Десятый круг земного ада
5 октября 2016 г., 17:56
Эта гора бумаг уже сводит меня с ума. В юности я мечтала стать журналистом, чтобы якобы раскрыть свой потенциал и опрашивать множество людей о чем-то невероятно важном. Впрочем, эту дурь выбили из меня ещё в университете, когда я явно поняла, что ты вряд ли когда-нибудь сможешь стать именно тем, кем должен быть по призванию. Да и одну только пользу всем людям ты вряд ли сможешь приносить. Наоборот хорошо, если и вовсе не приносишь зла. Ну, уже закончился тот славный период, когда было время именно для того, чтобы раздумывать о своей ненужности обществу. Я действительно люблю свою работу, хоть и временами приходят мысли о неверном выборе профессии. Именно сейчас, когда я сижу и подписываю десятки документов, я вспоминаю о начале своей карьеры: тогда не всегда хватало времени даже на завтрак или сон, но — это того стоило.
С самого детства во мне пылало чувство притяжения ко всему интересному, необычному, желание узнать всё и сразу, и желательно побольше. Даже по дороге домой после садика я всё опрашивала маму или дедушку о том, как прошел этот день, как дела на работе или в саду, и заканчивалось всё простыми вопросами о создании Вселенной. За это меня не особо любили, ибо всем известно, что взрослые не любят отвечать на бесконечные вопросы детей, но деваться им было некуда.
Возможно, Роберт прав и мне бы стоило съездить к маме, которая наверняка уже наслышана о нашем разводе с Адрианой. А ведь сначала, до того, как восхвалять мою жену, она всё же говорила мне, что вряд ли эта девушка любит меня по-настоящему. Понятное дело, мне было не особо интересно её мнение, ведь я была просто очарована, даже не верила собственному счастью, что заполучила такую девушку, за которую сражались десятки людей. И моя мать поступила правильно: просто смирилась с моим выбором и начала поддерживать во всём, давая ценные советы. Она успела полюбить Адриану и всегда её защищала; да, было и такое время. Наши уже бывшие отношения нельзя назвать идеальными, потому что мой характер не допускал той самой идеальности, да и жена тоже не была подарком. Совсем не умела уступать, как сейчас помню: постоянно настаивала на своём. Но мать — именно она — постоянно напоминала мне, что я не должна терять контроль над собой, что бы не происходило вокруг. Потому что кому как не ей было знать весь потенциал моего тяжелого и скверного характера, но не умирать же мне было из-за этого. Я старалась, сдерживалась, иногда шла на компромиссы с самой собой, не позволяя портить всё, за что боролась довольно долго. И знаете, у меня получалось. Не всегда, конечно, но получалось. Мне казалось, что наша семья идеальна, ведь я буквально носила Адриану на руках, особенно после того, как у нас наконец-то получилось добиться успешного ЭКО и она начала вынашивать нашего ребёнка. Она всегда говорила, что чувствует себя любимой и важной, и я была уверена, что исполняю свою цель. Я и предположить не могла, что в то время, пока я на работе, моя жена весело проводит время со своей якобы «подругой». Понимаете, что самое обидное, она продолжала играть свою роль, пока, видимо, не устала. И в один прекрасный момент она вернулась домой уже со своей новой возлюбленной и объявила о том, что ошиблась и приехала за своими вещами.
