School of tears

Чонгук не сразу реагирует на звон будильника, поэтому собираться приходится в ускоренном темпе. Первый день в новой школе пролетел как-то незаметно даже, несмотря на то, что вернулся парень домой ближе к шести вечера. Дополнительные занятия для поступления в колледж Чон еще не выбрал, поэтому несколько дней можно ходить только на общую подготовку и заниматься дома, нагоняя сеульскую программу. После разговора со странным парнем никто, кроме суетливого и не в меру веселого Хосока, больше не подошел к Чонгуку. Староста пообещал, что познакомит новичка с некоторыми ребятами чуть позже, когда все вопросы с переводом будут улажены, а младший перестанет бегать в учительскую по, разного рода, учебным вопросам. К слову сказать, странный одноклассник со звонком незаметно исчезал из кабинета, а с началом следующего урока вновь появлялся за своей партой, словно какой-то призрак, поэтому никакой возможности поговорить с ним еще раз у Чонгука не было. Что там, он до сих пор даже не знает, как зовут одноклассника, так спокойно раскрывшего личности некоторых учеников. И не то, чтобы новичок сильно расстроен, просто в некоторых словах этого парня четко прослеживалось двойное дно, а некоторые ставили в тупик и неприятно задевали самолюбие. Чонгук быстро влезает в любимые кроссовки на широкой подошве под наигранно-обиженное замечание матери о том, что сын совершенно не уважает её и не может задержаться даже на несколько минут, чтобы спокойно позавтракать. Парень отвечает ей что-то нечленораздельное, уже в прихожей дожёвывая последний кусочек заботливо приготовленного кимбаба, и выбегает в коридор с рюкзаком наперевес. Дорога до школы занимает примерно полчаса с учетом небольших заторов на дороге, поэтому Чонгук сломя голову бежит в сторону остановки, и в последнюю секунду успевает на нужный автобус. В общем, можно считать, что день начался неплохо. Когда парень переступает порог школы, до начала занятий остается еще прилично времени, а ранних пташек-учеников можно пересчитать по пальцам. Чонгук до жути пунктуален. Чонгук просто не умеет опаздывать. В свой класс идти нет ни малейшего желания, поэтому новичок решает самостоятельно изучить округу. Он идет мимо класса 2-2, где на первой парте одиноко лежит темно-зеленый рюкзак, мимо доски с объявлениями, заполненной различными напоминаниям для учеников, рейтинговыми списками, приглашениями на олимпиады, обращениями директора, мимо шкафчиков, мужского туалета… Редкие ученики, встречающиеся Чонгуку по дороге, заняты своими делами и никак не реагируют на незнакомого парня. Будь новичку хоть немного больше интересно, что о нем думают окружающие, он бы, наверное, почувствовал себя оскорбленным, но… Чон редко обращает внимание на слова незнакомых людей, предпочитая строить личную жизнь только на собственных условиях и правилах, не забивая голову чужими проблемами и страхами. Он вообще не любит много думать над чем-то несущественным, копаться во всей этой мерзости сплетен и домыслов, предпочитая выкинуть из головы все ненужное, а не изводить себя пустыми размышлениями. Ведь, по сути, мы видим отражение собственных недостатков в окружающих и, в силу собственной неспособности понять такую простую истину, приписываем свои комплексы друзьям, знакомым, а, иногда, и совершенно незнакомым людям. Чонгук резко заворачивает за угол, прокручивая в голове лейтмотив любимой песни. Где-то здесь как раз находится учительская, в которой новичок провел почти все вчерашние перемены… Парень чувствует резкий удар от столкновения с движущимся на встречу предметом, а следом раздается легкое шуршание бумаги и несколько белых листов почти фигурно взмыли в воздух. Чон вскидывает голову, проклиная свою невнимательность и меланхоличный утренний настрой, и встречается взглядом с высоким темноволосым молодым человеком, потирающим правое плечо. К груди он прижимает несколько папок и кипу не скреплённых между собой листов с пропечатанным материалом на одной стороне. - Ох, простите! – Чонгук вежливо кланяется незнакомцу и шустро кидается собирать разлетевшиеся по коридору бумаги. - Ничего страшного, - лицо брюнета озаряет мягкая улыбка, от чего в уголках глаз появляются небольшие морщинки. - Не сильно ушиблись? – парень очень хорош собой: острый подбородок, плавные черты лица, аккуратный нос, широкие плечи, не слишком хрупкое, но худое телосложение, прямая осанка… Чонкук даже