Подленные чувства, или недремлющий враг.
9 января 2020 г., 16:20
Звездное небо укрыла плотная завеса туч. Повеяло холодом. Мелкая изморозь стремительно переходила в ливень.
Мадара, сидя на циновке, смотрел задумчивым взглядом на сад. Минуло несколько месяцев со дня выборов Хокаге. Тонкие ветви на недавно высаженных деревьях медленно теряли листья. На дорожках, вложенных тёмным камнем, поблескивала глянцевая корка тонкого льда. Начало осени выдалось слишком суровое, и многие сулили и морозную зиму.
После нападения шиноби — кукловода дом подвергся немалым изменениям. При перестройке, которая была завершена в кратчайшие сроки, Сакура решила добавить комнату для будущего ребёнка.
Стоило Мадаре объявить на собрание клана о положении жены, как весть разлетелась по всей деревне. Рождения будущего наследника или наследницы было воспринято с радостью. Сакура уже давно стала частью клана. И, даже ворчливые старейшины, желающие видеть во главе истинных Учих, поздравили главу с отцовством.
Что касалось шиноби — кукловода, то информация о союзе кланов стран Ветра и Земли подтвердилась. Тобирама усиленно контролировал ситуацию на границах, не давая врагу малейшего повода проникнуть на территорию Конохи. Если бы не семья, Мадара самолично отправился мстить за происшествие во время выборов Хокаге.
— О чём задумался? — Сакура присела рядом с ним, ставя на пол поднос с небольшим чайником. Ароматный запах чая приятно расплывался по спальне, отвлекая Учиху от мыслей.
— Да так, — ответил он. Ладонь девушки легла на его плечо, и мужчина невольно перевёл взгляд неё.
— Опять разногласия с Хаширамой? — Мадара кивнул. Сенджу успешно вживался в роль, и белое хаори с остроконечной шляпой стали привычным атрибутом его гардероба. Но, проблема крылась в ином. Брат Тобирамы стремился решить конфликты мирным путём. Договориться, найти компромисс, не допускать бессмысленных жертв. Иначе, в чём смысл их мечты?
Только, в действительности всё выглядело по-другому. Кланы стран Земли и Ветра желали захватить кусок их территории — всё говорило о хрупкости его с Хаширамой идеалов. Да, они объединили кланы, основали мирное поселение, однако, не смогут искоренить войну. Поэтому, идти на переговоры с врагом не было смысла. Эта дилемма, словно ржавый гвоздь, вбитый между досок, создала некую преграду. Частые ссоры и разногласия портили привычную идиллию.
— Я понимаю Хашираму. Вы остановили кровопролитную войну. Но, мы не одни, и всегда будут те, кто захочет испортить нашу мирную жизнь.
— Он не хочет этого признать.
— Ты тоже, — усмехнулась Сакура, наливая чай. Мадара тяжело вздохнул и сделал глоток. Горячий напиток приятно обжег горло, оставляя сладкое послевкусие.
— Я бы хотел, чтобы наш ребёнок не знал о войне. Не переживал страдания, которые испытывали мы, — сказал Учиха. Куноичи улыбнулась, инстинктивно положив руку на заметно округлившийся живот.
По её подсчётам срок беременности составлял четыре месяца. Былые волнения насчёт трудностей испарились. Поддержка мужа и друзей странным образом приободряла её. Даже ночные кошмары не вызывали страха в крепких объятиях Мадары.
Правда, она не могла понять, отчего события прошлой жизни, не самые приятные и кровавые, яростно преследовали её на протяжении последней недели. Индра, как назло, не отзывался. А вопросы, связанные со снами, накапливались будто снежный ком.
— Я тоже. Но, это невозможно в нашем мире, — Сакура положила голову на плечо Учихи. Он улыбнулся краями губ, думая, о том, что слухи о кардинальном изменении характера и прочих специфических наклонностей беременных женщин не оправдались и куноичи осталась прежней, — мы защитим его.
— Да, — Мадара притянул к себе жену. Сакура подцепила чёрную прядь чёлки, заправляя её за ухо шиноби. Во взгляде ониксовых глаз читалась непередаваемая нежность. Учиха выглядел невероятно счастливым. И все из-за ожидания ребёнка. Она не думала, что беременность вызовет всплеск радости у него. Впрочем, он станет прекрасным отцом, — завтра церемония открытия Академии. Думаю, пора спать.
