One More Night

После того, как он пришел в себя после сумасшедшей поездочки по моментам своей жизни и привел в порядок свою психику, Микки взял телефон своими забинтованными руками и начал печатать сообщение. Микки Знаю, уже поздно, но ты все еще хочешь расслабиться? Теперь он был тем самым парнем, говорящим «расслабиться». «Расслабиться» означало «потрахаться», а это было именно тем, что сейчас было так ему необходимо. Он моментально получил в ответ эмодзи-осьминога, чему широко улыбнулся, прежде чем засунуть телефон обратно в карман джинсов. — Эй, слушай, — начал Лука, прерывая поток неприличных мыслей, успевших появиться в голове Микки за считанные секунды. — Я знаю, что был груб, но ты все-таки сделал хорошую работу сегодня. Мы все когда-то лажали, не всегда в момент помоловки, конечно… — он слегка нахмурился, — но и такое случается. — Спасибо, Лука. Еще раз извиняюсь, — ответил Микки, протягивая боссу свою руку. Лука недоверчиво уставился на все еще слегка кровоточащую правую ладонь парня, окрасившую бинты в темно-красный цвет. — Если я — гей, это не значит, что у меня ВИЧ, чувак, — Микки поднял брови и слегка ухмыльнулся. Лука вынудил себя вежливо улыбнуться в ответ, после чего они еще какое-то время стояли в неловком молчании. — Ну… спокойной ночи, — наконец отрезал босс. Всю дорогу до апартаментов Джейка Микки размышлял о событиях, произошедших этой ночью. Он чувствовал себя героем «Рождественской истории» с этим странным призраком прошлого. Он будто выглядывал в окно, чтобы посмотреть на то, что было близким, но сейчас казалось недосягаемым. Милкович вытащил сигарету из полупустой пачки и покрутил ее в руках, всматриваясь в бинты. Покалечен, но не сломлен. Все заживет, если он будет за ними ухаживать. У него были и более глубокие раны, которые заживали, так что и с этими все будет в порядке. Эти раны были свежими, только поэтому они так сильно болели. В конце концов, они станут лишь шрамами, как и все, что было раньше. Он зажег сигарету, глубоко вдыхая микс никотина, горечи и холодного ночного ветра Чикаго. Ему нужно было выпить. Джейк будто был телепатом, потому что как только он открыл дверь, чтобы впустить Микки к себе, он сразу же достал банку холодного пива и протянул ее парню, одновременно потянувшись к губам брюнета. — Думаю, тебе пригодится. Долгая смена, — он начал нежно целовать Микки в качестве приветствия. — Что с твоими руками? — Ты походишь на типичную женушку сейчас, — подметил Микки, улыбаясь. Он скинул с плеча свой рюкзак и начал снимать куртку. — Мечтай-мечтай, — улыбнувшись, закатил глаза Джейк, продолжив следить за действиями Микки. Микки улыбнулся ему в ответ, поднося пиво к губам. — Черт, было больно? — спросил Джейк, пронаблюдав за тем, как Микки прикончил банку в несколько глотков. — Можно и так сказать, — подтвердил брюнет, выпуская отрыжку от только что выпитого напитка. — Сексуально, — подразнил Джейк, выхватив из его рук пустую банку и поставив ее на стол. Коп обвил руками плечи Микки, сильнее притягивая того к себе. — Твои руки? — Уронил полный поднос с тарелками. Быстро попытался собрать все осколки, чтобы меня не уволили, поэтому не сразу заметил, что они начали впиваться в кожу. — Опа, — пробормотал Джейк, вытянув губы в странной гримасе. — А? — не понял Микки, но сразу же после этого наклонился к шее парня и начал ее целовать. — Не важно, — Джейк покачал головой, улыбаясь сам себе. Легкий стон слетел с его губ, как только Микки сильнее начал посасывать его тонкую кожу. — Хочу, чтобы ты выебал меня, — выдохнул Милкович в изгиб его шеи. Он учуял терпкий аромат лимона и был полностью этим одурманен. Он останавливался на местах с тату, кусая их и после сразу же зализывая укус. — Черт, я могу это сделать, — от переизбытка чувств голос Джейка надломился. — Сделаешь это хорошо? — спросил Микки, переместив губы к губам Джейка, и яростно протолкнул свой язык в его рот. Поцелуй был открытым и мокрым. Только языки и пылающий между парнями огонь. — Блять, — застонал Джейк в рот Микки, потрясенный чувствами. — Да, очень хорошо. Нужна эта задница. Весь путь к спальне они целовались, едва отрываясь друг от друга, чтобы сбрасывать с себя одежду. Как только оба оказались голыми, Джейк толкнул Микки на кровать, нависнув сверху. Он начал прокладывать дорожку поцелуев от ключиц парня к его паху. Микки ахнул, почувствовав тепло рта копа вокруг своей плоти. — Возьми все, — на секунду оторвавшись, приказал Джейк, снова вернувшись к своему делу. Протянув руку к прикроватному столику, Микки схватил тюбик смазки и презервативы и кинул их на кровать к Джейку, который все это время продолжал охотно отсасывать брюнету. Милкович