The real/Настоящий

Огромный съемочный павильон был погружен в коричневую полумглу. Единственный яркий оазис света находился у дальней стены зала. Прикрепленные к потолочным подвесам и массивным напольным штангам софиты освещали нагромождение блочных металлических конструкций, смонтированных на фоне громадного зеленого экрана. Это была малая часть декораций, имитирующих антураж межпланетной космической станции. В целом, этот огромный конструктор состоял из множества деталей, которые можно было собирать в разнообразных вариантах, отчего у зрителя каждый раз создавалось ощущение, что он смотрит на нечто новенькое. Павильон едва слышно гудел от разговоров, участники съемочной группы сновали между массивными, установленными на подъемниках и рельсовых платформах камерами, перепрыгивали через змеящиеся по полу дорожки кабелей. Артур Пендрагон стоял на помеченной белым скотчем стартовой отметке и, прищурившись, прокручивал перед глазами пройденный уже не один десяток раз маршрут. Трюк был хоть и сложным, но выполнимым. От Артура требовалось преодолеть невысокую стенку и пробежаться по проложенному вдоль неё металлическому пандусу. Потом взлететь на ограждение и прыгнуть. Перемахнув условную «пропасть», уцепиться за скобы пожарной лестницы на «стене» соседнего отсека. А потом залезть по ней вверх. В таком антураже все это смотрелось достаточно примитивно. По-настоящему захватывающим трюк будет выглядеть после того, как над сырым материалом поколдуют мастера спецэффектов. Убогие металлические коробки начнут выглядеть, как крыши домов. Над ними раскинется гигантский темно-синий купол. Зазор между зданиями обретет километровую глубину. Артур никогда не смотрел окончательные варианты готовых серий, так как слишком хорошо знал, как все это выглядело в оригинале. - Тридцать секунд до начала съемки, - пробасил в рупор помощник режиссера, - всем занять свои места. Тишина на площадке. Пендрагон еще раз размял запястья и колени, несколько раз глубоко вздохнул, сосредотачиваясь. Где-то на заднем плане другой голос вел обратный отсчет. Артур наклонился как бегун перед стартом, подобрался, концентрируясь на выполнении трюка. Никаких мыслей… Никаких посторонних мыслей, черт возьми… - Камера. Мотор! Услышав щелчок хлопушки, Артур рванул с места. В два шага достигнув стенки, легко перемахнул через нее, попадая в поле зрения камер и, упруго приземлившись на громыхнувший под тяжелыми рельефными ботинками пандус, помчался по нему к точке прыжка. Закрепленная на горизонтальном лифте камера ехала сбоку и чуть впереди, снимая, как он бежит. Взяв нужный разгон, Артур добрался до отметки, подпрыгнул, оттолкнулся ногой от бокового трамплина, которым служил прикрепленный к стене у пола низкий электрощит, и взлетел на перила ограждения. Толчок! Артур взмыл вверх. Его окатило вспышкой боковых софитов. Он на секунду распластался в воздухе, раскрылся как парашютист в свободном падении, а потом резко сгруппировался. Блестящая в ярком свете лестница мелькнула перед глазами. Артур с размаху цепко ухватился за неё, готовясь впечатать ноги в нижнюю скобу. Но тело снова подвело. Носки ботинок проехались по ребристому металлу и схватили пустоту – в высокий подъем врезался выступающий из стены лепесток лестницы. Собственный вес рванул Артура вниз, ладони соскользнули. Он выругался от резкой боли и оттолкнулся ногами от стены, уже понимая, что в очередной раз промахнулся и завалил трюк. Грудь обожгло адреналином. Артур летел спиной вниз – падение длилось какую-то секунду, но казалось бесконечным. Сжав зубы, он заставил тело расслабиться. Рухнул на огромный страховочный матрас, утонул в нем. Тот затормозил падение, зашипел, выпуская воздух сквозь