Iero's Cafe and Amazing Waitress

      К ужину Уэи успели вовремя. Братья влетели в дом, мокрые от пота и снега, и такие же довольные. Снегопад на улице почти прекратился, но они бежали домой так, что всё равно бы промокли насквозь — от их шуршащих о сугробы ботинок разлетались капли быстро начинающего таять снега. Зима в этом году оказалась теплее, чем кто-либо ожидал.       Донна Уэй встретила сыновей с хмурым лицом, почти сердитым, но она была слишком отходчивой, чтобы подолгу злиться и вскоре расслабилась, забыв об их опоздании. Обогнав Майки в раздевании, Джерард ретировался в ванную вымыть руки, а когда вернулся, обратил внимание на окна — на улице уже сильно стемнело, солнце держалось совсем-совсем на горизонте, превращая все небо в нежный закат, собирающий в себе все холодные оттенки желтого, голубого и красного цветов.       Донна накрывала на стол, слушая на фоне заранее подобранный к празднику плэйлист с известными рождественскими песнями. Напевая куплет из Merry Christmas, kiss my ass, женщина думала о том, что она точно не добавляла эту песню в праздничную подборку — Донна могла с уверенностью сказать, что сделал один из сыновей, ибо только они прибавляли звук каждый раз, стоило All Time Low зазвучать на радио, и оба подпевали. Целых полтора куплета женщина знала только благодаря Джерарду и Майки.       Гостиная в доме Уэев выглядела хорошо: развешанная на стенах золотая мишура; ярко наряженная ёлка с классическими игрушками на ветках из многолетней коробки с украшениями, которая уже чуть ли не являлась антиквариатом; подарки для всех членов семьи в разноцветных блестящих упаковках под ней; почти накрытый к ужину обеденный стол, который семья еще утром вынесла из кухни в гостиную — поближе к телевизору, и, конечно, еловый венок на входной двери.       Через несколько минут братья уже сидели на своих местах — каким-то образом женщина успела сама накрыть на стол, пока они переодевались, поэтому их помощь не понадобилась — а Донна вынесла последнюю корзинку с фруктами и, поставив рядом с горячим блюдом в центр, села.       Только когда вся семья сидела за столом, Джерард смог окончательно расслабиться. Взяв коробку апельсинового сока со стола, он наполнил свой и стакан Майки — пить алкоголь Джерард сегодня не планировал, его завтра ждал банкет в кафе, и для полного безумия не хватало прийти на него с похмельем. Поразмыслив, брюнет поднялся из-за стола и решил сходить на кухню за еще одним стаканом для матери.       Вернувшись через несколько секунд, Джерард поставил его на стол и тоже наполнил соком, поймав благодарный взгляд Донны:       — Значит сегодня мы все ляжем спать трезвые. Это сурово, мам. — произнес парень, улыбаясь.       — Это здравый смысл, сынок. — ответила женщина, взяв свой стакан.       ***       Следующие несколько часов прошли как никогда продуктивно. Это был увлекательный разговор, темы в котором не заканчивались и Уэям удалось обсудить всё на свете. Беседа была настолько интересной, что очнулись они только когда на смартфон Джерарда пришло уведомление о запланированном будильнике — обычно Уэй ставил на всю неделю одно время, а сейчас попросту забыл отключить.       Часы показывали половину пятого утра. Зевая во весь рот, каждый пожелал друг другу спокойной ночи и ушел в свою комнату, так и оставив обеденный стол в гостиной. Донна решила, что подарки они откроют завтра.       На следующий день Джерард проснулся позже обычного. Банкет запланировали на два часа дня, и спешить никуда не надо было. Это оказалось на пользу парню — несмотря на то, что он все-таки проспал законные шесть часов, выспаться не вышло. Вздохнув, Джерард потянулся и лениво сполз с кровати.       На ходу натягивая широкие серые пижамные штаны, парень только один раз скользнул по письменному столу, на котором с вечера оставил подарки для друзей и коллег; потом мельком зацепил взглядом полку с завалившимися набок немногочисленными книгами, комиксами и CD-дисками и наконец встретился со своим отражением в зеркале.       Выглядел он неважно — впрочем, ничего нового. Черные волосы взлохмачены и растрепаны, лицо помятое, под глазами отпечатались темные круги, а на руках полосы от подушки и одеяла — видно, Уэй много ворочался во сне, возможно, снова вернулись кошмары, хотя парень и не мог сказать, что ему снилось. Забыл сразу, как только проснулся, будто и не было ничего.       Джерард быстро отвел глаза и стараясь не думать об этом, ушел в ванную. Досыпать у него времени все равно нет, слишком много придется потратить на сборы, да и во внешнем виде нет смысла — всё это скроется за несколькими слоями тонального крема. Уэй был убежден, что вполне сможет продержаться до середины праздника, там придёт время дарить подарки, а дальше он что-нибудь придумает.       