Первым об этой новости узнал мой менеджер, потому что именно он застал меня пьяной в квартире, и хочу сказать, что осмотревшись в тот момент вокруг, можно было подумать, что тут была битва мирового значения. Понятное дело, Роберт подумал о чём-то страшном. Но я его успокоила, ведь всё прошло довольно спокойно. Даже очень спокойно, потому что я не собиралась показывать свою слабость Адриане, тем более после такого. Они просто взяли вещи и уехали, и не более. Это уже потом я позволила себе сорваться, ибо именно тогда мне казалось, что это конец. Очень печальный конец, который даже я не смогу пережить. Слишком много общих привычек, слишком много общих планов и идей, а в итоге лишь слишком много пустоты и ревности, не буду скрывать. Я разбрасывала всё, что видела и не видела, рвала фотографии, разбивала фоторамки, сжигала журналы для будущих мам, но ничего из этого мне не помогло. Кто бы мог подумать, что однажды я проявлю такую слабость, которая граничила с безумием. Да, именно с безумием, особенно тот факт, что я разбила костяшки на руках до крови, не зная даже с какой целью. Я знала, что никто не поймет меня, абсолютно никто. Если меня не понимали даже тогда, когда я призналась в симпатии к женскому полу, то после такой «мелочи» вряд ли кто-то понял бы мои чувства. Для всех это была лишь игра, но только не для меня. Но и это ещё не конец, есть ещё один факт, в котором я не призналась пока что даже себе: она уже давно не любила меня и мечтала воспитывать ребёнка не со мной. Я была просто средством достижения их счастья с Амандой, и только когда всё получилось с беременностью, только тогда Адриана осмелилась уйти — это было осознавать больнее всего. Меня разыграли, как последнюю дуру. И в тот момент, когда я на работе выбирала кроватку, любовь всей моей жизни развлекалась со своей настоящей «судьбой». Впрочем, не спрашивайте, почему всё именно так. Потому что я не хочу об этом даже думать. Потому что я не знаю…
Все мои мысли вновь сводились к одному: к тому, что я никак не могла отпустить. И тот факт, что сегодня мне предстоит встреча с бывшей женой и её настоящей супругой только усугублял ситуацию. Хоть я и стала, вроде как, намного спокойнее, но всё же это меня тревожило. Та мысль, что всему приходит конец, провоцировала страшную апатию, я просто не хотела делать ни-че-го. Но приходилось, ведь мне не пять лет, и давным-давно я выучила: никто не будет ничего за тебя делать. Вот и сегодня мне придётся улыбаться, смотреть на счастье Адрианы и делать вид, что ничего не случилось. Ничего не было, просто маленькая опечатка в истории.
В этот осенний вечер нам с Рози предстоит посетить вечеринку — или приём, без разницы — в честь женитьбы наших общих с Адрианой друзей. Надеюсь, все понимают, что никакие они мне не друзья на самом деле, но обложки журналов твердят обратное. В шоу-бизнесе не бывает друзей, бывают только враги и соперники в образе друзей. Лучшего повода для встречи с человеком, которого я пытаюсь забыть, моя судьба найти не могла, видимо. Иными словами, намечается очередная клоунада по совместительству с цирком уродов. Моя гордость так и бунтует внутри: «Ты должна доказать, что счастлива. Тебя не задело это предательство. Тебя ничего не может задеть. Тем более какая-то там девушка». И знаете, я её послушаюсь. Не хочу я выглядеть убого и ничтожно, я ведь не хуже остальных.
Кстати, вот-вот ко мне должна зайти Рози после учёбы, она учится на последнем курсе экономического университета, эта девица очень умна в плане наук. Последний месяц у нас всё спокойно, я ведь обещала ей, да и мне самой надоело колотиться, постоянно изображая трагедию всей моей жизни. У меня достаточно ума, чтобы понимать, что это никому не интересно. Хоть Рози и говорит, что ей интересны все мои переживания, я то знаю: такого не может быть. Не может она меня так яростно любить, вообще не понимаю, почему она терпела все мои унижения. Насколько я знаю, то прежде славы тихони и бесхарактерной леди у неё не было. Наоборот, со времени нашего знакомства мне казалось, что у неё не меньше гордости, чем у меня. Если не больше. Никогда прежде не видела её слёз, пока не довела бедную девушку сама. Помню даже, что у неё было очень много поклонников, да и поклонниц, ещё бы: внешность у неё завораживающая, ум есть, чувство стиля тоже, красивые манеры, загадочность — кто же не захочет «дружить» с таким экземпляром? Только вот я не находила в ней ничего необычного для себя, моя Адриана закрывала мне всех, я даже в мыслях ей не изменяла.
