Хаос

      Луи понятия не имеет, сколько он сидит вот так, пока не обретает наконец силы встать и поднять брошенную книгу с пола. Он задумчиво вертит её в руках некоторое время, пока в его голову не приходит идея. Парень выхватывает телефон и уже через несколько минут он спорит с сотрудницей аэропорта.       — Проверьте снова! — он практически орёт в трубку. — Или Стайлс, или Лоренц.       Он меряет шагами комнату, сжимая книгу в руках, но в ответ получает лишь холодное вежливое: «Ничего».       — Я не знаю, — он потирает лоб тыльной стороной ладони и прикрывает глаза. — Нет, может, его нет в самолёте. Возможно, он купил билеты? Неужели это так сложно?       Он беспокойно курсирует от книжного шкафа до стола, скрипя зубами, до тех пор пока его взгляд вновь не падает на книгу. Детектив подносит её ближе к лицу и поворачивает корешком к глазам. В самом верхнем углу значится фамилия автора книги, и Луи выдыхает, хватая догадку за хвост.       — Проверьте ещё раз, — он нервно закусывает губу. — Только Глик, Джеймс Глик.

***

      Солнце уже поднимается, освещая город первыми робкими лучами. Близится рассвет.       Луи вылетает из машины, оставляя её в неположенном месте, и со всех ног несётся к зданию аэропорта. Он подбегает к очереди у стойки регистрации и расталкивает всех под аккомпанемент удивлённого взгляда сотрудницы аэропорта.       — Мне нужно знать, прошёл ли Джеймс Глик регистрацию, — выпаливает он, распахивая пиджак и демонстрируя свой значок.       — Минутку, я уточню у начальника смены, — она берётся за телефонную трубку, и Луи кивает.       — Только быстрее.       Он отходит в сторону, провожаемый недовольными взглядами остальных регистрирующихся. Парень часто дышит, ноги дрожат, но на этот раз от усталости. Телефон звонит в кармане, и Луи, не глядя, хватает его, нажимая на «ответить».       — Алло?       — В Сутре Сурангамы есть афоризм, который дословно можно перевести так: «Всё не то, чем кажется, и не наоборот», — знакомый до боли в груди голос раздаётся на том конце, и глаза Луи расширяются.       — Гарри?       — Подумай об этом минуту, это поражает, да?       Стайлс медленно встаёт с кресла, держа телефон возле уха. На нём белые джинсы и лёгкая рубашка, а на носу затемнённые очки, скрывающие пронзительный взгляд. Он подходит к ограждению на этаже и смотрит вниз, где в толпе людей, собирающихся улетать, стоит Луи — ошарашенный и одинокий, с широко распахнутыми глазами.       — Что меня выдало? — ухмыляется мужчина, разглядывая парня, заметавшегося по первому этажу аэропорта.       — Десятка, — выдыхает Луи, начиная быстро ходить среди толпы, выискивая глазами лишь одно лицо.       — Чёрт, в кафе, точно, — усмехается Стайлс, наблюдая за суетящимся внизу Луи. — А Пейн погорел из-за Харви?       — Из-за Харви и звонка, — чуть грубее отвечает Луи, заглядывая в лица всех мужчин в здании. — Пейн позвонил и сказал, что Кэллоу — пешка. Тогда я и задумался.       — Не он, — выдыхает Гарри, и на его губах играет улыбка.       — Что? — Луи останавливается возле кучки туристов, практически задыхаясь.       — Это была моя ошибка, — Гарри облизывает нижнюю губу и прикусывает её. — Это я позвонил тебе.       