Когда ты скажешь да

Небо постепенно затягивают тучи. Кажется, сейчас пойдет дождь. Не проходит и минуты, как мелкие капли появляются на стекле. Провожу кончиком пальца по скатывающейся вниз капле, но звук шагов отвлекает меня от этого занимательного процесса. — Ты все еще не передумала? — Руки Ричарда оказываются на моей талии. Он притягивает меня к себе. Его губы касаются моей шеи, а я тут же прикусываю губу. — Нет, — резко выдыхаю я, как только он целует меня за ухом. Плавно опускает руки на бедра, впиваясь в них пальцами. — Я обещала бабушке, что приеду. Я сказала ему о том, что собираюсь в Молин еще в доме его родителей, когда мы оба лежали на его детской кровати. Прошло четыре дня, но за все время, что мы вместе, они были лучшими в моей жизни. — Тебя не будет несколько дней, — соблазнительный шепот опьяняет меня. — Обещай, что будешь думать обо мне. — Я буду. Обещаю. Он резко разворачивает меня к себе. В темных глаза вспыхивает пламя. Ричард подносит руку к моему лицу. Я инстинктивно тянусь к теплу. Он ласкает кожу, проводит по губам, зарождая во мне еще больше желания оказаться в его объятьях. Его рот приоткрыт. Улыбка едва заметна, но она сводит с ума. Крепко обнимаю его, закрываю глаза, вдыхая любимый запах. Улыбка не сходит с моего лица. Я чувствую себя счастливой. Я люблю Ричарда Росса, и мне кажется, в его сердце все-таки есть хотя бы крошечный участок, который принадлежит только мне. Возможно, он сам не может в это поверить. Первой целую его в губы, но он углубляет поцелуй, разжигая страсть с новой силой. Не могу от него оторваться. Меня тянет к нему так сильно, что это немного пугает. — Арианна… Он с трудом прекращает поцелуй. Тяжелое дыхание и бешеный стук сердца соединяют нас. — Что? — Он сглатывает, снова опуская взгляд на мои губы, которые горят от его жарких прикосновений. Он молчит, открывает и закрывает рот, пытаясь что-то сказать. — Я буду скучать по тебе, — внезапно говорит он в тишине кабинета. — Я уже по тебе скучаю. Возле здания вокзала просто невозможно припарковаться. Люди стекаются сюда отовсюду, а учитывая, что впереди всех ожидает несколько выходных в честь Дня независимости, их становится все больше. Ричард, наконец, находит свободное место и ловко паркуется. Хорошо, что мы приехали немного раньше, иначе я бы опоздала. Выйдя на улицу, сразу щурюсь от ярких лучей солнца, которое уже успело выглянуть из-за туч. Небо становится ясным, а лужицы на асфальте постепенно исчезают. Ричард берет меня за руку, ведя в здание вокзала. По пути достаю свой билет, который купила еще на прошлой неделе. Честно говоря, я хочу не уезжать. Особенно сейчас, когда с каждым днем мы с Ричардом становимся еще ближе друг к другу. Мы раскрываем друг другу свои секреты и тайны прошлого. Делимся своими желаниями. Находим что-то общее. И то, что делает нас абсолютно разными. Несколько дней назад, когда он стоял передо мной в своей детской комнате, я видела его настоящего. Я видела, как ему было тяжело. Больно. Он открыл мне душу, и я надеюсь, что теперь, я все-таки смогу достучаться до его сердца. — Вот, почему я предпочитаю самолеты, — говорит Ричард, глядя на людей, которые толпятся возле касс. — В автобусах есть и свою плюсы. Не будь таким категоричным. Отыскав свой автобус среди десятка других, отдаю свою сумку водителю, который складывает все вещи в багажный отсек. Люди постепенно начинают заполнять салон, а я нервно оглядываюсь. Еще немного, и мне тоже придется занять свое место. Ричард все еще держит меня за руку, и я не хочу, чтобы он меня отпускал. Он улыбается мне. С теплотой и нежностью. Боже, я действительно уже скучаю