Остров свободы

Поймать машину на следующее утро оказалось уже значительно труднее, и Мик едва удержался от того, чтобы не вызвать такси и не оплатить дорогу прямиком до Майами с остановками в лучших местных гостиницах. Кит, впрочем, заставил его танцевать прямо посреди трассы, в то время как остальные трое прятались в кустах. Автомобили сигналили, тормозили и объезжали старого рокера, в отчаянии уже расстегнувшего на груди рубашку и дергавшегося так, как он не дергался даже в лихие 70-е. Наконец, прямо перед ним остановился ярко-красный кабриолет, и юная роскошная дамочка сняла авиаторы и, подмигнув Мику, кивнула на место рядом с собой. Тот обрадованно запрыгнул, свистнув приятелям. Девица слегка опешила, увидев целую бригаду, атаковавшую ее изящный маленький кабриолет. Она округлила было свои пухлые губки, желая возмутиться этой выходке, но Кит приложил палец к губам, нагнулся к ее крошечному розовому ушку и достаточно громко прошептал: - Только без глупостей, красотка. Нам всего-то надо добраться до Джэксонвилла. Нам ведь по пути, я правильно понимаю? – указательный палец левой руки Кита уперся девушке в спину. Она вздрогнула и неуверенно кивнула: - Вообще-то… - Ну вот и славно, - улыбнулся Кит и откинулся назад. – Тут всего-то часов шесть езды. И вы ведь угостите уставших путников скромным обедом? Она громко сглотнула и посмотрела на Мика, а тот лишь развел руками, давая понять, что и сам он заложник этого сомнительного седовласого типа. Он бы и рад был уединиться с ней, но блеклые глаза Кита сверкнули яростью, и Мик отвернулся в сторону. Путь до Джэксонвилла прошел в тягостном молчании: Кит спал, Мик всю дорогу что-то насвистывал, Роджер смотрел по сторонам, стараясь не останавливать взгляд на Брайане, который, напротив, не сводил с него воспаленных глаз. Между ними устроился Кит и периодически ронял голову то одному, то другому на плечо. Уже на въезде в Джэксонвилл дамочка вдруг достала из сумочки мобильный телефон и спешно набрала какой-то номер: - Алло! Полиция! Я сейчас на северном шоссе прямо на въезде в Джэксонвилл. Меня взяли в заложницы четверо преступников, я едва урвала момент, чтобы позвонить вам. Номер моего автомобиля… Но проснувшийся вмиг Кит тут же зажал ей рот рукой, крутанул руль вправо и, распахнув дверцу, выскочил из машины, буквально перескочив через опешившего Брайана. Автомобиль затормозил, и остальные кубарем выкатились в кусты, а девица тут же умчалась дальше на юг. Тем же вечером, когда они устроились в очередном мотеле, Мик предложил сходить в какой-нибудь бар и потанцевать. Брайан отказался наотрез, надеясь, что и Роджер, утомленный долгой и нервной дорогой, тоже предпочтет остаться в номере, и у них, наконец, представится возможность побыть наедине, но Роджер с радостью ухватился за возможность потусоваться, как в юности. И Мэю тоже пришлось плестись за остальными тремя, проклиная себя за то, что когда-то сказал белобрысому девятнадцатилетнему шалопаю: «Вы приняты в группу». Это был самый грязный и дешевый бар из всех, где им только довелось побывать за всю их лихую юность. Дым в буквальном смысле слова стоял столбом, а на танцполе было не протолкнуться. Мик заказал всем водки и, опрокинув сразу две стопки, бросился в толпу. - Припадочный, - усмехнулся Кит и пошагал вслед за ним. Еще через минуту парочка двигалась под безумные, выносившие мозг ритмы каких-то современных произведений псевдомузыкального псевдоискусства. Мик совершал энергичные и многозначительные толчки бедрами, приближаясь к Ричардсу и хватая его за шею, а тот положил ладони Джаггеру на ягодицы так, словно это была его собственность, и