упасть на колени, покаяться, вывернуть душу наизнанку – а вдруг поймёт? Не оттолкнёт, не будет презирать, а просто опустится рядом, обнимет – и всё пройдёт. Не останется ни боли, ни обиды, ни сомнений, только тишина, которая умеет быть ласковой... - Каору... – голос сорвался всхлипом. – Каору... Прости меня. uchiakerarenai dare mo shinjirarenai dare mo kare mo hora subete mienai sashikonda hikari ga kiete ima ni mo kareru uchiakerarenai koto wa watashi no yowasa watashi no kako eru mono mo aru keredo kitto te ni nigiru yasashisa ga kiete yuku to arifureta kotae wa ikiru koto hakushi ni modoshite umarekawaru... Не могу открыться, не могу положиться даже на него. Посмотри, он даже ничего не помнит, луч света начал исчезать и совсем скоро иссякнет. Не могу выразить даже своё скудное прошлое, Пытаться чего-то достигнуть, в то время как вся моя доброта утекает сквозь пальцы. Ответ, который слышим постоянно: "Когда ты умрёшь, ты сможешь всё переделать и начать сначала."

* * * * *

http://hostingkartinok.com/show-image.php?id=b526bace8e342425abae1ed1e2c00591 Каждую ночь, словно по расписанию, сны. Сводящие с ума, давящие безысходностью, изматывающие, забирающие надежду – Аой не помнил, сколько их было. Но, приезжая каждый день в студию, он чувствовал, как отдаляется от всех. Музыка больше не увлекала, не звала за собой, не дарила радость. Он тратил все силы на то, чтобы хотя бы внешне это не было заметно. Кажется, пока получалось. Впрочем, подготовка к юбилейным концертам не располагала к пристальному наблюдению за коллегами. Партии свои он отыгрывал, в обсуждениях участие принимал, а что касается личной жизни, то кому какое дело, если честно? Делиться своими кошмарами с кем бы то ни было он не хотел. Когда принесли фотографии, Аой как раз собирался пить кофе – даже, кажется, успел сделать глоток, прежде чем снимки полетели на столик, а сам Аой в ужасе отпрянул. Каору. Он стоял рядом на фотографии и смотрел в камеру своим тяжёлым взглядом. И снимок так ярко показывал контраст между ними – напускное кокетство Аоя и естественная сдержанность Каору. И Аою стало тошно от своего образа, от запаха косметики, лака для волос и лжи. Его жизнь, за которую он так отчаянно цепляется, вся пропитана этим запахом. Лицемерие и ложь, притворство и фальшь – он запутался в этой паутине, словно мотылёк, и выхода нет. Беспомощное трепыхание, подчинение, рутина – обратная сторона славы. И рад бы вырваться, но страшно, и обещания держат. Иногда слова значат слишком много, чтобы их не замечать. Они умеют подчинять, обращать в рабов и ломать жизни. kokoro ga tozashite ima ni mo kowarete yuku namida wo koroshite warau hibi yo kokoro ga shimeshita shinjiru imi no nasa wo watashi wo koroshita gizenbito yo... Моё сердце закрылось, и я чувствую, как оно разрушается. Я пытаюсь не заплакать и смеюсь каждый день. Это притворство так ничтожно... Вы, лицемеры, уничтожили меня... - Юу, что случилось? – осторожное прикосновение к плечу вывело Аоя из оцепенения. Неловко повернувшись, он едва не столкнул чашку с остывшим кофе со стола. На него взволнованно смотрел Ютака. - Всё в порядке, – вышло совсем жалко и неубедительно, аж самому смешно стало. Но Лидер не смеялся. Он ждал объяснений. И Аой подтолкнул к нему ту самую фотографию. - Что ты видишь? Ютака пожал плечами, беря снимок в руки и рассматривая его. - Кокетка ты, Широяма, – наконец, изрёк он. Аой усмехнулся и опустил голову. - И больше ничего? - Нет, – пожал плечами Кай и положил фотографию на стол. Аой обхватил голову руками. Сейчас он нуждался в совете. - Мне кошмары снятся каждую