раскрывшиеся шлюзы. Вокруг уже суетились ассистенты. Мелькнул силуэт штатного медика с чемоданчиком в руках. - Я в норме. Отстаньте все, - Артур раздраженно оттолкнул тянущиеся к нему руки и тяжело поднялся, выпутываясь из мешающейся под ногами, почти сдувшейся подушки. - Камеры на исходную позицию, - ровно распорядился режиссер. Высокий бородатый мужчина, скрестив руки на груди, наблюдал, как мрачный, злой, словно дьявол, Артур спускается с площадки, морщась от боли в отбитых лодыжках. - Бежал хорошо, - прокомментировал режиссер, - но прыжок… Он покачал головой: - Достаточно, Артур. - Что значит, достаточно?! – резко обернулся к нему Пендрагон. - Ты не тянешь этот трюк. - Что?! – ощетинился тот. - Я полностью его отработал! И несколько раз выполнил на тренировке! Не говори мне, что я не тяну его, Лесли! - Но сейчас ты явно не в форме, – твердо возразил режиссер. - А у нас график, из которого мы уже прилично выбились из-за этой задержки. Я намерен тебя заменить. Крупные планы мы отсняли, сам прыжок выполнит дублер. - Черта с два! – разъярился в ответ Артур. - Я сам выполняю все трюки в этом проекте! И ты никем меня не заменишь! Так что заканчивай с этим и давай работать! - Что с Артуром? – обеспокоенно спросила София. Она и Вивиан стояли за рядами темных людских силуэтов и камер и наблюдали за разворачивающейся на площадке жаркой полемикой. - Он заваливает дубль за дублем. Предыдущие сцены едва досняли, а эта вообще какой-то кошмар. - Кризис среднего возраста, - доставая из сумочки дамские сигареты, равнодушно отозвалась Вив. - Что?.. – изумилась София. - Ну, знаешь… - Вивиан прикурила сигарету, и, сощурив глаза, уставилась на гневно жестикулирующего, раскрасневшегося от злости Артура. - Тотальная неудовлетворённость собой, протест против устоявшейся жизни, бессилие, фрустрация… Это только первые ласточки, ему же почти тридцать. Скоро все и начнется. Она повернулась к растерявшейся Софии и легко похлопала её по плечу: - Готовься, Соф. Скоро тебе придется иметь дело с бунтующим великовозрастным подростком, который будет уверять тебя, что время уходит зря, и надо срочно все менять. - О, Господи… - испуганно пролепетала девушка, прижав ладонь к груди. Вивиан саркастично фыркнула, с насмешкой глядя на неё. - Расслабься, Софи. Я пошутила, – снисходительно произнесла она. Потом повернулась и вновь тяжело взглянула на увязшего в разгорающейся сваре Артура. – На самом деле, все из-за этого… Мерлина. - Это тот парень, с которым Артур переспал на вечеринке у Гавейна? – поразилась София. - Но, Виви!.. Ты же сама говорила, что он ничего собой не представляет! - Так оно и есть, - недоумевающе пожала плечами Вивиан, - я же видела его. Будь он каким-нибудь роковым красавчиком, было б хоть понятно. Но это… - она выдохнула сигаретный дым и покачала головой. - Тощее убожество, Господи. Не представляю, с чего так с ума сходить. - А это точно из-за него? – обеспокоенно глядя на Пендрагона, спросила София. - О, да, - раздосадовано ответила Вив. - Ты только представь. Артур обратился в ту компанию, где Лотсон нанимает обслугу для своих гулянок. Но там никто понятия не имеет, откуда взялся этот Мерлин. А тот его дружок, ну, которого он подменял, успел уволиться и укатить из города с какой-то девицей. Ищи ветра в поле… Артур после этого, как с цепи сорвался. Уже две недели бесится. - Так он что, влюбился?! – ахнула Софи. - Да черт его разберет, - поморщилась Вивиан. - Но если дальше так пойдет, я начну думать, что он не влюбился, а чокнулся. - Бедный Артур, – прошептала София, с состраданием глядя в сторону площадки. Вивиан изумленно воззрилась на неё, а потом зашлась низким, сардоническим хохотом: - О, боже… Знаешь, Софи, ты