One weekend, one bed, one revenge

— Достань еще пару тарелок. Эванс сегодня будет «плюс один», — отвлекаясь от помешивания соуса, сообщает мне Стейси.       То есть как это «плюс один»?! А я? А мои чувства? А мой ответ-признание, черт его дери? Все это уже не нужно?       Да, может я слегка припозднилась с ним. Ну, на недельку-другую. Или месяц. Но не настолько же, чтобы заявляться на дружеские посиделки у Стейс с какой-то девушкой. По негласным законам нашего круга общения, это фактически значит, что Крис переквалифицировал эту особу в разряд «все серьезно». Чрезвычайно серьезно, если быть точной. Выходит, эта «плюс один» уже не просто подруга для секса, а кто-то больший. Ну да, нормально вообще. Получается, она заняла оба вакантных места, на которые претендовала я. Что за нездоровая конкуренция? Чем ее «резюме» оказалось лучше моего? Она громче кричит, поэтому выиграла отбор?       Ох, а вот это сейчас было лишним. Не нужно думать о наших постельных встречах с моим теперь уже точно бывшим соседом по кровати. Это чревато. Раскаянием, сожалением, угрызениями совести. В общем, привычным набором эмоций. Только теперь по другому поводу.       Я целый месяц строила из себя «злую королеву», а Крис же оказался человеком слова. На удивление. Или он просто вознамерился восстановить свою репутацию джентльмена…       В общем, последней нашей встречей стал тот совместный уикенд. И после наступила тишина.       Эванс молчал, не проявляя больше никакого интереса по вполне понятной причине, а я же просто искала ответ в себе, набираясь храбрости, нещадно оттягивая время, которого у меня, как выясняется теперь, не было. К слову, мы же не оговаривали, какой срок мне давался на признание, но какой сейчас смысл искать лазейки в просьбе Криса открыто заявить о своем влечении к нему, если в данный момент «Эванс плюс один»?       Чувствую, подожди я не месяц, а год, то вообще могла бы в следующий раз встретиться с ним на их свадьбе…       Черт. У меня столько вопросов. И ни один из них я не задам, боясь услышать ответы. Трусиха.       Впрочем, как и слабачка. Ничего нового. Это я признала давно. А вот с тягой к Крису все не так просто. Ладно, нет ни малейших сомнений, что это вообще хоть как-то сравнимо.       Просто я не была готова к этому тогда. Да и сейчас все точно так же. Возможно, это очередная заслуга оленя, разбившего мне сердце. Или индивидуально моя проблема, но уверенности, что нужно продолжать связь с Эвансом, я так и не нашла. В пользу этого оказался лишь один-единственный аргумент — мне до одури хорошо с ним в постели. И для каких-то там признаний бесчисленного количества «матчей» маловато. Открыто подтвердить это — вновь обречь себя на страдания. Не сразу. Со временем. Но от Колина я тоже не ожидала предательства. Конечно, он и близко не стоял рядом с Крисом, вот только слишком рано для всяческих серьезностей, пусть я выбросила из сердца предыдущие отношения, и все благодаря Эвансу.       Хотя, если на минутку забыть о привычных чувствах самобичевания и неловкости, то мне же не вечность на двоих предлагали, а просто качественный секс. Ну дура дурой, вот честно.       Углубившись в собственные мысли наряду с очередным приступом стыда, и всеми вытекающими из него последствиями в виде осадка от событий, произошедших в прошлом и новостей настоящего, я опрокидываю на себя бокал красного вина. М-да, а еще минуту назад мне казалось, что хуже быть просто не может, но я обладаю довольно распространенным талантом все усугублять до критических масштабов апокалипсиса. Блестящее умение, делающее мою жизнь еще «веселее», чем она есть.       И после этого я понимаю, что с оценкой ситуации погорячилась. Единственная вещь в доме Стейси, которую я могу надеть вместо своей блузы — это футболка с эмблемой Капитана Америки. Я даже не знаю, в чей адрес посылать свои возмущения по этому поводу. Наверное, все претензии стоит высказать одной нерасторопной идиотке, страдающей извечными угрызениями совести. В общем, далеко ходить не придется.       