Познакомились с Рози мы примитивно: мне требовался помощник по типу секретаря, а ей нужна была работа. Раньше она меня не раздражала, да и я её почти и не видела, меня всё устраивало. Только спустя год я поняла, что мы были знакомы раньше, и вы не поверите, однажды я с ней встречалась на даче у бабушки, ещё будучи подростком. И, по её словам, мы пару раз гуляли вместе. Мне это сразу напомнило сопливую драму, и я никак на это не отреагировала. Работает человек — пусть работает. Однако в один момент эта чудо-работница просто исчезла, предварительно написав заявление об увольнении. Причины мне были неизвестны, да и не интересны. И вот, только спустя несколько лет, её отыскал Роберт, вспомнив, что он явно видел влюбленность Рози. Может вы назовете меня самым зловещим и плохим человеком в мире, но меня редко интересуют посторонние люди. Но если этот человек важен для меня, то я никогда не перестану о нём заботиться. Мать говорит, что это неправильно, потому что все люди одинаковы и каждый заслуживает уважения, но я так не считаю.
В общем, одним прекрасным вечером Рози сказала мне, что влюбилась в меня ещё когда-то там давно, когда по земле ходили динозавры, но я понимала, что ей со мной ничего не светит. Ой, как же я не люблю такие драмы, но в жизни от них никуда не деться. Именно потому она и уволилась, не желая рушить моё счастье с женой. Как оказалось, нечего было рушить, но факт остается фактом. Не знала, что ещё есть такие порядочные люди, а могла ведь устроить скандал, притвориться моей любовницей. Любви она моей, понятное дело, не заслужила бы, но зато отомстила бы за безответную любовь. Или это я такой человек плохой, что у меня такие мысли, или что, даже не знаю.
— Привет! — мои мысли перебивает нежный женский голос. — Прости, что опоздала, последнюю пару задержали, преподаватель был слишком заинтересован сегодняшней темой, — сейчас Рози выглядит счастливой и радостной. Совсем не такой, какой она была совсем недавно.
Я сдержанно, но вполне доброжелательно улыбаюсь ей в ответ, продолжая заполнять очередное заявление.
— Я тебя отвлекаю, наверное? — лицо моей новой девушки становится серьезнее, а глаза выражают желание поскорее узнать ответ, чтобы избежать лишних проблем с моей раздражительностью, которую можно очень легко вызвать.
— Да нет, всё хорошо. Я завтра закончу, нам пора уже идти, — наконец отвечаю и откладываю стопку бумаг в ящик огромного письменного стола.
— Ты вчера говорила, что хочешь вечером видеть на мне новое платье? Ты…ты пойдешь со мной его выбирать? — можно смириться со всем, но я никогда не понимаю, почему она меня боится. А хотя, если смотреть правде в глаза, то понимаю.
— Да, конечно. Мы купим тебе самое красивое, иначе нельзя. Все гости оценят.
— Я думала, что ты хочешь его оценить…
— Я само собой. Ладно, пойдем уже, а то не успеем ничего, — мне приходится улыбнуться Рози, которая ещё до сих пор не может понять, правда ли я согласилась дать ей шанс или это очередное затишье перед бурей. Но хочется сказать, что всё же она стала намного смелее. Вчера я обняла её, когда мы были на улице, потому что было довольно холодно. И знаете, она не понимала, как ей на это реагировать. Впрочем, можно было никак не реагировать, потому что было реально холодно, вот и всё.
Мой кабинет находился на десятом этаже огромного здания, поэтому пока дойдешь к выходу, у тебя есть шанс встретить половину нации. Ясное дело, что все пялились на Рози, ибо во все времена сотрудников очень интересует личная жизнь их директора. Выходя из кабинета, я подумала, что раз уж Рози зашла сегодня ко мне на работу, то нужно окончательно всех убедить, что мы точно в отношениях и у нас всё хорошо. Я просто молча взяла её за руку и пошла прямо по коридору, не издавая ни слова и не собираясь этого делать. Её рука была такой тёплой несмотря на отвратительную погоду за окном, и это заставило меня улыбнуться.
— Ты не замерзла ни капельки?
— Не-а, хотя обычно я боюсь холода.
На этом наш разговор закончился. Рози не стала задавать лишних вопросов, и меня это радовало. Мне нравилось, когда она просто делала то, что надо. Была на одной волне с моими действиями.
Сегодня у меня ума было больше и я поехала на работу на своей машине, поэтому сильно расстраиваться из-за плохой погоды не пришлось, и мы сразу же направились в центр города за новым платьем для Рози. Оказавшись за рулём, я включила музыку погромче, дабы не обязывать себя к разговорам и со спокойной душой размышлять о своём. Однако моя милая избранница решила нарушить идеальное молчание, сделав звук потише.
