Граница пустоты

На следующий день погода лучше не стала. Но в этот раз небо было покрыто тяжёлыми серыми облаками с самого утра, не предвещая прояснения, и поэтому Шерон с особой тщательностью подбирала одежду для Элли, чтобы той было тепло и удобно, а грязь от брызг не так была заметна. Остановились на тёмно-фиолетовом с высоким воротником и рюшами нежно-розового цвета на юбке и лифе. Элли очень шли тёмные и холодные цвета. – Хорошо сидит, верно? – улыбнулась Шерон. – Да… Но меня больше беспокоит то, что ваши платья подходят мне, несмотря на то, что вы младше меня на целых пять лет. – Ты ещё подрастешь, – хихикнула Шерон. – Тем более, эти платья мне великоваты. Даже очень. – Правда? – Да. Зачем мне тебе врать? – Чтобы утешить. – Ах… Ложь во благо, значит? Это не тот случай, – мягко произнесла Шерон. Элли подняла глаза и посмотрела на свое отражение в зеркале, коснулась пальцами своих волос. Шерон оставила их распущенными. – Я выгляжу так, словно собралась на смотрины, – пробормотала она. Шерон засмеялась. – Герцог Барма у нас холостяк. Вдруг повезет? – Дамы? – В дверь постучали. – Мы уже всё, – отозвалась Шерон. Тогда в комнату вошёл Брейк, одетый в чёрный костюм сотрудника Пандоры. Поверх него он накинул тёмный плащ, в руках держал высокую шляпу и трость, на которую опёрся, остановившись. Он окинул взглядом Элли, ожидающе смотревшую на него. – Как броско, – отозвался он. Девушка вспыхнула. – Он что, едет со мной? – вопросила она, поворачиваясь к Шерон. – Ну, конечно. Я не могу сопровождать тебя. Я ещё не достигла совершеннолетия. Прости. Если не хочешь ехать с ним, то… – Да всё нормально, – поспешила оборвать её Элли. Она уже поняла, что Шерон и Брейк очень близки, что между ними тёплые отношения, и девушке не хотелось огорчать ту, что помогла ей избежать методов Пандоры по борьбе с нелегальными контракторами. – Я поеду с ним. – Вот и отлично, – весело проговорила Шерон. – Экипаж уже готов? – Да. – Брейк пропустил девушек вперед. – Учитывая… хм-м... странности герцога, нам стоит приехать вовремя. – Элли, – позвала Шерон. – Ты выглядишь подавленной. Если не хочешь ехать к герцогу, то так и скажи. Мы отклоним его приглашение. – Нет-нет, я думаю, что должна поехать, раз герцог этого просит. Элли через силу улыбнулась.

***

Усевшись удобнее в карете, девушка уставилась в окно. Брейк сидел напротив и тоже смотрел на унылую и серую картину снаружи. Дождь лил как из ведра и размыл дорогу, поэтому в начале пути экипаж постоянно проваливался в ямы, но когда они выехали на городские улицы, то качка прекратилась, и Элли с облегчением вздохнула. Она взглянула на Брейка, задумчиво смотрящего в окно. Он молчал, что было странно. – Ты не хотел ехать, верно? – спросила она его. Зарксис обернулся на неё. – Почему ты так решила? – Я не вижу радости на твоём лице. – На твоём её тоже нет. – Потому что я боюсь. – Чего? – Того, что меня ждёт. Зачем герцог пригласил меня к себе? Что ему нужно? Я не понимаю этого, и мне страшно. – Будь храброй девочкой и дыши глубже~ – Брейк опустил руку в карман и извлёк из него карамельку. Он подался к девушке и протянул руку. Элли раскрыла ладони, и Брейк бросил в них конфету. – Ты всегда их с собой носишь? – Я люблю сладкое. – Оно же вредное в таких количествах. – А ты у нас врач? – Нет, просто не хочу видеть твоё болезненное лицо до конца своей жизни. – Ты говоришь это так, будто собралась всю жизнь быть рядом со мной~ Элли начала краснеть. – Я… сказала это образно… – Да ладно тебе~ – Ну, хватит уже! – девушка отвернулась. Но не прошло и минуты, как она заговорила вновь. – Вы живете так спокойно, так хорошо… В те времена, когда жила я, мир был объят хаосом. После Сабрийской трагедии всё перевернулось с ног на голову. Тогда тяжело было жить и очень опасно. Брейк внимательно её