YuID

До поездки оставался месяц, госпожа Мин решила пока не торопиться с этим. Ей хотелось в последний, а, может, не в последний, раз навеять воспоминания о своём городе, где она жила большую часть жизни. Где она провела жизнь со своим любимым мужем. Когда-то они хотели остаться в Японии. Мин приехала туда по учёбе - нужно было во время каникул описать любую страну. Все её однокурсники выбирали те страны, что поближе, которые находились в пределах Восточной Евразии (Азия, в общем), но Мин, будучи любительницей каких-то новых далёких открытий и чего-то сложного, хотела совершить путешествие туда, о чём у неё не было представления. Туда, где в недалёком будущем она встретит того, кто возьмёт её за руки и предложит жить вместе. Туда, где она вскоре встретит сопротивление со стороны людей, имеющих родственные связи с её спутником жизни. Но теперь об этом тяжело вспоминать. Одна только мысль или намёк на это может сильно задеть сердце человека, потерявшего смысл любви. Нет, она продолжает любить, любить того, кто два года назад тешил её душу, и любить тех, кто объединял их семью. И, конечно, своих наилюбимых дочек. Они теперь были источником той любви.Они заставляли её улыбаться естественным ей образом. Благодаря им она живёт и смело смотрит на жизнь, хотя раньше чувствовала себя в уюте за спиной любимого. Теперь полагаться нужно на свои силы. И одной заботиться о своём чаде. Яна собиралась в школу.