— Согласен, ты…
— Я обязательно разбужу тебя, — заявила Сакура, поднимаясь. Мужчина прищурился. Куноичи усмехнулась и вплотную приблизилась к мужу. Сжимая края юкаты, невесомо поцеловала, заставляя его замереть от неожиданности.
— Сакура, я серьёзно, — недовольно произнёс Учиха, когда девушка отстранилась и направилась к футону.
— Я тоже.
Мадара опустился рядом. Куноичи накрылась одеялом и привычно устроилась под боком мужа.
— Не волнуйся, отдыхай, — сонно сказала Сакура. Она сама справится с собственными кошмарами.
Шиноби не ответил. Остаток ночи он не сводил с неё глаз. Заключив её в объятия, словно защищая от посторонних, Мадара мягко поглаживал девушку по голове. Не нужно обладать шаринганом, дабы видеть негативный эффект от снов. Что же ему делать?
Проведя время в раздумьях, Учиха не заметил, как начало светать. Прикрыв глаза и откинув голову на подушку, шиноби задремал и проснулся от того, что под боком заворочалась Сакура, осторожно убирая мужскую руку со своего плеча.
— Я тебя разбудила, — в голосе проскользнули виноватые ноты.
— Ничего, всё равно пора вставать, — сказал Мадара, зевая. Такие ночи не проходили бесследно и для него — он не высыпался.
— Я приготовлю завтрак, — слова быстро сорвались с губ Сакуры.
Поначалу каждый приём пищи для неё был до жути неприятным. Вкус, запах и вид еды вызывал болезненную резь в желудке. Пустой рис, рыба и мясо без приправ и гарниров стали привычным рационом куноичи, который не вызывал тошноту.
Последний месяц Сакура решила уменьшить свою деятельность в качестве шиноби. Постоянная слабость, боль в мышцах — казалось, ребёнок забирал все силы и чакру. Она надеялась, что в дальнейшем не будет хуже.
Из-за этого у неё появилось достаточно свободного времени. Провожая по утрам Мадару, девушка принималась за чтение различных книг по медицине, в частности о беременности, повышала свои кулинарные способности и записывала в свитки различные техники по созданию барьера, придумываю нечто новое.
Закончив с завтраком, Сакура принялась выбирать подходящую одежду для церемонии. Одеяние шиноби продолжало лежать на полке, а тёмно — синее кимоно с ярким гербом Учиха как раз подходило для такого мероприятия.
Новый образ казался непривычным. Да и не иметь под рукой оружие тоже. Небольшой живот, скрытый хаори, немного смущал.
Необычайно ясное небо на улице удивила обоих. Хаширама сетовал, что дождь не позволит торжественно открыть Академию и поздравить первый генинов, но, им повезло. От ночного ливня практически не осталось следа.
Здание Академии шиноби расположилось за резиденцией Хокаге. Внушительное строение, с несколькими тренировочными полигонами и просторными классами для обучения. Идея создать нечто подобное встретили положительный отклик в народе. Ведь, теперь мастерству шиноби мог обучаться любой шиноби, будь то выходец из клана, или же ребёнок из простой семьи.
Учёба и работа сообща поможет всем сблизиться и забыть о прошлом. Ведь, былая война остаётся жить глубоко в душах людей, поэтому вырастить новое поколение без ненависти друг друга было очень важно. Мелкие стычки среди шиноби были тому доказательство. А на поле боя глупые разногласия могут стоить жизни.
На площади перед Академией уже суетились люди, дети, шиноби, с интересом разглядывающие будущих учеников.
— Сакура, я рада тебя видеть, — Учиха обернулась и увидела Мито, идущую к ним на встречу.
— Вы уже здесь? — спросил Мадара.
— Да, Хаширама там, — она указала на толпящихся детей, которые с восхищением слышали Хокаге. Учиха сдержал смешок. Видеть друга, рассказывающего о жизни шиноби, действительно странно.
— Думаю стоит избавить его от чрезмерного внимания, иначе речь придётся произносить мне, — усмехнулся Мадара, оставляя Сакуры в компании Сенджу.