слушал. Отчасти потому, что он понимал то, что она хотела передать этими словами, а отчасти потому, что Элли выглядела такой печальной, когда говорила это, такой потерянной, напуганной и хрупкой, что невольно напоминала ему о прошлом, о семье, которую ему не удалось защитить. И мысленно отметил, что всё же Элли ещё ребёнок, которому нужна эта самая семья, нужен дом, нужна забота и любовь. Но всё это она уже вряд ли обретёт. Возможно, найдёт свою семью, но каков шанс того, что её родители, братья или сестры живы? – Наверное, я сделала что-то действительно ужасное, раз оказалась в Бездне. – Она печально улыбнулась, но спустя мгновенье вернула своему лицу безмятежность и спокойствие. – Может, герцог Барма поможет мне? – Он такой вредный, с ним тяжело сладить, – притворно тяжело вздохнул Брейк. – Я знаю… – Знаешь? – удивился он. – Что? – вздрогнула, словно очнувшись, девушка. – А… Я знаю эту улицу, по которой мы едем, – проговорила быстро Элли. – Тут ещё есть магазинчик… О… уже нет. За пятнадцать лет многое изменилось. – Ты ни разу не говорила о том, что хочешь найти свою семью, – заметил Брейк. – О ней узнать тоже боишься? – Я хочу узнать только то, почему я оказалась в том месте, – помрачнела девушка, как будто Брейк задел неприятную ей тему. Он больше не стал задавать вопросов, предоставив Элли наслаждаться тишиной. Дождик колотил по крыше экипажа. Синхронно, отбивая ритм. Копыта лошадей вторили ему, играя свою собственную музыку. – Как же я не люблю дождь… – проговорила Элли. – А в прошлый раз ты была такой довольной, когда промокла. – А сейчас – нет! – Она высунулась в окно. – Мы, кажется, уже почти приехали. Я вижу дом герцога. – Ты знаешь, где живет герцог? – Это знает каждый, – отозвалась девушка, откидываясь обратно на спинку сиденья. На её лицо попало несколько капель, и, когда они поползли вниз, щекоча, Элли сморщилась и смахнула их с лица. – Ты похожа на котёнка. – Что? – На бездомного и блудного, глупого котёнка~ Брейк, заскучавший уже по ругани Элли, приготовился выслушать прекрасную и громкую речь, но экипаж, въехавший минутой раньше в ворота, остановился, приглашая своих пассажиров выйти. Элли снова выглянула в окно, разглядывая поместье, у дверей которого они остановились. Ступеньки вели к массивным деревянным дверям, которые казались совсем неприступными. Внезапно перед ней возникло лицо Брейка, который, держа раскрытый зонт, повернул ручку и открыл дверцу экипажа. Элли чуть не выпала наружу, но вовремя схватилась за противоположный край выхода. – Ой, прости~ Элли хотела и в этот раз проигнорировать его руку, но, взглянув на мокрые ступени, передумала. Опёршись на протянутую ладонь, она спустилась на землю, и Зарксис укрыл их обоих зонтом, закрыв дверцу экипажа. Тот сразу тронулся. – Кажется, мы вовремя, – проговорил Брейк. Они вместе двинулись вверх по ступенькам, и, когда оказались у дверей, Зарксис постучал. Им отворил слуга и пригласил внутрь, доложив, что герцог их уже ждёт. Он принял мокрый зонт из рук Брейка и помог Элли снять тёмный плащ, который на неё в последний момент накинула Шерон. – Пройдёмте со мной, – позвал их слуга, двинувшись в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Элли сглотнула и двинулась за ним, оставив Брейка позади. Тот с несколько секунд стоял на месте и лишь потом последовал за девушкой. – Как-то всё это наводит на меня… неприятное чувство какое-то, – прошептала ему Элли, когда они поравнялись. – Почему? – В коридоре как-то слишком темно, слуга ведет нас непонятно куда, а пригласил нас к себе на неофициальный прием сам герцог Барма. Самое время главным героям задуматься над тем, что их ждет впереди. – Ты явно перечитала книг, дитя. – Не называй меня так… – Мы пришли, – провозгласил слуга, останавливаясь перед широкой дверью. В лицо сразу