Empty

— Да, я абсолютно точно уверена в своих словах, и да, я говорю о Сириусе Блэке, — раздраженно ответила Гермиона, когда Рон в сотый раз задал один и тот же вопрос. — И когда? — сдавленно спросил Гарри. — Еще не знаю. Все должно определиться в ближайшее время. Мне еще надо будет вернуться на площадь Гриммо, чтобы обсудить все в деталях. — Ты точно уверена, что Сириус… — О, Рон, да заткнись уже, — огрызнулась Джинни на брата. Раздраженно закатив глаза, она крепко обняла своего мужа: — Мы с Гарри будем свидетелями на вашей свадьбе. — Мне кажется, что она слегка двинулась мозгами, — снова начал Рон, но Кэти покачала головой и закрыла ему рот рукой. С Роном они сыграли свадьбу два дня назад. — Ну что ж, похоже, мне уже пора обсудить все детали с ним, — несмотря на то, что Гермиона пыталась показать свою уверенность в принятом решении, она чувствовала, как нервы вибрируют от напряжения, стоит ей только подумать о возвращении в большой и пустой дом Сириуса. — Хорошо, дорогая, — произнесла миссис Уизли, наклоняясь, чтобы крепко ее обнять. — Ты вернешься сегодня к ужину? — Наверное. Вряд ли это надолго затянется, верно? — Даже если ты не успеешь вернуться, я оставлю тебе еды, — проговорила она, провожая Гермиону до дверей.

***

Гермиона аппарировала в особняк на Гриммо, и, как в прошлый раз, нерешительно позвала: — Сириус? — Мы здесь, — раздался голос с верхнего этажа. Она последовала на отзвук голосов, доносившихся из небольшой комнаты, где стояли волшебные шахматы, да полки со старыми книгами. Сириус сидел напротив Ремуса, который, похоже, только что окончательно проиграл эту партию в шахматы. Около них стояли пустые чашки из-под чая, и, кажется, они оба пребывали в добродушном настроении. Сириус шагнул по диагонали своей королевой, чтобы убрать последнего офицера Ремуса. — Шах и мат, — усмехнулся Сириус. — И так постоянно, — вздохнул Ремус, снимая своего короля с доски. — Ну что ж, мне уже пора возвращаться. Дора готовит ужин, — поморщившись, пояснил он. — Доброй ночи, Гермиона. Сириус рассмеялся над причитаниями друга, и начал убирать шахматные фигуры. — Доброй ночи, — отозвалась она, наблюдая, как Ремус уходит, и лишь затем повернулась к Сириусу, своему жениху. — Как остальные восприняли новость? — спросил он, продолжая улыбаться. — Пробовали отговорить тебя? — Только Рон. — Болван. — Верно. Джинни и Гарри хотят быть свидетелями. Но, думаю, вы захотите, чтобы шафером был Ремус. Не думаю, что Джинни станет возражать. — Пусть уж будет Гарри, — вздохнул Сириус. — Как он, смог переварить эту новость? — Вполне достойно, — и поймав его недоверчивый взгляд, Гермиона пояснила: — Ну, он считает, что это все достаточно странно, но все равно принял мою сторону. — На какое число ты хочешь назначить церемонию? — В ближайшие дни. Но… я все же хотела бы познакомить вас с моими родителями. Если вы не возражаете, — тут же исправилась она. — Верно. Родители, — Сириус покачал головой, словно только впервые осознал, что совсем скоро его жизнь тоже бесповоротно изменится. — Думаю, будет лучше встретиться с ними завтра, верно? — Завтра? — Гермиона и сама удивилась тому, насколько высоко прозвучал ее голос. — Да, завтра. Я напишу им сегодня же вечером. Значит, церемония состоится через день? — Как скажешь, дорогая. — Значит, в четверг, — пробормотала она. — В четверг, — согласился он. — Да, верно, — Гермионе было неловко, что она так и застыла в дверях. — Наверное, мне уже пора возвращаться. — Наверное. — А вы не хотите со мной?.. — Нет, — она кивнула и развернулась, чтобы уйти. — Хотя, спасибо за предложение, — добавил он быстро. Гермиона обернулась и неуверенно улыбнулась. На что она вообще рассчитывала?