Когда появляется Эванс, я демонстративно отворачиваюсь от него, забивая в себе малейшие намеки на любопытство, вообще стараясь притвориться мраморной статуей или напольной вазой… в футболке с этой чертовой звездой. Ну что за невезение?!       Но мое настроение быстро улучшается после пояснений Криса, что он пришел один. Его спутница то ли заболела, то ли не захотела идти с ним, то ли вообще канула в Лету, главное — ее здесь нет. Зато есть я… — Рад, что ты в моей команде, — наконец обращается ко мне парень, когда я, стоя к нему спиной, успеваю опустошить четвертый по счету бокал вина, на этот раз хоть вливая его в себя.       Ну вот, я так и знала, что из-за футболки у меня будут проблемы. Но подставила себя сама. Случайно. На фоне моих нервов, уже ставших вредной привычкой. — Не в твоей, а в команде Кэпа.       А что еще делать? Иных вариантов, кроме этого, для ответа нет. Ладно, они есть, но в моем состоянии мне их не придумать. — Дельное замечание, — соглашается Эванс.       Выходит отсылка к одной из наших встреч. Вообще прелестно! Ситуация ухудшается с каждой минутой. Оказывается, раньше это был еще не предел. — Так и не удостоишь меня ни единым взглядом за сегодня, принцесса? Нет? Серьезно?       Мой бывший сосед по кровати все не унимается, от чего я лишь сильнее стискиваю зубы, негодуя после его слов. — Злая королева, — тихо шепчет он, слегка склонившись к моему уху, и я впервые начинаю думать, что меня обманули. Эванс — хитрый коварный лис, до этого игравший нечестно. Что если его «плюс один» — не более чем выдумка одного совсем уж не джентльмена?       Звучит, как пьяный бред. Но мне нравится. То ли потому, что наличие подружки у Криса дико бесит меня, то ли от того, что я просто уже прилично набралась на фоне нервного напряжения из-за его «плюс один». Зато не угрызения совести. Хоть какое-то разнообразие.       Будто в подтверждение моим мыслям, хотя я знаю, что Эванс не умеет их читать, лишь угадывать порочные желания, он игриво и невинно касается моих волос, накручивая несколько прядок себе на указательный палец и легонько оттягивая их в сторону. Практически неощутимо, если бы не значение этого жеста в целом. У кое-кого имеется определенное пристрастие, и только что этот кое-кто выдал себя с поличным. Может, в постели Крис и забывает, что он — джентльмен, но подобные игры на любовном фронте не в его стиле. Проще говоря, этот парень никогда не поступил бы так, имей он подругу в данный момент. Попался, дорогой! Кажется, у меня появился повод для мести. Но учитывая мое опьянение — путевый план мне сейчас не придумать.       Зато я наконец чувствую свободу и испытываю облегчение, под воздействием алкоголя избавившись и от стыда, и от неловкости, и от всего остального. Есть только винный дурман в моей голове и желание соблазнить Эванса. Думаю, этим я и займусь. Плевать, что от меня требуется какое-то там признание. Я не хочу вспоминать о нем сейчас.       Ответив Крису тихим стоном, больше походящим на мурлыканье, я все-таки разворачиваюсь к нему и удостаиваю парня взглядом в глаза. Внутри меня пожар, и вино вовсе не причина возгорания. Страсть и вожделение — вот истинные источники пламени. А еще тоска по прикосновениям моего бывшего соседа по кровати, не делавшего это целый месяц. Мне было жутко одиноко и тоскливо без него.       По пляшущим подобно бесенятам искоркам в голубых глазах, я понимаю, что, возможно, Эванс только что научился читать и мои мысли. Либо вновь угадал фантазии, терзающие меня, впрочем, это было достаточно легко.       Кажется, еще мгновение и что-то произойдет, вот только я не знаю что. Поцелуй при всех? Прикосновение? То самое признание, которого он так ждет? У меня даже нет сомнений, что это все еще так. Я чувствую. Я вижу по поведению Криса. Я знаю, и могу заявить об этом с уверенностью. Но все равно мне что-то мешает броситься в омут с головой, поэтому момент упущен.       