Сквозь лед к огню

Близилась весна. Период цветения сакуры и наша вторая с Шото годовщина свадьбы. Это событие нами отмечалось и в прошлом году. Сходили в ресторан, попили вина, а потом отправились смотреть на закат и звезды. Простенько, романтично и со вкусом. И, конечно же, как и любая молодая пара и пара вообще, закончили все постельными утехами. Смуще-ение… Но это, пока что, лирическое отступление. После рабочего дня в полиции я была без сил. Благо, еда у нас была – я заблаговременно готовлю на 2-3 дня вперед из-за своей занятости. В доме убрано, все постирано и поглажено. Можно и отдохнуть. Наши котики вьются вокруг меня. Мейн-кун Марс красного мраморного окраса с белым пузом и манишкой улегся у меня на животе, неистово урча после порции вкусного обеда. Тяжелый наш обояшка. Подобранная с улицы трехцветная пушистая кошечка Венера лежала неподалеку, наблюдая за чем-то в воздухе. Видимо, за пылинками. Глаза мои тяжелели с каждой секундой, а потом я и вовсе задремала, запустив руку в массивную и мягкую рыжую шерсть. Разбудил меня, однако, не звук дверного звонка, а неистовое мяуканье двух кошачьих у входной двери. Понятно… «Хозяин вернулся, скорее впусти, мы скучали!» Немного сонная, подхожу к двери и почти на автомате открываю её. Шото мог бы открыть дверь и сам, вторым ключом, но, думаю, мы оба испытываем некую необходимость в приветствии. - С возвращением, - протянула я с улыбкой, отходя в глубь прихожей, чтобы муж мог спокойно раздеться. На улице была легкая слякоть. На пальто видны следы сырости, а обувь слегка грязная. - Я скучал, - честно произнес Шото, обнимая меня и прижимая к себе. Начинает целовать мне лоб и поглаживать по плечу. Я обнимаю его в ответ, подставляя лицо, поглаживая по спине. - Кушать будешь? Я сейчас подогрею суп и карри, - старательно возвращаясь в привычное состояние, спросила я, посмотрев в глаза мужу. - Конечно. Кстати, после еды давай с тобой поговорим, - более серьезно, но все же мягко ответил Шото с легкой улыбкой. Божечки, какой хороший муж мне достался! Наши четвероногие друзья уже вовсю терлись о ноги главы дома и неимоверно правдоподобно имитировали голодные моськи. - Да-да, пушистые шары, я по вам тоже скучал, - произнес Шото, и мы начали обычный семейный вечер. Сейчас мы живем в квартире. Старатель так и живет в своем доме, папа окончательно переехал в оперативную квартиру и больницу. Наш с папой дом – спокойное и тихое местечко, где живет мама Шото. Мы с младшим Тодороки просто уже не могли допустить, чтобы после лечения, они с мужем вновь воссоединились. Так что, сейчас моя славная теща спокойненько живет в доме, выращивает цветы и ходит на прогулки в парк. Дома же о ней бессменно заботится мой первый кот – Домино. Истинный оплот доброты и привязанности, самое то для приобщения к людям вновь. - Так что же ты хотел обсудить, мой несравненный? – с легкой игривостью в голосе спросила я, сев за стол. Шото домывал посуду. - М? Сейчас… - произнес он, закончив, и двинулся в коридор. А потом принес… Билеты? Я лишь вопросительно посмотрела на юношу. - Это путевки на проживание в онсэне на полуострове Ното. Мы с тобой оба много работаем, а ты еще и весь дом держишь на себе, хоть я и стараюсь помогать. Да и… После всего, что было в этом году, тебе особенно нужно отдохнуть. Ну вот, опять. Мы снова задели эту тему. Снова! Видимо, лицо я состроила не самое лучшее, раз Шото почти сразу взял меня за руки, успокаивающе поглаживая. Это все еще больно. Тело уже 3 месяца, как пришло в норму, но разум… Трудно быть позитивным, когда теряешь уже 3-го ребенка. Правильно говорил «отец», детей с моей причудой получить трудно. Даже я родилась по счету 8-й и единственной выжила. Вечер я, все же, испортила… Ибо даже мой муж ходил понурым. Перед сном я привычно прижалась к мужу, переплетая наши ноги. Шото же обнял меня, поглаживая по спине. Довольно