немного тушуется, когда незнакомец начинает поднимать оставшиеся листы. Непривычно стыдно и немного неуютно от своей ошибки. - Нет, - брюнет принимает бумагу из рук новичка и складывает её в относительно ровную стопку. – Все в порядке, - голос мягкий и плавный, чуть выше, чем могло показаться вначале. На губах незнакомца играет совсем невесомая, но такая живая улыбка, что невольно притягивала взгляд эстета по жизни Чонгука. – Я раньше не видел тебя в школе. Ты тот самый новичок, перескочивший через два семестра? Младший кивает, немного запоздав с ответом. На секунду становится как-то неуютно, что вся школа теперь знает его как «того парня, перескочившего через два семестра», а проще говоря, как выскочку. - Чон Чонгук, - новичок слегка склоняет голову в приветственном поклоне. – Класс 2-1. - Приятно познакомиться, - молодой человек чуть кланяется в ответ. – Меня зовут Ким Сокджин, класс 3-1. Но ребята предпочитают называть меня Джин, чтобы не путать с некоторыми одноклассниками, - старший поправляет кипу документов, сползающих вниз по атласному пиджаку. - Тебе помочь? – Чонгук кидает взгляд на дрожащие руки нового знакомого. – Они, наверное, тяжелые… - Буду очень признателен, - Джин улыбается чуть шире прежнего и позволяет парню забрать у себя половину бумаг. Разговор завязывается незаметно, как нечто само собой разумеющееся. С новым знакомым легко и спокойно, словно безмятежная аура старшего окутывает собеседника плотным коконом и на небольшой промежуток времени дает возможность отдохнуть от окружающей суеты. Джин даже в разговоре как-то тягуче неспешен и все время находит повод для легкой улыбки, вводя Чонгука в легкий ступор. После вчерашнего сквозившего холодом «приветствия» парень не ожидал, что в ближайшее время сможет завести новые знакомства в школе, и почти смирился с мыслью о временной изоляции, но Кима, кажется, совершено не интересуют подобные вещи. Оказалось, что Джин является старостой своего класса, и почти каждое утро помогает учителям разбирать стопки опросников, тестов, бланков, которые обязательно должен заполнить каждый ученик, вообще живет с родителями, но на деле чаще остаётся дома один, так как у отца постоянные командировки, а мисс Ким предпочитает сопровождать своего мужа буквально везде. Еще Джин на год позже обычного пошел в школу, так как в детстве отличался очень слабым здоровьем, поэтому он старше всех своих одноклассников и пользуется доверием у многих преподавателей. В ответ Чонгук рассказывает новому знакомому, что переезд из Пусана прошел сносно, хотя грузчики могли бы вести себя и повежливее. Сеульская квартира встретила новых владельцев прохладой и почти выветрившимся запахом новой мебели, что новый район – темный лес для новичка, и несколько часов после переезда пришлось потратить на разведку близлежащей к дому местности. Джин не может удержаться от вопроса о причине столь резкой смены места жительства в середине учебного года, а Чонгук, неожиданно даже для себя самого, бездумно отвечает на неудобный вопрос. - Отцу поступило какое-то безумно-выгодное предложение, что-то сродни повышения. Только вот работать нужно в новом офисе, расположенном в центре Сеула, - молодые люди останавливаются у класса 2-1, – Так что в кротчайшие сроки отец нашел новую квартиру, мама собрала все необходимые документы, а я экстерном сдал экзамены. – За разговорами время пролетает незаметно, бланки в целости доставлены в класс и разложены по идеально ровным стопкам. Джин провел небольшую экскурсию по кабинетам, которые точно понадобятся новичку в этом семестре, показал Чонгуку столовую, медпункт и физкультурный зал. - Ого, ты и правда очень умный, раз смог так быстро подготовиться! – старший мягко улыбается, опираясь плечом о серую стену у входа в класс. - Ничего особенного, - Чонгук неловко пожимает плечами. Вообще, он привык слышать похвалу от окружающих, будь то родители, учителя, хёны и даже некоторые ровесники, парень всегда находит, что ответить, а иногда может и покрасоваться перед старшими. С Джином все получается немного сложнее. Чонгук знает его без десяти минут пол часа, старший очень добр и мил во время общения, поэтому комплименты со стороны нового знакомого немного смущают и уж никак не дают возможности для подколов и хвастовства. Разговор как-то стопорится, и парень только сейчас замечает, что количество учеников вокруг резко возросло, школа наполнилась привычным