по нему. — Четыре дня, и ты снова здесь, — говорит он, глядя мне в глаза. Водитель сигналит, оповещая, что мы скоро уезжаем. Я начинаю паниковать. — Я бы с радостью провела эти выходные с тобой, — чувствую, что готова заплакать. О, нет. Я не должна быть размазней. — Тебе нужно повидаться с бабушкой. Думаю, она очень по тебе соскучилась. Водитель снова сигналит, и мы подходим ближе к двери. Крепко сжимаю руку Ричарда, как будто боюсь его отпустить. Он подходит ближе, снова заключая меня в свои объятья. Целует в лоб, смотрит мне в глаза. Его губы накрывают мои, целуя меня так сладко, что подкашиваются коленки. Водитель снова настойчиво сигналит, и Ричард отпускает меня. — Сообщи, когда приедешь. Не заставляй меня волноваться. — Хорошо, — отвечаю ему с грустью. Захожу в автобус, не разрывая нашего зрительного контакта. Он машет мну рукой, улыбается. В какой-то момент хочется просто выбежать из автобуса, но это было бы слишком эгоистично по отношению к бабушке. Я не могу нарушить свое обещание. Занимаю место у окна и все еще смотрю на Росса, который стоит возле автобуса. Нас разделяет толстый слой стекла, но даже так я ощущаю сильное притяжение. Двери закрываются, и автобус отъезжает, а расстояние между мной и Ричардом начинает неумолимо расти. Боже, четыре дня будут тянутся целую вечность. Два часа дороги уже позади, и впереди еще столько же. Задумчиво смотрю в окно, мыслями летая где-то совсем далеко. Представляю, как обрадуется бабушка, когда я появлюсь на пороге нашего дома. Она ждала моего приезда несколько месяцев, и наконец, я снова направляюсь домой. Молин уже накрыли сумерки, как только мы приезжаем на местный вокзал. По сравнению с Чикаго, здесь практически пусто. Вдохнув родной воздух, иду на остановку, чтобы дождаться ближайший автобус. Хотя, возможно, мне придется вызвать такси. Еще полчаса и я снова оказываюсь на пороге своего дома. Открываю своим ключом входную дверь и захожу внутрь. В нос тут же врывается восхитительный аромат еды. Ох, бабуля подготовилась к моему приезду. Оставив сумку на стуле, иду на кухню. Бабушка стоит у плиты, напевая какую-то песню. Она всегда поет, когда что-то готовит. — Привет, — радостно говорю я, и она быстро оглядывается, с испугом глядя на меня. — Ари! — восклицает она, тут же подходя ко мне. — Ты так меня напугала. — Прости. Она крепко обнимает меня, и я тоже наслаждаюсь этим прекрасным моментом. Ох, я так давно ее не видела. — Боже, как хорошо, что ты снова здесь. Я по тебе так скучала. — Знаю, бабуль. Я тоже по тебе соскучилась. Она отстраняется, начиная меня оглядывать, как будто со мной что-то не так. — Ты как-то изменилась. Стала совсем взрослой. — Она смотрит на меня с умилением и такой сильной любовью. — Какая же ты у меня красавица. Прямо как твоя мама. От ее слов к горлу подкатывает комок. Хочется заплакать. Бабушка всегда говорила мне, что я напоминаю ей о маме. Написав смс Ричарду, что я на месте, разбираю свои вещи, а затем вновь спускаюсь на кухню, чтобы попробовать очередной кулинарный шедевр бабули. — Я приготовила твой любимый шоколадный пирог, — говорит она, наблюдая, как я ем. Честно говоря, вряд ли в меня что-то еще влезет. Такое ощущение, что я наелась на несколько дней вперед. — Боюсь, я его не осилю, — вздыхаю я, откинувшись на спинку стула, а бабуля смеется. — Как же я рада, что ты снова дома. — Мыслями я снова возвращаюсь в Чикаго, думая о том, что сейчас делает Ричард. Я уехала за день до начала всех праздников. Завтра офис еще будет работать, и мой любимый босс тоже будет занят делами. — Эй, ты меня слышишь? Бабушка пытается достучаться до меня, пока я летаю в