— Ну рассказывай, — бодро заявила Мито.
— А… — растерялась розоволосая. Она понимала любопытство бывшей Узумаки. Они не так часто виделись, однако, узнать каково же быть беременной ей очень хотелось, — знаешь, очень странно. Ломать привычный образ жизни и оставить ежедневные тренировки сложно.
— Согласна, — произнесла Мито.
— Я изучила те свитки с техникой, — сказала Сакура, — и подумала над твоими словами. Если усилить фуин с помощью некоторых элементов техники барьера, то удержать такое огромное количество чакры реально.
— Надо будет попробовать на практике, — задумчиво произнесла Сенджу.
— Свободного времени у меня предостаточно, — усмехнулась Сакура, — смотри они начинают.
На небольшой сцене, созданной специально для речи Хокаге, стояли Мадара с Хаширамой. Будущие ученики выстроились в шеренги, и с серьёзным видом внимали каждому слову Сенджу.
Сакура смотрела на Учиху, на них обоих и подумала, что будто не было тех дней, когда два клана были готовы уничтожить друг друга. Не было боёв с Мито, которая сейчас мило улыбалась, считая розоволосую своей подругой. Не было смертей её друзей, Изуны. Да и желания отомстить затерялось в череде спокойных дней.
Отчего-то казалось, что она в какой-то невероятном счастливом сне, а те кошмары истина, настоящий мир.
«Не дай им себя обмануть»
По телу пробежалась дрожь, и Сакура резко обернулась. Инстинктивно прикоснулась рукой к шее. Голос Индры, его горячее дыхание, опалившее холодную кожу. Складывалось впечатление, что мужчина стоял позади. Но, вместо него череда незнакомых лиц, чей взор был направлен на сцену.
«Почему ты мне не отвечаешь? Почему твои слова постоянно проводят меня в смятение? В чем смысл? »
***
Солнце медленно клонилось к горизонту, пряча палящие лучи. Ветер, со скукой, перегонял мелкие камешки песка, ломая сухие ветви одинокого засохшего куста. Шиноби непривычно ступали по разгоряченной земле. Они впервые пребывали в подобном месте, и, даже лёгкая прохлада, знаменующая ночь, не остужала жаркий воздух. Ступая за провожатым, пятеро мужчин невольно сравнивали родные скалистые просторы с пустыней, понимая, что их небольшие деревни просто рай по сравнению со страной Ветра. На собрание кланов, заключивших союз с шиноби Ветра, было принято решение напрямую встретиться с куноичи. Той, которая так заманчиво истолковала плюсы совместной деятельности и минусы образованной Конохи. Миновав очередной песчаный дюн, перед ними открылся вид на многочисленный палаточный лагерь. Первое, что ощутили гости — лёгкое удивление. Собрать такое количество шиноби — просто невероятно. И вновь испытали изумление, увидев ту, которая смогла объединить враждующие кланы страны. Женщина, в окружении своих подчинённых, с трудом походила на куноичи. В утончённых чертах лица, приятной улыбке, фигуре, облачённой в дорогие одежды сложно угадать шиноби. Они слышали слухи о её знатном происхождении, но никто не верил, чтобы человек променял хорошую жизнь на войну. — Я ждала вас, — Ханако подняла взгляд на гостей, жестом приглашая войти внутрь палатки. Пятеро шиноби приблизились, увидев множество карт, разложенных на столе, — думаю, раз вы тут, то ваши главы согласились на моё предложение. — Да, — ответил один, — но, нам хотелось бы узнать подробности. — Конечно, — сказала она, придвигая одну из карт ближе, — посещение Конохи дало свои плоды. Как и знакомство непосредственно с её лидерами. Хаширама уже предлагал решить всё мирным путём? — Да. — Хорошо, мы сыграем на этом, — усмехнулась Ханако, — сколько человек в каждом из ваших отрядов. — Около тридцати. Думаю, в течении нескольких недель они прибудут в лагерь. Путь через леса очень опасен, особенно когда границы территории Конохи тщательно охраняются. — Можете не торопиться. Сейчас в стране Огня начало зимы. Нам не выгодно усложнять себе задачу погодными условиями. Шиноби Ветра не привыкли к