хорошая девочка. Но такая дура. Если б не это, я бы тебе даже посочувствовала. - Что? – ошеломленно распахнула глаза София. - Себя пожалей, вот что, – посерьезнев, припечатала Вив. Швырнула докуренную сигарету в стоящий неподалеку контейнер и, не обращая больше внимания на опешившую Софию, направилась к месту скандала. А тот набирал обороты. - Да плевал я на твои сроки, Лесс! И на твое мнение тоже! – на всю съемочную площадку орал Пендрагон, наседая на режиссера. - Я сказал, что могу это сделать, и я сделаю! - Хватит, Артур! Ты выдохся, и это видно! – гневно защищался режиссер. - Отправляйся-ка домой. Отдохни, подлечи нервы. С тобой же работать невозможно! - Вот только не надо мне это дерьмо в уши лить! – наступал Артур. - Со мной все в порядке! Единственный, кто мне мешает сейчас, это ты! Так что прекращай нести бред и давай работать! - Я продолжу работу! – рявкнул в ответ режиссер. - Но с меня хватит тебя и твоих попыток! Эту сцену мы доснимем с дублером, и закончим эпизод! У нас тут, в конце концов, съемки, а не цирковой балаган! - А по мне, как раз он и есть! – сверкая глазами, выплюнул Артур. - И раз уж я трачу свое время на эту бездарную хуйню, то хочу делать в кадре хоть что-то, за что мне не будет стыдно! Так что засунь себе своего каскадера в жопу, Лесли, и дай мне еще один дубль! - Все, с меня довольно… - отступая на шаг, произнес режиссёр. - Дальше объясняться будешь не со мной. Я звоню продюсеру. - Да хоть президенту, мне насрать! – отрубил Артур и, круто развернувшись, двинулся прочь, раздвигая плечами онемевших участников съемочной группы. Впрочем, те, очнувшись, и сами спешили убраться с его дороги. Артур вышел за пределы площадки и рухнул на скамейку, поводя вокруг взбешенным взглядом. Часто цокая каблучками, к нему приблизилась Вивиан. Остановилась рядом. - Тяжелый денек, Артур? – дипломатично поинтересовалась она, протягивая ему бутылку с водой. Артур выхватил её, свинтил крышку, и, вскинув подбородок, резко дергая кадыком, опустошил наполовину. Остальное выплеснул себе на голову. Зло отдуваясь, встряхнул волосами. - Ты все слышала, Вивиан, – с трудом выровняв дыхание, хрипло произнес он. Девушка слегка поморщилась: - Не понимаю, что ты так уперся? Позволил бы им доснять этот эпизод с дублером. Наклонившись чуть в сторону, Артур повернулся и взглянул на нее с удивленным, раздосадованным недоверием: - Знаешь, пожалуй, единственное, что меня устраивало во всем этом идиотизме – то, что трюки я выполняю сам. И они, кстати, тоже хвастаются этим на каждом углу. Сама знаешь, как подобные вещи влияют на имидж проекта. А если так, то объясни мне, что это за хрень здесь сейчас происходит?! Артур гневно ткнул пальцем в сторону площадки, посреди которой, держа мобильник возле уха, расхаживал режиссер. Отрывисто жестикулируя одной рукой, он что-то бурно втолковывал оппоненту на другом конце трубки. - Эта «хрень» называется «сроки», – вздохнула Вивиан. - Ты не первый день в этом бизнесе, чтобы не знать, насколько это важно. - То есть, не важнее, чем уважение к себе? – прищурился Артур. - Так, Вив? - Боже, да кто об этом узнает?! – всплеснула руками девушка. - Я буду знать, – убежденно отмел её довод Пендрагон. - И еще прорва народа будет знать. Этого достаточно. Вивиан прикрыла глаза ладонью и покачала головой. Потом вновь взглянула на разгоряченного разговором режиссера: - Так или иначе, прилюдно ругаться с Лессом – это последний способ что-то доказать. - А что я должен был сделать, по-твоему?! – возмутился Артур. - Промолчать?! Позволить ему выставить меня полным кретином?! Я могу выполнить этот чертов трюк! Он должен был дать мне время! - Слушай, ты унизил режиссера, – попыталась