Юноша включил воду в раковине, сначала холодную, потом — горячую, настраивая на наиболее приятную для себя температуру и, набрав в руки воды, сполоснул лицо. Стало немного легче, и, сморгнув остатки жидкости с ресниц, Джерард надавил пасту на зубную щётку.       В доме было тихо. Уэй предположил, что Майки все еще спал вместе с мамой: они стали делить спальню на двоих с тех пор, как младший пожаловался на то, что Джерард сильно шумит и рушит все на своем пути, когда встает и пока собирается на работу, и тем самым будит Майки. Компромисс всех устраивал, а у Джерарда появилось больше времени с утра.       Парень понимал, что вряд ли сегодня кто-то встанет раньше его ухода, поэтому мог не волноваться за себя и даже спокойно накраситься в комнате после того, как приготовит завтрак.       Выйдя из душа, Джерард направился на кухню, где сразу налил воду в электрический чайник, поставив греть её на чай и перемыл оставшуюся с ночи посуду. Замешав тесто, достал небольшую сковороду, на которой обычно жарили блины, гренки и панкейки. Парень остановился на своих фирменных панкейках — в близких кругах они славились самыми вкусными и нежными, так, как Джерард их не готовил никто, и на получаемую похвалу брюнет только смущенно улыбался.       Стол он решил не трогать, чтобы случайно никого не разбудить, поэтому весь завтрак вынес прямо в гостиную. Поев под мирное тиканье настенных часов, раздававшихся из прихожей, Джерард снова вымыл посуду и поднялся наверх, чтобы привести себя в надлежащий вид.       С тех пор, как Уэй устроился официантом в кафе, прошло два месяца, испытательный срок давно закончился, а с ним и вся неопытность, которая мешала Джерарду в первые недели. Макияж больше не доставлял особых сложностей, всё лишь стоило делать аккуратно и никуда не спеша, что у Джерарда почти получалось. Сидя перед маленьким настольным зеркальцем за письменным столом, отточенным за месяц движением руки он, поверх закрашенного кремом лица, аккуратно нарисовал изящные стрелки, визуально удлиняющие глаза, накрасил ресницы белой тушью и, взяв прозрачный блеск для губ, завершил макияж.       Сегодня Джерард чувствовал себя наиболее уверенно и даже раскованно, поэтому позволил себе немного вольностей и постарался сделать образ более женственным и нежным, чем обычно. Он всё еще не знал, что надеть — форма была необязательной, а кроме платья у Уэя подходящей одежды не было.       Порывшись в гардеробе, где, к счастью, висела основная часть всей одежды в семье, парень нашел приличный бежевый свитер, который Донна носила несколько лет назад, когда была немного тучной, к чему привел стресс, нервы и плохо организованное питание, но после того, как жизнь начала налаживаться, она похудела, а надетый два раза в жизни свитер остался пылиться в гардеробе среди множества других вещей.       Мысленно благодаря маму за то, что свитер все еще был в этом шкафу, Джерард схватил его и на секунду выглянул из гардероба, ловя взглядом часы в прихожей — до банкета оставался час, а брюнету еще нужно добраться до кафе. Не теряя времени, парень прикинул, что свитер подойдет ему — Джерард был выше Донны, и благодаря этому вещь не будет висеть на нём слишком свободно, лишь скроет его угловатые худые руки, которые обычно скрывали лёгкие рукава форменного платья. На низ он решил надеть приталенные классические брюки глубокого синего цвета, так удачно купленные на распродаже на часть первой зарплаты, как официанта, но ни разу не надетые.       Вновь метнувшись наверх, Уэй оказался в своей комнате. Остановившись посреди спальни, Джерард аккуратно просунул голову в горло свитера, стараясь не зацепить мэйк — дурачьё, ну кто сначала красится?! — а потом принялся натягивать брюки, замечая, что после стирки они сели несколько иначе, чем при покупке в магазине, тем не менее, выглядел он неплохо.       Подойдя к зеркалу, парень принялся более придирчиво рассматривать себя, по привычке убирая волосы за уши и буквально заглядывая в зеркало, стараясь рассмотреть всё как можно лучше. Не заметив ничего, что могло бы выдать его личность больше, чем обычно, Джерард отошёл от зеркала и собрав все пакетики с подарками со стола, телефон и ключи от дома, направился вниз.       Прислушавшись, тихо спустился по лестнице и исчез в коридоре. Надев куртку и кроссовки, Джерард в последний раз посмотрел на часы — время показывало половину второго. Выйдя из дома и закрыв за собой дверь, парень распихал по передним карманам брюк телефон и ключи, и поудобнее перехватив пакеты, умеренным шагом пошёл в сторону кафе.       Путь занял у него всего пятнадцать минут. Погода была теплая, ярко светило солнце и на небе не было ни одного облака, почти весь снег на тротуарах растаял, заметно сократив Джерарду дорогу.