с силой прижал к себе: - Покрути тут у меня задом перед чужими носом. Сам знаешь, чем это тебе чревато, - процедил Кит со злобной усмешкой, отстранился и возобновил дерганые движения. Роджер улыбнулся и тоже направился в сторону танцпола. Брайан успел, однако, ухватить его за запястье и притянул к себе: - Не стоит, Родж. Тебя же только выписали… - Дай хоть оторваться напоследок, - пробормотал Тейлор, даже не глядя в сторону Мэя. - Ну на что ты обиделся, глупый? – прошептал Брайн, наклоняясь к уху барабанщика и обдавая его своим горячим полупьяным дыханием. – Что я опять сделал не так? - Это я все делаю не так, - и снежно-голубые глаза Роджера сверкнули в темноте, как два карбункула. На танцполе он сжал в объятиях первую попавшуюся девчонку и закружился с ней в толпе других столь же пьяных и веселых людей, а Брайан опустился на корточки и спрятал лицо в ладонях. В висках у него шумело и стучало. Он не заметил, как какое-то время спустя кто-то подхватил его под мышки и вытащил на свежий воздух, а потом долго обмахивал чем-то лицо и поливал холодной водой. Окончательно в себя он пришел только уже в номере мотеля. Рядом сидел Мик и устало щелкал пультом от телевизора, а на экране каналы сменяли друг друга каждую секунду. - Кажется, я потерял сознание? – пробормотал Брайан. - Ты здорово напился, чувак, - бросил Мик через плечо. – Бармен сказал, ты минимум две бутылки опорожнил в одно горло, под конец даже рюмки игнорировал, прямо из бутылки дул. Мы тебя еле откачали. - А где…? - С Китом он. Зол, как черт. Его сейчас лучше не трогать, завтра поговорите. Ох, парни, не нравитесь вы мне. Как дети, ей-богу, - покачал головой Мик и опустил голову на подушку, нисколько не стесняясь полуобнаженного Брайана. До Майами оставались всего только сутки пути. Перед выездом из Джэксонвилла Роджер в очередной раз набрал номер Джона, но тот не отвечал, и он с досадой шарахнул аппарат об стену. Следующим ловить машину отправился Кит. Он взял гитару Брайана, уселся в турецкой позе прямо посреди трассы и завел I can’t get no satisfaction. Мик не выдержал и после нескольких первых аккордов задергался прямо в кустах, как ни шикал на него Брайан. Перед Ричардсом остановилась первая же машина, из нее выскочил уже довольно пожилой мужчина и принялся крыть Кита последними словами, но тот даже глазом не моргнул, продолжая наигрывать свой главный хит. Тут на обочину выскочил Джаггер и запел. Мужчина повернулся в его сторону, потом опять посмотрел на Кита, потом на Мика. А потом сжал лицо в ладонях, и глаза его округлились. - Не может этого быть, - пробормотал он. – Я всю жизнь мечтал… я… - Если вы нас подбросите до…. Ну хотя бы до куда-нибудь… эти двое сыграют вам небольшой концерт, - подмигнул Роджер, тут же забираясь в автомобиль опешившего мужчины. - Я еду до мыса Канаверал! Я… господи, я и мечтать о таком не смел! Едва только дверца автомобиля хлопнула в последний раз и машина набрала максимально возможную скорость, Мик, сидевший рядом с водителем, повернулся назад и вдруг заявил: - Вы так никогда не разберетесь и не договоритесь. Какой год за вами наблюдаю и каждый раз обалдеваю: это ж надо так тащиться друг от друга и так умело при этом все это скрывать. Да-да, я о вас, - и он ткнул пальцем сперва в криво усмехнувшегося Роджа, затем в изумленного Брая. – До Майами не так далеко осталось, а у вас все воз и ныне там. Вы чего поругались-то? - Мик, ну не сейчас же… не здесь же… - пробормотал Брайан, отворачиваясь к окну. - Нет, именно здесь и именно сейчас. Без нас вы так и не разберетесь, так и будете дуться. Рассказывайте, что там у вас случилось, - и Мик вдруг