***

Би Холь уже две недели не появлялась в школе. Она боялась появиться из-за недавнего инцидента. Кто-то исписал её парту ужасными оскорблениями, намусорил в её ящичке в классной и т.д. Она пришла тогда в школу с грустным лицом, которое ещё сильней омрачилось при виде изрисованной сплошь парты и полного кучей также исписанной проклятиями бумажек ящика. Ей было ужасно неловко, её охватил тогда стыд, какого не чувствовала никогда. В туалете по зеркальной поверхности протянулось недлинное, но такое уничижительное слово Умри, только в виде разговорного стиля. Би Холь была поражена. Она уже не имела сил бороться. Уже месяц ей приходится терпеть все нападки своей одноклассницы. Пусть даже она и не показывалась Би на глаза в последнее время, но всё же умудрялась доставать её иными способами. В итоге Би окончательно обессилела. Яна хотела позвонить ей, но Юна незаметно подкралась сзади. - Хочешь позвонить Би Холь? Яна вздрогнула и чуть не уронила телефон. Эта неожиданность её сбила с толку. На время она забыла, что хочет сделать. - Чего тебе? - Яна нахмурила брови. - Я спросила: это Би Холь? Ты ей звонить собираешься? "И как она умудряется узнавать то, чего не знает?" - недоумевала Ян, удивляясь её интуиции. А она ведь даже не набрала номер. Да и сейчас она могла бы кому угодно позвонить, что делала всегда на перемене после второго урока. - Ну? - Юна ожидала ответа. - Тебе какое дело? - другой было незачем рассказывать эту ничем не примечательную информацию. - Просто интересуюсь. "Ты когда-нибудь чем-нибудь интересовалась?" Она молчала. - Ладно, не говори. Но мне нужен её номер. Юна уже протягивала руку для захвата телефона, но его тут же не стало, Яна убрала его за спину. - Зачем он тебе? - Яна хотела знать. - Номер? - уточнила Юн. - А что же ещё? - Ну, не знаю, как тебе объяснить... - она призадумалась. - Может, дашь? - и снова протянула руки. - Нет уж, - возразила Ян. - Я лучше сломаю и разобью телефон вдребезги, чем отдам тебе чей-то номер. Яна стояла на своём. Ей было всё равно на счёт реакции сестры, той и подавно. Но она вместо того, чтобы любой ценой отобрать злополучный ей телефон, промолвила своё: "Ну-ну", - скрестила руки и ушла по направлению в класс. Яна проводила её равнодушным взглядом и принялась набирать номер, на который хотела позвонить. - Алло, ты придёшь? Яна не успела договорить, как связь прервалась. Би выключила телефон. Абонент теперь был недоступен. - Что ж такое? - чуть слышно произнесла Ян, но кто-то опять появился сзади. - Что-то случилось? - спросил мужской голос. Она повернулась с удивлённым видом. Её взгляд встретился с его взглядом. Это был солидный парень, одетый в школьную форму, чистый и опрятный, с сияющим невообразимым блеском лицом, на котором так же сияли глаза, такие красивые и карие. Это был Джен Хёк, её одноклассник. Он был любопытен и страстно красив, и ему нравилась Ян. Та не знала об этом, хотя некоторые из её подруг намекали ей на это, даже он иногда показывал к ней своё неравнодушие, но она не верила тем доводам одноклассниц, вниманию Джена и не имела ни единой мысли на счёт любви или просто симпатии к нему. Да, он красив, его много кто любят, они бы завидовали ей, но разве ей нужно это? Ей итак невпопад мириться с адской жизнью с сестрой, а тут учёба и т.д. О любви она вообще не думала. Не думала, наверно, потому, что Юна считала любовь напрасными слёзами, а её давление заставляло иногда думать, как она. Даже если Яна не хотела иметь ничего общего со второй своей половиной, но их связь никак не разрывалась между ними. Её просто не было видно. - Юна тебе что-то сказала? - продолжал Джен. - Что? - не поняла Ян. - Наверняка, что-нибудь колкое, - не расслышав её, думал Джен. - Нет, не из-за неё, - Яна махала руками. - Это другое. - Тогда что? - его любопытство сквозило в слегка прелестной улыбке. - Тебе какое дело? - чуть злобно, но не настолько, насколько могла сестра, спросила Ян, пытаясь оттолкнуть его от себя. Он понял, что ей до него нет дела, и уже не пытался допросить её. Ему стало неловко. "Она не проявляет никаких признаков симпатии. За это я её люблю.." "Ну ответь", - тем временем думала Яни, надеясь на пусть даже секундную надежду. Но её не было. Надвигались тучи. Ветер срывал зелёные весенние листья, цветы, газеты из рук стариков и надувные шарики из рук маленьких детей. Было холодновато и совсем не время для прогулки. Яна, несмотря на всю холодность встретившей её непогоды, какою обычно встречала её сестра, о которой она не хотела думать, всё таки пошла к Би Холь. Ей хотелось знать, действительно ли она не может больше ходить в школу. Ведь они так дружны, Би могла рассказать о своих чувствах, могла не скрывать этого. Пусть и не в школе, то хотя бы по телефону - устно или по смс. Но это не действовало. Что сподвигло Яну навестить свою подружку. К счастью для неё, Би Холь была дома. Дверь открыла доброжелательная и гостеприимная женщина, которая радостно воскликнула при виде одноклассницы дочери. - Боже мой! - говорила она. - Кого я вижу? Ян Ха! Я