Я возвращаюсь к распиванию вина, а Эванс — к общению с приятелями. Градус накала спадает так же резко, как и повысился, хотя спустя пару минут я все еще дрожу, что немудрено после такой-то близости почти без самой близости. И хорошо, что это остается незамеченным, иначе сейчас такую реакцию было бы очень тяжело списать на ветер.       Во время ужина я стараюсь даже искоса не поглядывать на Криса. Любой жест, полутон, все, что угодно — это провокация. А после еще одной порции алкоголя мой запал поутих. И теперь я просто не хочу ничего. Нет, ладно, Эванса-то я хочу, но никаких действий предпринимать не собираюсь. Он все еще ждет их. А я же по-прежнему не имею ответов на все вопросы, которые мой бывший сосед по кровати так и не задал. И вообще для моей стадии опьянения у меня слишком много мыслей, это странно.       В целом, ужин проходит очень даже неплохо. Общение с друзьями всегда сглаживает шероховатости неприятностей, но в моей ситуации помощи от него никакой. Особенно учитывая, что я отказываюсь остаться на ночь у Стейси, и Крис заботливо предлагает подвезти меня. Черт! Черт-черт-черт! Воспротивиться этому — заставить подругу подозревать что-то, а она и так постоянно косится на нас после той истории со сценарием.       По пути домой я все время молчу, лишь вздыхая время от времени. А Эванс никоим образом не пытается изменить это. Ну отлично. Теперь мы вообще игнорируем друг друга, при этом находясь на расстоянии вытянутой руки. Для подобного нужно владеть определенным мастерством. И у нас оно, похоже, есть.       Когда мы проезжаем нужный поворот, я вынужденно нарушаю тишину робким замечанием: — Мне кажется, ты едешь неправильно. — Нет, все верно, — качает головой Крис.       Это еще что такое? — Куда ты меня везешь? — Похищаю принцессу. Тащу ее в свое джентльменское логово.       Вот это да! — Возомнил себя драконом?       Для сегодняшнего вечера звучит как-то слишком… романтично? — Просто не хочу оставлять тебя одну сегодня.       Но и оставаться у меня он тоже не хочет. Все ясно. — Я не маленький ребенок, Крис. И не впервые напиваюсь. — Я знаю, — сдержано кивает он.       Что ж, по-моему, это вполне очевидный намек. — Не удивлен, что, хоть ты и делаешь это против моей воли, я совершенно не протестую?       Ну же, Эванс, признайся мне. Правда, не знаю, в чем, ведь вообще чего-то подобного этот парень ждет от меня. Но сейчас я не могу правильно выстроить логическую цепочку, зачем же я испытываю такую необходимость. — Я уже привык.       Вау! Спасибо, Крис! Ты только что обрушил на мои плечи еще тонны две сомнений и смущения. Вот что бы я без них делала, а?       Но мой бывший сосед по кровати и совершенно бессердечный тип вовсе не намерен останавливаться на этом. Когда мы приезжаем к нему, он великодушно выделяет мне… диван в качестве места для сна. Наконец-то я все-таки добралась до него, блин! До этого так старалась избежать близости с Эвансом, что рвалась туда добровольно, вот и получила желаемое. Мне кажется, в глубине души кое-кто сейчас точно злорадствует и ликует. — Крис, это…       Мать его, диван! Даже не кровать в гостевой комнате! — Так мило, — как ни в чем не бывало, продолжаю я. — Дружеская забота, и все такое. — Наверное, я все-таки джентльмен, — отвечает он с явно притворным безразличием. — Спокойной ночи. — Хороших снов.       Дождавшись, пока Эванс скроется в своей спальне, я раздеваюсь, оставшись в трусиках и все той же гребанной футболке, теперь не возглавляющей рейтинг провалов сегодняшнего дня.       Укрывшись пледом, я изучаю потолок, понимая, что мне сегодня не уснуть. Эта не ночевка на диване, а ссылка заключенной в карцер, ей-богу. Но я заслужила.       А может послать все к чертям, и самой заявиться к Крису? В конце концов, он не раз и не два делал первые шаги. Не имея сил признаться ему в чем-то, так я хотя бы своими действиями дам подтверждение очевидному. Если это еще нужно Эвансу…       Благо, алкоголь чудесно снимает все сомнения, грозя мне утренней головной болью и гибелью от раскаяния и сожаления, но нужно пользоваться моментом. Свою «плюс один» мой бывший сосед по кровати придумал не просто так. Почему-то мысли о том, что она действительно существует, я вообще не допускаю.       