подобному. Передайте вашим главам, чтобы прекратили бессмысленные конфликты на границе. Путь думают, что предложение о мире заинтересовало их… Спустя несколько часов переговоры с союзниками подошли к концу. Шиноби страны Земли покинули палатку Ханако, и та сдержала усталый вздох. Быть учтивой и улыбчивой немного раздражало. — Вы думаете, они поведутся на эту уловку? — спросил Макото. — Ты не знаешь Хашираму. Да, он сильный шиноби, только иногда бывает слишком наивным, — куноичи присела на край, инстинктивно проводя по туго сплетенным волосам. Порой они мешали, но избавиться от них не поднимались руки. Образ жизни жены Даймё никак не отпускал её, — найди Ренто. Пусть отправляется на границы и проследит за нашими союзниками. Не хочу, чтобы они допустили оплошность. Макото вышел из палатки, оставляя женщину одну. Теперь, она не позволит, чтобы кто-то помешал осуществить её мечты.***
С неба, затянутого серыми тучами, сыпалась мелкая снежная крошка. Голые ветви деревьев покрылись инеем создавая впечатление ледяных гигантов. Сакура неторопливо шла по укрытой холодным снежным покрывалом дорожке, тянущейся вдоль небольшой рощи рядом с резиденцией Хокаге. Учиха получала удовольствие от прогулки, наслаждаясь свежим морозным воздухом. Звонкая речь Хаюми по поводу недавнего собрания клана не портила впечатление от окружающей атмосферы. Наоборот её компания была лучше, чем некоторых неразговорчивых шиноби. — Не удивительно, — усмехнулась розоволосая, — они быстро забыли о том, что было. — Да, но, я всё равно не доверяю Сенджу, — сказала она, — возможно, меня уже не изменишь. — В этом нет ничего страшного. Думаю, среди них тоже встречаются те, кто помнит недавнюю вражду. Следя за падающими снежинками, Сакура не заметила, как оказалась около входа в главную резиденцию. Интересно, как там Мадара? Время клонилось к вечеру, возможно, он уже закончил с работой? Озвучив свои предложения, Учиха пожала плечами и ответила: — Иди, я подожду тебя здесь, — у неё не было желание видеть Хокаге и прочих, вести учтивую беседу и сохранять спокойствие. — Хорошо, — бодро сказала Сакура, и, сделав несколько шагов, резко остановилась, заметив группу шиноби у входа, — Тобирама? Не веря своим глазам, она смотрела на Сенджу. Стоило ей произнести его имя громче, как сенсор остановился, поворачивая голову в сторону Учихи. Невозмутимое лицо, взъерошенные волосы, припорошенные снегом и прищуренные алые глаза. Их взгляд вмиг потеплел, доставляя куноичи невообразимую радость. Кивнув своим товарищам, он внезапно зашагал ей навстречу. — Сакура, давно не виделись — произнёс Тобирама голосом, с трудом скрывающий взаимное счастья. Вместо ответа куноичи решительно приблизилась, окончательно сокращая расстояние между ними, и обняла. Крепко. Шиноби немного удивился, но, не отступил, обнимая в ответ, чувствуя приятное тепло, разогревающее очерствевшую душу. — Неужели, успела соскучиться? — сказал он. — Ну… — протянула Сакура, поднимая взгляд вверх. Светлая кожа альбиноса, яркие глаза, напоминающие два рубина, невообразимым образом вписывались в окружающий холодный пейзаж. Зажмурившись на секунду, куноичи на одном вздохе, по-детски, добавила, — да! Но, не сомневаюсь, без меня в лагере было слишком скучно. Кто же будет прикрывать тебе спину в бою? — Сомневаешься в моих способностях? — усмехнулся Тобирама, только сейчас замечая Учиху, стоящую позади. Вся её поза выказывала недовольство, но, шиноби не считал нужным обращать на это внимание. — Я могу пересчитать на пальцах сколько раз спасала твою жизнь, — хитро прищурилась розоволосая. — Признаю, твоего шумного голоса не хватало. Тогда бы шиноби страны Земли точно не решились перейти границу… Короткое приветствие быстро переросло в разговор, с самыми интересными подробностями о недавних событиях. Сакура делилась впечатлениями о шиноби — кукловоде, о Ханако, чьё поведение