урезонить его Вивиан. - Прямо при всей съемочной группе. Какого результата ты ожидал? Теперь придется объясняться с продюсером. А это уже значительно серьезней. - Бред собачий, – презрительно бросил Пендрагон. - Кого обманет этот спектакль с показательной поркой? Студия зарабатывает на мне столько денег, что, даже если б я устраивал тут пьяные оргии и мочился на декорации, это ничего не изменило бы. Им невыгодно разрывать со мной контракт. К сожалению. - Артур, на сегодня твой съемочный день окончен, – подойдя к ним, холодно произнес режиссер. - Тебя ждут в здании администрации. Наш продюсер хочет поговорить с тобой. - Я вам что, школьник? – в сердцах сплюнул Пендрагон. - Как к директору, вашу мать, вызывают. Он резко поднялся, и, потеснив плечом Лесли, двинулся на выход. Вивиан пристроилась рядом. Проворно перебирая стройными ножками, обтянутыми тканью узкой юбки, она шла возле него, стараясь не отставать. Они покинули съемочную площадку через боковую дверь павильона. Снаружи было прохладно, шел мелкий дождь, рассеивая накрывшую побережье со стороны океана туманную пелену. Артур сел за руль одного из припаркованных у входа компактных электромобилей, подождал, пока его менеджер устроится рядом на пассажирском сидении, и вывел машину из-под козырька здания. Они ехали по отливающему стальным блеском мокрому асфальту, мимо теряющихся в тумане коробок павильонов. Те были похожи один на другой и различались только нанесенными на сплошные стены огромными номерами. Добравшись до административного здания, Артур припарковался у входа. Вытащил из багажной корзины один из лежащих там зонтов с логотипом студии, и, выйдя из машины, раскрыл зонт над головой Вивиан. Потом они вместе взошли на крыльцо. Поднялись на нужный этаж и остановились посреди просторной приемной напротив секретарского столика. - Артур Пендрагон. Нас ждут, - кратко обратилась Вивиан к сидящей за столом похожей на Барби секретарше. Та смерила Вив оценивающим взглядом и взялась за трубку: - Минуточку… - Артур, будь, пожалуйста, поспокойней в разговоре с ним, – вполголоса произнесла Вивиан, доставая из кармашка элегантного пиджачка складную расческу. Потянувшись наверх, она несколькими точными движениями привела в порядок его влажные волосы. - А я уже спокоен, – ответил он, наблюдая за девушкой с кривоватой усмешкой. - Ты слышала, что сказал Лесли. Эпизод доснимут без меня, так с чего мне теперь… беспокоиться. - Проходите, пожалуйста, - любезно произнесла секретарь, откладывая телефон. Потом поднялась со своего места и приоткрыла дверь. Вивиан быстро поправила воротник его костюма и провела руками по плечам: - Вот так отлично. Надеюсь, все будет в порядке. Артур коротко кивнул ей и направился к массивной двери. Висящая на ней позолоченная табличка говорила о том, что кабинет этот занимает некий А. Гровейн. Продюсер. Миновав замершую у входа секретаршу, Пендрагон вошел внутрь роскошной, выдержанной в стиле помпезного ретро комнаты. - Артур… - с порога услышал он полный удовлетворения бархатный голос. Солидный темноволосый мужчина поднялся из своего кресла и, раскрыв руки, словно для объятий, вышел ему навстречу. Расплывшись в сердечной улыбке, мистер Арчибальд Гровейн протянул ладонь для рукопожатия, а потом указал на стоящее по другую сторону его стола глубокое кресло: - Присаживайся. Артур сел. Гровейн вернулся на свое место. - Сигару будешь? – с подчеркнутой доброжелательностью поинтересовался он у своего гостя. Получив отрицательный ответ, изобразил на лице понимающую улыбку, и потянулся к стоящей на столе деревянной коробке: - А я, пожалуй, закурю. Скверная привычка. А черта с два от неё избавишься. Поставив локоть на высокий кожаный подлокотник