В общем, будь, что будет. И, вообще, когда я впервые предлагала Крису секс, то сомневалась меньше, чем сейчас, хотя тогда была трезвее. Чертова эмоциональная подоплека…       Вот что делать, если он откажет? Потом реветь у него на диване? А зачем я собралась реветь? Ну да, я же ревновала. О, лучше бы я не пила. Мыслительный процесс в моем состоянии не приводит ни к чему хорошему. Хотя когда вообще он завершался так? Что-то я не припоминаю этого за собой в последнее время. — Все в порядке? — Эванс отвлекается от мобильного, недоуменно и даже обеспокоенно глядя на меня, переминающуюся с ноги на ногу на пороге его спальни. — Заблудилась?       Постепенно-постепенно, страдая от размышлений на непонятные темы, я все же добрела до комнаты, в которой мне бы лучше не появляться, но уже поздно. — Нет.       Взгляд его голубых глаз хищно скользит по моему телу. Ах да, я же в одной футболке. Будто «совершенно случайно» забыла об этом. — Тогда зачем? — А ты не знаешь?       Покусывая нижнюю губу, вопросительно смотрю на Криса. Он все прекрасно понимает, но вот как поступит — это загадка. Пока загадка. Хотя я уповаю на секс, что вполне очевидно, причем для обоих. — Мне кажется, ты найдешь достаточно вариантов для объяснения своего появления в моей комнате в таком виде. — Я могу вернуться за пледом. — Не нужно.       Это приказ. Пусть тихим, вкрадчивым тоном, но без малейшего шанса на возражения, поэтому после его фразы внутри все словно переворачивается, враз воспламеняясь от сладостной вспышки, разливающейся по телу терпким огнем.       Хорошо еще, что на Эвансе больше одежды, чем на мне. Чувствую, увидь я его сразу без футболки, то рухнула бы в обморок, так и не объяснив причину своего визита. — Дай угадаю, ты пришла с чистосердечным признанием? — усмехается парень.       Черт! Снова всплыло оно. Как удачно я напилась сегодня. Есть возможность свалить все на алкоголь. Потому что с лунатизмом совсем уж неправдоподобная версия. — Эванс, сделай скидку на мое состояние. — Принцесса, это не лучшая идея.       Он отрицательно качает головой, но я настроена решительно, правда, сама еще не знаю, насколько. — Помнится, так ты говорил и в самую первую ночь. А после… сколько раз ты меня трахал?       Что ж, я настроена ну очень уж решительно. Вожделение — слишком сложная и угнетающая штука, чтобы не пытаться заполучить объект своих желаний, когда изнываешь от возбуждения. А в моем случае это было так еще в момент, когда я только подумала о Крисе. — Ты сильно пьяна, — констатирует он. — Я обещал себе. И обещал тебе. — Разве это действительно проблема? — Да. В данном случае я все-таки останусь джентльменом.       Я вздыхаю. Спокойствие. Мне необходимо спокойствие. И его ласки. Черт. Я схожу с ума. — Брось, Крис, ты же не Железный человек. — Кэп еще и отчитал бы тебя за такое предложение. С выдержкой у Стива все в порядке, — улыбается мой желанный сосед по кровати. — Тогда давай пройдемся по списку остальных твоих ролей, — с застенчивой усмешкой воркую я, — и найдем кого-нибудь более развязного, сговорчивого и очаровательного. Скажи, мистер Джентльмен, кто первым приходит тебе на ум? — Тебе он вряд ли понравится.       Неуверенность в голосе Эванса заставляет меня насторожиться. — Почему? — Колин Ши. — Оу.       Но ничего не происходит. Мир остается прежним. Парень, сейчас так отчаянно сопротивляющийся нашей близости ввиду моего состояния и собственных принципов, а еще одного условия, которое я не хочу выполнять, исцелил меня от любых болезненных ощущений при упоминании имени моего бывшего, ставшего виной водовороту мести, захватившему нас. И я не против закрепить этот результат. — Наверное, не стоило говорить о нем. — Нет-нет, все нормально. Это уже позади… — так и недоговорив фразу, я прикусываю язык, вспоминая, что именно Колин стал моей отговоркой во время совместного уикенда. Мне нельзя пить. Просто противопоказано.       