выводили из себя. Тобирама внимательно слушал, и рассказывал ей об скучных буднях на границе. И оба понимали, как им не хватало этой лёгкой и непринужденной атмосферы. — Надеюсь всё обойдётся и войны не будет, — задумчиво произнесла Сакура. — Да, — ответил Тобирама, вновь покосившись на Учиху. Розоволосая, заметив его взгляд пояснила, — Мадара решил, что мне требуется охрана, пока я не в состоянии защитить себя. — В смысле? — сказал Сенджу, не понимая. Девушка отвела взгляд в сторону, чувствуя смущение. Глубоко вздохнула и произнесла: — Я беременна, — сенсор с изумлением уставился на куноичи. Гнетущее молчание окутало шиноби. Один пытался разглядеть малейшие изменения в девичьей фигуре, другая пыталась подобрать слова, чтобы не выглядеть глупо. — Я рад за тебя, — неожиданно произнёс Тобирама. — Спасибо, ты… — Сакура запнулась, услышав тяжёлые шаги. Мадара, выражение лица которого не сулило ничего хорошего, стремительно приближался к ним. — Вижу ты вернулся, — сухо сказал Учиха, беря жену под руку. Сенджу сжал кулаки. Взгляд обладателя шарингана кричал об угрозе. «Как ты смеешь приблежался к моей Сакуре?» «Не твоё дело. Считаешь, сможешь запретить ей общаться с людьми?» И только из-за уважения к розоволосой куноичи оба оставили свои мысли при себе. — Да, — холодно отозвался Тобирама. — Поспеши, Хаширама тебя ждёт, — с вызовом и нотками презрения произнёс Учиха. Желание убить ненавистного человека разгоралась подобно пламени на сухих ветвях. Подобные эмоции отразились на лице альбиноса. Сакура, крепко, даже немного болезненно сжала руку мужа и сказала: — Мадара, я устала, пойдём домой. — Да, идём, — тон голоса Учихи резко изменился. Сенджу удивился резкой смене настроения обладателя шарингана. — Ещё раз была рада тебя увидеть, — улыбнулась Сакура, потянув мужа в сторону. Ей не хотелось бессмысленных ссор. И она обязательно поговорит с Мадарой насчёт произошедшего. — Я тоже, — Тобираме оставалось смотреть в след девушки. Неужели, он готов нарушить мирный договор ради общения с ней?..***
Хаширама устало потянулся. Спина затекла от неудобного положения, а в глазах рябило от множества столбиков иероглифов. Бумажная работа выматывала сильнее любой тренировки. Отодвигая в сторону письменные принадлежности, Сенджу в очередной раз пересмотрел личные дела шиноби, которых Мадара предложил отправить на разведку. Оставалось поблагодарить Учиху — подобрать состав команды очень трудно. Но, он замечательно справился с этой работой. Не громкий стук в дверь и на пороге появился Тобирама. — Ты вернулся, — Хокаге поднялся из-за стола. Его взгляд пробежался по фигуре брата, и, убедившись, что все хорошо, он добавил, — я волновался. — Мы уже не дети. — И все же я не перестану переживать за своего младшего братика, — протянул Хаширама, сдерживая улыбку. — Что ты предпринял, насчёт тех кланов? — произнёс Тобирама, резко меняя тему. — Наши мнения с Мадарой зашли в тупик. Он желает их уничтожить, но, если есть шанс решить всё мирным путем — не будет лишних жертв, — Хаширама сел. Взял свиток и протянул сенсору, — тут список всех шиноби и новых генинов. Если не затруднит, посмотри. По численности мы им не ровня. Поэтому, избежать глупых смертей — главная задача. — Думаешь, они согласятся на переговоры? — Возможно, — ответил Хокаге, — они отступили и месяц не пересекают границы. — Скорее всего это из-за погоды. Леса замело снегом. У нас есть время подготовиться к нападению, — Тобирама подошёл к окну, — я уважаю твой выбор. Только не верю, что они согласятся на мир. — Посмотрим. Завтра на собрании глав кланов я озвучу наши решения, и, думаю, мы придём к единому мнению, — вздохнул Хаширама, — отдыхай. А у меня много работы. — Наверное, я отсутствовал достаточно долго, чтобы ты научился разбирать бумаги самостоятельно, — усмехнулся Тобирама. — Твоя помощь всегда важна для меня. Думаю ты