как-то странно захихикал. - Да он поди опять под ЛСД, - лениво бросил Кит. – Опять я просмотрел, хотя вроде следил за ним внимательно… Ты где умудрился урвать дозу, придурок? - Им бы тоже не мешало принять, они слишком напряжены, - весело протянул Мик и достал прозрачный пакетик с разноцветными квадратиками внутри. Водитель покачал головой: - Ребята, может, не стоит? - Тебе не стоит, ты за рулем! – провозгласил Мик. – А вот нам всем очень даже стоит! – и он дал каждому по квадратику. – Господи, красота-то какая! – и Мик ткнул пальцем куда-то вправо. – Люси в небе с алмазами! - Вот он, - вскричал Роджер спустя десять минут, после того, как сиреневая пластинка растаяла на его языке, - сведет меня в могилу! Я уже проклял тот треклятый день, когда откликнулся на его растреклятое объявление о поиске ударника! - Да я и сам не должен был брать тебя в Смайл! – подхватил вдруг Брайан. – Ты всю жизнь только и делаешь, что все портишь! - Я порчу? А ты? Кто тогда в 74-м… - Сколько у тебя было баб, а? Не думал обо мне, не так ведь? - А чего мне о тебе думать? Ты же меня стеснялся! Мистер гетеросексуальность! Доволен теперь? - А ты хотел киркой по башке схлопотать? - Почему же Элтон не схлопотал или Фредди? Или, может, ты на Фредди глаз положил, а? - Куда мне! С ним ведь ты вовсю зажигал! - Зажигал! Еще как зажигал! Мы с ним с 75-го и начали зажигать. Вы же с Джоном у нас такие праведники, такие гетеросексуалы! Куда нам, двум долбанным геям до вашей святости! Вот мы и решили найти счастье в объятиях друг друга! - Что?! – взревел Брайан. – Это правда?! - Правда, правда. Еще какая. Знаешь, как он шикарен в постели во всех ролях? Тебе, мистер бревно, и не снилось! - Остановите машину, - едва слышно прорычал Брайан. Мик хохотнул, просунул ногу к водительскому сиденью и ударил пяткой по тормозам. Автомобиль развернуло, и он резко замер прямо посреди сумрачной и пустой трассы. Все пятеро выкарабкались на воздух, а водитель сам толкнул Мика в бок, прося и ему дать яркий квадратик: все происходившее никак не желало укладываться у него в голове. - Значит, ты и Фредди… да? – Брайан навис над Роджером, его темные кудри трепал прохладный вечерний ветер, а Роджер тряхнул головой и зло сплюнул. - Много лет. А ты думал, я довольствуюсь нелюбимыми женами? Нет уж, я тоже хотел любви. А кто же лучше Фредди подходил для этой роли? - Ты… ты… - Брайан сжал кулаки, пальцы его побелели, на искусанных губах выступили крошечные капельки крови. Наконец, он не выдержал, сделал шаг вперед, и кулак его, прочертив в воздухе полусинусоиду, соприкоснулся со скулой Роджера. Тот, пошатнувшись, едва устоял на ногах, и ответ прилетел Брайану буквально в ту же секунду. Несколько мгновений спустя перепалка превратилась в потасовку: они лупили друг друга ногами и руками, не выбирая место для удара и замахиваясь наугад. Все это действо сопровождалось отборнейшим матом c обеих сторон. Мик рухнул на землю и с интересом наблюдал за происходящим. Рядом вальяжно пристроился Кит, достал флягу с выпивкой и сделал несколько глотков. - Ребят, может, разнять их? – неуверенно произнес водитель, тоже присаживаясь на обочину. - Пускай разбираются. Судя по всему, у них это десятилетиями копилось внутри. Должен же этот гнойник был вскрыться рано или поздно. Пока весь гной наружу не выйдет, нормально жить и общаться они не смогут. Так что, наблюдаем дальше, - и Мик вырвал флягу из рук Кита и жадно припал к ней. Лица Мэя и Тейлора уже давно превратились в месиво, а оба они катались по земле, не прекращая награждать друг друга тумаками. - Ты Фредди любил все эти годы! А меня только использовал! - Так и