запротестовал, как только Джейк отстранился от него, и пробубнил тихое «блять», когда в следующий момент тот резко схватил его за ноги, приподнял их и притянул разгоряченное тело ближе. Не теряя времени, коп начал разрабатывать узкое кольцо мышц, доставляя Микки дичайшее удовольствие. Ноги начали трястись, когда Джейк усерднее продолжил трахать его вход своим языком. В ответ на это, коп сильнее сжал ноги Микки, все глубже толкаясь языком внутрь. — Твою ж, блять, мать, — не выдерживал Микки. Он услышал смех Джейка, но ему было откровенно плевать. Это чувствовалось невероятно. Джейк продолжил пожирать его, будто умирал от голода, а Микки не переставал реветь и стонать, как сучка. — Я готов, — выпалил Микки, начав извиваться под парнем. Джейк продолжил работать языком, с каждым движением вызывая у Микки новый стон. — Готов, — снова заныл он, хватая Джейка за волосы. — Войди уже в меня, нахуй, — Джейк опять засмеялся, а Микки сильнее потянул того за волосы. — Я сейчас сдохну, блять. — Какой драматичный, — Джейк самодовольно улыбнулся, садясь между ног Микки, вскрыл презерватив и раскатал его по своему члену. Он смазал себя лубрикантом, чтобы убедиться, что Микки действительно был готов. Сомнения тотчас исчезли, как только он подставил член к входу Милковича, легко толкнувшись внутрь и заполнив его во всю длину. Микки гортанно зарычал, почувствовав Джейка в себе, а тот быстро наклонился к нему и поймал выдох своими губами. — Так хорошо, — пробубнил Джейк, отстранившись от поцелуя. Он схватил обе руки Микки, заведя их за его голову, сжал своими и продолжил двигаться. Их тела были так близко друг к другу, что от каждого толчка Джейка член Микки терся о них обоих, доставляя неведомое удовольствие. — Даешь мне именно то, чего так хочу, — выдохнул Микки, снова запуская свой язык в рот копа, не перестающего с каждым разом вбиваться в него все глубже. — Хочу сделать тебе приятно, — пробубнил Джейк. — Хочу заставить тебя кончить. — Да? — задыхался брюнет. — Я уже близко. — Кончи для меня, — горячо прошипел Джейк, сильнее качнув своими бедрами. — Чееерт, — тело Микки сжалось в знакомом предвкушении, и он кончил, даже не притронувшись к себе. — Такой горячий, — застонал Джейк, убирая руки от ладоней Микки и хватая того за бедра. Ему потребовалось всего несколько движений, чтобы достичь собственного оргазма и излиться в Микки, даря тому теплое ощущение. Коп улыбнулся рассеянному взгляду Микки, возвращая того в реальность и разжигая огонек в бледно-голубых глазах. * — Черт, это было хорошо, — выдохнул Йен, выходя из Тео и перекатываясь на свою сторону кровати, уставившись в потолок, пытаясь привести дыхание в норму. — Если это был секс помолвки, то я даже представить не могу, каким будет секс в брачную ночь, — усмехнулся Тео, повернувшись к Йену, и оперся на локоть, начав перебирать рыжие прядки волос парня. — Скоро узнаем, — в ответ улыбнулся Йен. — 10 мая. — 10 мая, — повторил мужчина, оставляя мягкий поцелуй на губах своего жениха. — Я пойду запру двери, тебе принести воды? — Ага, — кивнул Йен, взглядом проводив выходящего из комнаты Тео. Он схватил свой телефон и уставился на пустой экран, прежде чем снова вернуться к сосредоточенному рассмотрению потолка. Он собирался выйти замуж. За Тео. Быть с Тео вечность. Прожить такой жизнью вечность. Он был счастлив, не так ли? Тео был красивым, заботливым и успешным. Он действительно был тем, что было нужно Йену. Он мог предоставить ему безопасную и стабильную жизнь, вещи, которые сам он никогда бы не смог даже представить рядом с собой. После того, как он потерял работу парамедика из-за очередного маниакального приступа, Тео от него не отвернулся. Он никогда не отворачивался, только поддерживал и успокаивал. Йен больше никогда не будет нуждаться в чем-то материальном или эмоциональном. Ему не нужно будет беспокоиться о заканчивающихся таблетках или заканчивающейся еде. Ему просто не позволят ходить с голодным желудком или есть только сэндвичи. Тео был влюблен в Галлагера, а Галлагер отвечал взаимностью. Он заботился о Йене и хотел разделить с ним свою жизнь. Рыжий глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Йен знал, что Тео был хорошим вариантом, но он не мог отрицать той доли сомнения, которая врывалась в его сознание, когда он вновь вспоминал, что Микки был единственным человеком, которого он представлял на месте Тео, когда тот громко заявлял о своей любви, стоя на одном колене в зале, наполненном людьми. Галлагер встряхнул головой, освобождаясь от нахлынувших воспоминаний. Единственный раз в своей жизни он собирался сделать чертовски правильный выбор, сохранный выбор, ожидаемый выбор. Его будущее зависело от этого.