Каскад

Мать ее боялась. Ане чувствовала это, видела, как божий день. По мимолетной дрожи в голосе, по резко отдернутой руке, по коротким заминкам в разговоре. По щекочущему ощущению между лопаток, когда она играла или помогала матери по дому, который означал, что женщина на нее смотрит. Ане старалась не замечать этого, но три недели в госпитале были самыми лучшими днями в ее жизни - семья почти не навещала ее, всего лишь пару раз, младшие братишки плакали и казалось, впервые искренне переживали за нее, а мать даже погладила ее по голове. Но в остальное время она была предоставлена самой себе. Приветливая медсестра приносила ей обеды, и они разговаривали с ней обо всем на свете, пока Ане не уставала слишком сильно, тогда Мия говорила: "Ну все, хватит, доктор мне головенку открутит за то, что я тут тебя заболтала!" - и поправив одеяло, оставляла Ане одну... Ане юркнула в небольшую расщелину между скалами и оглянулась. Похоже, Миела, с которой они играли, действительно испугалась и отправилась в Сад Мальков. Ну и ладно, как бы Ане не успела полюбить подружку, но та наверняка принялась бы отговаривать девочку от необдуманных и порой чересчур опасных игр. После очередной такой игры все тело Ане было покрыто ссадинами и царапинами, а многие чешуйки были вырваны, и на их местах белела тонкая кожица – результат столкновения со стайкой старших из Рифа Острозубых. Воспитателям она сказала, что застряла между Дальних Камней, поспорив, что сможет протиснуться в щель между ними – не первое поколение мальков соревнуются в гибкости и изворотливости в тех местах. Узнай старшие, что она выплывала за пределы территории Сада, ее могли бы запереть в комнатах на неделю, а то и больше. Но сегодня у нее были совсем иные планы – Ане хотела выплыть на Границу. Старшие рассказывали, что когда она вырастет, то сможет доплыть до Границы, где начинается небо. Но должно было пройти немало циклов, прежде чем ей разрешат не то что отправиться к небу – выплывать из Сада Мальков! Сегодня же у нее выпадала удивительная возможность улизнуть – Старшие провожали в открытые воды Ссау, и в Саду был праздник. Во всеобщем мельтешении ее точно не заметят. Всего-то делов – юркнуть в тень от гигантских водорослей, протиснуться в незаметную дырку между ограждениями за корпусами сонных комнат, где обычно спали мальки, а сейчас там никого не было – и вот она уже на свободе! Торопливо оглянувшись, Ане заработала плавниками, протискиваясь в расщелину между скалами еще дальше. Узкий лаз скрывался в темноте, но кое-кто из выпускных мальков нашептал ей по-секрету, что он выводит в Белый лес, а там всего-то подняться над деревьями – и плыть вверх и вверх, пока не коснешься неба. - А как я пойму, что коснусь его? – спросила Ане тогда. - О, поверь, ты почувствуешь сразу. Живые на небе дышать не могут. На небесах выживают только духи и демоны. Но если задержать дыхание, то можно заглянуть за Границу и одним глазком увидеть мир мертвых. Ане так задумалась, что когда что-то дернуло ее сзади и вниз, она чуть было не вскрикнула, а сердце упало куда-то в хвостовой плавник. - Куда собралась, Чешуйка? - Глас Глубин! Кай-е, разве можно так пугать?! Темночешуйчатый малек с оранжевыми блестящими полосками весело рассмеялся. - Ну да, конечно, это была огромная акууууууула! - Да ну тебя! Что ты тут делаешь? Кай пожал плечами и ухмыльнулся. - А ты? - Я плыву смотреть на небо. Если ты со мной – пошли, если нет – проваливай, пока тебя не хватились. И только сболтни лишнего Старшим! - Больно надо мне возвращаться, каждый год одно и то же, скукота смертная. – Глаза его загорелись. – Нет уж, я с тобой. Ане кивнула и снова направилась вперед, предоставив Каю следовать за ней, на лице ее блуждала улыбка. Как бы ей ни хотелось это признавать, но одно дело плыть одной в большой и неизведанный океан, а другое – плыть с другом, который одержим такой же жаждой приключений, и точно не сдаст ее Старшим (не то что Миела, которая наверняка настучит). Помня об осторожности, мальки молчали и двигались быстро и бесшумно, готовые, если что, развернуться и смываться так быстро, как только смогут – мало ли кто может встретиться на пути? Но дорога была тихой и безрыбной. И вот в конце туннеля забрезжил мутный свет – и мальки выплыли на открытое пространство. Ане тихо ахнула, пораженная зрелищем – во все стороны, куда не глянь, распростерся белоснежный лес кружевных кораллов, в ветвях которых сновали дикие рыбки, а по подлеску кое-где ползали моллюски. А над лесом, высоко-высоко наверху серебрилось, переливаясь голубыми волнами, бескрайнее небо. Нет, конечно, и в саду Мальков оно было, но здесь оно казалось таким близким… - Наперегонки? – Кай хитро сверкнул глазами и сорвался с места, оставляя за собой след из мелких пузырьков. - Ну держись! – Ане рванула следом. Казалось, небо было на расстоянии вытянутой руки, но им понадобилось не менее пары сотен волн, чтобы добраться до него. Дотянувшись же, мальки замерли и тревожно переглянулись. Вот она – граница, сияющая, тонкая, таинственная, страшная… - Помнишь, что говорили ребята? – Кай, волнуясь, глянул на подругу и сглотнул. - Задержи дыхание и осторожно плыви… - Ага… готова? - А ты? - Нет. - Я тоже нет. - На счет три, да? - Раз… два… три! Глубоко вдохнув и широко раскрыв глаза, Ане вынырнула, глаза резко защипало… но она не закрыла бы их ни за что на свете. Потому что она видела его… Мир мертвых был огромен и чужд, в прозрачной черноте над ними сияли мелкие точки – возможно, это и есть души умерших? А еще выше сиял огромный белый круг – Сам Небесный Хранитель! Ане восторженно открыла рот, собираясь вдохнуть – и ее жабры сразу же обожгло огнем. Девочка в ужасе нырнула обратно и вдохнула спасительную толщу воды. Похоже, небо действительно не предназначено для живых… Кай также нырнул обратно, и дети восторженно переглянулись. - Еще раз? И они окунули голову за границу снова и снова… Дети наслаждались бы еще дольше, но вдруг, когда они погрузили свои головы в очередной раз, кто-то резко дернул их за хвосты. Старшие! Ане резко вдохнула… И очудилась в коридоре госпиталя. На тело резко обрушилась боль треснувших костей, но теперь она чувствовалась уже не так сильно, как когда она только прибыла в госпиталь… Она чувствовала, как вокруг нее суетятся взрослые, и в царящем шуме и хаосе раздался единственный голос, полный ужаса и отвращения: - Как… Как ты можешь стоять? Твои ноги… они же... Сердце Ане пропустило удар. Мама.