будешь достойным лидером не только для клана, — сказал шатен. Альбинос сжал свиток, не понимая к чему клонит брат, — успеешь до завтра разобраться с личными делами генинов? — Да, — Сенджу направился к двери, и на выходе добавил, — ты изменился, брат. Оказавшись снаружи, Тобирама отметил, что заметно похолодало. Снегопад усилился. Он, накинув на голову капюшон, направился в сторону дома. Улицы были пронизаны шумом голосов и звонким счастливым детским смехом. Мужчина молча озирался по сторонам, понимая, как отвык от подобной атмосферы. Всё вокруг пестрило обилием яркими огнями фонарей, разгоняющих тьму наступающим сумерек. Всюду мелькали улыбки прохожих, которые радовались мирной жизни. Свернув в проулок, Тобирама направился к дому, овеянному темнотой. Идя по заснеженной дорожке и отворив скрипучую дверь, сенсор перешагнул порог. Разувшись и бросив плащ, он зашёл внутрь. Его встретила тишина, нарушаемая шумным ветром за окном. И только значительный слой пыли на столе говорил об длительном отсутствии. Доспех со звоном ударился о пол и Тобирама привычными манипуляциями закрепил его специальной стойке. Расправив плечи и чувствуя лёгкость, снял остатки одежды. Накинул домашнюю юкату, туго повязав пояс. Зажёг несколько свечей, чей свет окутал холодное пространство теплом. Сенджу сел за стол, положив перед собой свиток, в котором была запечатана кипа бумаг. Альбинос не сдержал тяжёлого вздоха, предвкушая предстоящую работу. Спустя несколько часов аккуратно разложенные и рассортированные стопочки бумаг стояли на столе. Личные дела будущих генинов, несколько новых проектов, предложенных Мадарой, планы постройки госпиталя — Хаширама явно решил скинуть часть собственной деятельности на него. Ещё и собрание глав кланов… Тобирама устало потёр глаза. Раздражение, постепенно нарастающее в груди, действовало на нервы, как и невероятный груз усталости. Постоянное напряжение, сражения, обрывки сна, которого ужасно не хватало, и глубокая чёрная пустота в груди — неприятно давили на мысли, не давая сосредоточиться. Поднявшись с циновки, он направился к седзи. Распахнув тонкие двери, выпуская свежесть зимнего вечера, сенсор глубоко втянул морозный воздух. Развернулся и направился к шкафу, где хранилось саке. Алкоголь не являлся неотъемлемой частью жизни Тобирамы, в отличие от старшего брата, но, сейчас, руки сами потянулись за бутылочками спиртного. Напиться и забыться хотелось до жути. За остаток вечера альбинос выпил столько, сколько, наверное, не пил никогда — лишь бы заглушить острую боль в душе. Лёжа на татами, пустой взгляд алых глаз блуждал по потолку. Мимолетное затишье сменялось душащим раздражением изнутри. Тобирама тихо выругался, чувствуя собственный гнев. На кого он злился? Сложно было сказать. На Мадару, чьё лицо казалось настолько ненавистных, что лишь железный самоконтроль и здравый смысл сдерживали его от опрометчивых поступков? На Хашираму? Или же на себя? На то, какие чувства вызывала у него встреча с Сакурой? Кулак с грохотом ударил по полу. Сенджу сел и залпом допил последнюю бутылочку саке. Абсурдность данной ситуации вызывала истерический смех. Смеялся он громко, так что задрожали плечи. И почему, почему же, ему так не повезло? Сначала Акеми, первая и единственная, частичка счастья, растоптанная долгом перед кланом. Теперь та, мысли о которой вообще не должны существовать. Та, кто принадлежит его самому ненавистному врагу. Смех резко затихает. Отрицать то, что одиночество медленно пожирало его — он не мог. Как и отрицать собственные чувства. Тобирама искреннее радовался счастью Сакуры. Её будущему ребенку. Сенджу прекрасно видел светящиеся глаза и улыбку. И не имело значение, что появление Мадары испортило их разговор. Он знал, ощущал доверие девушки, искренне, считающей его другом. Осознания этого уже было достаточно. А глупые эмоции останутся под замком в глубоких уголках его души…***