долгое время мне пока трудно уснуть. Долгие дежурства, трудные случаи, не самые лучшие отношения с коллегами… Благо мои друзья все равно рядом. - Можем отложить, если ты не хочешь, - как бы невзначай произнес сын Старателя мне на ухо. - Нет, давай поедем. Будет совсем неплохо побыть наедине. Да и горячие источники очень хорошо влияют на кожу. - О да, тебе это будет полезно. - Что-о? – с вызовом спросила я, - муж мой, это где это моя кожа недостаточно хороша? - Сейчас и проверим, - получила я ответ, а вслед за этим и целое море поцелуев: в губы, в шею, плечи, ключицу и так далее… Хихикая от смущения, руки вновь начинает покалывать, но корочки почти нет – я уже привыкаю к такому. Но мы… Как бы… Не доходим до конца и ограничиваемся простыми ласками. И заснули. Завтра днем мы уже отправляемся в поездку. А надо еще поработать и собрать вещи. 4 часа на поезде, а потом по сельской дороге еще пару часов трястись. Правда тут мы с Шото в мнениях разделились. Я предложила поехать на моей форме кентавра, мой муж же настаивал на обычной машине, ибо мне нужно больше отдыхать… Ладно, его взяла… Взяли на прокат рядом со станцией маленькую машинку, закинули наши дорожные сумки и поехали трястись по бездорожью. Но это было весело, местами трудно и даже мозговскипательно, когда выданная нам карта была не совсем актуальна. - Все же, на моей спине было бы быстрее, - произнесла я, закинув сумку на плечо. - Ты бы не меньше устала. А так – прибережем силы для основного, - как-то даже излишне многозначительно произнес Шото, со своим привычным серьезным лицом. - Для чего это? – как-то смущенно—встревоженно спросила я, но муж уже ушел в сторону домика администрации. - О, здравствуйте, - поклонилась нам пожилая старушка. Такая типичная традиционно японская старушка в юкате, с пучком на голове и заколочкой с лепестками. Божий одуван. - Добрый вечер, - поклонились мы. - У нас забронирован домик. На фамилию Тодороки, - деловито начал муж эпопею по заполнению кучи бумаг. - О-о-о, Шото! Какая прелесть! – не удержалась я, когда нам показали наш маленький домик. Это был и правда крохотный деревянный домик со своим небольшим бассейном. И нас уже ждал накрытый стол. Сашими, суши, соленья, различные блюда… Рай… И много свежих фруктов… М-м—м…. Муж мой отобрал сумки, вытащил из шкафа татами, разложив потом постель на полу, и свежие халаты. Ого… Но да, это же онсен. Тут такое нужно. - Пойдешь в душ первая? – буднично спросил сын Старателя, разбирая свои вещи. Мои он не трогает. Никогда. Это что-то вроде уважения. Как и я не трогаю его, если меня не попросили постирать или еще что. Да, Шото сам грузит вещи в корзину для белья и на глажку, когда может. Иначе – я всегда спрашиваю о том, что и с чем сделать. - А… Ладно, как пожелаешь, - поклонилась я, взяв пару вещей из сумки. Нужно просто сполоснуться, а потом уже нырять в горячую воду. Когда же я выползла из ванной, Шото куда-то скрылся, а я, завернутая в полотенце, пошла к самому источнику. И место нам досталось прекрасное! Красивый вид на горизонт и море. Деревья, танцующие от ветра, листва в воздухе и звезды. Полотенце я сняла (не с ним же мне купаться), и опустилась в воду. - Хо-о, - выдохнула я, отмокая. А точнее – развариваясь. Сразу так легко стало. Будто годовой стресс исчез по мановению руки. Смотрела я на звезды и думала обо всем и сразу. Странное, невесомое состояние, когда голова такая пустая, а думать и вовсе не хочется. - Не скучно тут одной, мэм? – раздался голос позади меня, и рядом появился деревянный поднос с маленькими плошками сакэ и графином. - М-м, вовсе нет, сэр. Я все жду, когда же мой замечательный муж ко мне придет. Я очень по нему скучаю, - взяла я одну плошку и начала тихонько из неё пить, - спасибо. - Не за что, - произнес Шото, садясь у кромки воды. Сидел он, прошу заметить, в полотенце. Я в легкой игривой манере подсела