есть! Ненавижу трусов! А Фредди ничего не боялся! Он был настоящим! - Ты Фредди, а я Аниту! Я люблю Аниту, придурок, ты меня понял?! - Какого хрена ты тогда отсасывал у меня два раза за эти несколько дней?! Раз ты так сильно ее любишь?! - Что?! - Ты думал, я сплю и мне все это снится? Да я нарочно тебя провоцировал. Все понять хотел, до какой степени ты гомик. Оказывается, на все сто! Так что, продолжай и дальше любить свою Аниту! - Ты… ты… все это разыграл?! - Да. И тогда в море тоже. Мне все интересно было, оттолкнешь ты меня или нет. Уйдешь или нет. Но нет, мистер Брайан Гетеросексуальность дождался кульминации и только после этого сказал свое фи! Вот теперь мне все про тебя ясно. Ты по ночам отсасываешь у меня, а потом попрекаешь меня тем, что я на публике обнимался с Полом Маккартни! Ты весь в этом. Мерзкий лицемер, я ненавижу тебя! - Ты… ты… да как ты смел?! – выдохнул вдруг Брайан, и его кроссовок непроизвольно опустился прямо под правым ребром Роджера – точно там, куда когда-то пришелся удар ножа. Зрачки Тейлора расширились, он охнул, и на рваной рубашке вмиг расплылось темно-красное пятно. Роджер схватился за бок и тут же потерял сознание. * * * Брайан быстро допил чай и без тени смущения на лице, брякнув что-то о родившейся у него идее песни, тут же испарился из квартиры Роджа, и тот вернулся в кровать. Репетиции на ближайшую неделю были отменены из-за свадьбы Джона, и Роджер решил не вылезать из постели все ближайшие дни: после ночного происшествия на душе было особенно погано и хотелось всего одного – хорошей доброй выпивки и голоса Планта где-то на заднем плане. Под кроватью валялась уже початая бутылка портвейна, и Тейлор влил в себя практически все ее содержимое в попытке заглушить как похмелье, так и страшную душевную боль. Когда в дверь через пару часов позвонили, Родж уже спал сном младенца в позе морской звезды. Только через несколько минут он, наконец, понял, что кто-то ломится в дверь, когда снаружи раздались уже отчаянные крики: - Родж, я знаю, что ты дома! Открой! - Фредди… - пробормотал Тейлор, сползая с кровати и хватаясь за голову, - тебя-то каким ветром?.. Дверь распахнулась, и Фредди влетел внутрь, отталкивая Роджа в сторону. - У тебя выпить есть? - Последнее закончилось… Сходи, притащи, я не откажусь… Фредди вернулся через полчаса с двумя литровыми бутылками виски и разнородной закуской – ветчиной, виноградом, пирожными и сыром. - Ну, светлая ему память, - и начал опорожнять первую бутылку прямо из горла. - Кому? – удивился Роджер, вскрывая вторую бутылку и тоже не утруждая себя поисками стакана. - Дики. Теперь мне как-то нужно мириться с Мэри и жить дальше. И не забрасывать группу. Ох, Роджи, не представляю, как я справлюсь со всем этим… Тейлор едва сдержался, чтобы не поведать Фредди свою печальную историю, и вместо этого сделал новый глоток и коснулся плеча друга: - Если он такой трус, наплюй. Он грамотный басист, но тебе, значит, нужен кто-то лучше, ярче, смелее, бесшабашнее. Не Джон. - Роджи, ты описываешь себя, - хохотнул Фредди. - А кабы и так… - брякнул вдруг Тейлор, сам испугавшись собственной смелости. Сердце болело так сильно, что он готов был заглушить эту боль буквально чем угодно. - Роджи? – Фредди поднял глаза на растрепанного блондина и впился в него вопрошающим взглядом. Тейлор устало кивнул и уронил голову на стол. Перед глазами по-прежнему стояла кудрявая черная шевелюра, обладатель которой так громко кричал этой ночью о своей любви и так тихо выскользнул из квартиры Роджера наутро. Ладонь Фредди накрыла кулак Роджера, ловкие длинные пальцы скользнули вверх по его руке до плеча, поднялись