Алиса в Средиземье

Я, конечно, не люблю углубляться в некоторые подробности, но думаю, стоит вас предупредить. Понимаю, многие девушки, фанатеющие от «Властелина колец» хотели бы отправиться в путешествие с Братством, о котором позже пойдёт речь, но мало кто учитывает один момент. Вспомните, как пахнут мужские носки, ношенные неделями. Вспомнили? А теперь представьте десять пар таких носков и умножьте их вонь примерно в два раза. Представили? Примерно такой запах и исходил от моих товарищей после недели отсутствия водных процедур. Думаю, фанатки сей саги, прочтя эти строки, расхотели бы попадать сюда сразу же, хотя кто знает. По описанной выше причине, в конце дня я с огромной радостью отыскала купальни Ривендельские и отмыла с себя недельную грязь, от которой вода вокруг меня тут же становилась мутной. Быть чистой и в одежде без раздирающего ноздри запаха пота после такой недели казалось действительно чем-то сродни награды. В зеркале я себя до этого не видела, но готова поспорить, зрелище было не из приятных. Утром я как никогда пожалела о том, что у меня не было ни одной книги из того мира. Сон покинул меня рано, и у меня не было ни малейшего представления, чем можно себя занять. Дома на такой случай у меня всегда были книги, с которыми я могла коротать целые дни, ну или, на худой конец, компьютер со Скайримом. Конечно, у Элронда просто не могло не быть библиотеки, но смысл мне туда идти, если прочитать ни одну книгу не смогу. Сомневаюсь, что кто-то тогда согласился бы читать мне вслух, как маленькой девочке, да и просить об этом само по себе казалось смешным. Можно было бы и поиграть на гитаре, но сомневаюсь, что эльфам бы понравились чужеземные песни с утра пораньше. В итоге самым разумным вариантом мне показалось просто послоняться по окрестностям. Как и следовало ожидать, в коридорах не было почти никого, будто дом Элронда вымер. Уж слишком раннее время я выбрала, чтобы прогуляться. Ну это было и к лучшему, ведь можно было бродить в своё удовольствие и подумать о чём-нибудь важном. А думала я о том, что если все опасности кончились, то после выздоровления Фродо мы сможем отправиться домой в Шир. И там мне предстояло наладить отношения с папой, стать снова семьёй. Если бы всё кончилось, то и мама бы могла вернуться сюда, взять с собой брата, и мы бы снова были все вместе. Мне до сих пор жутко интересно увидеть его выражение лица в тот момент, когда она рассказала ему всё. Но если бы я только знала тогда, что до хэппи энда было ещё как раком до горы, и как нескоро ещё увижу семью. В любом случае, мне хотелось попросить Гэндальфа кое о чём очень важном, даже если в дальнейшем в этом не было бы необходимости.  — Рановато ты решила погулять. — из-за угла тут же вывернул вышеупомянутый маг.  — Доброе утро, Гэндальф. — поздоровалась я и тут же решила изложить просьбу. — Можно тебя попросить кое о чём? Это очень важно для меня.  — Тебя что-то тревожит? — моё взволнованное выражение лица не укрылось от волшебника. Хотя о чём я? От него вообще очень сложно что-либо скрыть, и вы очень скоро в этом убедитесь.  — Да. — мой голос прозвучал сдавленно и это было неудивительно. Я не очень любила просить кого-то о помощи тогда. — Помоги мне освоить магию. Дело в том, что у меня… я не…  — Странник рассказал мне о том, что случилось на Пасмурной вершине. — голос мага звучал приглушённо и серьёзно. На секунду мне показалось, что он будет меня отчитывать. — В стрессовых ситуациях ты не контролируешь эмоции, и поэтому у тебя не получается управлять магией. — я знала, что он прав, но мои уши всё равно покраснели. — Но ты делала всё, что могла, пытаясь защитить товарищей, и это очень воодушевляет. — он улыбнулся.  — Если бы не Странник, меня бы тут не было. — честно созналась я, вспоминая, что именно он спас меня, когда я уже ёжилась в углу и ждала своей участи. У меня бы тогда не хватило ни сил, ни храбрости, чтобы отбиться и уж тем более спасти других. — Никого из нас бы тут не было. То, что мы живы — его заслуга. А я… — я глубоко вздохнула, прежде чем договорить. Мне не нравилось тогда просить кого-то о помощи. — Я слишком надеялась на удачу и не всегда понимала, что делаю. И поэтому прошу, помоги мне, пожалуйста.  — Я научу тебя управлять своими силами. — сказал Гэндальф и улыбнулся. — Но учти, это будут очень тяжёлые тренировки.  — Не сомневаюсь, я готова. — думаю, только круглые идиоты бы думали, что учиться магии просто. — Я хочу совладать с собственным даром, чтобы защитить тех, кто мне дорог, если на них вновь нападут. Мне не хотелось, чтобы кого-нибудь снова ранили или убили у меня на глазах. Не хотела больше видеть смерть и корить себя за то, что не смогла уберечь. Но на Пасмурной вершине я ничего не смогла сделать, и на моих глазах чуть не погиб товарищ. Я была готова проходить даже самые лютые тренировки, лишь бы больше такого не повторилось.