Flashback       Гарри стоит в кабинете у себя дома, держа домашний телефон возле уха. Он подключён к аппарату, которым пользовался Лиам во время ограбления банка, и Стайлс улыбается, слыша знакомый голос на том конце. Такой разозлённый и полный ненависти.       — Нет! Я намерен поймать тебя, ты — убийца. И вдобавок убийца полицейского, — голос словно пропитан ядом, Луи крепче сжимает мобильник.       — Вовсе нет, я убивал только тех, кто заслужил смерть, — медленно отвечает Стайлс, делая такие же паузы, как Лиам. Прибор превращает его голос в механический, и Гарри не перестаёт бесстрастно улыбаться. — Кэллоу — просто пешка.       Конец Flashback’а       — Пейн всегда считал наш план безупречным, но если бы он делал так, как я говорил…       Луи продолжает своё хаотичное движение, выискивая глазами собеседника, но того нигде нет.       — Незачем было соваться в опасные воды, — Гарри хмыкает, наклоняя голову вбок. — Я убеждал его, что нужно оставить место для ошибки. Знаешь, не всегда можно предсказать, как всё обернётся. Случайная камера снимает Деймона, запах на купюре, — он перечисляет то, что совсем не входило в их планы и делает паузу. — Ты. Теория Хаоса. Меня поразило, как ты всё это разгадал.       — Целый день мы пытались просчитать, кто информировал банду, — вздыхает Луи, переходя из зала в зал. — А это был ты. — Если отключить электричество, — он вытягивает руку, указывая на вход. — Мы сможем вручную открыть двери. — Пожалуй, — командир кивает. *** — Пропал миллиард долларов, а мы только сейчас об этом узнали?! На это блондин цокает и спрыгивает со стола, хлопая по кипе бумаг. — Ирония в том, что отключив электричество, вы помогли запустить вирус и выиграли для Кертиса время.       — Твоя смерть опустошила твоих друзей, — говорит Луи, вконец запыхавшись и останавливаясь в одном из залов.       — Они справятся. Flashback       Гарри переходит из комнаты в комнату, стараясь не шуметь. Он знает, что не сможет застать преступника врасплох, но осторожность не помешает. На мгновение он замирает у двери и достаёт из заднего кармана пульт дистанционного управления. Он нажимает на кнопку, и таймер на первом этаже начинает отсчёт.       Глаза Тедди расширяются в ужасе, когда она видит красные цифры, ведущие отсчёт. Таймер. Она мгновенно разворачивается и несётся обратно к Зейну.       — Беги! — кричит она, что есть силы, хватая напарника за пиджак. — Все вон из дома, Стайлс, бомба!       Взрыв гремит сначала на первом этаже, когда на втором Гарри со всей силы наносит удар крышкой унитаза прямо по голове Гелта, и тот, наконец, валится на пол без сознания. Стайлс часто и тяжело дышит, пытаясь быстро сообразить, каков дальнейший план действий. Он выбегает обратно в коридор, припоминая, что на окне не было решётки. Именно там, под завалом, спрятан труп. Мужчина подбегает к нему и срывает свой значок, чтобы прикрепить его на одежду мертвеца.       Он замирает у окна, а затем медленно поворачивает голову. Сделав два шага, он открывает крышку дымового люка и прыгает вниз, приземляясь на несколько сложенных матов на полу подвала дома. Мужчина снова достаёт пульт и теперь жмёт на вторую кнопку. Детонатор срабатывает, и зелёный свет сменяется на красный. Вторая бомба срабатывает, газовая плита взрывается, и весь дом поднимается на воздух. Гарри открывает заранее приготовленную коробку и достаёт костюм пожарного.