ударил свет от люстры в центре комнаты. Окна были занавешены бордовыми занавесками, не пропуская дневной свет внутрь. Стеллажи с книгами вдоль стен, огромный стол, кресла, софа и ковер – всё говорило о том, что их привели в кабинет. Довольно большой кабинет, который скорее походил на библиотеку, разве что небольшую в размерах. Герцога Бармы внутри не было. Слуга пригласил их войти и расположиться удобнее, ибо хозяин сейчас отлучился по делу, но скоро вернётся. Элли робко вошла внутрь, оглядывая комнату. Её взгляд сразу приковали стеллажи, и она, проигнорировав удобную софу, сразу подошла к ним. – Удивительно, здесь столько редких книг! – провозгласила она, пробежав глазами по названиям. Брейк лениво опустился на софу, положив шляпу себе на колени. Трость он пристроил у ноги, чтобы в случае необходимости она оказалась под рукой. – Книжный червь~ – Всё равно. Это потрясающе. За пятнадцать лет вышло много новых книг, Брейк. Вот они, в новых обложках. Листочки совсем белые, – восторженно произнесла она. – Лучше не трогай их. Тут явно всё облито ядом. – Ты как всегда остроумен, – послышался в дверях мужской голос. Элли вздрогнула и отпрянула от стеллажа. – Значит, сопровождать тебя прибыл Зарксис Брейк собственной персоной? – Руфус затворил за собой дверь и прошел мимо Брейка, который поднялся со своего места. – Вы с самого начала это планировали, – отозвался Брейк. Руфус улыбнулся. – Как ты догадлив, – похвалил он, но в голосе его слышен был сарказм. – Чего ты там застыла, Лэтти? – обратился он к девушке, которая так и стояла истуканом возле стеллажа с книгами. – Лэтти? – переспросил Брейк. – О… – герцог Барма приложил к губам веер, который держал в руках. – Так они не знают ничего? – он посмотрел на Брейка, который застыл в изумлении. – Она представилась нам Элли Витте. – Ох, я помню эту девушку. Она прислуживала Лэтти. Такая кудрявая темноволосая девочка с родинкой на щеке, верно? Элли покраснела, чувствуя вину за свой обман. – Тебе, наверное, интересно, как я узнал о тебе? Это произошло чисто случайно. Когда я услышал в Пандоре о девушке, выбравшейся из Бездны, которую привели в штаб-квартиру, я сразу заинтересовался этим делом. Но прежде чем я успел взглянуть на это бедное создание, оно оказалась в руках юной леди Рейнсворт… Глаза Элли широко раскрылись от удивления и шока. «Леди Рейнсворт?» - молниеносно промелькнуло в её голове. – Это лишь ещё больше разогрело мой интерес. Таинственная девушка, представленная в театре дальней кузиной. Очаровательная Элли, прибывшая погостить к своей двоюродной сестре. Какая милая история. В тот день я тоже посетил театр, – продолжал Руфус, – и что же я увидел? Я увидел якобы погибшую пятнадцать лет назад Лэтти из весьма влиятельной семьи того времени – Сэинткроу. – Так это были вы… на том балконе… – Забавно, – отозвался Брейк. – Значит, Элли вовсе и не Элли. В его голосе была слышна обида. – Я… – начала оправдываться Лэтти, но герцог прервал её. – Отложим это на потом. Есть кое-что более важное, что нам стоит обсудить. Элли отпрянула от Руфуса в сторону Брейка. Тот смотрел на неё равнодушным взглядом, что ещё более угнетало её. – Я не сказала вам правду лишь потому, что боялась последствий. Мне нужно было знать, что я могу доверять вам, ведь в это дело могла быть замешана какая-нибудь знатная семья, решившая занять место под солнцем. Я не помню своих врагов, поэтому… – не обращая внимания на слова герцога, продолжила она. – Значит, это правда. То, что твои воспоминания о том дне пропали, – несколько жёстко произнес за спиной девушки Руфус. – Я надеялся узнать, что же случилось в тот день во время скромной церемонии совершеннолетия твоего брата. Хорошо было бы узнать всё из первых уст, но твои родители мертвы… – Мертвы?.. Руфус удивленно приподнял бровь. – А ты не