ни! Мы виделись месяц назад. Проходи. Ты пришла к Би Холь? Она у себя. Не стесняйся. Будь, как дома. Яна поблагодарила эту женщину, вспомнив в ней маму Би, и пошла к комнате по направлению вытянутой руки хозяйки. Стучаться не стала. Би Холь лежала на кровати животом вниз, слушая музыку и набирая что-то на клавиатуре большого ноутбука. По её виду нельзя сказать, что она больна. Скорее, весела т довольна. Яна вошла к ней. Би увидела её только через пол минуты, когда хотела встать и взять что-то со стола. Она вздрогнула, словно завидев призрака, пытающегося её напугать. Но Ян пришла только с лучшими пожеланиями, оставляющих нечто похожее на искреннюю надежду. Надежду на то, что Би возобновит учёбу. Би выслушала её. Её просьбу и пожелания. Та говорила ей, что всё хорошо, все через это проходили. Но Би это наоборот приводило в уныние. Ей не хотелось ничего слышать по поводу тех инцидентов, которые камнем тащили её на дно. А ей не хотелось быть на дне, она хотела быть выше. - Не понимаю, зачем ты мне это говоришь, - сказала Би и отвернулась. - Ты чего? - Яна смотрела на неё с печалью. - Не жалей меня, - чуть злобно отвечала Би. - Я что-то не то сказала? - Яна пыталась понять. Би Холь повернулась со злым взглядом, уже готовым вот-вот расплакаться. Она смотрела на Яну, как на врага. - Что с тобой? Я тебя не узнаю.. - Ничего. Всё в порядке. - Скажи, в чём дело. - Ни в чём. - Ты можешь мне сказать. - Не могу. - Ты можешь. - Не знаю. - Если серьёзно: в чём дело, Би? - Не называй меня Би. Я Би Холь. Яна не узнавала в ней ту, с которой вместе проводила время. С которой была так связана. С которой чувствовала себя, как настоящий друг, готовый прийти на помощь. Но что теперь? - Ты изменилась, - тихо сказала Ян в сторону. Би её услышала и не отвечала больше. У неё из глаз потекли слёзы. Она снова отвернулась, чтобы та не видела, в каком она отчаянии. Она, правда, не хотела ничего говорить такого, не хотела грубить, да и поддакивать тоже. Не хотела, чтобы та её видела. Не хотела иметь с ней ничего только по одной причине. И этой причиной была её сестра. Юна была в библиотеке. Она шарила по полкам, искала нужную ей книгу, и найдя её, открыла и стала читать. Она страстно любила книги, именно в них она черпала силы. Именно в них она видела жизнь. Ведь книга настолько бывает прекрасна, что пробивает сердце человека насквозь, заставляет переместиться туда, где происходят события. В кино не сильно представляешь себя в роли кого-то, а вот книга наводит на такие мысли, о которых либо задумывался, либо нет. Они, эти отстроченные печатником книги, очень живо действуют на человека, пробуждая в нём бурю эмоций. Даже самый невозмутимый критик скажет, насколько величественной может быть та или иная книга, переносящая нас в мир автора, позволяющая видеть всё его глазами. Это нечто такое искусственное, но прекрасное, что так хорошо получается у человека, да не у всех.Чтобы учиться писать, нужно уметь и читать, пополнять словарный запас кучей новых слов, давать волю поэта, делать из невообразимого в волшебное и чарующее. Юна старалась понять смысл каждой строчки. Она вникала вглубь авторских мыслей, придавая им форму, воображая, насколько хватает фантазии. Книги давали ей вторую жизнь в несвойственном ей мире. Но, как часто бывает, эти мысли невечны. Всё равно кто-нибудь да помешает твоим великим размышлениям пусть и не устами, то одним хотя бы взглядом. Вот так случилось и с Юной. Перед ней стоял парень, старше её, возможно, на год или два, требующий чего-то молча. Он на говорил, а Юна не хотела, но взгляд его раздражал. - Чего тебе? - как можно грубо спросила Юн. Парень не подал виду. Он, правда, озлобился на одно мгновение, но вскоре черты лица приобрели прежний облик. И не отвечал до тех пор. - Аах, - оскалилась она, захлопнув книгу, - бесит такое молчание. Иди на других смотри, - и пошла. Юна почувствовала, как он захватывает всей рукой, обвивая её шею. Она пытается сопротивляться, хочет вынуть свою голову из его удушья. Он не душил, но и не отпускал. И, несмотря на крикливые возгласы, начал распросы: - Я так понимаю, ты та Юн Сон из класса 1-3. Да? Отвечай! Он старался говорить, как можно, бесшумно, но его всё же слышали. За шкафами ребята начали прислушиваться. - Отпусти! - пыталась закричать девушка, но из-за усилий, приложенных по изъятию головы, она не могла кричать и лишь скалила зубы. - Что ты делаешь с моей сестрой? - С какой ещё? - Меня достали твои выходки! Сколько можно! - Отстань! Я тут причём? - О, я прекрасно знаю, в чём. Ты не старайся оправдаться. - Достал! Кто ты? Я тебя вообще в первый раз вижу! Небось других доставать лень. - А тебе не лень? Думать о других? За шкафами начали шептаться. Юна не могла от него отцепиться. Она хотела ногтями вцепиться ему в глаза, как кошка, и исцарапать всё его лицо. Он сильно озлобил её душу. Никто ещё так не осмеливался её унижать. Она была готова упасть вместе с ним под землю и там прикончить. Была готова на всё, лишь бы не быть жертвой. Всё это навеивало плохие воспоминания...