облаках. — Прости, я задумалась, — с улыбкой отвечаю ей. — И кто он? — неожиданно спрашивает она. О, нет. Неужели, она так быстро меня раскусила? — Тебя не обмануть, — хихикаю я. — Я же вижу, что ты думаешь совсем о другом, Ари. — Кажется, я влюбилась. По-настоящему. — Я думаю, ты не ошибаешься, солнышко. Я сама вела себя точно также, когда встретила твоего дедушку. Так выглядела и твоя мама, когда… — ее улыбка исчезает, — познакомилась с твоим отцом. Ее голос становится строже, как только речь заходит о папе. Бабуля всегда старается не говорить о нем. Оказавшись в своей постели, вдыхаю запах свежих простыней. Как же приятно пахнет. Перед тем, как все-таки попытаться уснуть, заглядываю в телефон и снова улыбаюсь, увидев там сообщение от Ричарда. «Спокойной ночи, малышка. Думай обо мне, и тогда кошмары не посмеют потревожить твой сон». Мой приезд в Молин все больше начинает напоминать визит какой-нибудь знаменитости. Иначе я не знаю, как объяснить бесконечное количество гостей в нашем доме. Бабуля всегда прекрасно общалась с нашими соседями, поэтому их внимание всегда было приковано и ко мне. Порой они слишком сильно интересуются моей жизнью, пытаются что-то посоветовать. В такие моменты я предпочитаю быть где-нибудь вдали от их болтовни. И вот сейчас я снова сбежала на задний двор, как только меня в очередной раз начали осыпать самыми разными вопросами. Ну уж нет, на сегодня с меня хватит. Солнце уже скрылось за горизонтом, но его лучи все еще окрашивают небо в ярко-красные цвета. Невероятно красивое зрелище. Еще раз набираю номер Ричарда, но он не отвечает. Куда он подевался? Он написал мне сегодня утром, и с тех пор я больше ничего от него не слышала. Бабушка зовет меня, чтобы я попрощалась с тетей Шэрон. Наконец-то, в доме наступит тишина. Тетя Шэрон всегда приходит к бабуле, чтобы обсудить последние сплетни. Она чем-то напоминает мне Мони. Ох, эти двое наверняка нашли бы общий язык. Расслабившись на диване в гостиной, оглядываю комнату, пытаясь отыскать хоть какие-то изменения, но кажется, все, как и было раньше. — Тетя Шэрон пригласила нас завтра к себе, — говорит бабуля, остановившись возле двери. В доме тети Шэрон мне будет сложнее спрятаться от ее разговоров. — Она тоже сказала, что ты изменилась. — Неужели, Чикаго так сильно меняет людей? — усмехаюсь я. Лицо бабушки становится серьезным. — Меняет. И далеко не в лучшую сторону. Кто-то звонит в дверь, а я все также продолжаю хмуро смотреть в сторону бабушки. Почему она всегда так остро реагирует на Чикаго? Бабушка идет открывать дверь, а я вновь погружаюсь в чтение книги. — Ари, можно тебя на минутку? — зовет меня она. Отложив книгу в сторону, поднимаюсь с дивана и иду к бабуле. — Что такое? Стоит мне только поднять глаза, как все внутри меня переворачивается. Он здесь! — Этот молодой человек говорит, что он приехал к тебе, — говорит бабуля, указывая на Ричарда. Я расплываюсь в улыбке, все еще с трудом осознавая, что мне это не приснилось. Ричард Росс здесь. Стоит на пороге моего дома и смотрит своим чертовски соблазнительным взглядом. — Привет, — не узнаю свой собственный голос. — Привет, — отвечает он. Мягкий тон его голоса такой родной и знакомый. Бабуля что-то говорит, а затем оставляет нас наедине. — Ты приехал. — Радость готова вырваться наружу. Я просто трепещу от нахлынувших эмоций. — В твоем личном деле можно найти много полезной информации, — хитро улыбается он. — Как видишь, я не смог подождать четыре дня. Чувствую себя идиоткой, когда понимаю, что Ричард все еще стоит на пороге. Ох, я очень гостеприимна. — Заходи, — пропускаю его в дом. Все еще не верю, что он