***

Как и говорил Гэндальф, серьёзные тренировки с магией действительно были не самым лёгким обучением. Не столько в физическом плане, сколько в моральном. Мне приходилось часами концентрироваться на внутренних ощущениях. Гэндальф говорил, что в моём случае источник сил находится где-то в сердце, поэтому предложил мысленно визуализировать, как сила исходит оттуда и наполняет моё тело, а после направлять. В первый день было сложнее всего. После двух часов практики у меня жутко заболела голова, а из носа пошла тонкая струйка крови. Маг предлагал на этом завершить, но я отказалась. — Если я сдамся, то ничего не добьюсь. — на эти мои слова Гэндальф одобрительно кивнул и похвалил меня за усердность. Может, я бы с радостью отложила это в долгий ящик, не будь это так важно. В итоге мы всё же договорились тренироваться по три подхода в день с перерывами на пару часов. Я не знала, когда именно мы отправимся в Шир, и поэтому время в Ривенделле посчитала нужным провести с пользой, а не прожигать попусту. В итоге через пару дней он сказал, что у меня уже получается чуть лучше, но надо продолжать тренировки. Меня уже хватало почти на три часа, да и голова болела не так сильно, как в первый день. Магия пока ещё подчинялась мне через раз, но всё же это лучше того, что было до этого. Это определённо радовало меня и только подогревало желание работать с ней больше. В перерывах Мерри и Пиппин часто пытались втянуть меня в свои выходки, будь то вылазка в винный погреб, объедание ягодных кустов, или же ловля рыбы в неположенном месте. Если быть точнее, проворачивала всё это двуглавая катастрофа в лице юных братцев-хоббитов, моим же делом было стоять на стрёме, чтобы в случае чего помочь им сбежать от Линдира. У главного распорядителя Ривенделла всего за пару дней разгорелась негласная война с мальчиками. После того, как они случайно подожгли какое-то священное растение, Линдир гонял их ото всюду, где они могли учудить даже самую мелкую пакость. И честно говоря, я его прекрасно понимала. Ребята могли натворить дел, которые бедные эльфы потом могли бы разгребать неделями, если не месяцами. До сих пор помню, как бедный эльф, обречённо вздыхая, принёс двух сорванцов за шкирку на тренировочное поле, словно шкодливых котят, и сказал мне приглядывать за друзьями, а те даже не пытались изобразить раскаяние. Тогда я рассмеялась и назвала их обалдуями, на что они карикатурно надулись, и уже в конце моей тренировки Мерри сказал, что отныне я буду прикрывать их, ссылаясь на то, что такую тихоню не обвинят в сговоре с этими мини-ураганами. Но чаще всего я, конечно же, отказывалась, мотивируя это тем, что если мы попадёмся, то я потеряю доверие эльфа, и прикрывать их хитрые жопы будет больше некому, потому что Сэм на такое не согласится. Помню, в одну из попыток ребят заставить меня стеречь их, именно он и сказал полушёпотом, что это себе дороже, если мне важна спокойная жизнь без проблем. Последнему же во второй вечер нашего пребывания в Ривенделле всё же позволили навестить его хозяина. Как оказалось, он потом просидел там всю ночь, будто боялся, что Фродо кто-нибудь украдёт без его присмотра. Я обнаружила его там утром спящим на стуле рядом с кроватью, в которой мирно спал ещё не пришедший в себя хоббит.  — Доброе утро, Хатико. — я хихикнула, слегка потормошив Сэма за плечо.  — Мистер Фродо? — с надеждой спросил он, разлепляя глаза.  — Да, конечно, он самый. — я не смогла сдержать смеха. Сэмуайз хоть и был сонным, но всё же перепутать наши, мягко говоря, разные голоса казалось сложным. — Элронд, пока лечил меня, решил, что мне больше пошло бы быть женщиной.  — Очень смешно, Алиса. — саркастично заметил хоббит, поняв, что это всего лишь я. Конечно, он был расстроен, что это не его друг очнулся. Я не могла перестать улыбаться, глядя, насколько сильно он ждёт пробуждения Фродо. Очень умиляло то, как Сэм привязан к другу, даже несмотря на то, что по факту он являлся слугой. Ну не похожи они были на барина и крепостного или кого-то в этом духе. Может я и плохо разбиралась в дружбе, но мне казалось, что их отношения именно дружеские.  — Может сходишь к себе и поспишь нормально? — спросила я, глядя на то, как Гэмджи уже клюёт носом. — Без тебя его не украдут. — подумав несколько секунд, он тряхнул рыжеватой головой. — Если он даже и очнётся без тебя, самое опасное в Ривенделле — это согласиться участвовать в проделках Мерри и Пиппина. Мне захотелось пошутить, но я всё же удержалась. Думаю, даже если бы Сэм знал, что такое нетрадиционная ориентация, то всё равно бы оскорбился на шуточный вопрос по этой теме. В конце концов, это и правда было бы грубо по отношению к нему, а обижать его мне совсем не хотелось.  — Эх, ладно. — он встал со стула и попытался выпрямить спину. Готова поспорить, я даже слышала хруст его позвоночника. — Пойду к себе. Если очнётся, скажи мне. Взяв с меня обещание доложить ему новости, если они будут, он наконец покинул комнату, оставив меня наедине со спящим Фродо. С того дня, как его увезла Арвен, прошло всего 6 дней, а у меня было ощущение, что это было уже очень давно. Он всё ещё был бледноват, но уже не так, будто вот-вот отправится в мир иной. Дотронувшись до его ладони, я отметила, что она холодная, словно снег. Оказалось, в комнате было открыто окно. Видимо, Сэм хотел впустить свежего воздуха, но закрыть его совершенно забыл. Что ж, мне было совсем несложно сделать это за него.  — Вот, так-то лучше будет, а то тебе только простудиться для полного счастья не хватало. — закрыв злополучное окно, я вновь села рядом на стул и взяла его ладонь в свои, пытаясь согреть. Полностью заключить его руки в свои мне не удалось из-за того, что мои ладошки были меньше, чем его. Он в этот момент что-то промурлыкал во сне и блаженно улыбнулся, будто объевшийся сметаны кот. Наверное, что-то очень хорошее снилось. Уголки моих губ невольно поползли вверх, и я почувствовала странное тепло внутри. Его улыбка мне и до этого казалась чертовски милой, но именно тогда мне впервые показалось, что ничего хотя бы в половину такого же умиляющего быть не может. Тогда я не знала, с чем это связано, но это не казалось чем-то плохим. Меня зачем-то понесло рассказывать ему о том, что происходит в Ривенделле, пока он лежит в без сознания.  — Гэндальф учит меня обращаться с магией. — сказала я, в очередной раз почувствовав укол вины за то, что с ним случилось. Да, мне говорили, что это не моя вина, но ведь что-то же можно было сделать… — В следующий раз такого не повторится, обещаю. Я хотела тогда одного. Чтобы он скорее исцелился и вновь вернулся к нам, его друзьям. Снова улыбался и веселился с нами. Хотя… Я прекрасно понимала, что прежним он может уже и не быть, но и пусть. Мы с ребятами примем его любым, каким бы он не стал. Только бы он был жив и здоров.

