Sleep, sugar

Горячая вода покрывает кожу едва заметными мурашками, сказывается перепад температур. Облегченно вздохнув, девушка погружается еще глубже в воду. Она любила такие моменты, когда ощутим каждый поток, каждое движение обжигающей теплой воды. Предоставленная своим мыслям, она еще больше портила себе настроение и гнобила сама себя. Прошла неделя-полторы, всеми силами она старалась отодвинуть то происшествие на задний план, но в моменты одиночества девушка не переставала думать об этом. Но загвоздка и была в том, что практически все время она была одна. Размышляя, брюнетка старалась понять причину такого поведения, анализировала, что-то придумывала, но факт оставался фактом: ей его не хватало. Так по-детски наивно, но все же… «Хватит. Стоп» - пробормотала она. Погрузившись в воду с головой, ей чудились чьи-то ласковые прикосновения, чей-то тихий-тихий шепот, нежные объятия и поцелуи. Она была готова разрыдаться и завопить прямо под водой, готова пойти и упасть в ноги, просить прощения не за что, главное чувствовать. Все это пожирало и изматывало ее изнутри, стараясь убить побольше нервных клеток. Она снова вернулась к той работе, но теперь все было немного по-другому. Не то, чтобы изменились ее танцы и их исполнение, просто девушка отталкивала свою сущность. Впервые она подумала о собственной грязи, о том, в чем погрязла, отвращение к себе было предельно большим и поглощающим. Увидеть улыбки на ее лице было нереально, снова в ход пошла черная размазанная тушь и высочайшие каблуки. - Элисон! Сука, ты чего там застряла?! – злобно крикнул Милан, вышибая дверь в собственную ванную. Не имея совершенно никаких денег и никакого дома, она пришла к нему. Больше было не к кому, хотя она бы предпочла ночевать на улице, не будь так страшно и холодно по ночам. - Хватит! Сейчас, - прикрикнула она, поднимаясь со вздохом из блаженной ванны. В ту же секунду распахнулась дверь и мужчина разъяренно влетел в комнату, но остановился, увидев абсолютно обнаженную девушку на его пути. - Какая шлюшка, - сладко облизнулся он и подошел ближе, схватив за талию, притянул ее к себе, - Давно ты нас не навещала… - Милан, отпусти меня! – взвизгнула девушка, всеми силами выбираясь из цепких рук. Царапнув его острыми ногтями по груди, Элис освободилась из его объятий, и испуганно отшатнувшись, произнесла: - Не трогай меня. Никогда, слышишь? – с намеком на крик и дрожащим голосом, она схватила полотенце и убежала из ванной. Хотелось снова окунуться в ванну и смыть все следы его грязных и жестких рук, прополоснуть все внутри и выблевать всю воду наружу. Раньше девушка относилась к этому как к должному, порой приходилось жертвовать своими принципами и вставать на колени, однако затем эти принципы исчезли на совсем. Сев на кресло, она всхлипнула, чувствуя борьбу в душе. До нее прикасались мужские руки, объятия, как ей и казалось, однако все это было другим, животным, жестоким. Она слегка провела кончиками пальцев по руке. Нет. Не было того трепета в душе. Трещала голова. Снова вспомнив о том, как действовал, относился, разговаривал, да что и говорить, даже просто смотрел именно он, она чувствовала дрожь в коленях и тепло внизу живота. Она была готовы завыть от собственного бессилия: разве когда-то эта отъявленная феминистка могла представить, что будет изнывать по какому-то левому мужчине? Но она боялась. Боялась посмотреть ему в глаза, боялась что он захлопнет дверь перед ее носом или крикнет о том, что она ему не нужна. Боялась оступиться и остаться одной. Совсем. В глубине души девушка понимала, что при таких обстоятельствах она могла бы вернуться к прежней жизни, слишком слабым был ее восстановленный внутренний стержень. А ведь когда-то все было абсолютно иначе. - Черт, - пробормотал мужчина, не заметив и с размаху наступив в глубокую лужу. В последнее время его мысли были слишком далеко и такие случайности не были редкостью. Нервно дернув головой, будто хотя стряхнуть капли воды с головы, он продолжил путь. Замерзли руки. Запихнув их поглубже в карманы, он снова предался мыслям. «Зачем? Все это было слишком рано! Почему я не мог подождать или бросить эту затею?! Идиот» - подумал он, в глубине души надеясь что его сейчас кто-нибудь ударит. Самому хотелось, аж руки чесались. Но будет выглядеть странно, если человек начнет избивать сам себя. Проходя мимо различных магазинчиков и бутиков, он остановился напротив того самого дешевого магазина музыкальных инструментов, отрешенно заглядывая в витрину. За гитарами, барабанами, синтезаторами, он видел собственное отражение. Тонкие ноги с расстегнутыми ботинками, холодная косуха и слегка выглядывающие из карманов шишки на руках. Под лицом залегли серые тени, поблекли глаза, недельная щетина и усталый взгляд. Взгляд мужчины упал на ярко-синюю электрогитару необычной формы. Задумавшись, он вспомнил старых Артемиду и Пифагора, сделанных на заказ, так похожих на эту гитару, как долго он с ними мучился, но взглянув снова на эту гитару, он лишь злобно выдавил: - Это вы во всем виноваты. Резко свернув по улице, он зашел в первый попавшийся супермаркет и подошел к секции с журналами. Ненависть била изнутри, хотелось крушить и ломать все на своем пути, стараясь успокоиться, мужчина теребил в руках свеженький «Rolling Stones», но заметив