гулом, ожила и превратилась в угрожающе жужжащий улей… - Чего встали посреди прохода? – слегка шепелявый, недовольный голос разбивает неловкое молчание, повисшее между Чонгуком и Джином. Невысокий шатен, чьи волосы слегка отдают в бордовый цвет, с кожаным рюкзаком наперевес и парой тонких цепей на поясе плечом отпихивает Чонгука от входа в класс. - И тебе доброе утро, Юнги, - Джин приветливо улыбается, взмахивает рукой. Мин, недовольно хмурясь и глубоко в душе ненавидя целый мир в лице отдельно взятой школы, слегка кивает головой в ответном приветствии и, кинув лишь секундный колючий взгляд на Чонгука, проходит вперед по коридору. – Не обращай внимания, - Джин беззлобно сцеживает смешок в кулак. – Юнги по утрам постоянно хмурится и кидается в окружающих ядовитыми словечками. Чонгук следит за тем, как Ким Намджун перехватил Юнги у самого поворота, увлекая куда-то в сторону. Звонок звенит неожиданно, резко прорываясь сквозь извечный гул в коридорах и аудиториях. Чонгук переводит чуть растерянный взгляд с одноклассника на Джина. Парень лишь привычно мягко улыбается и треплет новичка по иссиня-черным волосам: - Спасибо за помощь. - Не стоит, - Чонгук даже немного смущается, пряча руки в карманы форменных штанов. Ким медленно разворачивается, словно задумавшись о чем-то, и направляется в сторону своего класса, легко лавируя между стайками учеников. Чонгук хочет уже последовать его примеру, но резко тормозит и привлекает внимание Джина. - Кстати, могу я звать тебя «хён»? - Конечно, - старший вновь приподнимает уголки губ в обворожительной улыбке, словно без неё лицо ему вовсе не принадлежит, оно чье угодно, но только не Ким Сокджина. Чонгук не может удержаться и в первый раз вполне себе искренне улыбается в ответ. Возможно, все не так уж и плохо. *** Теплое начало дня не означает солнечную погоду на горизонте до самого вечера – эту простую истину пришлось вспомнить Чонгуку сразу после окончания первого урока. Один из ребят, о которых рассказывал пожелавший остаться безымянным одноклассник, все первое занятие пристально следит за новичком, от чего по спине бегает мерзкий холодок, а откуда-то изнутри, подобно бомбе замедленного действия, растёт необъяснимое чувство тревоги. Сразу же после поклона он проходит мимо, сильно толкая Чонгука в плечо. Не то, чтобы парня не предупреждали и вроде не так уж обидно, но начало положено, а значит жди беды, она не за горами. - Эй, смотри куда прешь, - неожиданно материализовавшийся сзади Хосок проходит одноклассника предупреждающим взглядом и обращается уже к новичку. – Не обращай на него внимание. Носит тут всяких. - Поосторожнее со словами, Хоупи, - парень скалит зубы в хищном оскале. – Иначе даже пост старосты тебя не спасет. - Да пошел ты, - усмехается Хосок, помахав рукой однокласснику вдогонку. Судя по всему, он и правда непрошибаемый староста, такой честный и простой, что становится немного страшно. - Хоупи? – переспрашивает Чонгук, когда неприятный тип скрывается за пределами класса. - А, это, - старший усмехается, зарываясь пальцами в густые волосы на макушке. – Моё прозвище J-Hope. Надежда класса и вирус счастья в этом сером мире. - Опять ты выпендриваешься, - к молодым людям подходит невысокая девушка с короткой стрижкой и выразительными светло-карими глазами. Кажется, странный парень назвал её Мина. – Хватит. А то мы и правда потеряем свой авторитет. - Да ладно тебе, - Хосок отмахивается от девушки, потягиваясь и разминая шею. – Он же не серьезно, - одноклассница лишь снисходительно качает головой. Что взять с такого простачка? - Меня зовут Ким Мина, - девушка приветливо улыбается Чонгуку и протягивает руку вперед. – Заместитель старосты в классе 2-1. Чонгук представляется в ответ и вежливо пожимает аккуратную ручку, чуть сжимая чужие мягкие пальцы. От новой знакомой пахнет яблочной косметикой и, совсем немного, летним солнцем, тем самым, которое неумолимо плавит асфальт за окнами школы. Во время второго урока учитель проводит выборочный опрос, и Чонгук, на которого падает невидимая длань, с удивлением ловит себя на мысли, что знает ответ на поставленный вопрос и даже может обосновать свой выбор. Госпожа Пак, приятно удивленная емким и лаконичным пояснением нового ученика, не скупится на похвалу и, конечно же, не забывает поставить Чонгука в пример «некоторым раздолбаям». Тут же с десяток колючих взглядов впивается в парня, словно заточенные когти