здесь. Бабуля зовет нас на кухню, и я уже догадываюсь, что сейчас она будет демонстрировать свой кулинарный талант. Мне становится немного стыдно, когда я вспоминаю подгорелый омлет, который я так усердно готовила на прошлых выходных. — Может быть, представишь нас, Ари? — говорит бабуля. — Ричард, это моя бабушка — Вивиан Паркер. Бабуля, это Ричард Росс, — чувствую себя немного неловко, не зная, как его представить. — Мой…эм… — Бойфренд, — договаривает за меня Ричард, и мои щеки наливаются румянцем. — Приятно познакомиться, миссис Паркер. Бабуля смотрит на Росса как-то озадаченно. Ричард протягивает ей руку, но она похожа потерялась в своих мыслях. Подталкиваю ее, чтобы она снова вернулась к нам. — Ричард Росс… — говорит она как-то рассеянно. — Очень приятно познакомиться. Как насчет ужина? — Предлагаю устроить все завтра, — с улыбкой отвечает парень. — Уже поздно, да и вы устали. Я думал заехать к вам утром, но не удержался. Просто хотел пожелать вам доброй ночи. Почувствовав его ладонь на пояснице, искоса поглядываю на него. Кажется, выходные будут не такими, как я себе представляла. — Конечно, — соглашается бабушка. — Будем рады увидеть вас здесь завтра. — Арианна, не проводишь меня? — Он обращается ко мне, глядя теплым взглядом, но искорки в его глазах намекают на то, что он не хочет прощаться. — Конечно. Выйдя на улицу, замечаю знакомую машину. Значит, он приехал сюда один. — Я рада, что ты здесь, — говорю я, первой нарушая тишину. Мы останавливаемся возле машины. Я смотрю на него с ожиданием, а он — с игривостью. — Это было спонтанное решение. Но я тоже рад, что приехал. — Он берет меня за руку, лаская тыльную сторону ладони. Подхожу к нему ближе, утыкаюсь носом в его грудь. Как же хорошо, когда он рядом. — Твои грустные глаза никак меня не отпускали. Чувствую, как он целует меня в макушку, и еще сильнее прижимаюсь к нему всем телом. Как будто мне этого мало. С трудом понимаю, как я так легко могла держать его на расстоянии на прошлой неделе. Хотя, я всегда знала, что он где-то рядом. Но сейчас между нами было огромное расстояние. Точнее, его уже не было. И это мысль делает меня еще счастливее. — Я буду ждать тебя завтра. — Я заеду за тобой утром. Хочу познакомиться с Молином. Никогда еще здесь не был. Говорят, тут довольно неплохо. — Надеюсь, тебе понравится. — Он отстраняется, чтобы взглянуть мне в глаза. — Я уверен, что мне понравится. Ричард наклоняется к моим губам, целуя так нежно, но в то же время так чувственно. Хочется продлить этот момент. Пусть он не заканчивается. — Мне пора, — шепчет он, снова чмокая меня в губы. — Увидимся завтра, Арианна. — До завтра, Ричард. Субботний день пролетает так быстро, что я совсем забываю о времени. После экскурсии по нашему городку, мы с Ричардом возвращаемся ко мне домой. Бабушка провозилась на кухне почти весь день, чтобы впечатлить гостя. Она даже перенесла визит к тете Шэрон. И я этому рада. Хорошо, что она снова к нам не пришла. Пока есть время, показываю Ричарду дом, начиная с заднего двора. Он удивляется, заметив мои качели, которые я просто обожаю. — Я знал, что в глубине души ты все еще ребенок, — усмехается парень. Сажусь на сиденье и начинаю слегка раскачиваться. Ну, кто не любит качели? — Я их обожаю. Люблю проводить здесь время. На улице уже стемнело, но фонари все равно освещают задний двор тусклым светом. — Здесь так тихо, — вздыхает Ричард, останавливая качели. — Мне это нравится. Побыв немного на улице, возвращаемся в дом. Зайдя в гостиную, показываю наш камин, книжные полки. Ричард внимательно изучает каждую деталь, а затем резко останавливается, заметив фотографию на