В отличие от меня, Эванс трезв, поэтому он прекрасно понимает, что я только что сболтнула. — Бесстыжая девчонка, — скрестив руки на груди, парень сердито хмурится, и я, кажется, даже трезвею немного, опасаясь последствий своего провала. — Будто ты лучше. Напомнить, что именно ты творил со мной? — Да.       Оказывается, я не готова к такой просьбе. Она уничтожает несчастные крупицы моего сопротивления, и заставляет заткнуться совсем уж слабый голосок то ли будущих угрызений совести, то ли еще прошлых. Я просто хочу Криса. Крышесносно. Необъяснимо. Дико. Это чувство — единственное, что я могу испытывать сейчас.       К счастью, Эванс настолько возмущен открывшейся ему правдой, что не настаивает на том, чтобы я расписывала во всех красках наш предыдущий секс, и продолжает негодовать: — Ты все это время манипулировала мной.       Он садится на край кровати, и я, не дожидаясь приглашения, медленно приближаюсь к нему. — Неправда. — Если бы я только знал… — И что бы ты сделал?       По озорному и шаловливому огоньку в голубых глазах понятно, что ничего приличного. Никто и не сомневался, Крис. Пусть он злится, но все равно испытывает то же, что и я. — В тот же вечер оттрахал тебя так, что утром ты не смогла бы встать.       Мне кажется, или это звучит, как обещание на грядущую ночь? И от него подкашиваются ноги, а дышать становится совсем уж сложно, ведь фантазия услужливо подкидывает картинки прошлых наших жарких встреч. А наряду с тем, что я чувствую сейчас, это убийственно. — Как грубо, — наморщив нос, иронично ворчу я. — Это условно, учитывая твое поведение. — Если я настолько плохая девочка, тогда накажи меня.       Я не отдаю отчет своим действиям. Желание и алкоголь затуманили рассудок. Реальна лишь потребность в Крисе. Больше не существует ничего. — Как ты себе это представляешь? — выдыхает он.       Похоже, Эванс из последних сил пытается сдерживаться. Да-да, у него все еще поразительная выдержка и чувство самоконтроля. Хотя он заведен, возможно, до предела. — Тебе расписать во всех красках?       Ну же, хватит сдерживаться. Я же рядом. Просто возьми меня, Крис. Умоляю. Неужели ты не видишь, как мне дурно от страсти, переполняющей мое тело. — Вообще-то диван и был наказанием… — О, как неудобно получилось, — прикрыв рот ладошкой, притворно ахаю я. — Да прикоснись же ты ко мне наконец! — Неужели ты хочешь этого?       Взгляд его дьявольски-порочный. И, кажется, если еще немного выждать, то я кончу лишь от поцелуя, хотя нуждаюсь в большем. — Нет, что ты. Я же забрела в твою спальню случайно. Пожалуй, мне пора возвращаться на диван. Спокойной ночи, папочка.       Я уж было разворачиваюсь к двери, как Крис останавливает меня, схватив за запястье. — Ты никуда не пойдешь.       Короткий взгляд глаза в глаза, чтобы понять, что мы оба не шутим, и Эванс проворно стягивает трусики к моим щиколоткам. Черт возьми, как властно.       Я намереваюсь избавиться от злосчастной футболки, но парень качает головой, не позволяя сделать этого.  — Так-так, это одна из твоих фантазий, верно? — усмехаясь, указываю я на эмблему на своей груди.       Вместо ответа он валит меня на постель, сам же встав с кровати. Мне не нравится это разделение. И как я без него, а? — Вообще-то я рассчитывала, что мы здесь будем вдвоем.       Я призывно развожу перед ним ноги, совершенно не стесняясь своей наготы. Я пьяна, мне можно вести себя так. Да, я уже знаю, что утром сгорю от стыда и неловкости в первую же минуту после своего пробуждения, но не сейчас. — Какая же ты нетерпеливая.       Крис раздевается, и я с восхищением наблюдаю за этим процессом. Эванс совершенен. И я мучительно отсчитываю минуты до момента, когда же наконец почувствую тяжесть его тела, забываясь под ним.       Он тянется ко мне. Я не сразу понимаю, что парень вознамерился сделать, поэтому не успеваю остановить его, и первый сегодняшний поцелуй мой сосед по кровати оставляет на лобке, после языком пробуя на вкус мое возбуждение.       Я вскрикиваю, инстинктивно пытаясь закрыться от его прикосновений. Сейчас это слишком. Я знаю, что не выдержу таких ласк. — Не бойся, нас никто не услышит.       