кресла, Артур молча наблюдал за вальяжными, полными превосходства и важности движениями продюсера и боролся с приливом острого дежавю. Казалось, он все это уже видел. В каком-то дешевом фильме про гангстеров. За стеной в приемной томилась Вив. Мистер Гровейн, этот серьезный бизнесмен с острым, непроницаемым взглядом и замашками крестного отца, неторопливо раскуривал сигару, вытянувшись в кресле. Бонни и Клайд на очной ставке у босса чикагской мафии, мать твою. Артур на секунду широко раскрыл глаза и поморгал, пытаясь избавиться от чувства гротескной ирреальности происходящего. Ощущение никуда не делось. Казалось, он вдруг стал частью какого-то абсурдного спектакля и был единственным, кто понимал это. А Гровейн, Вив и прочие, увязли в игре и слепо упивались собственной ролью. - Мне сказали, у тебя неприятности на съемках, - словно между делом обратился к нему продюсер. - Это очень печально. Меня в целом огорчает вся эта ситуация. Я наслышан о твоем отношении к проекту. Остается только сожалеть, что тебя так сильно не устраивает твой персонаж. Особенно если учесть, насколько блестяще ты его играешь. Арчибальд Гровейн вновь ласково улыбнулся ему. Доверительная сердечность сочилась из него как медовая патока. Артур невольно поморщился. Все это было настолько нелепо, что вызывало безотчетную неприязнь. Ему казалось, он участвует в чем-то противоестественном. Мыльная опера ин-риал-тайм. Мистер Гровейн, впрочем, воспринял его реакцию по-своему. - Что же поделаешь, мой мальчик, – сочувственно развел он руками. - Таковы законы жанра, в котором мы работаем, таковы запросы публики. А публика жаждет необремененного интеллектуальной нагрузкой, но захватывающего зрелища, которое позволит ненадолго забыть о будничной реальности. Гровейн небрежно пододвинул ближе позолоченную пепельницу и, вновь затянувшись, со значением продолжил: - Мы сконструировали идеальный сериал. Технически совершенный, с динамичным сюжетом и высококачественной картинкой. Создать такое в формате телеэкрана – это целая эпопея. Требует большого напряжения и профессионализма. Хотя в плане актерской игры, не слишком развернешься, тут я согласен. Должен признаться тебе – изначально главный герой и задумывался достаточно условным. Его типаж должен был удовлетворять расширенному спектру зрительских вкусов. Многого от него и не требовалось. Основная ставка делалась на зрелищность самого действия. И потому то, что делаешь на экране ты, - Гровейн воодушевленно взмахнул рукой с зажатой в ней сигарой, - очень ценно. Это настоящий феномен. Ты сотворил с доставшимся тебе шаблонным образом такое, чего никто и ожидать не мог. Сделал из него невероятно притягательную, потрясающую личность. Ты – как алхимик, взял кусок пустой, бесформенной глины и превратил в бриллиант. Это фантастика! От харизмы твоего героя сходят с ума фанаты всего мира. Лопаются экраны плазм. Именно поэтому наш сериал поднялся на международный уровень и вошел в десятку лучших телепроектов десятилетия. Ты заставил миллионы людей полюбить этот проект и с нетерпением дожидаться выхода каждого эпизода. Покачивая головой, Гровейн в восхищении развел руками: - По правде говоря, в следующем году студия планирует снять полнометражный фильм про твоего героя. Потому что это действительно феноменально. Ты настоящий талант, мой мальчик. - Не понимаю, к чему вы клоните, – сухо произнес Артур. Хвалебная ода в его честь не произвела на него впечатления. Наоборот, ему казалось, что эта прелюдия несколько затянулась. - Я не буду утомлять тебя долгими разговорами. Просто хочу, чтобы ты понял, как важно то, что ты делаешь, – с почти отеческим участием пояснил Гровейн. - Не только для нас, но и для