тумбочке. — Это мои родители, — говорю ему, пока он рассматривает снимок. Он словно замер. Как будто его что-то напугало. Вижу, как его руки сжимают рамку еще крепче. Мне кажется, нажми он еще сильнее, и она попросту разломается в его руках. — Эй, все в порядке? Он молчит, все еще продолжая прожигать взглядом обычное фото. Его сделали за пару месяцев до моего рождения. Можно сказать, я тоже там есть. — Ты говорила, тебе было четыре, когда они погибли, — еле слышно говорит он. — Четыре… — Да, четыре года. Это была автокатастрофа, — с горечью говорю я. — Я же рассказывала. Он будто меня не слышит. Нервно проводит рукой по волосам. — Четыре… — вновь повторяет он. — Девятнадцать лет назад. Он резко выдыхает, отдает мне фото и устремляет свой взгляд на меня. Он шокирован. Что это с ним? — С тобой все хорошо, Ричард? — спрашиваю его. Я смотрю ему в глаза, видя, с каким страхом они смотрят прямо на меня. Глаза никогда не врут. Я это точно знаю. От этого взгляда по спине пробегает холодок. Он о чем-то думает. Он что-то понял. Я готова поклясться, что в какой-то момент ощущаю все, что он чувствует, но я никогда не хотела бы испытать это снова. Никогда. Он сглатывает и крепко сжимает кулаки, как будто пытается в себе сдержать что-то. Его глаза мечутся по комнате, как будто ему здесь плохо. Он меня пугает. — Я должен уехать, — внезапно говорит он низким голосом. — Что? Но… — Я вспомнил, что завтра утром у меня должна быть деловая встреча, — тараторит он. — Я не могу остаться. Он быстро вылетает из гостиной, направляясь к выходу. Я еле за ним успеваю. — Ричард, подожди. Я тебя провожу. — Не нужно. — Он резко останавливается. Поворачивается ко мне, уже собираясь уйти. — Не иди за мной, Арианна. Пока. — Позвони, как приедешь в Чикаго. Дверь передо мной хлопает, и я подпрыгиваю на месте от испуга. Ничего не понимаю. Что с ним случилось? Выйдя на улицу, наблюдаю, как он быстро выезжает. Визг автомобильных шин оглушает. — А где Ричард? — спрашивает бабушка, стоя на пороге. — Уехал, — тихо отвечаю я, все еще не понимая, что только что произошло. — Он уехал. Вернувшись в дом, снова иду в гостиную, чтобы взглянуть на фото. Что с ним не так? Что, черт возьми, это было? Прошло уже несколько часов, а от него до сих пор нет вестей. Постоянно сверлю взглядом свой телефон, который как назло молчит. Я оставила уже несколько голосовых сообщений, но до сих пор не получила ответа. Что я сделала не так? Уже середина ночи, но сон — последнее, о чем я сейчас могу думать. На улице идет ужасный ливень. Ничего видно. А что если Ричард ехал и…? О, нет. Я не должна об этом думать. Уровень тревоги взлетает до небес, и я снова начинаю мерить шагами свою комнату. Взяв в руки телефон, снова надеюсь, что сейчас я все-таки услышу родной голос. Гудок, второй, третий…он не отвечает. Набираю номер раз за разом, но в ответ слышу лишь одно и то же. Что-то не так. И именно это не дает мне покоя. Открываю глаза от ярких лучей солнца, которые проникают в комнату и светят прямо в лицо. Сонно протираю глаза, но как только я вспоминаю прошлый вечер, тут же поднимаюсь с кровати и пытаюсь найти свой телефон. Взглянув на экран, мое сердце падает. Пусто. Ни одного звонка. Ни одного сообщения. Ничего. Продолжаю звонить Ричарду на протяжении всего оставшегося дня, но все бесполезно. — Бабушка, ты не против, если я уеду в Чикаго сегодня? — говорю я, заходя к ней на кухню. — Мне нужно вернуться на работу. — Но Ари… — Пожалуйста, — прошу ее. — Я обещаю, что скоро снова приеду. Но сейчас мне нужно уехать. Она вздыхает. С отчаянием смотрит мне в глаза. Я должна понять, что произошло. — Я не могу насильно