***

На следующее утро Гермиона проснулась поздно, а все из-за того, что слишком уж перенервничала накануне. Огромным усилием воли подняв себя с кровати, Гермиона поплелась в ванную, чтобы хоть немного прийти в себя и найти силы спуститься на кухню. — Гермиона? Ты готова? — спросил Сириус, прислонившись плечом к каминной полке и держа в руках тарелку с жареными сосисками. Одет он был в дорогую мантию из-под которой выглядывал строгий костюм, волнистые волосы свободно падали на плечи. — Сириус, вы выглядите… — восхищенно произнесла она, а потом глаза ее испуганно расширились: — Который сейчас час? — Половина десятого, и спасибо. Ты выглядишь… ладно, ты выглядишь так, словно только что проснулась. — Блин! Дайте мне десять минут, — прокричала она, умчавшись обратно в комнату Джинни. Натянув красивое желтое платье, выбранное с вечера, Гермиона прошлась расческой по волосам, пытаясь придать им более менее сносный вид. Подхватив джемпер, она быстро сбежала вниз по лестнице, чтобы застать Сириуса на кухне в точно такой же позе и дожевывавшего последнюю сосиску. — Я готова, — выпалила она. — Оперативно, — одобрительно кивнул он, вытерев руки и направившись за ней к выходу. — Если заранее подготовить все, то можно здорово сэкономить время. А где остальные? — Молли сказала, что они собираются навестить Чарли. Наверное, они не хотели нам мешать, — пояснил Сириус. — Наверное, — Гермиона остановилась сразу же, как только они добрались до аппарационной площадки, и нерешительно взяла Сириуса под руку, настраиваясь на конечную точку аппарации в закоулке около ее дома. — Вот мы и на месте, — произнесла она, чувствуя, как паника снова захлестывает ее с головой. Сириус спокойно постоял рядом с ней, а затем направился к дому Грейнджеров. Пару мгновений спустя, она все так же стояла на месте, не решаясь сделать первый шаг, и смотрела на дом родителей. — Ну же, идем, — Сириус вернулся и, взяв ее за руку, пристроил тонкую кисть Гермионы у себя на сгибе локтя. — Для меня это тоже впервые, и, думаю, у нас все получится, если мы хорошенько постараемся, — он медленно направился к двери, осторожно потянув ее за собой. — Ты же знаешь, мы не можем уйти. — Не можем. Они и так достаточно злы на меня. А если я еще и этот вопрос решу самостоятельно… — Гермиона вздохнула и подняла руку, чтобы постучать в дверь, как та внезапно распахнулась. Мать Гермионы стояла на пороге, облаченная в строгий деловой костюм бежевого цвета, и улыбалась искусственной улыбкой: — Проходите, — она сдвинулась в сторону, пропуская их внутрь. Ее взгляд пристально окинул Сириуса с ног до головы, когда он прошел мимо нее. Тем не менее, Гермиона смогла рассмотреть легкое удивление, мелькнувшее на материнском лице, сквозь отработанную годами маску полнейшей невозмутимости. — Вы, должно быть, мистер Блэк. — Миссис Грейнджер, — ответил он так же невозмутимо, чем заставил ее приятно удивиться. — Должна признать, вы выглядите совсем иначе, чем я ожидала, — проговорила она, в очередной раз окидывая его одежду критическим взглядом, удивленно вскинув брови при виде мантии. Сириус лишь вежливо улыбнулся, никак не комментируя ее слова. Миссис Грейнджер провела их в гостиную, усаживаясь в большое кресло, рассчитанное на двоих, и приглашающе махнув рукой в сторону дивана. — Чарльз, — позвала она. Коренастый мужчина средних лет вошел в комнату и направился к Сириусу, вытянув руку для рукопожатия. — Мистер Грейнджер, — Сириус поднялся и пожал протянутую руку. — Чак, — отбросил формальности тот и уселся рядом с женой. — Сириус, верно? Гермиона нам мало что рассказывала о вас. Лишь слегка прояснила детали этого… соглашения. — Я тоже не много могу добавить к уже сказанному, — отозвался Сириус, скосив глаза в сторону заметно нервничающей Гермионы. — Они знают о войне и Гарри. После того, как я… после того, как они вернулись из Австралии, я все рассказала им. И им известно, что министерство настаивает на браке, — она очень надеялась, что родители не станут выспрашивать подробности предстоящего брака или о прошлом Сириуса. — Нас больше волнует, почему вы решили жениться на нашей девочке, — проговорил Чак, скрестив