Поскорее вылечись полностью, Фродо… Нам не хватает тебя.

Солнца яркий луч, Путь найди во мгле. Я прошу верни, что так желанно мне. Раны исцели, Жизни свет пролей. Я прошу верни, что так желанно мне, Желанно мне…

 — Очень красивая песня. Сама сочинила? — от испуга я подпрыгнула на месте, выругалась и упала со стула, крайне неблагородно отбив себе задницу. Пока я потирала место удара, Фродо сидел на кровати и звонко смеялся над моей бурной реакцией на его пробуждение. У меня даже сразу не получилось сообразить, что случилось, но потом осознание того, что он пришёл в себя, словно бы ударило меня кирпичом по голове…  — Ты живой. — прошептала я и, неожиданно даже для самой себя, крепко стиснула в объятиях. Фродо, явно никак не ожидавший такого поворота, опешил от моих действий, но через мгновение всё же обнял меня в ответ, и я, поддавшись до этого неизвестным чувствам уткнулась носом ему в плечо. Даже словами не передать, как же я была рада, что он снова с нами. Живой и такой… тёплый. Поймав себя на том, что сравниваю его с весенним солнцем, я мысленно одёрнула себя от таких сравнений, это уж слишком. Начинаю скатываться в типичные дамские романы, очаровательно, нечего сказать! И всё равно было приятно обнять его вот так после того, что случилось. Мы просидели так несколько минут в тишине и спокойствии, не говоря ни слова. Да и ничего этого не было нужно.  — И-извини, я… — поняв, куда всё идёт и куда летят мои собственные мысли, я резко отпрянула от него и прямо почувствовала, как залилась краской, и как сердце из груди выпрыгивало. — Я рада, что ты очнулся.  — Кхм-кхм. — этот неожиданный кашель, раздавшийся сзади, заставил меня вновь схватиться за сердце и обернуться на звук. — Простите, если помешал вам. Прямо на входе в комнату стоял Гэндальф Серый и, глядя на нас, хитро улыбался. Почему-то первым делом в голове всплыл вопрос о том, как долго он тут находился. Я не знала, о чём именно он там думал, но мне было неловко от одной попытки представить мысли мага. Боже, да меня даже мои собственные мысли и чувства пугали, не говоря уже о чьих-то ещё! Это было что-то совсем уж странное и непонятное. Чувствовать себя так спокойно и хорошо в чьих-то объятиях… Я догадывалась, в чём дело на самом деле, но мне совсем этого не хотелось. Украдкой глянув на хоббита, я увидела, что он и сам заметно порозовел. Да и он выглядел вполне бодро для того, кто только пришёл в себя.  — А ты и не помешал. — я произнесла эту фразу как-то сдавленно и тихо, вряд ли маг меня расслышал. В комнату за ним вошёл сам лорд Элронд. Лицо его было как всегда серьёзным и не проникновенным. Помню, в первый день я вообще посчитала, что эмоции он практически не проявляет, но всё же в последствие поняла, что ошиблась. Особенно, когда он назвал Гэндальфа Митрандиром, а я, не зная того, что так к нему обращались эльфы, при всех сказала: «Будьте здоровы, лорд Элронд».  — Добро пожаловать в Ривенделл, Фродо Бэггинс. — сказал он с полуулыбкой, глядя на хоббита, а тот в свою очередь нерешительно улыбнулся.  — Как твоё самочувствие, мой дорогой хоббит? — поинтересовался Гэндальф и после переместил взгляд на меня, как-то загадочно подмигнув. — Наверное, неплохо. В тот момент я мысленно выругалась и спрятала лицо за волосами, чтобы никто не увидел, какого цвета оно стало. Мне было непонятно, почему нельзя было притвориться, что меня здесь нет, и не додумывать то, чего не было даже близко. Ну вот серьёзно, как будто ему нравилось ставить меня в неловкое положение и наблюдать за реакцией.  — Нормально. — задумчиво произнёс парень, видимо, прислушиваясь к своему организму. — Рана даже не болит. — он слегка отодвинул край белой сорочки, чтобы посмотреть на шрам, но лицо его тут же вытянулось в недоумении. Будто он вдруг осознал что-то, что перевернуло его жизнь с ног на голову. Прям как мой кот, когда я ему мяукала в ответ дома. — Её нет. Даже шрам не остался. Услышав слова Фродо, маг и эльф изумились и непонимающе переглянулись друг с другом. Я тоже не могла понять, как такой рубец мог даже шрама не оставить после себя. У меня порой даже от царапин кота следы проходили несколько месяцев, а мы ведь представители одной и той же расы, у нас всё, кроме половых различий, должно быть примерно одинаково. Поэтому отсутствие шрама после смертельного ранения, да ещё и учитывая, что прошло около недели, это действительно странно. Даже если учесть, что это могло быть чудом эльфийской медицины, то Элронд бы явно не был так озадачен произошедшим.  — Что произошло, когда ты очнулся? — спросил эльфийский лорд, глядя то на него, то на меня.  — Я в этот момент была рядом и ничего странного не заметила. — произнесла я, будучи твёрдо уверенной в том, что говорила. Мне казалось, что если бы произошло что-то странное, то мы бы непременно заметили это. Но как же я ошибалась, думая так.  — Когда я очнулся, рядом сидела Алиса. — пробормотал он, и кинул неуверенный взгляд на меня, будто ждал подтверждения своим словам. — Она напевала какую-то песню и… — он на секунду замялся, будто сомневался, стоит ли договаривать свою мысль. — Её руки светились каким-то странным светом. Услышав рассказ Фродо, я вздрогнула и сразу же начала рассматривать собственные руки. Никакого света не было даже близко. Я даже хотела уже сказать другу, что у него разыгралось воображение, но вспомнила, что когда напевала ту песню, то у меня были прикрыты глаза. Гэндальф и Элронд смотрели на меня так, будто я на их глазах превратилась у мужчину и сделала каминг-аут, а после заявила, что влюблена в Ленина.  — Что? — спросила я, думая о том, как бы сбежать от этих пристальных и настороженных взглядов.  — Алиса, можно тебя на секунду? — спросил Гэндальф, от чего у меня на душе будто камень образовался. — Нам с лордом Элрондом надо кое-что с тобой обсудить. Почувствовав, как внутри образовался камень из волнения, я встала со стула и последовала за ними, ожидая участи. Я понимала, о чём они хотят поговорить, но то, что случилось с Фродо… Я была на сто процентов уверена, что просто физически не могла этого сделать. Ведь исцелять я не умела и даже не пыталась научиться. Как только дверь закрылась, они вновь посмотрели на меня, выжидая, что же я скажу.  — Как ты это сделала? — вопрос Элронда звучал удивлённо и в то же время настороженно.  — Да ну, вы серьёзно думаете, что это я сделала? — спросила я, глядя на двух мужчин снизу вверх. Сама мысль об этом казалась мне дикой. — Как я могла сделать то, чего даже не умею?  — Мой друг, я думаю, есть вещи, о которых Алисе сложно говорить. — спокойно произнёс Гэндальф, задумчиво улыбаясь. В чём-то он был прав, обсуждать свои мысли и действия при Элронде, которого я знала без году неделю, как говорится, мне было действительно не по себе. — Если ты не против, я переговорю с ней наедине. Эльфийский владыка покорно согласился и скрылся за поворотом. Гэндальф же спокойно улыбнулся и приподнял брови. Видимо, в моих глазах очень ясно читалась благодарность за то, что он сплавил Элронда.  — Ответь мне, Алиса. — доброжелательно заговорил он. Очевидно, жёсткого допроса он не планировал. Поняв это, я облегчённо вздохнула. — Знаешь ли ты что-нибудь о музыке айнур? Я помотала головой и добавила, что знаю только кто такие айнур и больше ничего не знаю. Папа подробности мне не рассказывал, видимо, потому что сам знал не всё или не всё понимал. Думаю, мама, рассказывая ему моменты из жизни за пределами земли и времени, всё же умолчала некоторые из них. И всё же одна догадка в моей голове всплыла…  — То есть, песнями тоже можно колдовать? — конечно, звучало это по меньшей мере странно, но это казалось единственным логичным объяснением.  — Не совсем так, но близко к истине. — голос мага звучал глубоко и задумчиво. Как всегда, загадками. — Своими песнями многие майар могут воплощать свои замыслы. Скажи честно, о чём именно ты думала? Если ты хочешь, чтобы это осталось секретом, то это останется между нами.  — Ну… не то, что бы это секрет. — «просто мне неловко обсуждать такое» эта часть фразы осталась недосказанной. — Я пожелала, чтобы Фродо полностью исцелился. Только и всего. — услышав мои слова, Гэндальф загадочно улыбнулся, вогнав меня в краску. — Да ну, в этом ведь нет ничего такого.  — Ты напоминаешь мне одну давнюю знакомую. — сказал он, достав трубку из кармана, и тут же затянулся. Прежде чем я успела спросить, была ли это моя мама, он ответил. — Нет, я не о твоей маме, хотя ты взяла от неё больше, чем я думал вначале. Как и ты, эта девушка перенеслась из другого мира 60 лет назад*. — на этом моменте моя челюсть поздоровалась с полом, а глаза полезли на лоб. Тот факт, что я не первый путешественник по мирам, меня очень воодушевил.  — А кто она? — я наконец оживилась, ожидая захватывающую историю.  — В отличие от тебя, она не была рождена здесь, но Валар перенесли её сюда, чтобы она исполнила своё предназначение. — он рассказывал размеренно и спокойно, предаваясь воспоминаниям. — Тебе, наверное, интересно, что же за предназначение. — я кивнула. Ещё бы мне не было интересно! — На самом деле, я и сам до сих пор не уверен, но думаю, без неё род Дурина тогда бы прервался. Это известный род гномов. Да, она, попав сюда, стала гномом. — я почувствовала, что улыбаюсь. Представляю, какого для неё было уменьшиться, потому что и сама испытала похожее. И ещё, не имея представления о здешних гномах, моё воображение нарисовало её забавной крохотной женщиной в пёстром колпаке. — Именно она тогда героически спасла двух принцев. Но характер у вас с ней совершенно разный. Она была не в меру болтливой и вспыльчивой леди.  — А где она сейчас? — спросила я. Мне очень хотелось познакомиться с ней. Приятно узнать, что я не одинока в плане попаданчества.  — Она уже давно вышла замуж за одного из наследников Дурина и живёт в Эреборе. — ответил он, выдохнув кольцо дыма молочного цвета. Я улыбнулась, вспомнив гусеницу из сказки «Алиса в Стране чудес»… Какая ирония. — Признаться, мы с ней не виделись уже давно.  — Мне было бы очень интересно с ней познакомиться. — я понимала, что мы не одного возраста, и могут быть трудности в общении, но всё же мне было интересно посмотреть на неё, пообщаться и узнать, как она проходила через все трудности, которые ей выпали. Но тут я вспомнила, с чего началась наша беседа. — Ты считаешь, что я с помощью песни осуществила свой замысел? Но я даже не знаю, как это делается. Я вообще не пыталась колд…  — Ты сделала это неосознанно, дорогая Алиса. — пояснил он, наконец убирая трубку в один из карманов серого балахона. — Ты просто пожелала и даже не заметила, как выпустила свои силы. Но, благодаря тебе, Фродо избавился от той раны, которую должен был носить до самой смерти. — думаю, держи я тогда что-то в руках, оно бы обязательно с грохотом упало на пол. — Я не должен был разглашать это, но, думаю, тебе нужно было знать. Ты сильно корила себя и беспокоилась за Фродо Бэггинса.  — Да, есть такое. — я улыбнулась. — Я пойду разыщу Сэма. — сказала я, разворачиваясь в сторону одного из коридоров. У нас с ним были практически соседние комнаты, поэтому я знала, куда идти. — Спасибо тебе за всё, Гэндальф.  — Ты поменялась с нашей первой встречи. — эта фраза заставила меня снова улыбнуться. Проходя коридорные пролёты, я не могла перестать думать о том, что произошло. Я излечила Фродо от того, с чем он должен был мучиться до конца жизни… У меня это в голове не укладывается даже спустя много лет, а тогда вообще казалось глупой шуткой. И всё же, мне полегчало от мысли, что я хотя бы где-то смогла помочь, а не наломать дров ещё больше. И это чувство, когда он очнулся… Тогда я сочла разумным отложить эти мысли в самый далёкий ящик, считая, что если не придавать этому значения, то скоро я об этом забуду, и это пройдёт. Наконец оказавшись перед дверью Сэмуайза, я аккуратно постучала и начала ждать. По ту сторону двери послышалось какое-то копашение, а после и звук приближающихся шагов. Когда отворилась дверь, на пороге стоял сонный полный хоббит с растрёпанными рыжеватыми волосами.  — Что-то случилось? — спросил он, после чего прикрыл рот ладонью и зевнул.  — Фродо очнулся. — я дала краткий отчёт и увидела, как хоббит тут же взбодрился и слегка улыбнулся. — Ну ты просил, чтобы я тебя предупредила в случае чего. Он быстро вышел из комнаты и направился в сторону покоев Фродо, но заметив, что я осталась на месте, тут же остановился и посмотрел на меня с непониманием. Как оказалось, он ожидал, что мы с ним пойдём туда вместе.  — Ты идёшь? — спросил он. Сэм прекрасно знал, что я тоже ждала его пробуждения, ведь ходила с ним за компанию на разведку ситуации в предыдущие дни.  — Нет, Сэм, я только оттуда. — я улыбнулась и вновь почувствовала неловкость, вспоминая наше объятие. — Тем более, у меня скоро тренировка с Гэндальфом. Бросив короткое «Увидимся», Сэм скрылся за углом, в то время как я направилась в комнату за волшебной палочкой. Мне было неизвестно, сколько Гэндальф пробудет у Фродо, но всё же думала, что разумнее будет всё же прийти на тренировочную площадку вовремя. На тренировочной площадке Гэндальф не появлялся несколько часов. Нет, я не воспользовалась знаменитым правилом студента о 15 минутах, если вы подумали об этом. Из-за него и в том мире частенько возникали проблемы у большинства групп университетов, если они решались уйти. Здесь бы их у меня не было, но эти тренировки были нужны в первую очередь мне, а не Гэндальфу. Поэтому спустя полчаса его отсутствия я просто начала тренироваться сама, повторяя всё, что было на прошлых наших занятиях.  — От сердца ко всему телу. — ещё раз я шёпотом произнесла инструкцию, представляя, как по телу медленно расползается тепло. Какого оно цвета? Как ни странно, мне было по душе представлять его синим, даже несмотря на то, что этот цвет принято считать холодным. Да и если вспомнить, что синее пламя горячее привычного оранжево-красного, то это обретает смысл. — А потом выпустить его и направить. За этим занятием прошло какое-то время, прежде чем мне удалось сделать что-то с потоком магии. У меня уже получалось выпускать её из себя, но вот направлять не всегда. Даже элементарное заклинание хоть и действовало, но делало не совсем то, чего от него хотелось. Например, магический луч, который я хотела отправить в небо, вышел из-под контроля и сбил с ног бедную эльфийку, которая потом испуганно скрылась за углом. Даже жалко её. По ощущением это как выгуливать большую собаку, которая тянет вас за собой, а вы и держите-то её чудом. С палочкой я практиковалась очень долго, и у меня появилось желание попробовать что-то новое. Мне в голову пришла довольно безумная мысль о том, будут ли в Средиземье работать драконьи крики из Скайрима. Это ведь могло бы быть очень полезным оружием в некоторых случаях, будь возможно их использование. Нужно всего-то вложить силу в голос. Казалось бы, так просто.  — Ну что ж. — я представила, как энергия направляется в голос, и выкрикнула первое слово. — Фус**! И вот что я скажу, это была одна из самых ужасных моих идей в жизни. Если вы думаете, что я сразу же овладела этим умением и в будущем смогу раскидывать противников одной только силой голоса, то ничего подобного. Стоило мне только выкрикнуть первое слово, и горло будто по щелчку пальцев начало ужасно болеть, как при ангине, только значительно сильнее. И о чём я думала, зная, что даже знаменитый довакин из игры восстанавливал голосовые связки какое-то время после использования? А у него ведь, так на секундочку, была связь с драконами, которой у меня не было никогда. Поэтому, даже если бы мне хотелось, я бы врядли смогла использовать драконьи крики и уж тем более применять в бою.  — Сестрёнка, что ты так раскричалась? — услышав Пиппина, я обернулась на его как всегда задорный голос. Четверо хоббитов глядели на меня, зажимая руками уши. Видимо, какой-то эффект от крика всё же был.  — Ты бы тоже начал с ума сходить, если бы пахал, даже когда тебе Гэндальф дал отдых от тренировок. — усмехнулся Мерри, но мне с жуткой болью в горле было совсем не до смеха. — Говорю же, странная она у нас.  — Да это… — «всяко лучше, чем мешать жить эльфам и остальным своими выходками». Конец фразы так и повис в воздухе. Услышав собственный голос, я в ужасе зажала рот руками. Если быть точнее, голоса у меня не было совсем, и вдобавок я сильно закашлялась, почувствовав во рту противный металлический привкус. Не сильный, но его было достаточно, чтобы испугаться. И когда на моих руках оказалось несколько капель крови, у меня и вовсе чуть не случилась паника.

