6.
11 ноября 2016 г., 19:55
Ты хмуришься вечно, а я так беспечна, Не быть нам вдвоем. Мы разные песни поём — ты о вечном, А я о земном. «Когда ты грустишь» Flёur
— Я думаю, нам не стоило доверять ей этот разговор, — прошептал Оскар, внимательно наблюдая за блондинистой одноклассницей. — А я думаю, нам вообще не стоило лезть во все это, — заворчал Марко, в свою очередь, стараясь даже голову в сторону Стар не поворачивать. — Возьмите себя в руки оба! — Джеки ударила по парте, заставив обоих парней тут же сесть на стулья и покладисто сложить руки на парте. Девушка довольно хмыкнула и скрестила руки на груди. Обычно она предпочитала не повышать голос, но после вчерашнего происшествия Лин Томас была на нервах. — Поздно уже жалеть. Все будет так, как будет. Грэйсон и Диаз обменялись взволнованными взглядами (хотя об Оскоре было трудно судить из-за длинной челки, скрывающей глаза). Джеки, наблюдавшая за этим, только покачала головой. Она тоже была напряжена, но желание разобраться во всем происходящем было сильнее любого волнения. Надо собраться. Если уж эти двое сами не могут держать себя в руках, то придется Джеки взвалить на себя роль лидера. — Надеюсь, о своих целях на сегодня вы не забыли? — уже мягче и спокойнее поинтересовалась девушка. — На мне ребята из творческого кружка и группа фанаток, — Грэйсон уверенно кивнул, как солдат, отчитывающийся о своем задание. — А мое дело… — Диаз осекся. «Его дело» ему совсем не нравилось. Так уж вышло, что у Марко не было своего круга общения, он до сих пор не смог заговорить с бывшими друзьями, что уж говорить о другой части класса. — Подслушивать, о чем болтают. — Отлично, — лицо Лин Томас утратило прежнюю ожесточенность благодаря слабой полуулыбке. — Давайте же постараемся.***
— Приветище! — этот радостный вопль мог принадлежать только одному человеку в этой проклятой школе. Том прикрыл глаза, поглубже вдохнул и медленно, очень медленно прикрыл дверцу своего шкафчика. И тут же ему открылось чуть ли не светящееся от счастья лицо девчонки. Раздражающе веселая. Абсурдно радостная. Типичная Баттерфляй. Парень посмотрел сквозь нее и прошел мимо. Но не успел уйти далеко. Пару шагов, и тут же мягкие ладошки опустились ему на плечи, а теплое дыхание коснулось шеи. Стар повисла на нем. — Эй, я с тобой вообще-то здороваюсь! — надула щеки девушка, а в голосе не намека на обиду. — Ох, я думал, ты говорила с кем-то за моей спиной, — соврал Томас и сделал акцент на следующей фразе. — Нам-то с тобой не о чем говорить. В сердце Би-Флай вонзилась иголка обиды. Но внешне это никак не отразилось. Она все так же приветливо улыбалась, разве что отпустила одноклассника. — Но если уж это было адресовано мне… — Том демонстративно стряхнул невидимую пыль с мест прикосновения девушки. — Тогда привет. И пока. Парень уж разворачивался, как Би-Флай ловко обскакала его, преградив путь дальше. Стало понятно: просто так ему не уйти. Том набрал побольше воздуха в легкие и медленно выдохнул, сохраняя контроль над собственными эмоциями. Он не будет психовать из-за нее. Из-за чего угодно, но только не из-за нее. — Я вообще-то переживаю за тебя, — выдала девчонка с крайне серьезным выражением лица. Смешно. Аж до боли. — И? — холодный и непробиваемый, как айсберг. Теперь Баттерфляй главное не оказаться кораблем. Титаник уже в курсе, что такие встречи до добра не доводят. — Не хочешь поговорить об этом? — Стар шагнула навстречу к однокласснику и протянула руку. Она хотела опустить ее к нему на грудь, в районе сердце, только парень отшатнулся назад, как испуганный зверь. Испуганный. Би-Флай была готова поклясться, что в его темных глазах скользнула тень страха. — Вы же дружили с Бриттани. Я представляю, как тебе тяжело и… — Мы не дружили, — жестко оборвал ее Томас. Каждое слово тяжелым камнем обрушивалось на девушку. — Ты не представляешь. Мне не тяжело. Довольна? Лицо парня не выражало и намека