Его невыносимо-горячий шепот касается моей нежной кожи, и я будто плавлюсь от своих ощущений, накрывающих с головой. — Этим ты окончательно сведешь меня с ума. Не нужно.       Взъерошиваю его волосы, пытаясь убедить Криса прекратить, но вместо этого кончиком языка он шаловливо касается клитора, заставляя меня вновь забыться под волнами пьянящего наслаждения. До разрядки еще далеко, но уже то, что происходит сейчас, невыносимо чувственно и обжигающе сладостно. — Может, я только этого и хочу.       Его слова лишь добавляют огня. Безумное буйство развратных желаний пьянит сильнее любого алкоголя. А откровенные ласки Эванса только усугубляют все. И сдерживаться практически невозможно. — Не сейчас. Не так. Боже мой…       Ахнув, я срываюсь на первый вскрик, когда он пальцами проникает в меня. — Что же ты делаешь… Крис, прошу, я слишком хочу тебя сейчас.       Мой бессвязный шепот полон мольбы. И парень подчиняется, но мне кажется, неуместно думать о его верности качествам джентльмена.       Отстранившись, Эванс невесомо скользит ладонью по внутренней стороне моих бедер, и я вздрагиваю, ведь это чертовски щекотно. — Ну вот что ты делаешь? — Даю тебе возможность передохнуть.       Глядя на его невинную улыбку, мне хочется опрокинуть Криса на спину и взять контроль в свои руки. Но у меня неподходящее состояние для этого, да и моим соседом по кровати командовать сложно. — Я искусала себе губы, ожидая твоих поцелуев. — Я целовал тебя.       Спасибо, Эванс, теперь я краснею. — Не так. — Тебе не понравилось? Я могу попробовать иначе.       Он вновь тянется ко мне, и я стараюсь сдвинуться от него как можно дальше. Не выходит. Ухватив меня за ногу, парень сокращает расстояние между нами.       Но, следуя моим просьбам, поднимается наконец к моим губам. Невозможно не думать о порочности этого поцелуя, когда с каждым движением языка Криса я все больше чувствую свой же вкус, но поделать ничего нельзя. Лишь упиваться ощущениями, рискуя действительно сойти с ума.       Поглаживая его плечи, я раз за разом прочесываю ногтями по гладкой коже, чувствуя, как играют упругие крепкие мышцы под ней.       Оторвавшись от губ Эванса, я легонько кусаю его за шею, тут же зализывая свое прикосновение, слыша по сбивчивому дыханию, что безумие грозит не мне одной.       Обхватив пальчиками твердый возбужденный член, я пару раз провожу ими вверх-вниз, удовлетворенно усмехаясь тому, как Крис, зажмурившись, сквозь зубы втягивает воздух. — Мне отомстить тебе? — шепчу ему на ухо, касаясь его кончиком языка, намекая на особый вид возмездия, которым я могу одарить сейчас парня. — Только, если ты не боишься того, что будет после.       Запустив пальцы мне в волосы, Эванс, следуя своей слабости, оттягивает их в сторону, заставляя меня запрокинуть голову, чтобы ему легче было коснуться моей шеи. И вновь резкий контраст от нежности его губ и грубых покалываний щетины немыслимо обостряет мою необходимость в нем. — По-моему, мы лишь оттягиваем неизбежное. — Кто бы говорил, принцесса.       Повелев мне вернуться в горизонтальное положение, он устраивается между моих ног, продолжая играть со мной, головкой члена касаясь моих губок. — Прекрати, — ворчу я, глядя ему в глаза, в которых сейчас лишь поволока возбуждения.       Вдобавок к своему возмущению, я звонко шлепаю Криса по ягодицам, и тут же жалею об этом, ведь его первый резкий глубокий толчок заставляет меня закричать. Болезненное, но упоительное чувство наполненности поглощает без остатка. Эванс дает мне пару мгновений привыкнуть к нему, большим пальцем притрагиваясь к уголку моего рта, и я не упускаю момента, чтобы укусить его. — Я дал тебе то, чего ты хотела? — Еще нет.       Улыбнувшись, он начинает двигаться во мне, постепенно ускоряя свой ритм, и я быстро забываюсь в нарастающем внизу живота всепоглощающем пламени, бушующем все больше и больше, когда я чувствую, как мои мышцы сжимаются вокруг его члена, поднося меня на пик наслаждения. Я знаю, что утро будет разрушительным. Но близость с Крисом слишком сладкая, чтобы отказываться от нее.