Iero's Cafe and Amazing Waitress

      Свет не загорается еще в течение нескольких минут точно. Джерарду так кажется. Еще Джерарду не хватает воздуха, и он думает, что задыхается в течение мгновения, или двух, потому что он не ожидал. Он не был готов к тому, что его поцелуют, и на самом деле, он точно не знает кто — в этом и суть традиции, если судить по рассказу Фрэнка.       Айеро сказал, что в Америке официально нет этой традиции, и вообще они начали ей следовать совершенно случайно, несколько лет назад, когда кто-то облокотился на выключатель в один из таких празднований, и ребята долго не могли понять, в чем дело и куда пропал свет, и в итоге решили отмечать дальше, забив на свет… Парень не помнит, чем закончилась эта история.       Джерард не думает вообще, ему едва удается сделать несколько рванных вдохов-выдохов. Но Джерард уверен, что слишком много думает о своем начальнике в последнее время. Например, он точно помнит, как тот держал его за руку в последние несколько секунд до курантов, и что это правда помогло ему.       Наконец свет загорается. А Джерард наконец обретает силы думать. Он глядит по сторонам и Фрэнка рядом не видит. Уэй глупо смотрит на стол, пытаясь вспомнить, что говорили ему недавно, но уже, выходит, в прошлом году. Кажется…       Ему нужно поговорить с Фрэнком, он вспомнил! Или Фрэнку с ним, разницы нет. Парень берет бокал с недопитым шампанским и делает глоток, осушая стекло в руке за раз. Он резко встает и чувствует, как в глазах начинает мутнеть, а голова кружиться, как карусель. Джерард не пьян, он выпил всего бокал шампанского, и это не первый его алкоголь в жизни, ему же не десять, в конце концов. Парень думает, могли ли ему что-то подлить или подсыпать, но быстро отметает эту мысль — если кто и мог так поступить, тогда Джерард — корова в балетной пачке.       Уэй машет головой, стараясь таким способом выкинуть глупые мысли из головы и, обретая наконец возможность отличать одну дверь от другой, идет к кабинету начальника.       Он стучит один раз в дверь, и не слыша ничего, заглядывает — сразу ловит на себе взгляд пары карих глаз, и Джерарда накрывает воспоминаниями. Он так же когда-то впервые пришел в кафе, чтобы устроиться на эту работу — Джерарду это кажется забавным, и он едва не издает смешок, заходя в кабинет, но быстро берет себя в руки. Хватит, Уэй, соберись, это — нервы.       Фрэнк, по обычаю, сидит на своем месте, закинув ногу на ногу, сложив руки в замок и положив их на одно колено, и весь такой серьезный, будто не праздновал новый год несколько минут назад в зале вместе со всеми. Чуть ли не мафия, не хватает только бархатной шляпы или какого острого козырька на голове, и трубки, пахнущей табаком, в левой руке.       Джерард не думал, курит ли Фрэнк.       — Садись, — мужчина кивает на знакомый Джерарду диван, и Уэй послушно садится.       — Я не буду тянуть, Джерард, знаю, что тебе сейчас не до этого, новый год, хочется праздновать, но нам нужно обсудить то, что было незадолго до этого. Ты расскажешь мне, что вы с Бритни делали в кладовке?       Джерард заметно нервничает и трет ладонями коленки, оставляя на брюках едва заметные пятна, которые исчезнут, когда высохнут, если, конечно, парень вовремя остановится и не заляпает потом с рук их все, и Фрэнк обращает на это внимание, ожидая от подопечного ответа.       — Мистер Айеро, что вы хотите от меня услышать? Я дописывал вывеску на стене и после того, как закончил, решил отнести краску на место, так как никого рядом уже не было. Я не знал, что Бритни была там, и…       — Мне не важно, зачем ты ходил в кладовую, я хочу знать, что вы делали с Бритни прежде, чем я вас прервал? — Айеро не дает договорить Джерарду, хотя голос того не дрожит и рассказывает он так, словно ни в чем не провинился. Фрэнк понимает, что он просто ревнует, но официанту в этом просто так не признаётся.       Джерард делает глубокий вдох и продолжает:       — Я же Вам говорю. Я не знал, что Бритни там, Вы меня не перебивайте, я оказался там случайно, и, — он выдыхает, все понимая, — между нами ничего не было. Вы вовремя зашли. — старается отшутиться Джерард, но на Фрэнка не смотрит. Он прожигает взглядом столешницу Айеро, на подсознании размышляя, через сколько минут она загорится, если парень не будет моргать все это время.       Мужчина тем временем разжимает замок из рук и встает. Он медленно выходит из-за стола и обходит его, чтобы встать перед Джерардом, облокотившись на ту самую столешницу. Уэй следит, вспоминая все разы, когда Фрэнк так делал — мужчина явно переживает и хочет сократить расстояние, чтобы их диалог точно никто не услышал. Джерард помнит, что мужчина вел себя так же в самые его первые дни работы, когда они обговаривали моменты вроде тех, как парень собирается продержаться и не выдать себя.       — Я не хочу, чтобы кто-то узнал о твоей… Нашей, по идее, тайне прежде, чем мы будем готовы сами рассказать, — объясняет Фрэнк. Он не собирается потом читать о своем заведении в разных желтых газетёнках. До сих пор из головы не выходит тот критик, который через Джерарда хотел выйти на кафе, благо, парень сам признался Фрэнку прежде, чем натворил бы бед.       Джерард впервые смотрит на мужчину скептически — он ему не верит. Фрэнк думает, что он правда беспокоится только о секрете Джерарда. Верит ли он себе? Навряд ли.       Уэй только открывает рот, собираясь сказать что-то еще, и видит, что Айеро немного наклоняется к нему. Через секунду в дверь раздается стук.       — Войдите, — разрешает Фрэнк, резко выпрямляется, возвращаясь в прежнее положение.       В кабинет заходит Бритни, встречаясь с двумя удивленными парами глаз, устремленными на нее. Она замирает на секунду, переводя взгляд сначала на Фрэнка, а потом на Джерарда и хмурится.       — Опять ты? — хочет спросить Уэй, но слышит этот вопрос от девушки прежде, чем успевает задать сам. Его рот так и остается открытым.       — Что?! — хором произносят Фрэнк и Джерард, уставившись на девушку. Та поджимает губы.       Они молчат все то время, пока Бритни собирается с мыслями, до тех пор, пока она наконец не выдает:       — Извините, мне зайти позже? Мистер Айеро, мне нужно поговорить с Вами.       Джерард переводит взгляд с Бритни на Фрэнка, но молчит, ожидая, что тот скажет. Фрэнк смотрит только на девушку:       — Мы не торопимся, о чем ты хочешь поговорить, — уточняет Айеро, прикидывая в голове, стоит ли Уэю выйти.       — Мы можем обсудить это наедине? — Фрэнк не может не уважать чужие границы, поэтому многозначительно смотрит на юношу, — с тобой мы продолжим позже, Джиа.       Джерарду ничего не остается, кроме того, чтобы покинуть кабинет. Он не расстроен, скорее рад, потому что в последние минуты атмосфера стала более напряженной, чем в момент, когда он только сел на диван Фрэнка.       Стоит ему только закрыть за собой дверь, Уэй слышит, как Бритни начинает что-то горячо объяснять Фрэнку, и парень знает, что подслушивать нехорошо, но сдвинуться с места не может. Он немного присаживается, не совсем под дверь, немного сбоку, чтобы в случае чего его не снесло дверью, и прислушивается. На улице глубокая ночь, поэтому в зале тоже темно, общий свет не горит, и помещение освещает разве что диско-шар, который откуда-то взялся в кафе. Хотя Джерард уже ничему не удивляется, за атмосферу он простит заведению любые чудеса. Или тому, кто это устроил.       Прижавшись ухом к деревянной поверхности, Уэй ругает себя за невозможность контролировать свои порывы и думает, что в этом виноват не он, а плохая звукоизоляция; даже при играющей музыке (на самом деле, не так громко) он умудряется слышать всё, что говорит официантка и благодарит этот диско-шар за то, что тот каким-то образом не цепляет своими отраженными лучами лампы его самого. Да и вряд ли сейчас кто-то бы обратил внимание на сидящего у двери Джерарда, он слышит ликование где-то в дальнем углу и признает, ребята умеют веселиться.       Максимум решат, что у Джии своя тусовка.       «Вы не замечали ничего странного?» — слышит парень приглушенный голос девушки, и может разобрать, что отвечает его начальник. Он не уверен, о чем они говорят, но все равно допускает мысль, что про него. И не ошибается.       В последний момент Джерард успевает отползти от двери, которая так стремительно открывается в следующую секунду, что любая драма, показываемая сейчас в ближайшем кинотеатре, позавидовала бы такой экспрессии.       Парень ждет, что сейчас первой из кабинета, на негнущихся ногах выйдет Бритни, так и не добившаяся своего, но он ошибается и едва поднявшись на ноги, видит Фрэнка, хмурого и молчаливого. Тот выпускает из кабинета девушку, которая тихо выходит, уже не такая уверенная, как прежде и, не смотря на Джерарда, идет к столу, чтобы взять свой опустевший бокал. Девушка наливает туда гранатового сока и, опираясь рукой о стул, задумчиво пьет.       Уэй поворачивается обратно к Фрэнку и никого не видит — дверь кабинета приоткрыта, и Джерард аккуратно её открывает, проверяя, на месте ли Фрэнк. В кабинете пусто, и парень вздрагивает, когда слышит голос у своего плеча.       — Заходи, не стесняйся, — мужчина растрепанный, с каплями воды на лице и с закатанными по локоть рукавами белой рубашки, спокойно смотрит на Уэя, — ну?       Джерард почти вплывает в кабинет, и Фрэнк, заходя следом, закрывает за собой дверь.