***

      Луи закрывает глаза, когда тело провозят мимо него, чтобы погрузить в машину скорой помощи. Тедди подходит и сочувствующе кладёт руку на его плечо. На грязном лице девушки заметны высохшие дорожки слёз, глаза опухшие и красные. Она пытается улыбнуться ему, но выходит слабо. Каталку провозят мимо, и Луи безучастно наблюдает за пожарным, что плетётся следом к машине, понуро опустив голову.       Стайлс изо всех сил старается не смотреть на них, не поднимая головы и следуя за остальными. Конец Flashback’a       — Но как же тело в морге с твоим именем на значке? — Луи блуждает среди неуютных пластиковых кресел, внимательно разглядывая сидящих людей.       — Скотт Кертис никого больше не побеспокоит, — усмехается Гарри, разминая шею.       — Ты — серийный убийца, — выдыхает Томмо, замечая неподалёку мужчину, говорящего по телефону.       — Да? А кто был убит? Кертис, Харрингтон, Гелт, я, — в голосе Стайлса всё та же усмешка и он разводит руками, хотя и знает, что Луи не увидит его. Томмо тем временем подбегает к замеченному мужчине и хватает за руку, заставляя того резко обернуться. И тут же отшатывается, понимая, что это вовсе не тот, кого он ищет. — Мы все злодеи, не так ли?       — Значит, все злодеи. А как же Кэллоу?       — Кэллоу заслужил смерть, — медленно отвечает Стайлс, опустив голову. — Он предатель.       — Значит, он во всём виноват?       — Если бы не он, мы бы с Пейном не пошли на это. Один неправильный поступок тянет за собой другой, тот — следующий, и, в конце концов, возникает закономерность, — Стайлс берёт сумку с кресла и закидывает её на плечо. — Ведь это Теория Хаоса. Ох, погоди-ка, — он бросает взгляд на наручные часы и улыбается. — Седьмой час, деньги пришли. Кажется, я богат.       — Почему же ты не убил меня? — Луи останавливается посреди последнего зала, не в силах больше двигаться. — Возможностей было немало.       Гарри несколько секунд молчит на том конце. Останавливается в проходе, сжимая сумку в руке, и тихо выдыхает.       — Дело не в убийстве, а в борьбе за то, что важно, и потом, — он вновь закусывает губу и опускает взгляд на свою руку — на пальце по-прежнему красуется перстень. — Ты покорил меня с самого начала, помнишь?       Настала очередь Луи молчать, его сердце бьётся в бешеном темпе. Он не знает, что сказать, не знает, что чувствовать, но слова сами слетают с языка.       — Ты знал, что уйдёшь, — он горько усмехается и поднимает голову вверх, смотря на окна. На улице уже совсем светло. — Просто использовал меня.       В ответ на том конце слышен смех, и это делает ещё больнее.       — Вовсе нет, мы все получили, что хотели, разве не так? — он медленно идёт по коридору, не поднимая головы, а Луи молчит, понимая, что собеседник прав. — И, несмотря на всё, план был действительно безупречным, если бы не ты. Я даже думал, что было бы проще, если бы я дал Лиаму убить тебя там, в доме Криса, но, — мужчина делает паузу и вздыхает. Он молчит несколько секунд, слушая прерывистое дыхание Луи на том конце. — Тогда, в машине, ты сказал мне, что пошёл в полицейские, потому что хотел закончить историю твоего отца. И ты действительно сделал это. Ты раскрыл величайшее ограбление банка, но никто не узнает об этом, Луи.       Томлинсон часто и тяжело дышит, стоя на одном месте с закрытыми глазами. Он знает, что ему нечего ответить. Парень сокрушённо качает головой и падает в ближайшее пустое кресло.       — Ты один можешь решать, что справедливо, а что нет. Ты можешь считать меня злодеем, убийцей и преступником, а можешь — не считать. — Голос Стайлса всё такой же хриплый и неторопливый, и Луи зажмуривается, сжимая телефон в ладони. — «Каждому нужен шанс» — так говорил твой отец? Пришло время тебе решать, — Гарри улыбается, понижая голос. — Ты можешь остаться, но никто не поверит в твои слова, и ты знаешь это. А можешь бросить это дерьмо и полететь со мной.       Луи медленно открывает глаза, не понимая, какого чёрта Гарри говорит это.       — Ты у нас мастер разгадывать ребусы, так вот тебе ещё один. У тебя есть десять минут, чтобы найти меня. Найдёшь — улетишь со мной, нет — значит, это твоя судьба, — Гарри поправляет сумку на плече и усмехается. — Удачи, инспектор.       Луи вскакивает с места, практически крича.       — Что? Стайлс!       Но на том конце уже идут гудки и вызов сбрасывается. Луи закидывает голову и зажмуривается, а слова Пейна сумасшедшей каруселью крутятся в голове. — Как бы ты поступил? Чтобы ты сделал? Лично ты?       