***

- Фу, вонючка пришла. Все начали обходить стороной несчастную. Девочка смотрела на них с отчаянным лицом, с лучиком надежды. Она ещё верила, что они подружатся. Но тот луч угасал с каждым игонорированием, с каждым слухом, с каждой насмешкой, с каждыи сказанным словом за спиной. Всё омрачало светящееся сердце. И казалось, что ничего не вернёт того счастливого времени, когда она с лёгкостью могла сказать: "Дружба". Ничего не приводило к общей радости, все только смеялись над ней. Ещё чуть-чуть, и она бы не выдержала. Однажды на её день рожденья девочки пригласили её после уроков зайти в класс. Она обрадовалась этому, надеясь на подарки. Но она ничего не желала, кроме дружбы. Ей было достаточно одного слова, доказывающего, что есть на свете друзья, которым не всё равно. Которые будут рядом. Девчонка-восьмилетка, ученица второго класса, вприпрыжку направилась к тому кабинету, где её ждал сюрприз. Неожиданный. Она с торжествующим видом вошла в классную комнату, где никого не было. Она не понимала, где они. Но тут выключился свет, и стало темно. Девочка испугалась, она боялась темноты. Но худшее ждало впереди. Кто-то начал хватать её за руки. Было несколько маленьких рук. Она хотела освободиться, пиналась, но её повалили. Неожиданно возле ушей послышалось похожее на звук ножниц. Одна из девчонок злорадно хихикала и небрежно обрезала волосы. У их жертвы волосы были чёрные и такие длинные, длиннее, чем у параллели второклассников. И, конечно, ей в этом завидовали. Но тот дар, даруемый природой, длительным временем и непосильным трудом, стал опадать на глазах. Их владелица не могла видеть этого из-за пелены тьмы, но рыдала от бессилия и утраты чего-то ценного. Невидимки смеялись, им не было жалко этих волос, они разбрасывали обстриженные волосы и покрывали сверху несчастную. Та уже не сопротивлялась. Она не могла даже встать. Девчонка просто зажмурила глаза, увлажнённые и красные. Весь этот кошмар не заканчивался. На следующийдень девочка пришла в школу подстриженной под мальчика. Родители выровняли ей причёску, гневаясь на неё за такой подход к волосам, своей гордости. Дочь не говорила им правды, но уже не из-за того, что те ей были "друзьями", а из желания отомстить им самой. В школе возбудилась ещё сильней. Она пришла намного раньше, чем положено. Не теряя ни одной секунды, она вскрыла ящик своих одноклассниц, высунула оттуда ценные вещички и перетащила в те ящики, которые принадлежали участницам вчерашнего нападения. Она узнала их по голосу и без особого труда распознала их ящики. Закрыла всё. Под их парты засунула "тонны" жвачек, пережёванных ею, они заметят это, когда полезут под парту за тетрадями. Также написала на доске их имена, стараясь писать совсем другим почерком, обвинив их в краже того телефона, принадлежавшего некогда их учителю. Этот телефон она нашла вчера по пути домой. Узнала по нему владельца и уже засунула в шкафчик самой главной из тех пяти куриц, измывавших её. Все пришли в класс. Все пятеро были обвинены, хотя надпись на доске вызывала подозрания. Но ведь никто не мог вскрыть ящики, кроме них, а они недавно хвастались, что хорошо это делают. Для девочки это было сладким упиваньем, несмотря на оскорбления и насмешки по поводу причёски. Она уже не боялась пакостить тем девчонкам. Делала это незаметно вплоть до четвёртого класса. При переходе в пятый, она открылась им. Они видели в ней уже не жертву, а вину всех их несчастий. Она была вся в вине. Есть ещё много чего, что она натворила такого, но об этом лучше умолчать. Но однажды они с новой силой напали на неё. Это произошло в выходной. Девочка, лет двенадцати уже отроду, пришла в школу, чтобы подготовиться. Но её в это время ждали в кабинете. Те пять девчонок снова выключили свет, та уже не боялась этого, но не ожидала другого. Её толкнули и повалили на пол. История повторилась. Но уже не волосы стали предметом издёвки, а она сама. Её начали пинать, да так сильно, что кровь пошла из носа. Было больно, слишком больно. Она никогда не испытывала такого физического отчаяния. Те пинки лишали её сил. И она прогадала: их было не пять, а шесть.

***

Юна всё же вырвалась из его рук и выбежала из библиотеки под взглядом других учеников. Она бы надавала ему, как поступала со ВСЕМИ, но боль прошлого навеялось в сердце. Она не хотела плакать, так как не плакала давно и научилась не предаваться слезам, видя их напрасными, но сердце сжалось. Давно она не испытывала этого ощущения. - Предатели, - плюнула она, наклонясь над раковиной, в дно которой струилась холодная вода. Между тем на улице шумел ветер, и слышался оглушающий шум грома и молний.