хоть на какую-то эмоцию. Даже свою раздраженность он умело скрыл за маской безразличия. Это пошатнуло уверенность Стар в том, что она сможет выпытать у него хоть что-то о Вонг. Раньше она была уверена, что между ними сохранилась некая связь не смотря на все эти года разлуки. Но… Черт, он правда ее тогда испугался? Что с ними всеми происходит? — Не дружили? — Баттерфляй замялась. Такой вариант она не предугадала. — У Бриттани не было друзей. Эта фраза зацепила Стар. Кто-кто, а Би-Флай прекрасно знала о скверности характера Вонг, но это не означает, что у нее вовсе не было друзей. Даже стервы нуждаются в поддержки и понимание. Даже ты, Том, нуждаешься. — Не правда! — девушка шагнула вперед, «нападая» на одноклассника. — У нее были друзья. Если ты не смог им быть, это не значит, что никто не смог. — Тогда скажи мне, кто смог? — Том больше не отходил назад, достойно встречая напор со стороны Стар. Его начала веселить эта уверенность в словах девушки. Неужели, ей не хватило их первой встречи? Что же, он всегда готов доломать ее сказочный городок. — Джеки! И Оскар. И. И. — Би-Флай поняла, что не помнит имена тех девушек в окружение, которых обычно ходила Бриттани. — Ну. Те чирлидерши. Пауза. Весь ее энтузиазм сошел на «нет», когда она заметила, как помрачнел Томас. Стар укусила себя с внутренней стороны за щеку. Плохое предчувствие одолевало растерявшуюся девушку с каждой секундой. Так ощущает себя человек, когда все, во что он свято верил, ставит под сомнения. Ребенок, который увидел, как отец переодевается в Санта Клауса. Верующий, не дождавшийся чудо от своего бога. Девушка, уличившая в измене парня, который пару часов назад клялся в «вместе и навсегда». Приглушенное хмыканье. Или что это? Смех? Правда, смех. Он смеется. — Какая же ты наивная, Би-Флай, — Том пытался спрятать усмешку за рукой, но даже его глаза глядели на девушку «посмеиваясь». — Не зови меня так. Внутри Стар все сжалось. Она и сама хотела сжаться, в крохотный такой комочек, лишь бы спрятаться. — Ой, прости, — парень наигранно ахнул. — Неужели, это была ваша дружеская кличка?! — гаденькая усмешка и опять смешок. — Би-Флай. Шлепок. Щеку Томаса обожгло, и он растеряно коснулся скулы. Больно? Нет. Скорее неожиданно. Стар стояла напротив него, шумно вдыхая и выдыхая. Боже, да она вся кипела от злости. Даже лицо покрылось красными пятнами от возмущения. Парень растер щеку, скорее демонстративно. Чтобы она смотрела, с каким пренебрежением он это делает. — А теперь беги и беспокойся о своем драгоценном Диазе, о`кей? — голос его все еще не выражал агрессии или хотя бы раздражения, но теперь Том казался пугающе серьезным. От него даже так веяло энергетикой чего-то недоброго, опасного. — Ох. Стоп. Вы же больше не друзья, да? Что ж тебе бедненькой так не везет. Не жизнь, а одно сплошное разочарование. Кажется, парень мог продолжать брызгать ядом бесконечно. Стар это быстро поняла и решила не тратить свое время. Пройдя мимо, она чуть не сбила одноклассника с ног. Том уступчиво отошел в сторону, но лицо его скривилось от усмешки. Ее поведение и злость была лишь забавой — не более. Как только девушка шмыгнула в класс, громко хлопнув дверью, лицо его изменилось. Вернулась прежняя маска безразличия. — Вы еще тут? — Том резко обернулся к собравшимся вокруг зевакам, и те поспешили убраться. Парень чуть пошатнулся и спиной уперся об стену. Рука опустилась на грудь, туда, куда ручка Стар так добраться и не смогла. Сердце стучало. Все еще стучало — этот факт вызывал некое разочарование в самом себе. Испугался ли тогда Том прикосновения от Баттерфляй? Еще как. Он боялся, что Стар вспомнит, что он тоже живой. Живой — чувствующий боль. Томас постарался улыбнуться, но вышло только жалкое подобие. Это был оскал. Кривой такой оскал подбитого зверя, готового принять свою жалкую смерть в заснеженной пустыне. Не смей обо мне беспокоиться, глупышка Би-Флай.