поближе и облокотилась на ногу возлюбленного. На это меня начали поглаживать по голове и задней стороны шеи, что было очень приятно. У меня это довольно чувствительное место. Потом же Шото соскользнул в воду, отставив полотенце на бортике. Мужская рука опустилась ко мне на плечо, далее проскользнула к ребрам, а потом и к груди. Очень осторожно, даже слегка вопросительно. На это я лишь посильнее прижалась к юноше, поглаживая того по бедру, слегка проскальзывая ближе к интимному месту. Кажется, игривость у нас в крови. Особенно по ночам. Реакция на ласки постепенно проявлялась, но я решила малость растянуть удовольствие. Направляю Шото за подбородок ко мне, ожидая поцелуя. Муж все прекрасно понимает, и начинает пылко целовать меня в губы, иногда отвлекаясь на шею, щеки и ушки. Потом мы разделяем долгий страстный поцелуй, сплетая наши языки вместе, дотрагиваясь друг до друга. - Хоими, - прошептал муж мне в самые губы, едва отрываясь от столь приятного занятия. Ох, милый, еще немножко, ладно… Рукой в воде нащупываю уже напряженную плоть. Чуть сжимаю ладонь, на что получаю своего рода «одобрительный» сосредоточенный выдох мужа. Двигаюсь вдоль напряженного органа, поглаживая, сжимая, сама же слегка прикусываю Шото за мочку уха. Вот уши – уже слабое место моего несравненного. И то – во время возбуждения. Обычно ожидать какой-то реакции от сына Старателя очень трудно. Если он не поймет или не захочет, пиши пропало. Но нет. Я не хочу заниматься этим в воде. - Как фруктов хочется, - произнесла я, выйдя из воды. И максимально спокойнее. Ха-ха, Шото такое лицо состроил! Уа-а, теперь я понимаю, почему иногда Киришима-кун подначивал Бакугоу. Это бесценно. А я, запахнувшись в халат по самые ушки, присела за стол и начала хомячить. Вообще-то мне и правда хотелось есть. Но дело тут было в другом. Сейчас младший Тодороки сдерживается. Полноценным сексом мы не занимались уже 2 месяца. Только петтинг и тому подобное. А я, вообще-то, хочу полноценных ласк. И я не хочу зацикливаться на том, что у нас пока нет детей. Мы молоды, мы все еще можем пробовать. И я хочу эту чертову попытку «прям счаз»! Я понимаю, что опять расклеюсь, если что-то не получится, но я не могу ставить на этом крест. Ладно, очередной обольстительный маневр предваряется в жизнь. Знаете такой сейчас новомодный свитер с открытой спиной до самой поясницы и чуть ниже? Мне такой пару недель назад впихнули на фотосессии… Не будем об этом… И вот… Я одела этот свитер. Со стороны источников и не догадаешься, в чем подвох. Да и Шото меня не видел в таком наряде. Ах, видимо, сакэ в голову ударило. Обычно я ведь так себя не веду. Но… К черту. Я на отдыхе с законным мужем и будущим отцом моих детей. Чего я мучаюсь? Чуть позже с улицы послышались всплески. Не выдержал? А я преспокойно ем фрукты, облокотившись на стол. - С возвращением, - произнесла я с улыбкой мужу, который зашел в дом, уже заправляя пояс. - Ты меня, в итоге, бросила, дорогая, - с легким укором произнес юноша, так же начиная поедать приготовленные вкусности. - О, милый, не расстраивайся. Просто в воде было не так уж и приятно. Никто же никуда не убегает, - ответила я, смахнув воду с пары прядок мужа. - Ну-ну, - сурово ответили мне. А я пошла в сторону футона. Оглядываться было не нужно. Такой удивленный вздох был красноречивее сотни слов. А я что? Ложусь на живот поверх одеяла, скрестив ноги. Я тут вообще просто лежу. Вся такая возбужденная и готовая, ага. - М-м… Хоими? – позвал меня муж, подойдя ближе. Вернее, подполз на четвереньках, чтобы мы были приблизительно на одном уровне. На это я повернулась боком, подставив под голову руку, как опору. - Я так понимаю, что ты… Хочешь попробовать снова? – спросил меня вновь юноша, ложась рядом. Я промолчала, задумавшись на пару мгновений. - Да, я бы хотела. - Тебе… Не будет потом вновь больно? - Милый, детей теряли