Громкий стук заставил Мадару открыть глаза. Рядом сонно заворочалась Сакура. — Кто-то пришёл? — спросила она, приподнимаясь на локтях. — Я открою, — сказал Учиха, усиленно думая кому же он понадобился посреди ночи. На пороге стоял один из Сенджу. Шиноби коротко и быстро произнёс: — Хаширама — сама просил вас срочно явиться в резиденцию Хокаге. Обладатель шарингана нахмурился. Неужели что-то случилось? — Хорошо, сейчас буду, — мужчина поспешил одеваться. Не каждую ночь его друг так долго задерживался за работой. Сказав Сакуре, что скоро вернётся, Учиха плотно закрыл вход дверь. Запрыгнул на крышу. Признаков чужого вторжения не наблюдалось, а значит все не так плохо. Шаг быстро перешёл на бег, и Мадара, ловко перепрыгивая на соседнюю крышу, направился в сторону резиденции Хокаге. В окнах кабинета Хаширамы горел свет. Сам Сенджу сидел за столом в привычном окружении бумаг. Его сосредоточенное лицо было обращено на беспорядочное скопление бумаг на столе, и обладать шарингана негромко постучал. Шатен вскинул голову, смотря на друга, который решил войти довольно странным способом. — В следующий раз не надо меня так пугать, — сказал Мадара, — я думал, что на Коноху вновь напали. — А ты все проспал, — добавил Хаширама, тихо усмехнувшись. — Конечно, — фыркнул Учиха, скрестив руки на груди, — ты понимаешь, каково не спать всю ночь, боясь каждую секунду, что твоя жена проснётся с криками и до ужаса пугающим взглядом? — Те травы уже не помогают? — серьёзно спросил Сенджу. — Так, — мужчина развёл руки в стороны, — я не могу видеть, как Сакура мучается от кошмаров. — Порой все шиноби видят их. Сам понимаешь, какой путь каждому пришлось преодолеть. Мадара молчал, прекрасно зная причину ужасных снов девушки. Иногда, лёжа рядом, он чувствовал чужую чакру. Изначально решил, что кто-то проник к ним в дом. Но, позже, выяснил — само ощущение исходило от Сакуры. Казалось, эта чакра плотно переплеталось с чакрой розоволосой. Холодная, до невозможности сильная и желающая убивать. Учиха не первый раз испытывал подобное. Изначально — когда девушка подверглась ранению ядом. Лёгкое ненавязчивое ощущение — шиноби больше заботила жизнь подруги. Далее её длительный сон. Тогда эта чакра «заметнее». Но, самое явное её проявление — момент их последней битвы с Хаширамой. — К слову, зачем я попросил тебя прийти, — сказал Сенджу, прерывая раздумья друга, — пришёл ответ из страны Земли на предложение мира. — Неужели, — Мадара приблизился к шатену, присаживаясь на край стола, — и? — Они приняли наше предложение, — шиноби передал послание обладателю шарингана. — Тебе не кажется это странным? — Не знаю. Но, факт того, что они согласились есть. — Ещё и требуют твоего визита, тут точно что-то не так, — сказал Учиха, читая, — я прекрасно помню об их союзе с шиноби — кукловодом, на который указывает послание, перехваченное Тобирамой. Ты не можешь отправиться в страну Земли. Вдруг, это ловушка. — Я в состоянии себя защитить, — произнёс Хаширама, — а ты — Коноху. — Очень драматично, — Мадара отложил в сторону свиток, — твои идеи просто… — Ничего, если ты так волнуешься за мою безопасность, то я пойду не один, — усмехнулся Сенджу, — я уже подготовил список шиноби, которые будут сопровождать меня. — Можешь взять с собой ещё и Тобираму, — сказал Учиха, — тогда в деревне явно будет спокойнее. — В моё отсутствие он займёт место главы клана. — Замечательно. — Мадара, — Хаширама посмотрел на друга, и тот скрестил руки на груди, и отвернулся. — Ладно, я постараюсь не конфликтовать с твоим братом. Но, обещать ничего не могу. В голосе шиноби прослеживались ворчливые ноты. Да, Учиха помнил скандал, устроенный Сакурой. Видеть разгневанную девушку и слушать её аргументы оказалось не очень приятно. Впредь, он не будет обращать внимание на любые едкие комментарии со стороны брата Хаширамы. Ведь, розоволосая куноичи так страшна в гневе…***