телезрителей. Ты должен изменить свое отношение к проекту. Пойми, все актеры мечтают о сложных ролях. Играть их – проще всего. Даже напрягать фантазию особо не требуется. Но ведь суть актерской профессии не в том, что играть, а в том – как!.. Тот – не актер, кто в доставшемся ему образе не видит характера. Можно ведь и кукурузный початок сыграть так, что тебе будут аплодировать стоя. А то, что делаешь ты, это действительно сложно. Это настоящий актерский подвиг. Каждодневный подвиг. Высший пилотаж. Как раз этим и стоит по-настоящему гордиться. Ты понимаешь меня, Артур? – Гровейн вновь покровительственно улыбнулся ему, и небрежно продолжил. - Не переживай из-за трюков. Лазать по стенкам, прыгать и прочее сможет любой тренированный бездарь. То, что ты создаешь на экране своей игрой, куда ценнее. Мне еще не доводилось видеть чего-то подобного. Это вершина актерского искусства. Он удовлетворенно кивнул, как человек, абсолютно уверенный в том, что собеседник, без сомнения, оценил его слова и находится под должным впечатлением: - Я надеюсь, мы друг друга поняли. В целом, я рассчитываю, что это недоразумение останется в прошлом, и мы продолжим съемки в более позитивной атмосфере. А сейчас тебе действительно стоит отдохнуть. Поезжай домой, развейся, выспись. Через денек с новыми силами вернешься к работе. Артур побарабанил пальцами по подлокотнику, отстраненно осмысляя сказанное и решая, что делать с этим прекрасно аргументированным, безупречным разводом. Пожалуй, по части убедительности мистер Гровейн мог дать фору даже Пендрагону-старшему. Любой на этой студии, кто имел отношение к проекту, знал, как страстно Артур любит свое дело – насколько серьезно относится к нему. И сейчас он готов был признать, что его самолюбию еще ни разу так чувственно и красиво не делали минет. Своим монологом господин продюсер надавил на все уязвимые точки, погладил самые чувствительные места собеседника – словом, сделал все, чтобы Артур получил профессиональный оргазм и вышел из кабинета блаженно-просветленным. Вот только по результатам проверки выходило, что он не ощутил ни того, ни другого. То ли чувствительность снизилась, то ли эрогенные зоны сменили местоположение. - Впечатляющая речь, мистер Гровейн, – после короткой паузы произнес Артур. - Может, кто-то другой на моем месте и впрямь проникся бы и с охотой продолжил играть в вашем спектакле кукурузный початок, упиваясь величием актерского подвига, который он при этом совершает. Артур вскинул подбородок, твердо глядя в быстро меняющееся лицо напротив. - У нас с вами контракт, – отрывисто продолжил он. - Я продал студии свое время и свою игру, но это все на что вы получили право. Так что не надо пудрить мне мозги своей возвышенной моралью. Или вы действительно думаете, что мной так просто управлять? Он нехорошо прищурился, а потом медленно поднялся и оперся ладонями о стол, нависая над своим противником. - Не вам решать, что мне думать о своей работе, как жить, и что считать вершиной для себя, – жестко и с расстановкой произнес Артур. - Значит, по-вашему, я взял кусок дерьма и сделал из него бриллиант? Интересно, что же тогда будет, если в мои руки попадет действительно стоящий материал. Не желаете ли увидеть это? В сравнении. Посмотреть, что произойдет, если у меня, с моим, как вы выразились «талантом», появится возможность играть по-настоящему хорошие роли в достойных проектах. Как знать, может по сравнению с этим ваш «бриллиант» будет выглядеть дешевой стекляшкой? Артур удовлетворено усмехнулся, видя, как с лица продюсера сползает вся его медовая благожелательность. Оттолкнувшись от стола, он выпрямился, глядя на Гровейна сверху вниз: - Я выполню обязательства по контракту. Хотите