Трахни меня, моя уродливая прелесть!

      На городские улицы давно опустилась ночь, объяв их непроглядной тьмой. Только фонарные столбы с светлячками-лампочками старательно её отпугивали. Редкие прохожие провожали глазами практически бесшумно скользящий по асфальту чёрный «Мерен».       В салоне статный мужчина сосредоточенно и в то же время отрешённо следил за дорогой. Он знал, что это его последний выезд на «работу». Мысли в его голове подобны грозовой туче: одна мрачнее другой. Взгляд бледно-голубых глаз машинально упал на пассажирское сиденье — там в беспорядке лежали планы здания банка страховой компании М. Сегодня будет кульминация, грандиозная кульминация спектакля мести, который он, Мик, мастерски разыграл под носом у своих врагов. Эти подлые крысы в конце концов обратили на сей досадный факт внимание и теперь готовы ответить с полна. Как и он. Всё закончится сегодня, ведь теперь у него нет ни сил, ни желания, ни возможности продолжать.       «Жизнь наладится и более никто не помешает нашему с Алексом тихому счастью», — думал он, выезжая уже к служебному входу в банк.       Здесь было на удивление тихо. Впрочем, того и следовало ожидать, потому что его ждали и ждали давно. Мик натянул на голову чёрную маску, достал из-под планов почти новый Glock 18, зарядил магазин и вышел из машины. Звуки собственных шагов эхом отдавались в ушах, биение сердца стало отчетливо громким. Нет, он не боится. Это тишина превращает обычно неслышимые звуки в неестественно громкие.       Мик приоткрыл дверь, просунул ствол в появившуюся щель — пусто. Узкий тёмный коридор, освещаемый двумя-тремя люминесцентными лампами. Ни единого признака жизни. Он изучил план здания. Ещё два поворота, лестница и вход в хранилище. «Так просто меня не подпустят, наверняка засада». Но Мик идёт дальше, неслышно ступая и держа Glock наготове. Преодолел один поворот, второй — застыл на лестнице: шеренга полицейских в полном боевом облачении преградила путь. Впереди стоит мужчина в бежевом пальто. «Ищейка» — промелькнуло в голове Мика. Он быстро вскинул ствол, полицейские тоже среагировали. Но мужчина в пальто поднимает руку и его отряд опускает оружие. Следователь делает шаг вперёд.       — Не стоит нам проливать кровь, — говорит размеренно и в меру тихо, — Вам всё равно некуда бежать. Лучше поговорим. Времени у нас предостаточно.       Мик опускает пистолет и смотрит прямо в глаза следователя.       — Не порядок, гражданин, — качает тот головой, — Как так вышло, что вы ограбили 40 филиалов центрального банка и остались, до сего момента, не пойманными? — Мик молчит. — Знаете поговорку: за всё нужно платить. Если вы сдадитесь добровольно, сможете сократить срок отбывания наказания, хоть и не на много. Бросьте оружие.       «Сопротивляться бессмысленно… Чёрт вообще меня дёрнул приехать сюда? На что я надеялся?»       «Придурок! Только попробуй не вернись, я сам там всё разнесу!» — перед мысленным взором всплыла такая милая в гневе мордашка Алекса. Мик улыбается и медленно кладёт пистолет на пол.       — Хорошо. Теперь лицом к стене, руки за спину — Мик повинуется.       «Мы могли бы тихо сбежать в другой город и нас никто бы не нашёл. Но что будет с нами теперь?»       Руки заковывают в наручники и ведут к машине. Мик отключился от мира: он не слышит вопросы следователя, без конца сыплющиеся на него, идёт на «автопилоте» и думает только о судьбе двух близких для него людей.       В участке, на бесконечно для Мика длящимся допросе, следователь пытался выведать сведения об Алексе, но Мик отрицал всё, говоря, что действовал в одиночку. В итоге Саймон Фемидас,(так звали следователя) допрос прекратил, оставив Мика в мрачной тюремной камере.       