— Я тоже хочу видеть на тебе новое платье сегодня. Ты просто прекрасно выглядишь в платьях.
Сначала я оказалась в очередном ступоре, как и всегда, когда Рози меня удивляла. Обернувшись и посмотрев на неё, если мне не изменяют мои глаза, я увидела уверенную настойчивость. Не буду скрывать: мне нравилось, когда эта девушка была смелой, а не обидчивой плаксой.
— Хм, ну ладно. Если ты хочешь. Мне не сложно надеть платье, в любом случае.
Мы жили вместе уже около трёх месяцев, и за всё это время я не видела её такой счастливой. Мне было непонятно, отчего ей так радостно, ведь я не делала ничего особенного, просто пыталась относиться к ней хотя бы по-человечески. Впрочем, зачем портить человеку счастье, пускай радуется, раз есть для этого повод.
Моё предчувствие меня не подвело, и мы потратили очень много времени на эти покупки, потому что одними платьями всё не обошлось. Мне захотелось обновить свой гардероб да приодеть свою девушку, ибо она должна всегда выглядеть отменно, раз уж мы немного публичные люди. Это ещё повезло, что за директорами телеканалов круглосуточно не следят чокнутые фотографы и журналисты, иначе тогда жить вообще нет возможности. А иногда появляться в нужных местах, с нужными людьми, с нужным поведением, нужным нарядом — это не так сложно, как кажется на первый взгляд. Просто надо к этому привыкнуть.
— Скажи мне, что будешь наряжаться для меня, а не для неё. Я ведь знаю, что она точно будет там, — с каждым разом Рози удивляла меня всё больше, как и сейчас, когда я была сконцентрирована на дороге, ведь мы попали в очередную пробку. А мне уже очень хотелось домой.
— Спокойно, я буду наряжаться для себя. Ну и для тебя, если это важно. «Она» вообще не должна тебя волновать, пойми уже это наконец-то.
— Ты думаешь, что я не умею ревновать?
— Что-что, а это умеют все. Давай не будем об этом говорить. У нас ведь новая жизнь, не так ли? — мне аж самой страшно стало от своих слов, но это был самый верный и быстрый способ закрыть столь неприятную и уже надоевшую тему.
— Да-да, прости… Спасибо за все подарки, ты очень много вещей мне купила.
— Не стоит, так и должно быть, — и вроде бы всё прекрасно, никаких скандалов, криков, слёз, проблем, и всё равно у меня нет никакого настроения. Но, всё же мне тяжело это признать: присутствие Рози меня спасает. Особенно в моменты, когда кажется, что ты один во всей Вселенной. А она рядом. Жаль только, что рядом мне нужен совсем другой человек.
***
Как и ожидалось, Брокеры устроили «пир на весь мир». Кого только не было в очень дорогом зале одного из самых элитных ресторанов города: члены семьи, друзья, актёры, певцы, менеджеры — наверное, представители всех слоев приближенного общества. И, конечно же, когда мы с Рози уже наконец-то закончили мило улыбаться на камеры фотографов и прошли к виновникам торжества, в зал вошли Аманда и Адриана. Впрочем, я знала, что мне надо как можно меньше смотреть в их сторону и стараться не обращать внимания. — Мы рады видеть вас, — любезно произнесла сегодняшняя невеста после вручения нашего подарка. — Лиана, я надеюсь, ты не против, что мы пригласили и Адриану. — Что вы, нет, конечно нет. Мы ведь взрослые люди. Я вообще не понимаю, ну прям вообще, зачем это спрашивать, если вы уже пригласили всех; как будто это что-то изменит. Ну, их дело спросить из вежливости, а моё — ответить, что всё прекрасно, тоже из вежливости, кстати. Терпеть не могу это вечное притворство, но и без него не обойтись. Начало вечера протекало очень даже хорошо, мы стояли с компанией моих друзей в одном конце зала, а та сладкая парочка совсем в другом. Я иногда поглядывала на них и замечала, что Рози это очень не нравится, и она решила пойти на очень-очень смелый поступок. Видимо, пара бокалов вина добавила ей отваги: когда разговор друзей был в самом разгаре, а я вновь обернулась в сторону Аманды и своей бывшей, моя новая девушка приблизилась ко мне катастрофически