полнометражный фильм про этого парня? Прекрасно. Я буду играть так, что вы все ослепнете. Но потом… мы с вами, наконец, расстанемся. Сухо кивнув своему собеседнику на прощание, он вышел из кабинета. Стоило двери закрыться, как Гровейн, отрывистым движением сорвал с рычага трубку антикварного телефона: - Мисс Корвитч ко мне. Живо. Спустя несколько секунд в дверях кабинета возникла Вивиан. Этот внезапный вызов явно сбил её с толку. - Пригляди-ка за ним, милочка, - с мрачным раздражением произнес продюсер, не позволив ей сказать и слова, - и по возможности вправь мозги на место. Он мне нужен на площадке, вменяемый и работоспособный. Это понятно? Вивиан молча втянула в себя воздух – зажегшийся в глазах ледяной огонек без слов говорил, что она думает по поводу такого обращения со своей персоной. - Я учту ваши пожелания, мистер Гровейн, – подчеркнуто официально ответила Вивиан. Попрощавшись с холодной вежливостью, вылетела из кабинета и бросилась вслед за Артуром. - Что это за хрень только что была?! – накинулась она на него, с трудом догнав возле самого лифта. Пендрагон стоял у края опоясывающего гигантский холл галереи и сердито жал на кнопку вызова лифтовой кабины. Пронизывающая этажи широкая стеклянная колба была раздражающе пуста. Судя по цифрам, светящимся на табло над прозрачной дверью, кабина находилась где-то на самом верху, и спускаться не спешила. - Я серьезно, Артур! – шепотом ярилась Вивиан. - Что ты, черт возьми, творишь?! Какого дьявола этот хмырь после разговора с тобой вызывает меня, как девочку, в свой кабинет и отправляет заниматься коррекцией твоего поведения?!.. Артур выругался, двинул ладонью по дверям шахты и, не обращая внимания на своего менеджера, направился к запасным лестницам. Вивиан вытаращилась ему вслед, приоткрыла от возмущения рот и припустила следом: - Артур! Ты меня вообще слышишь?! - Отстань от меня, Вив, – через плечо мрачно бросил Артур, сворачивая в безлюдный боковой коридор. - Я сейчас не в настроении обсуждать это. - Не в настроении?! – воскликнула девушка, торопливо перебирая ногами за его спиной. - Артур, я тут не на секс тебя развожу! И не на выяснение личных отношений! Это, мать твою, работа! А ты ведешь себя, как!.. - Как кто, Вив?! – на ходу фыркнул Пендрагон. - Как ребенок, черт возьми! - взорвалась та. - Я не знаю, что ты там наговорил продюсеру, но это уже ни в какие ворота не лезет! И то, как ты ведешь себя в последние дни, тоже!.. Что это нахрен за подростковый бунт такой!? - Как ты сказала?! Артур резко развернулся, так что девушка от неожиданности впечаталась ему в грудь на полном ходу, чуть не рухнув при этом со своих высоченных шпилек. Артур автоматически удержал её на месте, подхватив под локоть. - Давай-ка проясним пару моментов, – резко произнес он прямо ей в лицо. - По-твоему, если я терплю то, что мне не нравится, молчу и, как овца, иду, куда скажут, то это поведение взрослого человека. А если меня что-то не устраивает, и я открыто говорю об этом и пытаюсь как-то изменить ситуацию, то это подростковый бунт?! Так что ли?! - Слушай, не искажай мои слова, – высвободив локоть, пробурчала Вивиан. - Я ничего не искажаю, Вив! – зло бросил ей в ответ Пендрагон. - Это тебе пора разобраться, на чьей ты стороне. Чем дольше я тебя сейчас слушаю, тем больше понимаю, что болеешь ты явно не за меня! - Артур, ты обалдел?! – распахнула глаза Вивиан. - Что значит, не за тебя?! Я всегда была на твоей стороне! С первого дня нашей совместной работы я отстаиваю только твои интересы! Я, быть может, сделала для тебя больше, чем кто-либо на этой планете! И теперь просто не могу смотреть, как ты сходишь с ума и гробишь свою жизнь! И это называется, я не на твоей