Какое-то время он стоит как вкопанный, пока мысли в его голове путаются всё больше. Образ Марка всплывает в голове, затем появляется лицо Дженкинса, потом он видит Тедди и Зейна... И вдруг к нему приходит осознание того, что он не готов. Он не хочет, не хочет возвращаться туда. И, вероятно, Марк сказал бы ему не делать этого. Луи уверен, что отчим не хотел, чтобы пасынок пошёл по его стопам.       Томлинсон качает головой, отчаянно сжимая кулаки. Эмоции устроили настоящую войну, и парень не уверен, что он должен делать. В какой-то момент в голове всплывает образ Гарри, и Луи улыбается. Он не знает чему, но смешок сам срывается с губ.       Парень разворачивается к огромным, во всю стену, окнам: за ними видны самолёты, собирающиеся взлетать. Переводя полный азарта взгляд от одного окна к другому, он, как безумный, бормочет себе под нос:       — Как же я должен найти тебя? — пальцы лихорадочно перебирают волосы, Томмо пытается понять. — Как я попаду на самолёт? — и тут в голове что-то щёлкает. — Ну, конечно, — улыбка против воли появляется на лице. — Тебя нет ни на одном из них.       Он срывается с места и бежит обратно, стремительно проносясь сквозь несколько залов, которые он успел обойти в поисках бывшего напарника. Детектив налетает на охранника и задаёт ему единственный важный вопрос. Мужчина указывает ему на лестницу, ведущую на второй этаж, и говорит ещё два слова вдогонку. Луи широко улыбается, потому что это как чёртов принцип. Он взбегает по лестнице и входит в ещё один зал за стеклянными дверями. Пробегая мимо кожаных кресел, парень резко тормозит у двойных дверей.       Луи делает шаг вперёд и толкает дверь. Солнце ослепляет, и парень прикрывает глаза рукой, видя небольшой частный самолёт, единственный, стоящий на взлётной полосе. Трап опущен, а дверь приглашающе открыта, и Луи делает глубокий вдох.       Он медленно приближается к самолёту, поднимается по трапу и оказывается внутри. В салоне два кресла стоят друг напротив друга, между ними столик. На нём лежит журнал, открытый на статье о лучших курортных островах, и Луи закатывает глаза.       — Слишком предсказуемо, — шепчет он и вздрагивает, когда вдруг перед ним появляется рука, протягивающая бокал с шампанским.       Он чётко ощущает чьё-то присутствие сзади, а затем к его спине прижимается чужая грудь. Затылок обдаёт горячим дыханием, и бывший напарник усмехается ему в ухо.       — Браво, детектив Томлинсон.       Луи закусывает губу и разворачивается, чтобы оказаться прямо напротив знакомого лица. Он аккуратно снимает с него солнечные очки, вглядываясь в зелёные глаза. Окидывает взглядом наряд Стайлса, думая о том, какой сам он помятый, уставший, в грязи и местами в запёкшейся крови. Но, наплевав на это, он сдвигает брови и отходит назад, складывая руки на груди.       — Нет.       — Прости?       — Мистер Томлинсон. Уже не детектив.       Его лицо по-прежнему остаётся недовольным, но Гарри отчего-то улыбается.       — Мы готовы взлететь, сэр, — пилот появляется из-за спины мужчины, и тот отвечает, даже не оборачиваясь.       — Так взлетаем.       Луи, качая головой, усаживается в одно из кресел. Пилот уходит, и Стайлс занимает место напротив Томлинсона.       — Ты обвёл меня вокруг пальца и думаешь, что я забуду это?       Однако Гарри игнорирует едкий тон, откидываясь в кресле и делает большой глоток игристого напитка.       — Я не стану извиняться за это, — мужчина ставит бокал на столик и кладёт одну руку на колено, чуть наклоняя голову.       Луи цокает и отворачивается к окну, когда самолёт начинает разбег. Они молчат какое-то время; Луи занят тем, что старательно игнорирует чётко ощутимый пристальный взгляд Гарри. В конце концов, он не выдерживает прицела зелёных глаз. Да, он всё ещё злится из-за случившегося, и, вероятно, стоит хорошенько врезать Гарри за то, что ему пришлось пережить за этот день. Но вместо этого он поворачивается и ловит взгляд Стайлса, продолжающего смотреть на него, прикусив кончик пальца. Томлинсон вздыхает и откидывается в кресле, точно зная, что рано или поздно его злость сменится чем-то куда более сильным. Он снова отворачивается к окну.       — Я рад видеть тебя живым, — всё ещё обиженно бормочет Луи, рождая улыбку на губах мужчины напротив. И в тот момент, когда самолёт идёт на взлёт, Гарри отвечает:       — Я рад видеть тебя рядом.