близко и, положив свою одну руку мне на талию, а вторую на щеку, впилась в мои губы довольно настойчивым и страстным поцелуем. Сказать, что я конкретно офигела — ничего не сказать, потому что я на мгновение выпала из реальности, не то что офигела. Оказалось, что целуется Рози слабовато, что лишний раз доказывает её невинность; а по виду и не скажешь, не выглядит она, как никому ненужная скромница... Впрочем, в этот момент я думала не о том, что она не умеет целоваться, потому что ни с кем не встречалась из-за безграничной любви ко мне, а о том, что она уже вообще потеряла страх. Её спасло то, что она не увлеклась и спустя пару мгновений уже оставила в покое мои губы и саму меня. — Ничего себе, ребята, — мои друзья, кажется, были удивлены не меньше, чем я, — вы очень классная пара, прямо-таки созданы друг для друга. — Спасибо, — не особо довольно отвечаю я, решая отложить все разговоры и выяснения отношений с Рози на потом, чтобы не портить вечер ни себе, ни окружающим. Сначала я думала, что не буду пить совсем, дабы не получилось так, как в прошлый раз, когда я «немного» выпила. Кстати, да. С того самого дня, когда я пообещала Рози, что дам ей шанс, я ни разу не пила. Однако мои планы быстро изменились, и я решила, что бокальчик красного вина поможет мне хоть немного расслабиться. — А тебе уже хватит, моя дорогая, — произношу, когда замечаю, что Рози собирается пить уже кто знает какой по счету бокал вина. Понятное дело, звучало это не особо заботливо, но я старалась играть, как могла. Моя избранница покорно подчиняется и, поставив бокал на место, прижимается ко мне. Я так и не поняла: то ли мне показалось, то ли она хотела, чтобы я её обняла. Но тот факт, что в этот самый момент на меня упал взгляд Адрианы, заставил меня сделать то, чего, видимо, хотела Рози. После третьего бокала вина мне и вовсе стало веселее. Настолько, что я пригласила свою «возлюбленную» на медленный танец. Повезло, что на этом празднике жизни мы были не единственной однополой парой, и ни для кого это не было удивлением. Кстати эта Рози довольно хорошо танцует. Если бы ещё она меньше выпила, то не шептала бы мне на ухо какой-то слегка пьяный бред, и тогда вообще всё было бы прекрасно. Романтическая песня, едва ощутимое освещение и свадебная атмосфера напомнили мне мою свадьбу, когда я точно так же танцевала, только в белом платье и с девушкой, которую действительно любила. Взглядом я вновь начала искать пару, которая постоянно привлекала моё внимание. И внезапно я слышу до боли знакомый голос: — Вечер добрый, у вас очень хорошо получается, — Адриану очень красит беременность, как мне кажется. Я резко останавливаюсь и отпускаю Рози, которая явно была не рада встретиться с моей бывшей, по которой я так страдала. — Спасибо, конечно, но ты наверняка льстишь. Очень хорошо выглядишь, кстати, — я совсем не теряюсь в этот момент, рядом с этой девушкой я будто оживаю. — А теперь льстишь ты, — о, её милая улыбка точно такая же, как когда-то давно; она просто сводит меня с ума и я слегка улыбаюсь в ответ. — Вы очень хорошо смотритесь вместе, просто созданы друг для друга, — Господи, ещё от друзей я могла выслушать данную фразу, но от женщины, которая совсем недавно была вместо Рози, говорила мне слова любви и о том, что это мы созданы друг для друга — нет, это выше моих сил. Но и сорваться у меня нет права. Я просто решаю ничего не говорить на это. Просто перевести разговор на другую тему... — Как твоё самочувствие? Как ты переносишь беременность? — Я просто прекрасно себя чувствую, спасибо. Ждём нашу девочку, уже совсем немножко осталось. Аманда хочет, чтобы я рожала в Вашингтоне, там есть хорошая больница, — мне показалось, что в этот момент мне даже дышать было невыносимо противно, даже слышать и ощущать собственное сердцебиение, так я ненавидела весь мир. А она не останавливалась как назло, будто хотела добить меня окончательно. — Мы уже