ястреба, только вот подобные люди больше походят на падальщиков, нежели на птиц благородного происхождения. - Да ты реально умный малый, - Хосок закидывает руку на шею Чонгука, стоит только учителю покинуть класс. - И как только это делаешь? Новичок лишь пожимает плечами, стараясь как можно сильнее дистанцироваться от чересчур тактильного хёна. Парни знакомы от силы сутки, а староста уже без какого-либо стеснения тискает и обнимает одноклассника, словно старого доброго приятеля. Это немного напрягает Чонгука. Он вообще не большой фанат проявления разного рода привязанности, будь то поцелуй в щеку от мамы или легкие объятия близкого друга. - Давай пообедаем вместе? Заодно познакомлю тебя с некоторыми ребятами, - Хосок тянет Чонгука к выходу из класса, попутно перекидываясь парочкой слов с какой-то девушкой. В столовой многолюдно и душно. Из приоткрытых окон в помещение тягучими волнами проникает обычный для августа зной, солнце жарит нещадно, на градуснике около 35 по Цельсию и дикая влажность, от чего кондиционеры в школе работают на износ. Очередь из толкающихся и громко смеющихся учеников с подносами, которую Хосок без зазрения совести игнорирует, тянется аж до входной двери и почти вываливается за пределы большого помещения. Несмотря на легкую возню, ребята продвигаются вперед довольно быстро, не задерживаясь у контейнеров с едой дольше десяти секунд. Прихватив по дороге парочку подносов, староста с нагловатой улыбкой придвигается к какому-то парню и, закидывая руку тому на плече, дружелюбно интересуется: - Ты же не будешь против, если мы присоединимся? Парень лишь безразлично пожимает плечами, накладывая в свой поднос побольше риса. «Видимо, это один из плюсов быть общительным старостой», - думает Чонгук, с трудом втискиваясь в середину очереди. Никто не произносит ни слова, лишь парочка недовольных взглядов и легкое перешептывание за спиной нарушают идеальное преступление Хосока, которому, на деле, совершенно плевать на мнение окружающих. У этого парня просто невероятное умение пропускать все насмешки и упреки мимо ушей, а еще он, кажется, не знает меру своим шуточкам, да и чувство самосохранения у старосты отсутствует, словно кто-то изменил заводские настройки в компьютере. Ребята занимают место рядом с окном, точнее Хосок со скоростью гоночного автомобиля несется вперед, лавируя между без умолку болтающими учениками, и с грохотом водружает поднос на уже занятый столик, напугав тем самым какого-то парня. Староста звонко смеётся, довольный результатом розыгрыша, и тянет парня на себя, заключая шею того в шуточный захват. - Хё-ён, - недовольно тянет школьник, при ближнем рассмотрении оказавшийся Пак Чимином, тем самым парнем из параллельного класса, который любит поболтать и совершенно теряется рядом с девушками. - Ты такой лапочка, - Хосок треплет сопротивляющегося паренька по густой шевелюре, за что тут же получает болезненный щепок под ребра. – Ауч! Чонгук молча наблюдает за небольшой перепалкой двух друзей. У Чимина пухлые щеки, которые Хосок с умилением тискает собственными пальцами, от наплыва эмоций узкие глаза-щелочки превращаются в полумесяцы, скрытые за длинно густой челкой, пухлые, чувственные губы растягиваются в широкую, яркую улыбку. Наверное, именно эта невероятно теплая, по-домашнему уютная аура притягивает к себе окружающих, заставляет девичьи сердца трепетать и плавиться под напором чужого смущенного взгляда. Чонгук неопределенно ведет плечом и незаметно морщится. На самом деле он никогда не мог понять вот таких вот, чересчур открытых миру людей. Как можно быть столь беспечным и наивным? - Чимин, знакомься, - прекратив, наконец, дурачиться, Хосок занимает свое место за столом и хлопает широкой ладонью по свободному месту рядом. – Это Чон Чонгук, новичок в моём классе. Перевелся к нам из Пусана и, представляешь, перескочил аж через два семестра! Чимин тянет удивленное «оу», восхищенным взглядом пробегая по лицу новичка, и с энтузиазмом жмет протянутую руку. Чонгук с отстраненным интересом отмечает, что рукопожатие у парня довольно крепкое, ладони теплые и немного шершавые, как у спортсмена. На самом деле Чон с первого года старшей школы начал посещать тренажерный зал, поэтому распознать человека своего окружения для него не проблема. - Пак Чимин. Приятно познакомиться! – улыбка у парня и правда притягательная, такая легкая и открытая, что всякое желание вести себя