Одержимость 2

"Приду домой. Закрою двери. Оставлю обувь у дверей. Залезу в ванну. Кран открою. И… просто смою этот день." (с) Аккуратно выползаю из-под тёплого воздушного одеяла, стараясь не потревожить чужой сон. Утро ещё не вступило в свои права, не пытается пробраться в нашу спальню сквозь задёрнутые шторы, квартира погружена в темноту и тишину... Мои стопы касаются прохладного пола и часть меня хочет сразу же вернуться обратно, прижаться к горячему мужскому боку, слушать размеренное дыхание... Но другая часть меня (та, которая ебанутая) бесшумно направляется в сторону кабинета. Его квартира большая, совсем не похожа на квартиру холостяка, здесь всё со вкусом, идеально и дорого, сразу создаётся впечатление, что хозяин педантичный, правильный человек, знающий себе цену. До сих пор поражаюсь, как такого угораздило неизлечимо втрескаться в меня. Включаю ноутбук, нервно ёрзаю в кожаном кресле, кусаю губы, чешусь… Может, ещё не поздно передумать? Хотя кого я обманываю… Поздно стало сразу же как я услышала фамилию Лето. Я идиотка. Возводить вокруг себя железобетонную стену так упорно и трудолюбиво, чтобы она с треском развалилась за считанные мгновения без малейшего сопротивления… Нетерпеливо стучу ногтями по столешнице. Поисковая строка гипнотизирует, вгоняет в ступор. Вздыхаю. Неприятненькие ощущения. Уже порываюсь захлопнуть крышку и сбежать обратно в постель, но пальцы сами собой выбивают на клавиатуре его имя, нужную дату. Калейдоскоп информации обрушился на меня как снежная лавина. Фото, видео, статьи… Твою мать, какой же он….… Беспомощно запускаю руки в волосы, сжимаю их как сумасшедшая. Я задыхаюсь, почти скулю как собачонка, увидевшая хозяина после долгой разлуки. Товарищи, это пиздец. «Джаред Лето. Интервью в Нью-Йорке». Не об этом ли пытался сказать Сандерс? Черт... Этот упырь сейчас со мной в одном городе. Включаю видео. Сердце пропускает удар от звука его голоса. Голос Джареда обладает какой-то магией, он каждый раз завораживает и к этому невозможно привыкнуть… Внимательно выслушивает вопросы ведущего, хлопает ресницами, всё такой же худой и глазастый, с потрясающими скулами, обворожительной улыбкой… и этот синий свитер ему идёт... Сволочь. « - Вы можете хоть раз обойтись без вопросов о личной жизни? – Усмехается, картинно подкатывая глаза к потолку. Но тут же становится серьёзным. Облизывает губы. – Последние мои отношения были довольно болезненными. Я не очень хотел бы говорить об этом... - Значит, слухи были правдой? – Не отстает мужик в костюме. - Ну, вы же видели фотографии, видели её со мной… глупо отрицать. – Джаред равнодушно пожимает плечами. Если бы у меня были когти как у кошки, столешнице из красного дерева пришёл бы абзац. Какие у него там, блять, отношения, о которых он не хочет говорить, но говорит?? С каких пор он обсуждает свою личную жизнь? Кто она?! - По-моему, любая девушка мечтает быть с Джаредом Лето. – Замечает ведущий, смотрит в камеру, многозначительно выгнув бровь, и в зал, где бабы согласно визжат. Ой, убейте меня. - Со мной быть непросто. – Признаётся Джаред. - Но Изабель оказалась… типичной ревнивой истеричкой. Грубая, агрессивная эгоистка, которая имеет проблемы с законом, любит выпить, отчего по утрам выглядит не лучшим образом… Я ошибся. Женщины непостижимые существа. – Строит невинную ангельскую рожу. Я теряю челюсть. - Моё сердце свободно, но пока не жаждет новых приключений – вот всё, что я могу сказать о своей личной жизни. Следующий вопрос?» - Сука!! – Вырвается у меня. Я бью кулаком по столу. Возвращаю запись назад и переслушиваю. «…оказалась ревнивой истеричкой. Грубая, агрессивная… проблемы с законом, любит выпить… по утрам выглядит не лучшим образом…» С-с-скотина. Теперь все смакуют эту ложь, обсуждают какая мерзость досталась этому идеальному созданию, как ему не повезло и как он мучился, находят те самые фотки, рассматривают меня снова и снова… Вскакиваю, будто подо мной