стороне?.. Да как ты смеешь бросать мне такие упреки?! Пендрагон свистяще выдохнул сквозь зубы и сжал пальцами переносицу, изо всех сил пытаясь справиться с растущим внутри раздражением. Вот только женских истерик ему сейчас и не хватало. - Знаешь, Вив. Ты отличный менеджер, – признал он. - Но ты понятия не имеешь, какой я вижу свою жизнь, и в чем состоят мои интересы. Долгое время мы и впрямь шли нога в ногу. Я не вмешивался в твою работу и позволял кроить из меня тот образ, который казался тебе наиболее привлекательным. Я не возражал. Это способствовало воплощению моих планов. Но сейчас приоритеты изменились. И тебе придется с этим смириться. Высказавшись, Артур развернулся и широким шагом направился дальше в конец коридора, всем своим видом демонстрируя, что разговор закончен. - Нет, ты точно обалдел, – потрясенно выдохнула девушка ему в спину. Потом подобрала юбку и бросилась за ним: - А ну, стой! - Вив, я не хочу больше говорить об этом. - Нет уж, ты поговоришь со мной, Артур Пендрагон! – задыхаясь, выпалила та. - Господи, как меня достало то, что я не могу заткнуть даже собственного менеджера! – зло пробормотал Артур, на полном ходу минуя арку вестибюля. - Черта с два ты меня заткнешь! - разъяренно прошипела Вив. - Я еще не все сказала! Догнав Артура, она поймала его за локоть, вынуждая остановиться и повернуться к ней лицом: - Знаешь, что!..- начала она, тыкая пальчиком ему в грудь. - Я действительно люблю свою работу. За эти годы я вложила в тебя очень много сил! И как-то весьма обидно сознавать, что тебе на это насрать! Я сделала из тебя, техасский увалень, настоящего принца, о котором мечтают девушки по обе стороны Атлантики! А теперь ты хочешь тупо все похерить, потому что у тебя, видите ли, изменились приоритеты?! И ждешь, что я буду в восторге?.. Да ты реально охуел! Артур побагровел, чувствуя, как горло перехватывает от рвущегося на волю бешенства: - Знаешь, я, пожалуй, не буду настаивать на том, чтобы ты смирилась со своей тяжкой долей, – наклонившись к лицу девушки, произнес он свистящим, яростным шепотом. - Если хочешь, мы расстанемся прямо сейчас! - Что?! – отшатнулась девушка. - То, что пришло время выбрать, на кого ты работаешь, Вивиан! На меня или на того парня, которым тебе нравится меня видеть! – повысил голос Артур, переходя в наступление. - Если первое, то ты прямо сейчас убираешься с моей дороги, и мы заканчиваем этот разговор. Если «на того парня», то мне придется тебя уволить. - Ты не можешь меня уволить! – возмутилась Вив. - Еще как могу, – прищурился Артур. - Мой менеджер должен отстаивать мои интересы! Если в этом мы с тобой расходимся, то думаю, нам стоит разойтись совсем. Так что я считаю до трех. У тебя есть ровно три секунды, чтобы выбрать... - Не делай этого… - предупредила Вивиан. - Раз. - Артур, я серьезно… - Два. - Артур! - И… - Да чтоб тебя!.. - в сердцах выругалась девушка и, проворно обогнув его, ринулась обратно по коридору, гневно стуча каблуками. - Верное решение, Вив! – прокричал ей вслед Пендрагон. - Да пошел ты!.. – через плечо рявкнула та. - Делай, что хочешь! И вали куда хочешь! Хоть в Диснейленд – клоуном работать! Мне похуй! Артур вскинул брови, озадаченный такой реакцией: - Я не понял, ответ – да или нет? Не оборачиваясь, Вивиан выбросила кисть в сторону и продемонстрировала ему смачный фак. Артур шумно выпустил из груди воздух и зарылся пятерней в волосы: - Кажется, я только что лишился менеджера. Он с досадой сплюнул, развернулся и направился в противоположном направлении, к лестницам. Оставаться тут было выше его сил. Вернувшись в съемочный павильон, он зашел в гримерку, быстро покидал в сумку вещи, и прямо как был, в костюме, уехал со студии.