даже всё купили. Аманда ни на секунду меня не отпускает, переживает. Старается помогать. Ты бы видела, как она прижимается к моему животу и всё о чем-то говорит с нашей Молли. Ещё недавно мне казалось, что я не переживу такого, но нет — я всё так же стою, и ничего не происходит. Нет никакого конца света. Но это всем только так кажется, что ничего не происходит. Во мне же идёт война, кипит ненависть и боль, отравляя всю мою сущность, медленно съедая последние силы что-либо слышать о «счастливом браке» моей бывшей любви. А ведь я вру: она не бывшая любовь, только формально — но я всё так же люблю её. Чёрт, всё так же, если не сильнее, и будь бы во мне немного больше безумия, то я прям бы здесь обняла её и поцеловала, при этом крича на весь мир, как люблю её. Но моя гордость не позволит, обстоятельства не позволят, да и толку это делать, если по ту сторону меня уже давно не ждут и не любят. Такое чувство, что сама Вселенная против меня. Но я всё так же стою, вежливо улыбаюсь и медленно сгораю изнутри. Но и это ещё не всё — в этот самый момент к нам подходит Аманда — будь она неладна! — и обнимает Адриану так откровенно, что у меня вот-вот глаза выйдут из орбит. И не просто обнимает, она ещё и целует её, и не просто в щёку, да и не просто в губы! Она, чёрт возьми, целует её так, будто делает это мне назло. Хотя почему это как будто, она для этого всё и делает. — Ну, а вы как? — её величество Аманда Смит, которая бесит меня больше, чем кто-либо в этой жизни, соизволила смолвить слово в нашу сторону. — О ребёнке ещё не думаете? Вот мы уже скоро станем полноценной семьей. У Вас ведь всё серьезно? Лиана, почему твоя жена до сих не беременна? Ты ведь, вроде как, очень любишь детей. Последний раз бросаю взгляд на весь этот цирк, и, не выдерживая, просто разворачиваюсь и ухожу. Больше не могу слушать это всё, это уже перебор. Не понимаю, за что они так издеваются надо мной. Просто делают дуру, а я не знаю, что и сказать. Потому что у них, чёрт возьми, получилось сделать из меня дуру уже давно. Аманда забрала у меня всё, всё, что только можно было забрать, всё то, что я строила годами, ради чего жила, в чём находила смысл. А она забрала это и теперь явно насмехается, ведь победа досталась ей. «Как глупо, как глупо, как глупо» — всё, что сейчас крутится в моей голове. Мне хочется бежать хоть куда-нибудь, куда-то подальше от всего этого. Туда, где больше ничто и никто не будет напоминать мне о прошлом, из которого у меня никак не получается выбраться. Я слышу, как Рози бежит за мной, я вновь чувствую её взгляд, но не хочу сейчас видеть никого, мне противно от одной мысли, что хоть кто-то начнет меня утешать. В голове начинается бесконечный поток воспоминаний, а на глаза наворачиваются горячие слёзы. Я больше не в силах сдерживаться, я больше не могу терпеть, это становится просто невозможным. Я устала быть сильной. Настолько устала, что мне всё равно, что будет дальше, потому что знаю, что того, чего хочу я, не будет больше никогда. Я всё готова отдать, чтобы только забыть, стереть этот яд из своей памяти, потому что чувствую, как это убивает меня. Беру машину и еду в аэропорт, видимо, надеясь, что смогу убежать от себя самой. Но мне уже всё равно, получится убежать или нет, и мне будет всё равно, хоть этот самолет и упадет. Только сейчас я понимаю цену привязанности к одному единственному человеку: она намного страшнее, чем кажется. Будь бы у меня шанс, то я прямо сейчас всем, кто влюблен, дала предупреждение, чтобы они не думали, что всё так просто и похоже на игру. Но у меня нет такой возможности, да никто и не поверит, пока сам этого не испытает. Мои демоны вежливо кричат мне изнутри, что впору бы уже сорваться с цепи. Перед посадкой беру в руки свой новый телефон, и там уже больше сотни сообщений, и все они от этой надоедливой Рози. Надеюсь, моя просьба звучит понятно, хоть и написана в сообщении. «Оставь меня в покое».