пружина, мечусь по кабинету из угла в угол, давлюсь от распирающего меня изнутри мата, хочу расколошматить что-нибудь... Найду и прибью! Год назад я приехала в Нью-Йорк с ощущением, будто у меня переломаны кости. Он не встретил меня, раскрыв дружеские объятья, он заставил меня бороться. Он не терпит слабостей, жесткий, быстрый, шумный… Я несколько раз порывалась вернуться в Лос-Анджелес, но потом понимала, что не могу себе позволить проиграть в войне со своей никчемностью. Ритм новой жизни обрушился на меня как поток ледяной воды, утащил за собой, норовя затянуть на дно или шмякнуть о скалы… Но я выкарабкалась. Удивительно на что способен человек, когда ему не на кого надеяться. Чтобы начать заново, действительно нужно сначала всё потерять… Сегодня я бегу по аллее парка без плеера. Город находится как раз в той стадии, когда ночная жизнь закрывает глаза, обессилев, а будничный серый день просыпается, лениво потягивается и как зверь, встряхнувшись, набрасывается на ни в чем не повинных людей звуками ненавистных будильников. Я полюбила бегать по утрам, хотя ради этого мне тоже пришлось брать верх над собой и побеждать острые приступы лени. Как странно… Всё, что я в итоге люблю, укореняется в моей жизни через какую-то войну… Ещё одни мгновения из небольшого списка, когда я наедине с городом и могу быть собой. Это спасает. Мне бы пришлось по душе и это свежее весеннее утро… если бы не Лето. Останавливаюсь и удрученно смотрю на серую гладь пруда, в которой как в серебряном зеркале отражается мрачное небо. Нет, сегодня пробежка меня не спасёт… Ты всё так же одержима, Изабель. Ни черта не изменилось. Рычу, запрокидывая голову вверх. - Изабель! Я подпрыгиваю на месте. Быстро проверяю пуговицы на черной блузке, потом ширинку, затем собранные в хвост волосы. Убеждаюсь, что с внешним видом всё в порядке. - Ты сказала клиенту, что картина, которую он выбрал за несколько тысяч долларов «мазня душевнобольного»! – Миссис Джонс пересекает галерею, грозно стуча каблуками, двигаясь в мою сторону как злобная ведьма, потерявшая где-то метлу. - Я? – Изображаю искреннее удивление. - Он отказался от покупки! Блять. - Я… не виновата, что он осёл! – Оправдалась я. - Да что с тобой сегодня? – Она впивается в меня своими мудрыми серыми глазами. Задумчиво чешу пальцем кончик носа. Мне нечего сказать этой железной леди в украшениях, в сером платье от «Дольче» под цвет её глаз, с идеально уложенными короткими волосами цвета зрелой пшеницы, которая в 50 лет выглядит на 30, держит под жестким контролем свою мини-империю и каждую морщинку на по-аристократически аккуратном лице. Поэтому я упорно молчу, засовываю руки в карманы брюк, закусываю губу, рассматриваю мраморный пол. - Ладно, чёрт с тобой. – Вздыхает миссис Джонс. – Но в наказание пойдёшь на благотворительный вечер от моего имени. - Какой ещё вечер?! – Возмущаюсь я. - Благотворительный. - При чем здесь я и эти ваши оргии гуманизма в высшем обществе? Я давно не была на вечеринках и светских мероприятиях, и это, между прочим, лучшее, что происходило со мной за последний год. - Знаешь, почему я взяла тебя на работу, Изабель? – Она удивительно красиво прищурила свои умные глаза. - Потому что я послала вас на собеседовании и назвала надменной стервой? – Предположила я. - Ты напоминаешь мне меня в твоём возрасте… Я недоверчиво выгнула бровь. - У тебя сильный и дерзкий характер. - Оу… Вот так открытие. - Но сейчас я приказываю засунуть его в задницу. – Строго говорит она, протягивает пригласительный и чек, который я должна вручить от её имени. – Ясно? - Ясно. – Недовольно бурчу я. – Теперь придётся платье покупать… - Тебе пойдёт красное с открытой спиной. – Тут же подхватила тему эта фанатка брэндов. - Да чтоб я сдохла. Миссис-супер-строгий-босс смотрит на меня так, что мне становится не по себе… - О, нет. – Выдыхаю я. - О, да. – Кивает она. – Я иду с тобой по магазинам. - Это совсем не обязательно! – Кричу ей в