название издания, вышвырнул его как ошпаренный. Он вообще не представлял как сюда забрел, к какому черту он зашел в магазин. Но раз зашел, надо что-нибудь купить. Проходя мимо отдела бакалеи, он остановился, оглядывая все представленные напитки. Злость понемногу улеглась, но появилась сильная жажда. Взгляд непроизвольно упал на стеклянную бутылочку гранато-вишневого сока. Он мог взять что угодно, но потянул руку именно к ней, не видя другую женственную руку, желающую получить эту же бутылку. Удивленно оглянувшись, когда его пальцы в прямом смысле врезались в чье-то запястье, он застыл. На него смотрел такой же ошарашенный взгляд светло-зеленых глаз. В горле пересохло совсем, он не мог выдавить ни слова, и лишь уставился на нее, разглядывая последние изменения. Она снова похудела, не так сильно, конечно, но при условии что и так была как перышко, и только начала восстанавливаться и набирать вес. Глаза были замазаны ярко-черным карандашом, тушь, запутанные черные волосы, поникший взгляд и сомкнутая полоска тонких губ. Она просто смотрела на него, вглядывалась, но не была так испуганна и потрясена. - Здравствуй, - тихо сказала она, поднимая глаза. Он изменился. Он не светился так, как раньше, стал тусклым и каким-то подавленным. «Неужели ему не все равно?» - подумала девушка, переступая с ноги на ногу, когда в его голове просто не было не единой мысли, но не решилась сказать хоть что-то еще. Поглазев на него еще несколько минут, она чувствовала как начинают проступать слезы. Нет. - Ну, до встречи, - дрожащим голосом пробормотала она и повернулась спиной, как вдруг услышала тихий приглушенный голос: - Не оставляй меня здесь одного. Она застыла как вкопанная. - Что? – переспросила она, но ответа не последовало - Прошу… Но он не успел договорить, как ее руки обвили его шею. Вытянувшись на носочки, она прижалась к холодной кожаной куртке, чувствуя как теплые руки обвивают ее талию. А он в свою очередь нагнулся и застыл, вдыхая ставший незаменимым теплый запах карамели. - Прости меня. Не думал, что попадусь в свою же ловушку. /Примечание: снова POV Джаред/ -Нет, хватит! Прекратите! – кричу я, но меня снова никто не слышит. Так было каждый раз. Я кричал, бил, молился, рвал и метал, но все было без толку. Меня не видели. Не хотели увидеть. Снова мою Элисон ставили на колени, и мужчины по обе стороны от нее похотливо смеялись и расстегивали ширинки. Я снова видел это, каждый день, каждый раз, как на город опускалась ночь. Но меня больше тревожило не это. Я боялся другого, того, что следует за этим. - Мм, Джон, а сосет-то она очень даже хорошо. Может оставим? – пробормотал один из мужчин, блаженно закрыв глаза. - Нет. Ты же знаешь правила. - Да ладно тебе, вон и рожей она вышла. Запрем в комнате и будем развлекаться, как только потребуется. -Заманчиво. Но если мы ее оставим, от нас ничего не останется. А так… - ухмыльнулся он, поглаживая ее по подбородку, - Ладно, хватит развлекаться, пора и честь знать, - навеселе сказал он и достал из сумки длинный тонкий нож, чем-то напоминающий острый клинок. - Ну, с чего начнем? – спрашивает он у напарника, - Лицо, тело, ноги, руки? - Смотря с какой силой калечить, - ухмыльнулся он и забрал нож из его рук, - Пожалуй, с внутренних органов, - произносит он и подходит ближе к ней. У меня перехватывает дыхание. Я знаю, что сейчас будет. Резкое движение и нож пронзает кожу, входя между ребер. Истошный крик боли на всю улицу и ближайшие окрестности, от которого кожа покрывается мурашками. Он знал, куда бьет. Задето легкое, оно наполняется кровью. Смерть будет недолгой, но мучительной. Убийца передает оружие другу, а тот не задумываясь с размаху вонзает в живот и проводит глубокий порез от груди до бедер. Крови много, ей пропиталась вся ее и их одежда, она без сил падает на холодную землю и делает последний вдох, не осознавая, что вот она – смерть. Мужчина, держащий в руках нож, не останавливается. Немного раскрыв рану, он внимательно смотрит на каждый из еще пока работающих органов и пронзает их ножиком. Пораздумав, он переходит к ее лицу, чертит ножом ровные очертания по коже, а затем отрывает ее, глядя на убитую девушку и кусок кожи в руке как на очередную игрушку. - Все, все готово. Погнали, - улыбается он, и пара мужчин уходит из этого переулка, кидая ее «лицо» на мокрый от крови асфальт. Я снова умираю внутри, чувствую, как не хочется дышать, падаю на пол, пытаясь этой болью заменить то чувство, что разрывает мои внутренние органы, но резко распахиваю глаза, и снова обнаруживаю себя в кровати, завернутым в одеяло. Приподнимаюсь, оглядываюсь, со страхом понимая, что в кровати нахожусь один. - Джаред, ты чего не спишь? – тихо спрашивает женский голос, чей обладатель сидит на полу возле батареи, укрывшись теплым одеялом, и читает новую книгу в сумрачном свете. - Что ты делаешь здесь? – хриплым ото сна голосом спрашиваю я, слегка качнув головой. - Я не хотела уходить из комнаты и будить тебя, поэтому я сползла сюда. А около батареи теплее, а то ноги мерзнут. - Отложи книженцию и ползи со своим одеялом ко мне. Я не усну иначе. Шутливо закатывая глаза, она действительно кладет книгу на стол и прыгает на кровать, таская за собой одеяло. Улыбнувшись, девушка прижимается к теплой коже, чувствуя вымученную улыбку в ответ.