отстраненно и холодно медленно начинает растворяться, как сахар в горячем чае. – Я так соскучился по Пусану, морскому бризу и веселым шумным компаниям, - Чимин придвигается немного ближе к новичку и от наплыва эмоций переходит на диалект. – Расскажешь мне, как там сейчас? Чонгук непонимающе хмурит брови и смотрит на парня в упор, не представляя, как реагировать на подобную просьбу. Для него Пусан – это нечто само собой разумеющееся, не требующее особых пояснений и примеров. Он просто есть, как легкий ветерок во время прилива или монетка в руках фокусника, неизменный и вечный, такой, каким его знает Чонгук. Но Чимин смотрит с немой просьбой в глазах, и новичок говорит первое, что приходит в голову: - Ну, там сейчас очень жарко, особенно у моря, - глупо, конечно, ведь в Сеуле погода так же оставляет желать лучшего, ни намека на освежающий ветерок, но от этих слов Пак словно расцветает, начинает говорить сбивчиво и эмоционально. Он расспрашивает про знойное солнце над пляжем, про любимые караоке клубы, в которых младший с удивлением узнает парочку знакомых заведений, о бывшей школе Чонгука, о парках и уличных артистах. Чимин, видимо, и правда страшно соскучился по родному городу, раз с неиссякаемым энтузиазмом ловит каждое слово новичка, смакует его и пропускает через себя. Хосок лишь наблюдает за оживленным разговором со стороны, не решаясь вмешаться или отпустить какую-нибудь шуточку. Почему-то он был уверен, что эти двое найдут общий язык, и на первый взгляд холодный и чопорный Чонгук покажет и другую свою сторону. Когда неиссякаемый поток вопросов со стороны Чимина слегка ослабевает, давая новичку возможность немного перевести дух, в столовой уже вполовину меньше людей. Ученики шныряют туда-сюда по помещению, приглушенно смеются, кидая друг в друга недоеденными снеками, кто-то зубрит материал, забыв про остывший обед, а кто-то спокойно поглощает свою пищу, иногда прерываясь на ленивый разговор. Чонгук пробегает взглядом по просторному помещению и случайно цепляется за две знакомые фигуры за столиком чуть поодаль от шумного центра. В одной фигуре парень безошибочно узнает Джина, увлеченно беседующего с… - Да быть не может, - неожиданно вслух шепчет новичок. - Ты что-то сказал? – Чимин, увлеченно болтающий ногами под столом и жующий уже остывший обед, переводит взгляд на Чонгука. Младший качает головой, непроизвольно хмуря темные брови. В принципе, его совершенно не касается, с кем там обедает хён, но почему из всех учеников этой огромной школы рядом оказался именно этот парень? Эта фигура не дает новичку спокойно думать, раздражающим зудом раздается где-то на задворках сознания, словно ненароком забытое название песни или глупое сновидение. И вроде давно пора забыть, выкинуть эту мысль из головы, словно никому не нужный мусор, но Чонгук лишь с завидным постоянством, вновь и вновь возвращается к странной фигуре. Новичок раздраженно сжимает пальцами железные палочки и невзначай уточняет: - А что это за парень сидит напротив Ким Сокджина? - Джина-хёна? – Хосок переводит взгляд в сторону двух увлеченно болтающих ребят. – Аа, это Ким Тэхён. Мы дружим с младшей школы. - Дружили, - поправляет Чимин, сдерживая полный презрения и недовольства взгляд старосты. – Тэхён немного странный, я бы даже сказал - дурной. 4D там, все дела, - Пак уворачивается от листика салата, любезно выпущенного Хосоком, и продолжает. – Он так-то не общается толком ни с кем, но знаком с каждым из этой школы и часто нарывается на грубость. Ходят разные слухи… - Эй! – староста предупреждающе бьёт парня по ноге, и глаза его становятся словно на несколько тонов темнее. – Притормози, - подобная перемена в поведении старшего настораживает, словно кто-то выпустил приманку, а что делать дальше – забыл. Чонгук переводит удивленный взгляд с одного одноклассника на другого, пытается уловить привычную нотку шуточного общения во всем сказанном, но Хосок более чем серьезен, а Чимин выглядит слегка подавленно, словно в ответственный момент не смог сдержать язык за зубами. Но что это за странные слухи, по видимому, объяснять уже никто не собирался. - Прости, - Пак смущенно улыбается, всем своим видом высказывая раскаяние нашкодившего посреди квартиры щенка, и потирает ушибленную ногу. И все же это больно, пусть и за дело. Чонгук не может уловить сути до конца, но слова Чимина прочно заседают в голове очередным вопросом без внятного ответа.