О чёрт, что я натворила?!

Мальчики будто по сигналу замолчали и подбежали ко мне, на перебой интересуясь, что со мной, и как я себя чувствую. Они порой такие странные, но я всё равно люблю своих друзей.  — Будто она сможет вам ответить. — спокойно, но с малой долей осуждения заметил Сэм, оглядывая двух сорванцов. — Мистер Фродо, что теперь с ней делать?  — Думаю, стоит отвести её к Элронду. — пробормотал Фродо, глядя на меня так, будто я не голоса лишилась, а получила смертельное ранение. — Он знает, что делать. Мы все уже было направились в сторону замка, когда из своего сада вышел Элронд. Он скорым шагом направлялся к нашей группке, и когда эльф оказался на близком расстоянии, мне удалось разглядеть его взволнованное выражение лица.  — Что здесь случилось? — спросил он, заглядывая в наши глаза так, будто хотел по ним прочитать ответ. Конечно, его взор тут же остановился на мне. — Алиса, ты применила древнюю магию драконьего крика? Я нерешительно кивнула, всё ещё мысленно ругая себя за такой глупый эксперимент с магией. Пора уже было понять, что заниматься самодеятельностью далеко не самая лучшая идея. И всё же радовало то, что способность довакина (возможно, тут такие люди назывались по-другому) не была тут новостью. Это значило, что на такой случай предусмотрено какое-то хотя бы примитивное лечение.  — Это очень сложная и опасная магия для неподготовленного. — я слышала голос эльфа, но его рот не шевелился. И даже так что-то сродни упрёку в его голосе от меня не укрылось. Следующее он добавил уже вслух. — Пойдём. Мы все пошли следом за Элрондом в его дворец. Всё это время мне казалось, что я проглотила раскалённый камень, и он застрял поперёк горла, обжигая его и давя на стенки. Хоббиты шли рядом со мной и тревожно переглядывались друг с другом, будто переживали, что голос мне могут не вернуть, и честно, я сама опасалась такого исхода после того, как увидела кровь на руках. Хорошо, что опасения не оправдались. Дойдя до одной из дверей, Элронд жестом пригласил меня войти, но ребят попросил остаться снаружи, чтобы ему не мешали. И его можно было понять, одни только Мерри с Пиппином чего стоят со своим обычным уровнем шума. Сэма с Фродо, думаю, можно было бы впустить, они относительно спокойные парни, но, видимо, у Элронда были свои причины этого не делать. Это было что-то вроде его личного кабинета. В комнате было огромное незастекленное окно, множество книг и огромный деревянный стол с перьями, чернильницей и бумагой, а также небольшой шкафчик у стены.  — Прошу, присаживайся. — он указал на кресло рядом со столом и подошёл ко мне. — Открой рот. Я послушалась и показала ему горло. Прямо как на приёме у терапевта в том мире, честное слово. Не знаю, как оно выглядело, но судя по тому, как Элронд удручённо покачал головой, дело было действительно дрянь.  — У тебя всё горло разодрано. Голосовые связки сильно повреждены, но вылечить их можно. — серьёзно сказал он, когда я уже закрыла рот. — Язык драконов и его магия не предназначены для использования хоббитами, даже если они состоят в родстве с майар. — Элронд нахмурил брови и интонацией выделил слова про родство с майар. — Ты могла лишиться голоса навсегда. Внутри у меня всё перевернулось от осознания того, что сказал Элронд. Хоть я и не была самым разговорчивым персонажем этой истории, но жизнь без голоса и разговоров вовсе представить сложно. Тогда поддерживание контакта со внешним миром для меня было бы и вовсе невозможно, ведь писать я не умела ни на одном языке Средиземья, да и от языка жестов тут, наверняка, не было бы никакого толку. Во-первых, язык жестов тоже был мне не знаком, а во-вторых, здесь он может отличаться и жест, означающий что-то одно в том мире, вполне может означать здесь что-то совсем другое. Хотя о чём я говорю, ведь даже в разных странах того мира один жест имеет разные значения. Кроме того, вместе с голосом пропала бы одна из главных страстей моей жизни. Жить без музыки и пения представлялось для меня невозможным. Эльфийский владыка сосредоточенно рылся в шкафчике, полном всяких банок-склянок с зельями и порошками. Заметив это, я слегка улыбнулась. Это означало только то, что он знал, что делать, иначе бы он сразу сказал что-то вроде «Тут мои полномочия закончены». Было бы действительно грустно, но я хотя бы не при смерти находилась, а это уже неплохо.  — Вот оно. — он достал из шкафчика какую-то голубоватую склянку с жидкостью внутри, подошёл ко мне, и отдал в руки. — Выпей, это поможет. Я несколько секунд вертела в руках эту несчастную склянку и смотрела на неё недоверчивым взглядом. Меня терзали сомнения и страхи. Вдруг не поможет, вдруг у меня аллергия или ещё что-то… Согласна, глупо было о таком думать в этой ситуации. Но всё же, загнав свои плохие мысли подальше, я выпила содержимое. На вкус было похоже на нечто среднее между спиртом и сиропом от кашля. Элронд выставил руку и начал что-то бормотать на, судя по всему эльфийском. Язык этот на слух был приятен и певуч, мне даже захотелось выучить его в будущем. Боль в горле медленно, но верно сошла на нет.  — Это зелье та ещё гадость. — сказав это, я с радостью обнаружила, что голос вернулся. Он ещё был очень хриплым, но всё же более похожим на мой обычный. А это уже лучше, чем вообще не иметь возможности говорить.  — Твой голос скоро станет прежним. — Элронд слегка улыбнулся. — Но я бы советовал тебе больше не применять тёмную магию. — от его слов у меня глаза на лоб полезли. Это тёмная магия? — Да, драконья магия считается тёмной, поскольку драконы были выведены Морготом. Сказать, что я удивилась такому открытию, — это ничего не сказать. Конечно, никто не говорил мне, кто такой Моргот, но долго думать не пришлось, чтоб догадаться, что это персонаж отрицательный. Вот чего-чего, но не ожидала, что здесь может оказаться плохим тот вид магии, который считается хорошим даром в другом мире. Хотя, как говорится, что русскому нормально, то немцу — смерть.  — Учту на будущее. — прохрипела я и слегка улыбнулась. Да уж, доставила же хлопот. — Спасибо, лорд Элронд. Распрощавшись с эльфийским владыкой, я покинула его кабинет и хотела пойти к себе, но заметила, что на небольшой лавочке рядом с дверью сидел Фродо. Я удивилась, потому что не ожидала, что кто-то из ребят останется ждать меня. Всё-таки мало ли, сколько времени бы заняло исцеление, а у них, вероятно, свои планы. Тем не менее, хоббит уже глядел на меня с беспокойным любопытством, явно ожидая, заговорю, или нет.  — Не думала, что кто-то останется меня ждать. — созналась я, подходя к другу и садясь рядом с ним на лавочку. — А как же дела и всё такое? Уверена, тебе интересно посмотреть Ривенделл.  — Я хотел убедиться, что ты в порядке. — пробормотал Фродо, всё также глядя на меня, а я чувствовала, что улыбаюсь. Его волнение за моё самочувствие казалось мне милым, хотя и лишним. — Никаких дел у меня нет, а Ривенделл можно и потом посмотреть.  — Спасибо за беспокойство, но не стоило. Я ведь не умерла, а всего лишь голос потеряла. Тем более, Элронд сказал, что он скоро восстановится, так что это не проблема. — я решила не говорить ему о том, что была вероятность остаться немой навсегда, ведь больше её нет, и это не важно.   — Я ведь так и не поблагодарил тебя за то, что ты сделала для меня. — вдруг сказал Фродо и улыбнулся.  — Что ты, не стоит. — я выпалила это практически на одном дыхании, думая о том, что не заслуживаю благодарности за то, что сделала совершенно неосознанно.  — Нет, стоит. — он даже не позволил мне договорить. Голос его звучал настойчиво впервые за долгое время. — Если бы не ты, эта рана напоминала бы мне о себе до конца жизни. — своими словами и таким тёплым тоном голоса он ещё сильнее вгонял меня в краску. Это так важно для него… — И я хочу, чтобы ты знала. — добавив это, он немного запнулся. — Я не обвиняю тебя в том, что случилось на Пасмурной вершине. Мерри и Пиппин сказали, что ты плакала и винила во всём себя.  — Только не надо меня жалеть. — эта фраза получилась немного резче, чем мне хотелось. Я тогда самую малость разозлилась на двух юных хоббитов за их болтливость. Мне не очень хотелось, чтобы Фродо узнал о моих душевных терзаниях. — Извини за резкость, но я не люблю, когда меня жалеют.  — Я и не собирался, просто хотел сказать, что ты ни в чём не виновата. Как ты вообще могла подумать, что это случилось из-за тебя? — улыбка с его лица пропала, уступив место сочувствию, от которого мне стало ещё больше не по себе. — Прости, я не хотел тебя расстраивать этим разговором. — он замялся и более тихим голосом добавил. Казалось, что он с трудом слова подбирает. — Просто не хотел, чтобы эти ужасные мысли тебя мучили. Я не видела себя со стороны, но готова поспорить, что всё моё лицо и кончики ушей были красными. Ещё никто за всю мою сознательную жизнь так мягко и трепетно не заботился обо мне и моих чувствах. За меня в принципе волновалась раньше только мама, но я не любила тревожить её своими проблемами, если они у меня были. Поэтому такое бережное волнение со стороны Фродо заставило меня сильно смутиться.  — Похоже, ты не привыкла, чтобы о тебе беспокоились. — он как-то печально улыбнулся и вновь сочувственно посмотрел мне в глаза. Неужели его и правда волновало то, как я себя чувствую? Я нерешительно кивнула, как бы подтверждая его слова. Он немного помолчал, но потом добавил следующее. — Если вдруг тебе захочется поговорить, то я всегда рядом. После этой фразы моё сердце забилось ощутимо громко, и у меня даже появился страх, что хоббит услышит это. Эти слова… Я читала их в некоторых книгах, видела, как такое говорили друг другу в фильмах, и мне подсознательно хотелось тоже их когда-нибудь услышать, хотя до этого никогда бы не призналась в таком даже самой себе. Может это и просто слова, но это те слова, которые хочется слышать от кого-то, кто очень дорог. Те слова, после которых ты понимаешь, что не будешь одинок, и тебя поддержат в любом случае. Пожалуй, именно этого понимания мне не хватало большую часть жизни.  — Спасибо тебе, Фродо. — мой голос прозвучал для меня на удивление низко и тихо. Хотя если учитывать, что он всё ещё восстанавливался, то это не удивительно. В любом случае, я наконец почувствовала, что улыбаюсь. — Я правда ценю твою поддержку. Он хотел ещё что-то сказать, но звон колокола, звавший к обеду, не позволил ему.  — Время обеда. — объяснила я, помня, что он только сегодня пришёл в себя, и ещё не знает, к чему это. — Пойдём. Мы шли по коридорам молча, проходя мимо местных эльфов. Они были, как всегда, величественны и прекрасны, поэтому я сильно удивилась, когда мне в глаза на их фоне бросились мужчины немногим выше нас, но с длинными густыми бородами, которые были в некоторых местах заплетены в косички. Это определённо были не хоббиты, и уж тем более не эльфы. Тогда кто?  — Это гномы. — с улыбкой пояснил Фродо, увидев, с каким любопытством я разглядывала тех, кого раньше никогда не видела. Гномы в моём воображении выглядели совсем по-другому. Думаю, мои познания о гномах были на уровне мультика про Белоснежку. Так что для меня это всегда были весёлые малыши в цветных костюмах и колпаках с забавными именами вроде Соня, Ворчун, или Простачок, и смешными голосами в придачу. Поэтому, увидев коренастых мужиков примерно на полторы головы выше себя, в кольчугах и с секирами за пазухой, я ассоциировала их скорее с дворфами из игры «Варкрафт», чем с теми забавными карликами из мультика.  — Я представляла их немного другими. — созналась я, когда гномы скрылись за углом.  — И как же? — поинтересовался Бэггинс, сверля меня любопытным взглядом. Не долго думая, я всё же рассказала другу о том, какими в моём представлении были гномы всю сознательную жизнь. Причём со всеми подробностями, от писклявых забавных голосков и до цветных колпаков. Дослушав мой рассказ, Фродо уже заливисто смеялся, представляя гномов в таком, как ему казалось, нелепом виде, и держась руками за живот.  — Извини, но это очень смешно. — парень утёр выступившие от смеха слёзы. Да уж, понимаю. Мне и самой было смешно. — Ты только им не рассказывай, как ты их представляла.  — Понятное дело. — я не смогла удержаться от смеха, представляя их реакцию. — Я же не хочу бегать от них по всему Ривенделлу. Фродо по новой начал громко смеяться. Наверное, представил, как бы я убегала от толпы оскорблённых гномов, прячась по всем мыслимым и немыслимым углам дворца и сада. Прямо как «Том и Джерри», только «Гномы и невежда». Не знаю, сколько мы так смеялись в коридоре, как два школьника, которые впервые услышали слово «жопа», или что-то такое.  — Пойдём, а то не успеем ещё. — сказала я, наконец перестав смеяться и уже направилась в сторону зала, но, поглядывая украдкой на друга, заметила, что он смотрит в потолок и думает о чём то. — Ну ты чего?  — Да нет, ничего. — вернувшись с небес на землю, он улыбнулся мне. — Просто задумался.  — Пойдём уже, мыслитель. — наконец сказала я, поняв, что смотрю на него дольше положенного. Зал в доме Элронда был полон, как никогда. В основном там были эльфы, что не удивительно, учитывая то, что это их дом, но также там были и люди, которых я узнала по круглым ушам и не эльфийским лицам, и гномы. Элронд, как и полагается, сидел в большом кресле во главе стола. Рядом с ним с одной стороны сидел Гэндальф, а с другой — некий златоволосый эльф с яркими горящими глазами. Из тех, кого я знала хотя бы в лицо, там были только хоббиты, Арвен, Арагорн и несколько эльфов, которых мне доводилось видеть вскользь. И многие из прибывших то и дело перешёптывались, пытаясь понять, к какой расе я принадлежу.  — Никогда не видел такую маленькую эльфийку. — заметил кто-то в толпе.  — Это просто очень низкорослая человеческая женщина. — прошептал кто-то другой рядом. — У неё совсем не эльфийское лицо.  — Посмотрите на ноги, слепые кретины. — другой голос осудил первого. — Она же явно хоббитянка.  — Вздор! — это уже был кто-то третий. — Где это видано, чтобы хоббитянки были такими худыми и с прямыми волосами? От такого количества внимания мне хотелось сделаться ещё более крохотной и заползти в какую-нибудь щель. Прятаться за спиной Фродо было бы уж совсем по-детски глупо, мне ведь уже даже не 10. Но, как обычно, я просто ограничилась тем, что спрятала лицо за волосами. Свободных мест было только два: одно — рядом с гномом, другое — между Сэмом и Пиппином. Думаю, вы сразу догадались, что я предпочла общество друзей.  — Привет, ещё раз. — поздоровалась я, крайне неблагородно плюхаясь между хоббитами.  — Паршивый же у тебя теперь голос. — сочувственно заметил Пиппин, напихивая рот едой.  — Он у меня хотя бы есть. — хотя слушая себя тогда, я отметила, что ситуация уже обстоит лучше, чем в кабинете у Элронда. — А вот вам, двум болтушкам-сплетницам, не помешало бы научиться молчать в некоторые моменты.  — Чего это мы болтушки-сплетницы? — я не сразу поняла, что Пиппин сказал, так как у него был забит рот, поэтому Мерри мне перевёл.  — А ты сам подумай. — спокойно произнёс тот. — Алиса же у нас как неприступная стена. — Мерри театрально приложил ладонь ко лбу и наигранно вздохнул. Актёр погорелого театра. — Ей кажется постыдным показывать собственные эмоции, поэтому она старается строить из себя камень, даже понимая, что у неё это совсем не выходит. Такая трагичная история, такая трагичная. Пока Пиппин хохотал над гримасами брата, я мельком глянула на Фродо, надеясь, что он этого не слышал этого. И мне повезло, он в это время болтал с пожилым, но внушительным гномом. -… и она не станет признаваться в своих чувствах, даже если вокруг неё будет рушиться мир. — Пип подхватил волынку брата и начал вытирать воображаемые слёзы, хныкая для достоверности. Да уж, эти двое неплохо бы смотрелись в театре абсурда.  — Да хватит вам. — у меня аж голос прорезался в этот момент. — Ничего я из себя не строю, обалдуи.  — Раз так, то может раскроешь карты? — Мериадок начал хитро дёргать бровями. — Раз ты ничего из себя не строишь, и все всё прекрасно видят.  — Да какие ещё карты? — я чувствовала себя глупой, понимая, что не понимаю ровным счётом ничего. — Вы что-то не то покурили?  — Да отстаньте уже от неё. — выплюнул Сэм, сидя с другой стороны от меня, и после обратился ко мне. — Ты же их знаешь, им скоро надоест. Решив прислушаться к Сэму и не ворошить бессмысленные шутки, пытаясь найти в них какой-то смысл, я всё же окончательно приступила к еде и перестала слушать вообще кого-либо.