оставить тебя здесь, — говорит бабуля. — Простой знай, что ты можешь приехать в любое время. Я всегда тебя жду. Узнав, что автобус до Чикаго уже уехал, покупаю билет на ночной поезд. Дорога кажется такой долгой, словно мы решили прокатиться с востока на запад, проехав сразу несколько штатов. Мне снова не спится. Я нервничаю. В голову лезут всякие мысли, но я стараюсь отогнать их прочь. Утром приезжаю в нашу квартиру и прямиком иду в душ. Рабочий день начнется через час, но я уже знаю, что немного опоздаю. Мони настороженно смотрит, как я бегаю по дому, пытаясь быстро собраться. Она пытается задать мне пару вопросов о моем внезапном возвращении, но я говорю, что объясню ей все потом. Оказавшись в «Росс Тауэр», жду, пока лифт остановится на тридцать шестом этаже. Нервное напряжение становится еще сильнее. Сердце стучит так громко. Наконец, створки распахиваются, и я замечаю Клэр. — Арианна, — как-то боязливо говорит она, опуская голову. — Ты пришла. — Привет, Клэр. Ричард…эм…то есть мистер Росс у себя? Я вижу, как она нервничает, и это заводит меня в тупик. Что здесь творится? — Да, — говорит она, когда я прохожу мимо нее. Залетаю в кабинет Росса, замечая его возле стола. Как это понимать? — Ричард! — выдыхаю я. Он переводит на меня холодный взгляд, но затем снова возвращается к бумагам. — Ты ничего не хочешь мне объяснить? Почему ты не отвечал на мои звонки? Я чуть с ума не сошла! — Я был занят, — ледяной тон его голоса пугает. — Как занят и сейчас. Подхожу ближе, ощущая, как ноги превращаются в вату. — Что с тобой? — чуть тише спрашиваю я. Но он молчит. — Пожалуйста, скажи мне. — Надеюсь, ты не забыла о нашей сделке? — начинает он, все еще не глядя на меня. — Ты работаешь здесь три месяца, а затем… — Я все знаю, — перебиваю его. — Почему ты об этом говоришь? — Твой испытательный срок завершен. — Холод пробегает по телу от его слов. Он увольняет меня? — Но… — Думаю, ты неплохо…проявила себя, — продолжает он, резко вздохнув. — Я распоряжусь, чтобы тебе выслали мое рекомендательное письмо, с которым ты сможешь найти достойную работу. Не знаю, наверное, это все какой-то ужасный кошмар, который вот-вот закончится. Я так хочу проснуться, чтобы все снова было хорошо. Но это не сон. Это реальность. — Почему ты так со мной поступаешь? — К глазам подступают непрошеные слезы. Нет! Не буду плакать! Я не должна плакать! — Все же было так хорошо! Он поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Холодность, с которой он смотрит на меня, убивает. Я не понимаю. Я ничего не понимаю. — У нас был уговор, Арианна, — настойчиво говорит он. — Ты сама сказала «да». Ричард обходит стол, а меня словно парализовало. Не могу пошевелится. Его слова ранят. От них больно. — Ты прав, — говорю я поникшим голосом. — Но как же…как же мы? Ты...и я? Заметив, как Ричард сжал в руках папку с бумагами, страх и отчаяние мигом пронизывают все тело. — А разве… — он делает глубокий вдох, — есть мы? Каждое слово словно нож в спину. Я не узнаю человека, который сейчас стоит передо мной. Это не мой Ричард Росс. Это кто-то совершенно чужой. И он делает мне больно. Разбивает мое сердце на части. — Я думала, ты что-то чувствуешь ко мне, — боязливо говорю я, подходя к нему еще ближе. Ричард усмехается. — Какие чувства? — Он отбрасывает папку, отходит к окну. — Ты была для меня развлечением. Я просто, — говорит он, сделав паузу, — слишком увлекся. Мне следовало прекратить все это раньше. Я…ничего к тебе не чувствую. Комната сейчас просто взорвется от того напряжения, которое ее окутало. Мне кажется, я стою на краю пропасти, в которой нет конца. Я уже знаю, что