Beast

      Легкие Криденса обжигает, словно воздух в комнате вдруг мгновенно раскаляется. Дышать становится тяжело, парень делает глубокий вдох и выдыхает, приоткрыв рот, облизывая губы и медленно кивая в знак согласия на предложение Персиваля. Грейвс неотрывно следит за Бербоуном, жадно смотря на влажные губы, удерживая себя от прикосновения — еще рано. Криденс начинает тереть шею, «ошейник» начинает затягиваться, а в и так узких брюках становится теснее, поднимает на Персиваля взгляд, в котором читается вся гамма чувств от желания до смущения.       — Пойдем… — Грейвс поднимается с дивана и протягивает парню руку.       Криденс хватается за протянутую ладонь, как утопающий за спасательный круг, об эту же ладонь и обжигаясь, чувствуя еще большее возбуждение. Мужчина ведет парня в сторону ванной комнаты, крепко удерживая за руку, не давая шанса передумать, изменить принятого решения или сбежать. Бербоун почти задыхается, его колотит, он весь словно пронизан электричеством и одновременно горит, он жаждет прикосновений, ему хочется поцелуев, объятий, но Грейвс не дает ему этого, он, как опытный хищник, который сначала изматывает свою добычу.       — Тебе стоит раздеться, — произносит Персиваль, когда они приходят.       — Хорошо… сэр, — тихо выдыхает Криденс и начинает стягивать с себя водолазку.       Зрачки Грейвса расширяются, как только он видит обнажающуюся от черной ткани кожу, в мужчине словно просыпается зверь, от одного взгляда на шрамы его мальчика, но вместе с ненавистью к матери парня, также просыпается желание обладать Криденсом безраздельно, полностью. Мотнув головой, Персиваль идет к ванне и включает воду, настраивая температуру и закрывая слив, ждет, пока наберется вода, продолжая смотреть, как парень снимает одежду. Криденс стягивает с себя штаны вместе с бельем в одно слитное движение, наконец, оставаясь нагим, переступая снятую одежду, не заботясь о том, чтобы сложить ее, и под одобрительный кивок Грейвса залезает в ванну с водой. Бербоун со вздохом опускается в горячую воду, садясь и обхватывая колени руками, согреваясь, но, не переставая дрожать, и совсем не от холода. Персиваль снимает свитер, оставаясь в одной майке, и тянется к полке за мочалкой и гелем для душа. Он опускает ее в воду, а потом медленно вспенивает губку в руках.       — Повернись ко мне спиной, — произносит Персиваль низким голосом.       Криденс поворачивается к мужчине, насколько позволяет ванна, и вздрагивает, когда на его спину сначала льется вода, а затем мягко касается мочалка. Грейвс уже давно решает где-то внутри себя, что должен искоренить страх в Криденсе, уничтожить его зажатость и побороть его обостренное смущение — он должен помочь этому невероятному мальчику полюбить себя. Персиваль понимает, что все не исправить за один раз, но боже, как же его мальчик послушен, покорен и исполнителен, поэтому мужчина готов испробовать все варианты того, как вытащить наружу то, что видит только он, Персиваль Грейвс. И пусть способы разнятся от порки до нежных и даже романтичных ухаживаний, Грейвс решает, что отпускать и упускать такого парня, как Криденс, он не будет. Бербоун особенный. То, что испытывает сейчас Криденс, ново для него и не поддаётся описанию, то как Персиваль... моет его, как с несильным нажимом проводит по его спине, разворачивает, ведёт мочалкой по плечам, по груди, опускается ниже, свободной рукой подхватывает за лодыжку и оставляет мыльный след от бедра до стопы, помогает подняться и встаёт сам, трёт ягодицы пока они не становятся кокетливо розовыми. Грейвс заботливо смывает с тела парня пену, проводя широкой ладонью по распаренной, чувствительной коже, собирая остатки мыла на пальцы и, наконец, заканчивая свой ритуал. Криденс чувствует себя странно, то, что сейчас происходит так интимно, даже их прошлые ночи меркнут по уровню уязвлённости и беззащитности, но все же, несмотря на свою запутанность, парень во всем этом урагане чувств вычленяет самое главное — он ощущает заботу. Заботу, которой он был лишён очень долгое время, и от которой сейчас щемит в сердце.       Персиваль набрасывает полотенце на плечи парня и помогает выбраться из ванны, обнимая за талию и прижимая к себе, когда Криденс скользит и хватается за плечи мужчины, чтобы не упасть. Бербоун ничего не говорит, хотя ему хочется извиниться, что намочил майку мужчины, и вообще за свою неловкость, но слова застревают в горле. Персиваль так близко сейчас, обнимает его за талию, прижимает его обнаженное тело к себе, чувствует, как у него крепко стоит... Криденс не выдерживает напряжения и, подаваясь вперёд, целует мужчину, вцепляясь пальцами в его плечи сильнее, но совершенно не замечая этого. Полотенце падает на пол, когда Грейвс легко подхватывает Бербоуна под ягодицы и поднимает, парень, разрывая поцелуй, обвивает ногами талию мужчины, вжимаясь в него всем телом, упираясь лбом в плечо, и горячо дышит.       