мы оба, - как-то излишне встревоженно и как-то напряженно произнесла я. Ох, еще поссориться в такой момент не хватало. - Я понимаю, но… Вред был нанесен твоему организму. На это я лишь вздохнула и ближе прилегла к юноше. - Я не хочу отказываться от всего этого. Да, будет трудно, но мы все-равно когда-нибудь сможем! Просто нужно пытаться и не останавливаться. Мы еще молоды, у меня всякая там регенерация. Все заживет, все залечится. Главное, не падать духом. Шото на это лишь улыбнулся и боднул меня лбом. - Вот что я люблю в тебе, так это бойкий характер. Ты у меня очень сильная, волчонок. Я же ответила поцелуем, потянув мужа к себе. Тот легко поддался, навалившись на меня. Руками юноша блуждал по моему телу, иногда сжимая и поглаживая грудь, проходясь по талии, ребрам и бедрам. Приподнял край свитера, с намеком, чтобы я скорее его сняла, наверное. Но – нет, руки мои он остановил, когда я пыталась снять предмет одежды. Ладно, тогда халат долой! Что и говорить, тело у Шото безумно привлекательное. Стройный, сильный, с несколькими шрамами, готовый и выносливый. Часто наши игрища не ограничиваются 2-3 разами. Мда… Вот такой вот бонус от тренировок, аха… И тут мои ноги начали поднимать. Сразу же напрягаюсь… На это сын Старателя начинает целовать эти самые мои ноги , а одной рукой гладит по внутренние стороны бедра, прибилижаясь к самому сокровенному месту. А потом и вовсе ввел пару пальцев. - Мха… - выдохнула я, вцепившись руками в футон. За 2 года с небольшим (не считая того спонтанного инцидента в академии) мы прекрасно изучили тела друг друга. Вот что-что, а тут у нас все нормально. Но мы очень… Как бы выразиться… Очень не охотны на эксперименты. По крайней мере, ничего радикального мы не пробовали. Но то ли еще будет! Длинные и умелые пальцы мужа дразнили меня изнутри, пока я чуть ли не выкрикнула его имя. Чуть позже, я уже чувствовала, как влажная головка упирается в только что потревоженное место, но проникает внутрь. Шото делает пару поступательных движений, скользя членом по моему лобку. - Готова? – спрашивает юноша шепотом, голос у него весьма напряженный. - Аха… - кивнула я, чуть раздвинув ноги, одна рука все равно держала мою ногу на плече младшего Тодороки. Шото вошел в меня непривычно резко и пылко, совершая какие-то невероятные движения. Вот что значит – пара месяцев воздержания от полноценного секса в самый разгар молодости. Голос свой я сдерживать даже не собиралась, вздрагивая всем телом в такт движениям мужа. Тот продолжал целовать и трогать меня, где только мог, заставляя потерять голову во всех смыслах. - Хоими… - прошептал муж, опустив голову. Такое сосредоточенное лицо… Но я понимаю, о чем он говорит, хоть и сделать ничего, вроде бы не могу, лишь сильнее стискиваю одеяло. Движения стали резче, глубже и сильнее, отдаваясь по всему моему телу. А потом и вовсе стали рывками, сопровождающимися вздохами Шото. А вот и финал. Сделав еще несколько резких движения, я почувствовала, как внутри становится тепло и тягуче. Возбужденный орган подрагивал, выплескивая в моё нутро все новые порции семени, доставляя удовольствие и мне, и Шото. Это продолжалось недолго, сын Старателя вышел из меня и почти рухнул рядом. Вместе мы тяжело дышали, сплетая руки и ноги. - Это было… замечательно… - не выдержала я искреннего порыва. - То ли еще будет, - ответил мне муж, чмокнув в губы, - а теперь давай поспим, суккуб мой. Ты весь день меня испытывала. - Конечно. А завтра с утра повторим, хорошо? - Как пожелаешь, - с улыбкой ответили мне, - люблю тебя. - И я тебя люблю, несравненный мой, - произнесла я, уже почти заснувшему юноше. Укрываю нас одеялом. Одеться можно и утром. Все равно: никто не зайдет. Тело отдавало нотками наслаждения и тепла, позволяя быстрее уснуть. А что из всего этого вышло, я расскажу как-нибудь потом. Муж зовет. Кто-то там начал похныкивать от тоски.