упаду. — Я…я, — чувствую, что воздуха не хватает. Я задыхаюсь. — Я тебе не верю. Что я сделала не так? Ответь, прошу тебя. Прошлая неделя…была лучшей в моей жизни. Неужели, я совсем ничего для тебя не значу? Он стоит ко мне спиной. Молчит, пока мою душу разрывает на части. Слезы текут ручьем, пока я жду от него ответа. Ричард поворачивается, вновь подходя к столу. Он не даже не пытается на меня посмотреть. Как будто прячет от меня свой взгляд. — Нет, — наконец, говорит он. Его голос по-прежнему холоден. — Я просто говорил тебе красивые слова, а ты…ты так легко на это повелась. Ты больше… — он делает паузу, глубоко вздохнув, — ты больше неинтересна мне, Арианна. Ты должна уйти. Наверное, у каждого из нас бывает такой момент, когда душевная боль становится слишком невыносимой. Когда я застукала своего парня в колледже, мне было больно. Мне казалось, что это самое ужасное, и я не смогу это пережить. Но то, что я чувствую сейчас… Я разбита. Мое сердце, которое так любило Ричарда Росса, теперь напоминает руины. В комнату заходит какая девушка, которая игриво улыбается Ричарду. Кто это? Она ставит на стул картонную коробку, в которой я замечаю свои вещи. — Мистер Росс, я сделала все, как вы просили, — мурлычет она, подходя к нему. Она высокомерно смотрит на меня, словно я мусор, которого здесь не должно быть. — Все ее вещи здесь. Он успел найти мне замену? Она смотрит на него так, словно между ними что-то есть. Она тянется к нему, но он отходит в сторону. Ко мне. — Ты не можешь так со мной поступить, — всхлипываю я. — Тебе нужно уйти. У меня много работы, — обращается ко мне Ричард. — Это ведь не ты. Я знаю тебя другого. — Хватит, Арианна.Ты хочешь, чтобы я вызвал охрану? — сердито говорит он. — Почему ты делаешь мне больно? — Паника накрывает меня с головой. Я тону в собственном отчаянии. Все не может так закончится. — Почему? Пожалуйста, ответь мне? Ричард нажимает на кнопку телефона. — Клэр, вызови охрану. Пусть они покажут мисс Джонсон, где у нас выход. Прикрываю рот рукой, пытаясь унять приступ паники. Колени дрожат, и мне кажется, я сейчас попросту упаду. Рассыплюсь на этом полу словно пепел. Еще раз смотрю ему в глаза, пытаясь хотя бы в них найти ответ на свой вопрос. Но там пусто. Только холод и темнота. Там больше нет тепла, которое я видела еще пару дней назад. Там больше нет той нежности, которая очаровывала меня. Там больше нет ничего, что я так любила. — Это больно, Ричард, — мой голос переходит на шепот. — Очень больно. — Уходи, — выдыхает он, опустив голову. Закрываю глаза, чувствуя, как слезы омывают лицо. Медленно разворачиваюсь и пытаюсь дойти до двери. Возле лифта уже стоит охрана, которая берет меня под руки, но я даже не могу им ничего сказать. Может быть, так лучше, иначе я просто упаду. Вижу, с каким сожалением на меня смотрит Клэр, но сейчас это мне вряд ли поможет. — Аккуратнее, прошу вас, — говорит она охранникам. Доехав до первого этажа, просто смотрю под ноги, но все равно ощущаю на себе взгляды других сотрудников. На улице льет как из ведра. Охрана выводит меня вперед и оставляет одну. Капли дождя начинают быстро падать на голову, одежду. Смешиваются со слезами. Руки трясутся от пережитого. Силы покидают меня, и я просто падаю на колени. До сих пор не могу поверить, что Ричард сказал это. Я ничего для него не значу. Он никогда ничего не чувствовал ко мне. Он не врал Чарли. Я была просто развлечением, которое ему надоело. Он избавился от меня, как от ненужной вещи. Я больше ему неинтересна, но что теперь, делать мне? Как жить дальше мне, зная, что сердце разбито вдребезги? Зная, что я больше никогда не смогу его собрать…