***

      На другой день Саймон, разыскав Александро Демонио, вызвал его в Управление. Однако, в назначенный час он не явился. Вместо этого в кабинете Саймона раздался телефонный звонок.       — Следователь Управления розыскными делами Саймон Фемидас. Слушаю.       «Александро Демонио. Вчера я получил бумагу от вашего Управления с просьбой явится к следователю для дачи показаний. Однако, нынешнее физическое состояние мне этого сделать не позволяет.»       — Хорошо что вы позвонили. В таком случае я сам прибуду к вам в любое удобное для вас время.       «Позвольте узнать по какому делу, собственно, нужны мои показания?»       — По делу о серии банковских краж. Так когда я могу приехать?       «Сегодня в пять», — отрывисто произнесла трубка и Саймон услышал длинные гудки. — Хм… Не чисто. Явно нечисто — пробурчал он себе под нос.       Через два часа Саймон прибыл по адресу. «Элитный район. На грабежах что ли разжились?» Найдя нужный подъезд, набрал на домофоне номер квартиры — раздался противный писк, после весёлый голос:       «Кто там?»       Саймон подумал было, что ошибся квартирой, но чётко, несколько раз повторив про себя её номер и номер подъезда, убедился в обратном.       — Саймон Фемидас, следователь Управления розыскными делами. Я договорился о встрече с Александро Демонио. Он дома?       «Да, да. Проходите.»       Дверь открылась. Саймон быстро поднялся по лестнице и встал напротив ближайшей к ней двери. В ответ на звонок, за ней послышались скорые шаги.       — Проходите, проходите же, — его встретил омега самого наивного вида. — Алекс в гостиной. Сюда, раздевайтесь.       Пройдя довольно просторную прихожую, они попали в гостиную.       — А-а-алекс! Мистер Фемидас пришёл. Ну, покажись!       Саймон сперва не понял, к кому обращается юноша, пока взгляд его не упал на диван. Из-за спинки его торчало серое нечто. При более тщательном рассмотрении Саймон понял, что на диване сидит человек, закутанный в серый плед. Он обошёл диван, встав напротив.       — Александро Демонио? — человек в пледе кивнул, не показавшись из него ни на миллиметр. — Добрый день. Я хотел бы задать вам несколько вопросов относительно серии банковских краж за последние восемь месяцев. Могу я присесть? — снова кивок. — Как мне к вам обращаться?       — Алекс.       — Хорошо. Алекс, вы являйтесь сожителем Микаэля Вантариса?       — Да.       — В каких вы с ним находитесь отношениях?       Алекс дёрнулся, скинув плед на плечи. Взору Саймона предстал юный омега, внешности, некогда бывшей привлекательной. Однако, по неясным Саймону обстоятельствам, сейчас лицо Алекса напоминало мумию, но живую и от того ещё более жуткую.       Саймон прокашлялся, все еще ожидая ответа. Омега неприязненно поморщился:       — Какое вам дело до наших с ним отношений?       — Это напрямую влияет на дальнейшее расследование. К тому же, должен вас предупредить, за отказ или дачу ложных показаний предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком от двух до пяти лет.       Сдерживаемый гнев так и читался на лице Алекса.       — Я состою с Микаэлем Вантарисом в близких сексуальных отношениях. Вы это хотели услышать?       — Алекс, тише! Тебе нельзя волноваться, — омега, впустивший Саймона в квартиру, положил руки Алексу на плечи.       — Простите мне мою бестактность, но я должен задать вам эти вопросы. Если состояние здоровья вам не позволяет отвечать на них в данный момент, я могу прийти позже.       — Нет, нет, господин следователь, всё хорошо. Алекс просто слишком вспыльчив.       — Кхм… Тогда продолжим, с вашего позволения. Скажите, где вы находились 21 июня текущего года с 19:19 до 21:00?       — Здесь.       — Кто сможет это подтвердить?       — Никто. Я был один.       — М…угу. А вчера с 22:00 до 23:00?       — Дома.       — Кто может это подтвердить?       — Я, — непринуждённо улыбнулся омега за спиной Алекса.       — Хорошо. Кем вы приходитесь Алексу?       — Никем, — хихикнул омега. — Я брат Микаэля Вантариса, Тулио.       Саймон, будто не веря словам юноши, вперил в него недоумевающий взгляд.       — Ваши документы, пожалуйста, — на автомате выдал Саймон.       — Пожалуйста, — Тулио протянул следователю паспорт в розовой обложке. Пролистав его и уверившись в правдивости слов омеги, Саймон вернул ему паспорт.       — В таком случае, у меня и к вам есть несколько вопросов.       — Пожалуйста, задавайте, — с лёгкостью в голосе ответил Тулио.       — Если вы не против, я вручу вам повестку в управление. Завтра на два часа дня. Вас устроит?       — Вполне, — Тулио принял из рук Саймона бумагу.       — Кхм. Простите, вернёмся теперь к вам, — обратился Саймон к Алексу. — Скажите, где был в указанные дни ваш сожитель?       — Не знаю, он не отчитывается передо мной о своих похождениях.       — Что ж, боюсь мне придётся взять с вас подписку о невыезде до момента подтверждения или опровержения вашего алиби.       Алекс криво усмехнулся:       — Тулио, помоги мне встать.       Тот быстро подскочил и взял Алекса под руку. Плед упал на пол и Саймон увидел настолько огромный живот, что он был в два раза шире самого Алекса. « — Как я мог мог не заметить подобное?» — подумал следователь, тут же вскакивая с места.       — Да, конечно же. Кхм… Это чистая формальность, для отчёта. Я понимаю ваше положение… Что ж, я, пожалуй, пойду, — Саймон направился было к двери, но вспомнил вдруг важную деталь и остановился. — На каком вы месяце беременности?       — На седьмом.       — И последний вопрос: где вы состоите на учёте?       — В Первой городской больнице, — сухо ответил Алекс.       — Хорошо… До свидания. Извините за беспокойство, — Саймон вышел на лестничную площадку и Тулио закрыл за ним дверь.       « — Семь месяцев. Кражи начались в июне… Надо заглянуть в его медицинскую карту. Если всё так, как я предполагаю, то ему только несколько лет светит.»       Уже сидя в машине, Саймон достал телефон — проинформировать непосредственное начальство о продвижении расследования.