спину, понимая, что это всё равно, что останавливать бронепоезд. Я кручу в руках чек, пригласительный и ещё какую-то бумажку... Всматриваюсь внимательней. Список гостей. Она всегда требует его, чтобы знать с кем можно избежать встречи, а кого наоборот можно удачно выловить для собственной выгоды. Да ла-а-адно. Серьёзно? Нет, так не бывает… - Твою мать. - Обреченно шепчу я. Судьба или злой рок? - Изабель, пошевеливайся! – Командует миссис Джонс, направляясь к выходу. Красное так красное, почему бы и нет, если я в нём действительно буду выглядеть сногсшибательно… чтобы у кого-нибудь глаза повываливались его большие и красивые нахрен. Бегу за ней: - А свои «лабутены» одолжите? - И не мечтай. - Ну хотя бы «маноло бланик»? – Клянчу я. - Нет. - Злая вы, женщина… *** Сказать, что я нервничаю – не сказать ничего. Как в бреду и туманном сне я прошла в один из шикарных отелей Нью-Йорка, где мне сразу же галантно помогли снять пальто, проводили в нужный зал, полный людей с бокалами шампанского, которые старались выглядеть так, будто только что вылезли с обложки свежего глянцевого журнала. Я первым делом передала чек организаторам ибо мне нельзя оставлять важные дела напоследок, мало ли куда вляпаюсь… А если здесь присутствует причина моего поганого настроения, подло меня оболгавшая накануне, то я обязательно вляпаюсь. И его вляпаю так, что мало не покажется. Ловлю своё отражение в зеркале. Да, красный цвет – удачный выбор. Упырь любит кроваво-красный… Не могу не отметить, что моё тело претерпело изменения: я скинула четыре килограмма, стала более подтянутой, мне нравятся мои ноги, которым бег явно пошёл на пользу, да и задницу подкачала неплохо. Красное платье на тонких бретельках обтягивает всю эту красоту до колен и по рекомендации начальницы открывает часть спины, что выглядит очень даже сексуально, она была права. Волосы я собрала наверх, открыв ещё и шею. Шею монстр тоже любит… Ох, бля, разве я не могу думать о чем-нибудь ещё кроме этого чудовища?? Вот например о том, что миссис Джонс «лабутены» мне всё же одолжила… И чего её все боятся как ненормальные? Хорошая тётка. Беру с подноса высокий бокал золотистого шампанского. На сцене музыканты и темнокожая певица в синем блестящем как рыбья чешуя платье исполняют что-то из джаза. Довольно мелодично, хоть я и не поклонница данного направления. Рассматриваю гостей. Многие лица знакомы мне из телевизора… Вдруг мою спину начинает жечь чей-то взгляд… Я приостановилась и затаила дыхание. Всегда остро чувствую этот взгляд. Даю ему пару секунд полюбоваться моим видом сзади и медленно разворачиваюсь… Трудно описать чего мне стоило сохранить внешнюю непоколебимость, в то время как внутри всё перевернулось: сердце упало в пятки, кишки свернулись в узел и уползли в желудок, ребра впились в диафрагму, печень с почками начали водить нездоровый хоровод, а апендикс спрятался в неведомые уголки организма. Вот какое впечатление производит Джаред Лето. Он весь в чёрном, тёмные волосы прилизаны гелем как когда-то, лёгкая щетина… Красив. Сексуален. Невозможен. Ненави-и-ижу. Мы смотрим друг на друга, стараясь выглядеть как можно более равнодушными. Он осматривает меня с ног до головы, я замечаю, как напрягаются его высокие красивые скулы, которые я так боготворю… а потом он отворачивается, бросает пару фраз мужику в бабочке и перемещается в противоположный край зала. И это всё?! Ну уж нет. Я ставлю бокал на первый попавшийся столик, лавирую среди гостей, преследуя эту прекрасную сволочь. Настигаю его в процессе беседы с какими-то солидными джентльменами, аккуратно вклиниваюсь в их личное пространство своей неповторимой красотой, обтянутой красным платьем. Мило улыбаюсь. Мужики смотрят на меня с интересом, Лето равнодушно. Скотина глазастая. - Прекрасный вечер. – Говорю я сладким голосом. Мужчины поддакивают, расплываются в улыбках. Джаред отворачивает рожу и смотрит куда-то в другую сторону. Р-р-р-р. - Мистер Лето, я бы