к шее, пробежались по лицу и замерли возле губ, а затем принялись медленно обводить их по контуру. Роджер слегка запрокинул голову, приоткрыл рот и коснулся губами подушечек этих ловких пальцев, пытаясь представить, что это те самые бледные и холодные пальцы лучшего в мире гитариста. Но они пахли уютом и безумствами Фредди, а не морозом и страстью Брайана… Роджер тряхнул головой и притянул Фредди к себе. Пустая бутылка покатилась со стола и со звоном упала на пол, но в кухне уже было пусто, а из спальни раздавалось лишь мерное поскрипывание кровати, не прерываемое ни малейшим стоном или вздохом. Звуки прекратились достаточно быстро – бутылка успела проделать всего несколько кругов по покатому полу одинокой кухни, когда чьи-то босые ноги прошлепали по коридору в направлении ванной, а кто-то в спальне чиркнул спичкой, и струйка дыма потянулась мимо кухонного окна… Вода шумела в ванной совсем недолго, затем влажные босые ступни прошлепали назад, и через некоторое время ритмичное поскрипывание возобновилось. Бутылка замерла под столом, и на этот раз к ней присоединилась ее столь же порожняя соседка, также соскользнувшая со стола, покатившаяся к буфету, а затем уткнувшаяся горлышком прямо в дно своей товарки. На этот раз поскрипывание затянулось, раздалась пара робких протяжных стонов, и на этом все затихло. Оба проснулись только под вечер. - Зря мы это затеяли, - пробормотал Роджер, не глядя на Фредди. - У вас что-то было с Брайаном? - ? - Ты несколько раз назвал меня Браем. Это ты из-за него сейчас со мной? - А ты из-за Дики? - Так мы из-за этих двух поганцев испортили такую хорошую дружбу? - Еще не испортили… - Да? Тогда предлагаю продолжить вплоть до того момента, как она будет окончательно испорчена, - рассмеялся Фредди и навалился на Роджера. В голубых карбункулах на мгновение блеснуло желание сбросить его с себя, но в ушах тут же зазвучало ненавистное «Я люблю тебя, Роджер!», и он стиснул Фредди в объятиях. * * * Едва успев сбежать со сцены и распахнуть дверь гримерки, Роджер тут же оказался вжатым в стену крепким телом Фредди: - Я хочу тебя, Роджи. Роджер усмехнулся и провел пальцами по загорелой скуле солиста: - Шорты Дики сработали? Он знает, как завести тебя… Чего к Джимми за помощью не обращаешься? - Я же видел, как тебя перекосило, когда Брайан обнял тебя прямо на сцене – подкрался сзади и прижал к себе… Я все видел. - Фредди, мы уже десять лет творим это безумие. Не пора ли кончать… Но Фредди не дал ему договорить, закрыв рот ударника поцелуем: - Пора, мой друг. Самое время сделать именно это. Но Роджер впервые за десять лет сжал губы и слегка отстранился, погладив волосатую грудь друга: - Знаешь, мне, кажется, это уже не нужно, - Фредди поднял брови и откинул голову, внимательно всматриваясь в безмятежное лицо ударника. – Кажется, гангренозный процесс завершен и все, что так долго болело и отмирало, наконец, отвалилось. Когда он подошел ко мне сзади и как ни в чем не бывало обнял и притянул к себе, в первую секунду я испугался, что боль, которая начала уже было отпускать меня, нагрянет снова. Но ничего не произошло. Понимаешь? НИ-ЧЕ-ГО. Меня обнял мой друг Брайан Мэй, и я обнял его в ответ. Как друг. Как обнял бы Джона или Тима, понимаешь? Все, круг замкнулся, я свободен, - и он облегченно вздохнул и достал сигареты, глаза его светились счастьем. - Что, у Брая, значит, больше никаких шансов? Роджер закурил и рассмеялся так радостно и беззаботно, что Фредди ощутил укол зависти в груди: ему самому за все эти годы легче так и не стало. - Джим! – крикнул Меркьюри, выходя в коридор и постукивая кулаком по стенам. – Где ты, малыш?