Персиваль доносит Криденса до спальни и, прежде чем опустить парня на кровать, скидывает с неё декоративные подушки, удерживая одной рукой жмущегося к нему парня. Как только спина Криденса касается покрывала, Грейвс выпрямляется над ним и стягивает с себя майку, расстёгивает джинсы и снимает их. Парень сглатывает накопившуюся во рту слюну, до сегодняшнего дня он не видел Персиваля полностью обнаженным. Поэтому сейчас он с трепетом разглядывает мужчину перед собой — разлет плеч, крепкий торс. Опустить взгляд ниже у Криденса получается не с первой попытки, вид крупного возбужденного члена вызывает целый спектр эмоций... Грейвс наклоняется над парнем и целует долго, то глубоко проникая в рот языком, то едва касаясь губами губ, одновременно с этим оглаживая подрагивающее тело под собой. Персиваль проводит ладонями от талии до бёдер и снова вверх, ненадолго сжимая пальцы на бедренных костях, и ведёт руки до груди, большими пальцами проходясь по соскам, вызывая у Криденса удивлённое мычание в поцелуй. Оторвавшись от губ парня, Грейвс даёт им обоим отдышаться, смотря в шальные глаза напротив пару мгновений, и снова приникает ртом к покрасневшим губам Бербоуна, прикусывая, жадно целуя, едва сдерживаясь.       Криденс плавится, снаружи и изнутри, он будто падает и одновременно парит, от столь несдержанных поцелуев и рук на своём теле парень теряется, цепляется за плечи мужчины, подаётся телом под прикосновения и покорно отвечает на голодные поцелуи. В какой-то момент поцелуев становится недостаточно, и Грейвс отстраняется от Бербоуна, смотря на него потемневшими глазами и тяжело дыша, его мальчик сейчас такой... Персиваль с тихим рычанием опускается ниже и целует тазовую косточку, тут же кусая ее, Криденс вскрикивает от боли, которая ярким пятном разливается под прикрытыми веками, принося удивительный контраст, и возбуждение электрическим током бьет по нервам. По укусу проходятся губы в лёгком поцелуе, а в следующий момент горячие ладони опускаются на талию, и Бербоун оказывается лежащим на животе. Персиваль приподнимает его, ставя на колени, и разводит его бёдра коленом. Криденс приподнимается на локтях и упирается лбом в скрещённые руки, чувствуя, как его ягодицы по очереди оглаживают широкие ладони.       — Криденс, — от тихого, ровного голоса мужчины у парня начинает кружиться голова. — Ты в порядке?       — Да, сэр... — дрожащим голосом отвечает Криденс, спустя какое-то время, наконец, осознавая, что ему задали вопрос.       — Если тебе что-то не понравится, — Персиваль говорит чётко и спокойно, будто это вовсе не он сейчас оглаживает чужие бёдра, — или ты посчитаешь, что это для тебя много, скажи мне, — лёгкий шлепок по ягодице ненадолго возвращает Криденса в реальность. — Ты понял меня?       — Да, мистер Грейвс... — жарко выдыхает парень и выгибается в спине, Персивалю стоит немалых усилий не натворить глупостей от этого действия.       Бербоун дышит на счёт и, открыв глаза, старается сфокусироваться хоть на чём-нибудь, пока Персиваль разводит половинки его ягодиц и трёт большим пальцем колечко входа, неспешно разминая тугие мышцы. Парень испуганно дёргается, когда чувствует, как его входа касается влажный язык, но сильные руки крепко удерживают за бедра на месте, фиксируя и не давая сдвинуться, пока Грейвс вылизывает его, дразня самым кончиком края дырочки, чтобы затем прижаться в поцелуе и скользнуть языком внутрь.       Криденс закатывает глаза и протяжно стонет, когда в него проникает первый палец, пока язык и губы ласкают натянутые мышцы входа. Когда внутрь толкается второй палец, парень скулит и комкает покрывало под пальцами. Персиваль не спеша двигает пальцами внутри парня, поглаживая комочек простаты, и продолжает вылизывать мышцы, пока пальцы не начинают двигаться свободно. Грейвс вынимает пальцы из покрасневшего отверстия и, выпрямляясь, дотягивается до тумбочки, доставая смазку и презервативы. Криденс чувствует внутри непривычную пустоту, от которой хочется скулить, что он и делает, чем немало удивляет замершего Персиваля, который правильно расценив намёк, выдавливает смазку прямо между ягодиц парня, оттягивая одной рукой половинку в сторону, а двумя пальцами второй собирает стекающий по мошонке лубрикант, и толкается