Незримая истина

Когда Гарри зашел в комнату, Невилл тут же вскочил с диванчика. – Гарри? – Невилл, он знает. Знает, что он отец, знает, что я его люблю, и я попросил его держаться подальше. Он сказал, что теперь, когда я ношу его ребенка, все изменилось. Знаешь, я спросил его: узнай он тем утром о беременности, вышвырнул бы он меня из постели или нет? И ему, представляешь, даже нечего было ответить. Подойдя ближе, Невилл обнял расплакавшегося Гарри. – Прости, Невилл. – Что ты, не извиняйся. Хочешь поплакать, так плачь. Спустя пять минут зашла Гермиона: – Гарри, хочешь чт… – она умолкла, увидев рыдающего Гарри. Невилл жалобно на нее посмотрел. Подойдя ближе, Гермиона, развернув Гарри к себе лицом, приняла его в объятия. – Что случилось, Невилл? – Снейпу все известно. – О ребенке? О чувствах Гарри? – Обо всем. После того как они вдвоем покинули Большой зал, Гарри вскоре вернулся обратно. – Гарри? – Моя беременность не меняет ничего, Гермиона, совсем ничего, я уточнил, а он промолчал! Когда Гарри успокоился, он пересказал весь разговор Гермионе и Невиллу. – Ты хочешь, чтобы он оставался в стороне? – Раз он все это время меня игнорировал, то да! Моя беременность не означает, что можно все забыть и вести себя так, будто ничего не случилось. – Но, Гарри, ты не можешь лишить Северуса его собственного ребенка. – До рождения этого самого ребенка еще четыре месяца. Если он докажет искренность своих чувств, то да, я позволю им видеться. Но сам не хочу иметь с ним ничего общего. После того, как он столько времени меня игнорировал, ему незачем проявлять ко мне интерес. *** Спустя пару дней Гарри пошел на прием к Поппи. Получив от Северуса сову с вопросом о дате следующего визита, он собирался плюнуть и не отвечать вовсе. Но после убедительных слов Гермионы он со вздохом пообещал ей поделиться с Северусом хотя бы результатами осмотра – спорить с ней не было никаких сил. – Гарри? Гарри обернулся, и Джинни обняла его со спины. – Прости меня, Гарри. Я понимаю, сердцу не прикажешь. Да, я не могла смириться с тем, что это оказался Северус, а не я, но кое-кто вправил мне мозги и открыл глаза на правду – нельзя осуждать человека за то, на что не можешь повлиять. Было бы лицемерием возненавидеть тебя за любовь к слизеринцу. Гарри повернулся к Джинни лицом. – Дай угадаю. Ты влюбилась в слизеринца, и он говорил обо мне? – Ага, – улыбнулась та. – Драко? – Да. Он сказал, что не решался подойти ко мне, но ты его успокоил. Спасибо тебе огромное. И еще я хотела добавить, что очень сожалею, и отныне ты можешь во всем на меня рассчитывать. – Точно-точно, Джин? – Честное слово. – Тогда, может, сходишь со мной на прием? – Я? С удовольствием! Гарри взял ее под руку, и они направились в больничное крыло. – И что еще Драко успел наговорить тебе? – поинтересовался он. – Он сейчас проводит много времени с Северусом. Говорит, иногда тот сидит без дела, ничем не интересуется. Даже я понимаю, что такой Северус сам на себя не похож. Гарри вздохнул: – В своих проблемах виноват он сам. – Ага. Драко говорит, Северус расплачивается за свои грехи. Мадам Помфри уже ждала его. – Гарри, проходи, садись на кровать. Сейчас посмотрим, как дела у тебя и малыша. Гарри с улыбкой послушался. Джинни стояла рядом и держала его за руку, пока мадам Помфри водила над ним палочкой. Медсестра нахмурилась и провела палочкой еще раз, и Гарри в беспокойстве стиснул ладошку Джинни. – Поппи, что-то не так? Я по вашему лицу вижу, скажите мне, пожалуйста. – Гарри, если убрать эту проблему сейчас, то не нужно будет ни о чем беспокоиться. – И что это значит? – Сейчас ты на пятом месяце, и ребенок не развивается должным образом, он слишком маленький. Начиная с сегодняшнего дня и до самых родов, ребенку понадобится магия второго отца, тогда с ним все будет в порядке. – То есть, мне нужен Северус? – Да. Гарри глубоко вздохнул и, кивнув, повернулся к Джинни: – Ты можешь позвать Северуса? – Само собой. Я скоро вернусь.

***

Поскольку было время обеда, Джинни направилась прямиком в Большой зал, надеясь застать директора там. Увидев, как Северус садится на свое место, она подбежала к преподавательскому столу и, опершись обеими ладонями о столешницу, попыталась отдышаться. – И по какой же причине, вы, мисс Уизли, влетаете и несетесь сюда, как на пожар? – осведомился Северус. Стоя напротив, Джинни чуть выпрямилась: – Я из больничного крыла. – И? – Гарри… – Джинни и глазом моргнуть не успела, как Северус вскочил и ринулся к дверям. – Эй, я же еще не рассказала, что случилось! – она пустилась вслед за ним. Драко, Рон, Невилл и Гермиона, недоев, поспешили за Джинни. – Джин, что-то не так? – спросил Драко. – Гарри в больничном крыле, и попросил позвать Северуса. Больше я ничего не успела сказать.