Голова болела. Тобирама с трудом разлепил тяжёлые веки. Холодно. Сенджу запустил пальцы в спутанные волосы. Сел. Посмотрел на разбросанные пустые бутылки от саке. И зачем он вчера столько выпил? Но, как ни странно, на душе стало легче. Сенсор перевёл взгляд на незакрытые седзи. Морозный воздух всю ночь беспрепятственно вторгался в комнату. Благо, он не проспал. Выпивая, в мыслях мелькали слова Хаширамы о собрании, но, мужчина послал их куда подальше. Теперь же, Тобирама был несказанно рад, что проснулся вовремя. Проведя себя в порядок и собрав подготовленные для брата бумаги, альбинос вышел на улицу. Свежесть морозного утра прекрасно сгонял остатки сна и бурного пьянства. Зал, отведенный специально под совещания, располагался на первом этаже резиденции Хокаге. Зайдя внутрь, Тобирама бегло осмотрел прибывших. Хьюга, Нара, Акимичи… Череда лиц, которые ответно пожирали его взглядом. Во главе сидели Хаширама с Мадарой. Оба о чем-то тихо переговаривались, не замечая присутствие Сенджу. Сенсор неторопливым шагом приблизился к ним, присаживаясь подле брата. — Тобирама, рад тебя видеть, — сказал шатен. — Держи, это все по личным делам генинов, — произнёс альбинос, протягивая отчёты. — Спасибо, — бодро заявил Хаширама, — извини, если испортил тебе отдых после возвращения. — Ничего страшного, — он безразлично пожал плечами. — Нет-нет, у тебя такой усталый вид… — Сейчас не время и не место говорить о подобном, — ответил Тобирама. Проявление заботы брата странная вещь. Если привяжется, не отстанет со своими советами и принудительными выходными. Но, ему действительно некогда отдыхать. Мадара краем уха прислушиваться к их разговору. Прибытие альбиноса в Коноху раздражало. — Думаю, пора начинать, — сказал Хаширама, видя, что все в сборе, — я рад видеть каждого из вас. Последовало длительное приветствие и привычный обмен любезностями. Учиха испытывал скуку. В отличие от Сенджу, которые радовался общению. — Итак, создание Академии и подразделение шиноби на ранги непосредственно дали положительные результаты. Дети из разных кланов учатся работать вместе, — продолжил Хокаге, — теперь мы не будем группой разрозненных кланов. И сократим череду смертей на миссиях, давая их в зависимости от способностей шиноби. Его слова встретили одобрение присутствующих. — Помимо этого, мы планируем построить госпиталь, — Хаширама развернул план строение, выставляю его на всеобщее обозрение. Последовал длительный разговор не тему где же будет располагаться само здание. В итоге — часть рощи, которая окружает резиденцию Хокаге, будет отведена под застройку. Госпиталь должен располагаться в доступном для жителей и защищённом, в случае атаки, месте. — Медики клана Сенджу готовы делиться своими знаниями, — продолжил Хаширама. — Мы решили, что вы предоставите шиноби, с хорошим контролем чакры и желанием обучаться, — подал голос Мадара, — Коноха разрастается и скоро медиков Сенджу не хватит на всех. — И последнее. Всем известен недавний конфликт со страной Земли. Они согласились на мир, — сказал Хаширама, и тишина, сопровождающая его слова означало их удивление. Никто не ожидал, что все закончится миром, — я сегодня же отправлюсь в страну Земли. Не вижу смысла препятствовать новым союзам. Секундное затишье, сменилось громким негодованием. Как оказалось, большинство придерживались точки зрения Мадары, а именно, войны. Причём, с желанием истребить наглецов, посягнувших на их территорию. — Если это окажется ловушкой — мы не останемся в стороне, — громко произнёс обладатель шарингана, — на путь, переговоры Хаширама потратит максимум месяц. В любом случае, он известит нас о исходе переговоров. И сомневаюсь, в случае негативного исхода, что они справятся с нашим Хокаге. Компромисс был найден. Осталось только гадать, какой же следующий будет шаг предпримет их враг?