хотела обсудить с вами кое-что… Он снова смотрит на меня, но уже так, будто с ним заговорило ведёрко для льда. - Не думаю, что у нас есть общая тема для обсуждения. – Мягко отшивает он. От его голоса по спине мурашки… Эх, всё же надо было платье выбирать то, которое с расчетом на лифчик. Теперь всё торчком будет из-за него… - Уверяю вас, она есть. Взгляд Джареда опускается на мою грудь. Блять. Я чувствую, как напряглись мои соски под тонкой тканью, но продолжаю стоять с невозмутимым выражением на моське. - Мне нужно идти. – Извиняющимся тоном говорит Лето мужикам и в очередной раз демонстрирует мне свою спину. Ну всё. - Не игнорируйте мать своего ребёнка, мистер Лето! – Громко говорю я. Разговоры вокруг нас затихают. Он резко оборачивается. Равнодушие, надменность и холод сменились бледностью, злостью и паникой. - Какого…? – Вопрос он так и не закончил. Видимо нужные слова на ум не пришли в эту секунду. Джаред снова осматривает меня. Потом осматривается вокруг. Все пялятся... С тихим рычанием, по которому я так тосковала, Лето больно хватает меня повыше локтя и тащит куда-то. - Хэй, а можно не так грубо?! Снова игнор. Заталкивает меня в какую-то служебную каморку в коридоре. В полной темноте я ощущаю его запах и у меня кружится голова от воспоминаний. Я нащупываю выключатель, включаю свет. Лампочка сначала дребезжит как в фильме ужасов, являя мне разгневанного монстра, но потом свет разливается ровно. А вот монстр не меняется… Вроде бы надо испугаться. Но мне хочется схватить это чудовище за пиджак, встряхнуть пару раз, обматерить и… зацеловать до смерти. - Что за чушь?! - Наш ребёнок не чушь! – Оскорблённо возмущаюсь я и бью Лето в плечо. - Какой ребёнок, Изабель?? – Он впивается пальцами в мои плечи. - Такой же глазастый как ты! Джаред впадает в ступор. Хватка ослабевает и в итоге он убирает руки. Его рот потрясённо приоткрыт, дыхание взволнованно учащается, глаза просто грома-адные. Я недовольно поправляю бретельку платья. - Джонни вылитый ты… - Добавляю я. - Постоянно орёт и командует. - Ты назвала моего сына Джонни?! - Не примазывайся к моему ребёнку! Нам без тебя прекрасно живётся. - У меня сын… - Потрясённо шепчет он. - У тебя кретинизм. - Так вот почему ты… вела себя как истеричка… - Я не истеричка! – Воплю я и опять бью его. – Как ты мог?! Какого хрена ты назвал моё имя и выставил меня последней мерзостью? Скотина! Я только привела в порядок свою новую жизнь, она, блин, идеальна! Почему ты постоянно всё портишь? Джаред обхватывает своими музыкальными пальцами мои запястья, останавливая удары, которые сыпались на него. - Я не знал как ещё найти тебя. – Признаётся он. Я замираю и удивленно смотрю на это красивое теперь уже искреннее лицо. Чёрт возьми… Он знал, что после этого интервью я не смогу не объявиться, чтобы сказать что он сволочь. Попалась как идиотка. - Ты хотел сбежать. – Напоминаю я. - Ты понятия не имеешь, что я почувствовал, когда наконец-то тебя увидел... Между нами повисает тишина. Гнев куда-то испарился. Джаред отпускает мои руки. Я крепко задумалась, нахмурив брови, о том, что мне теперь делать… Я же в беспросветной жопе. В который раз. И всё по той же глазастой причине. - Я хочу видеть сына. – Решительно говорит Лето. - Кого? – Бормочу я, не вслушиваясь в суть его заявления. - Джонни. - Кто такой Джонни? – Искренне пытаюсь припомнить я. - Ах, ты с-с…… - Джаред шипит как гремучая змея и набрасывается на меня. К счастью, я не потеряла сноровку спасать свою шею от его рук. Поживешь с этим упырём, научишься такому, что Джеки Чану и в пьяном сне не снилось. Я ловко уворачиваюсь, с визгом проскакиваю у разъяренного монстра под рукой и выбегаю из кладовки. Спасибо тебе, Боже, что наделил меня суперспособностью бегать на лабутенах как горная бешеная коза! Спустя несколько минут, сидя в такси, без пальто, всё ещё чувствуя его незабываемый запах, я смотрю на ночной Нью-Йорк, проносящийся за окном и почему-то улыбаюсь…