ими внутрь, вызывая хриплый стон. Грейвс покрывает изогнутую, подрагивающую спину парня поцелуями, трахая его уже тремя пальцами, разводя их внутри и то медленно вводя, то быстро и резко входя ими на всю длину, в конце концов, добавляя четвёртый, доводя Криденса до головокружения и сорванных стонов. Парень всхлипывает и не знает, чего хочет больше, кончить, или чтобы Персиваль прекратил и вынул пальцы, а ещё ему хочется большего — дойти до конца. Криденс решает для себя, что хочет, и на пробу подаётся бёдрами навстречу пальцам, за что получает звонкий шлепок, от которого его член напрягается сильнее, а мышцы входа непроизвольно сжимают пальцы мужчины. Грейвс улыбается уголком губ на такую реакцию, и напоследок погладив простату, вынимает пальцы из растянутой, незакрывающейся до конца дырочки. Персиваль дотягивается до презервативов и, открыв один, раскатывает его по члену, выдавливая на руку смазку, проводит по всей длине.       — Криденс... — выдыхает на ухо парню Персиваль, низко наклонившийся и целующий его плечо. — Ты готов?..       Бербоун молча кивает, стараясь собраться, но мысли растекались, ускользая, не давая сосредоточится.       — Криденс, скажи, — твёрдо говорит Грейвс, ему нужно слышать чёткий ответ.       — Да... - на выдохе отвечает парень и получает неожиданно нежный, интимный поцелуй в висок.       — Мой мальчик... — ласково шепчет мужчина.       Грейвс выпрямляется и устраивается удобнее, помогая Криденсу развести шире ноги, подтолкнув ему одну из подушек под живот, затем поглаживая бедро парня и придерживая член у основания. Персиваль приставляет головку ко входу и толкается. Криденс жмурится и кусает свою руку, о нет, Грейвс не делает ему больно, скорее его слишком... много, парень старается дышать ровнее — распирающее чувство внутри не даёт расслабиться — но выходит плохо. Но даже сейчас Криденс не собирается останавливать Грейвса.       — Тшш... мой мальчик, — в сознание Бербоуна врезается голос мужчины и помогает расслабиться.       Криденс, наконец, выдыхает свободней, перестаёт кусать запястье и в пару толчков принимает член Персиваля в себя полностью, под свои же стоны и хныканья. Грейвс ныряет рукой под живот парня и обхватывает опавший член, двигая кулаком и помогая снова налиться возбуждением, вместе с тем двигаясь внутри, медленно и неглубоко, давая привыкнуть. Постепенно Криденс начинает принимать член свободнее и, наконец, может дышать сорвано, хрипло, смешиваясь со стонами, но дышать. Движения Персиваля становятся более глубокими, и когда головка члена проезжается по простате, парень стонет чуть надсаднее и протяжнее, и мужчина входит резче, вбиваясь до конца и наращивая темп. Грейвс подхватывает Бербоуна под талию, фиксируя, и убирает вторую руку с полностью вставшего члена парня, ведёт ладонью по груди вверх, на шею, до подбородка к губам. Криденс чувствует вкус собственной смазки, когда два пальца проникают в его рот и поглаживают его язык. Парень шире открывает рот, когда пальцы по языку скользят глубже, и слышит команду «сглотни», послушно ее выполняя и тем самым пропуская пальцы дальше, в уголках глаз в момент скапливаются слезы, а внизу живота все скручивает от острого удовольствия. Криденсу нечем дышать, он закатывает глаза и закрывает их, все, что он сейчас может — это глухо мычать на особенно сильных точках и стараться не отключиться от переизбытка переживаемых ощущений. Грейвс крепко держит своего мальчика, глубоко вбиваясь в растянутый вход, уткнувшись лбом между лопаток парня. Происходящего слишком много для Криденса, он чувствует, что близок к финишу. Он сжимается на члене Персиваля, начиная биться в оргазменной судороге, выплёскиваясь на свой живот, на удерживающую руку и на покрывало и подушку под собой, он совершенно не контролирует себя, поэтому прикусывает пальцы мужчины, громко мыча и заливаясь слезами. Грейвс жмурится и сильнее прижимает к себе парня, замирая внутри и кончая, сейчас он не чувствует ничего, кроме удовольствия, боль от прикушенных пальцев отходит на дальний план.       Когда Криденса, наконец, перестаёт трясти, Грейвс вынимает свои пальцы у того изо рта, давая нормально дышать, и аккуратно выходит из покрасневшей и разработанной дырочки. Как только мужчина покидает его тело, парень обессилено падает на кровать, колени разъезжаются и дрожат, руки совершенно не слушаются, и Криденс старается начать думать, но мыслей попросту нет, в голове белизна, и парень оставляет эту затею, поддаваясь усталости. Уже сквозь сон Бербоун чувствует, как его виска касаются губы, а груди что-то холодное.