руки на груди, и буравя Сириуса внимательным взглядом. — Она выбрала меня. Мне нет необходимости вступать в брак из-за моего возраста. Что же касается того, почему я принял ее предложение, — Сириус взглянул на Гермиону. — Она попросила меня о помощи, а я слишком уважаю и ценю ее, и еще, я у нее в долгу. — В долгу? — удивился Чак. — В долгу за что? — Она спасла мне жизнь пару раз. Родители уставились на Гермиону, а та не смела поднять глаз от своих рук, чувствуя, как щеки заливает румянец. — Ого, какие удивительные подробности из жизни дочери внезапно открылись нам, — удивленно проговорила миссис Грейнджер. — Она прекрасная волшебница, — усмехнулся Сириус. Гермиона видела, что Сириус весьма доволен ходом беседы, ведь все, что он говорил было чистейшей правдой, и нисколько не приоткрывало настоящего положения вещей. — Похоже, нам стоило бы чаще встречаться с твоими друзьями, чтобы получше узнать их, Гермиона. Возможно, в этом случае мы бы смогли узнать и о тебе гораздо больше, — проговорила ее мать, не скрывая горечи. Гермиона почувствовала взгляд Сириуса, и проглотила уже готовые сорваться слова. — Знаете, нам уже пора, слишком много дел, которые необходимо завершить до завтра. Нам и правда уже пора. — Уже? — удивленно спросил Чак, бросая на жену сердитый взгляд. — Останьтесь хотя бы на обед, — попросил он. — Мы правда не можем, папа. Нам предстоит еще одна встреча, — неубедительно соврала она. — Верно, Люпины уже, должно быть, заждались нас, — гораздо правдоподобнее проговорил Сириус. — Оу, раз у вас планы… — пробормотал мистер Грейнджер. — Все верно, — кивнула Гермиона. — Вы должны прийти на прием, — проговорил Сириус. Трое Грейнджеров посмотрели на него так, словно он совсем рехнулся. — Это завтра. Мы проведем его сразу же после заключения брака, в Норе. Это займет всего лишь пару часов, а после проведем консуммацию. — Сириус! — уставилась на него Гермиона. — Ничего не хочу об этом слышать, — отозвался Чак, сопровождая их к двери. — Пожалуйста, никогда больше об этом не говорите. До свидания, Жучочек, увидимся завтра, — он вытолкнул их за дверь и плотно притворил ее. — Ты не сказала им о… — Конечно же нет! Родители не хотят слышать о подобном. — Но ведь Артур и Молли, кажется, нормально это восприняли. — Ну, это потому что… они же Уизли. А Уизли просто… — И то верно. Прости. Гермиона вздохнула: — Все нормально. Вы не хотели никого смутить. — Наверное, все из-за того, что магглы просто смотрят на все совсем иначе. — То есть? — В волшебных семьях об этом запросто говорят. Мы узнаем о подобном еще в раннем детстве, поэтому более подготовлены к будущему. Тем более, большинство браков чистокровных заключаются в детстве, и мы просто обязаны об этом знать. И я точно уверен, что это и было причиной пары беременностей в Хогвартсе. — Да уж, это совсем не то, что обычно мы обсуждаем с родителями, — согласно кивнула она, пропуская все остальное мимо ушей. — Ну что ж, возвращаемся в Нору? Сириус улыбнулся и кивнул, снова предложив ей локоть. Гермиона ухватилась за него, и аппарировала их обоих обратно на окраину двора Уизли. Большой скособоченный дом был по-прежнему пуст. Сириус вошел следом за ней, но вместо того же, чтобы пройти вглубь Норы, остановил ее: — Увидимся утром, — и он развернулся, уходя к точке аппарации, после чего исчез с тихим хлопком. — Верно. Завтра, — Гермиона сглотнула и направилась прямиком в комнату. Большую часть дня она провела складывая свои вещи. Покидать привычную комнату казалось странным. Джинни и Гарри сейчас жили в старой комнате Фреда и Джорджа, в то время, как Рон и Кэти жили в комнате Рона. Гермиона подозревала, что Джинни с Гарри скорее всего вернутся обратно в комнату младшей Уизли, как только она переедет в особняк на Гриммо: молодоженам всегда нужен свой собственный угол, чтобы почувствовать себя по-настоящему счастливыми. Гермиона попыталась представить себе свою будущую жизнь в доме Сириуса. Ей было так же интересно: ожидает ли он, что они будут делить одну комнату, или же она будет спать в отдельной? Закон требовал, чтобы они делили один дом, но в нем не было ни слова о том, где же должны спать супруги.