ночь, – медленно заговорил он, взвешивая каждое слово. Наговорить лишнего не хотелось. – Будто меня преследует какой-то человек, с которым я никогда не сталкивался. Я не знаю, что делать. - А... – начал Ютака, но Аой перебил его: - Про психотерапевтов даже не заикайся. Не пойду. - Может, в храм тогда сходишь? – неуверенно предложил Кай, и Аой поднял голову. И как он сразу об этом не подумал? Он ведь даже читал об этом когда-то! А завтра как раз выходной, так что можно спокойно с утра съездить в храм – глядишь, всё и наладится. - Да, Юта, я так и сделаю. Спасибо за совет, – Аой приободрился, а Кай похлопал его по плечу и отошёл к установке. Остаток репетиции Аой чувствовал необычайный подъём, даже высказал несколько новых идей, воспринятых остальными с куда меньшим энтузиазмом, чем он ожидал. Впрочем, его это не расстроило – мыслями в тот момент он был не в студии. В эту ночь Аою ничего не снилось, и он счёл это за хороший знак. Голос тоже не появлялся, а тени вели себя смирно. Поэтому наутро Юу чувствовал себя отдохнувшим и почти счастливым. Он поискал по карте какой-нибудь не слишком популярный среди туристов храм – не хотелось лишний раз "светиться". "Ещё одна сторона славы", – усмехнулся он про себя. Сборы и дорога не заняли много времени, и через пару часов Аой уже выходил из машины, чтобы пешком пройти к храму. Миновал ворота, поднялся по ступеням, желая как можно скорее получить исцеление от душевных терзаний, но едва переступив порог храма, тут же попятился в ужасе. Каору. Снова. Ждал? Красивые глаза смотрели на Аоя с укором – он знал о предательстве. Он знал, что Аой отказался от него. В помещении стало невыносимо душно, словно не март вовсе, а удушливый июнь. И снова странное оцепенение, когда теряешь власть над собственным телом, и только сердце срывалось на бег, как в том сне. Аой не выдержал тяжёлого взгляда Каору – опустил глаза и тут же сглотнул. Изящные руки Каору в кружевных перчатках смотрелись... возбуждающе. Непозволительно в храме. И бабочка. Самая обыкновенная бабочка, какие тысячами пробуждаются весной из уродливых гусениц – она сидела на запястье Каору, едва заметно подрагивая крыльями. И Аой, словно зачарованный, смотрел на неё, не в силах отвести взгляд. Такая хрупкая и красивая, как... жизнь? Бабочка взмахнула крыльями, срываясь с руки Каору, чтобы в следующее мгновение опуститься на плечо Аоя – всего на несколько секунд. А потом Аой как-то судорожно вздохнул, и спугнул бабочку. И сам сорвался, выбегая из храма, как можно дальше от Каору, от его пронизывающего взгляда, от окружающей его тайны, от собственного предательства. Не помнил, как добрался до машины – в голове шумело, а сердце колотилось где-то в горле. Но, потянувшись за ремнём безопасности, Аой скользнул пальцами по плечу и замер, разглядывая собственную руку. На подушечках пальцев серебрилась пыльца. Он поднёс пальцы к губам и закрыл глаза. Сердце стучало размеренно и глухо, а внутри разливалось тепло и долгожданное ощущение покоя. И Аой понял: он не будет сопротивляться. Даже если его убьёт собственное сердце. kokoro ga tozashite ima ni mo kuzureochiru namida wo koroshite sakebu hibi yo kokoro ga nokoshita shinjiru imi no tsuyosa wo watashi wo koroshita watashi kokoro... Моё сердце закрылось, и я чувствую, как оно разрывается. Я пытаюсь не заплакать и кричу каждый день. Это притворство так убедительно. Моё собственное сердце уничтожило меня... http://hostingkartinok.com/show-image.php?id=10683c2ecc58305b87e5de2b54c57af7 ________________________________________ Текст и перевод "Mushi" взят с сайта The Gazette Russian Forum.