***

Дверь в больничное крыло с шумом распахнулась, и в комнату, размашисто шагая, влетел Северус. Гарри и Поппи вздрогнули от неожиданности. – Северус, тут не настолько экстренная ситуация для того, чтобы врываться таким образом, ну, серьезно! – упрекнула Помфри, держась за сердце. Следом забежала Джинни: – Мадам Помфри, он еще не знает, что случилось. – Джинни, я думала, ты все расскажешь. – Да я только заикнулась, что ты здесь, как он выбежал из зала. – Хватит говорить так, словно меня здесь нет! – рявкнул Северус, подходя к кровати, где сидел Гарри. – Что-то болит? Гарри переглянулся с мадам Помфри, которая кивнула ему и выпроводила остальных из палаты. – Северус, Гарри сейчас на пятом месяце, и ребенок плохо развивается. Для нормального роста нужна магическая поддержка второго отца. – Поппи, что я могу сделать? – Ты хочешь помочь? – осведомился Гарри. Поппи внимательно на них взглянула: – Пожалуй, оставлю вас на пару минут. – Гарри, естественно, я хочу помочь! Я сделаю все, что в моих силах. После того, как все выяснилось, я много думал и кое-что осознал. – Например? – Например, я хочу признать свои ошибки. – Ты никогда не ошибаешься. – Я сделал ошибку однажды утром и с тех пор не могу себе простить. – Если ты действительно переживал, то почему не поговорил со мной, когда я вернулся? – Потому что я чертовски упрямый. – Даже чересчур. Видишь, чем обошлось твое упрямство? Северус резко повернулся к нему: – Только не говори, что мое упрямство будет стоить мне ребенка. Ты не можешь запретить мне видеться с ним. – Северус! Ты здесь, чтобы помочь Гарри и малышу! Стресс это последнее, что сейчас нужно Гарри, не ухудшай ситуацию! – воскликнула возвратившаяся Поппи. – Гарри, тебе нельзя волноваться, и тебе, Северус, тоже. Вы будете повторять эту процедуру каждую неделю, пока ребенок не родится. Гарри, привстань, пожалуйста. Гарри приподнялся, и Северус невольно уставился на его слегка округлившийся живот. – Северус, положи ладони на живот Гарри, затем сконцентрируйся на своей магии, и пусть она накопится. Потом сосредоточься на магии Гарри, и как только ее почувствуешь, начинай вливать в него свою магию с помощью рук. Я буду следить за процессом и скажу, когда хватит. Северус заботливо приложил ладони к животу Гарри. – Гарри, накрой его руки своими. – Это необходимо? – Я точно не знаю. Гарри вздохнул и взял Северуса за руки. – Расслабься, Северус, почувствуй изнутри свою магию. Гарри, делай то же самое – Северус должен почувствовать и твою силу. Только после этого он сможет подпитать тебя, – объяснила Поппи. Чтобы расслабиться, Гарри начал глубоко дышать. – Поппи, я чувствую магию Гарри. – Сосредоточься, Северус, постарайся объединить ее со своей и направляй внутрь. – Как я узнаю, что мне пора остановиться? – Когда почувствуешь отклик от малыша, почувствуешь, что он счастлив и в безопасности, тогда и прекращай. Вцепившись в руки Северуса, Гарри судорожно задышал, а Северус, прикрыв глаза, осторожно начал направлять в него магию. – Поппи, ребенок чувствует себя под защитой, ему хорошо. – Все, Северус, останавливайся. Едва Поппи это произнесла, как Северуса отбросило назад, и он приземлился задницей на твердый пол. Из окон повылетали стекла, кувшин и стакан возле кровати Гарри разбились вдребезги, и, чтобы не пострадать от осколков, Поппи с помощью чар защитила себя, Гарри и Северуса. – Что случилось? – спросил Гарри, глядя, как Поппи помогает Северусу подняться и накладывает на него диагностирующие заклинания. – Повреждений нет, – констатировала она, а затем обследовала Гарри. В это время Северус с помощью палочки восстанавливал раскуроченные окна. – Хорошие новости. Подпитка помогла. – Слава Мерлину, – облегченно выдохнул Гарри и погладил живот. – Но почему Северуса отбросило назад? – Так отреагировала на него твоя магия. – Такое могло произойти только если… – Если твоя магия плохо совмещается с моей, – закончил Северус. – Но они должны быть совместимы, раз мы зачали ребенка. Я читал об этом в книгах, когда узнал о беременности – здесь нужна магия. – Магия в том смысле, Гарри, что ты должен быть сильным магом, – улыбнулась Поппи, – и раз уж разговор зашел о книгах, то после ужина я подкину тебе еще одну. Теперь что касается лечения. Вам надо повторять сеанс подпитки каждую неделю. Тогда ваши магические силы постепенно подстроятся друг под друга, и ощущение дискомфорта уйдет. – Наш ребенок в порядке? Он здоров? – Конечно, Северус. Пять минут спустя Гарри вышел из палаты вместе с Северусом и увидел ждущих его Джинни, Драко, Рона и Гермиону. – Спасибо, Гарри. – Не за что, это тебе спасибо… Северус. – Гарри, что произошло? – спросил Драко, как только Северус ушел. – Ребенок плохо растет. Поппи сказала, для пятимесячного он слишком маленький. Северусу пришлось объединить свою магию с моей, и нам нужно будет повторять это каждую неделю, пока я не рожу. Поппи уверяет, что такая подпитка полезна малышу. – Что ж, если вы каждую неделю будете вместе работать, у вас, по крайней мере, есть шанс все обсудить. – Гермиона, нет! – Да, Гарри, потому что нынешняя ситуация не на пользу никому из вас. Между вами напряженность, и ты еще хочешь втянуть в это ребенка? Гермиона была права, и Гарри это понимал – он не хотел, чтобы его ребенок появился в условиях, когда родители и пяти минут не могут продержаться, чтобы не начать пререкаться друг с другом. Но предпочел отмолчаться и уйти.