знала? Похоже, ты ещё даже не пыталась отыскать свою семью. Но, спешу тебя обрадовать, твой брат, Джеймс, жив, однако… какое он бесполезное создание. Так и не сказал, что случилось в тот день. Бедняга, похоже, он даже тронулся умом. – Не говорите так о моем брате! – рассердилась Лэтти. – Вы не смеете так называть его лишь потому, что не смогли использовать его в своих целях! – О… – герцог Барма обмахнул лицо веером и, свернув его, приложил к губам, прикрывая рот. – Раньше ты была таким милым и покорным созданием… Но что я вижу теперь? – Теперь она превратилась в сварливую старуху, – подхватил Брейк. Он иронично сощурил глаза, глядя на девушку. Лэтти сразу поняла, чего добивался этим Брейк: её грубость по отношению к герцогу непростительна. Он просто помог немного разрядить обстановку. Она повернулась к Руфусу и поспешно склонила голову. – Простите меня. Я не хотела грубить. – Хотела. Ещё как хотела, но… – Руфус наклонился к ней и приподнял её лицо за подбородок, заглядывая в карие глаза. – Но я прощаю тебя. Бездна меняет людей. Он посмотрел в сторону Брейка, который мрачно нахмурился от его слов. Это было явно сказано не просто так. – Твои потерянные воспоминания доставляют мне проблемы, – продолжил Руфус. – Тебе стоит вспомнить всё. И поскорее. – Барма свернул веер и обошёл свой письменный стол. – Кстати, где-то здесь было кое-что очень полезное для тебя… Ах, вот оно. – Он протянул Лэтти немного потрёпанный дневник в кожаной обложке с заклёпкой. – Это дневник моего отца. Он записывал сюда важные события, поэтому здесь ты найдёшь то, что потеряла за пятнадцать лет. Часть я записывал сам уже после смерти отца. Лэтти взяла из рук герцога дневник. Она помрачнела на миг. – И, кстати, я был удивлён тем, что всё это время ты была в Бездне. Что ты там видела? – с интересом спросил он. – Ничего особенного. Какие-то игрушки и прочие нелепые для такого места вещи. – Лэтти было неприятно вспоминать об этом. – Значит, это был не нижний уровень… – задумчиво проговорил герцог. – Ну, и какова твоя Цепь? Она боевая? – Боевая. – Покажи мне её. Брейк сразу заметил, что Лэтти готова исполнить любую просьбу герцога, словно она была его верной и покорной служкой. Что-то в их отношениях и в их манере говорить было особенное, непонятное чужому глазу. Эта неопределённость, неизвестность злила его. Но что более важно, так это то, что не нужно было выбрасывать все козыри сразу. Нетерпение в глазах герцога – вот что действительно было бы здорово увидеть. – Ну, я думаю, есть вещи, которые не стоит знать другим, да, Лэтти? – проговорил с милой улыбкой он, подходя к девушке. – Уникальность Цепи именно в том, что никто до последнего не знает её способностей. – Брейк положил ей руки на плечи. В одно мгновение он оказался за ее спиной. Не дожидаясь ответной реакции, Зарксис быстро прошептал: – Не стоит её показывать. Руфус ожидающе смотрел на них с нескрываемым любопытством в глазах. – Простите… – проговорила Лэтти. Барма улыбнулся. – А я уже начал видеть в тебе ту Лэтти из прошлого, всегда покорную. Всё же многое в тебе стало другим. – В отличие от вас. Вы не изменились. Всё такой же молодой, – равнодушно проговорила Лэтти. В её голосе не было восхищения и желания сделать комплимент. Ей просто хотелось поскорее закончить всё и уйти отсюда. Брейк это заметил. – Я думаю, нам пора. На обед обещали запечь индейку, – весело проговорил он, подбирая свою шляпу с софы. – На обед и правда не стоит опаздывать, – согласился Барма. Лэтти последовала за Брейком. – Лэтти, – позвал её Руфус. Девушка обернулась, и в этот момент дверь в комнате захлопнулась. Сразу за Брейком, который остался в коридоре. Лэтти слышала, как он начал дергать ручку, которая не подавалась ему, и услышала, как он позвал её. – Твоя семья была очень важна и служила нам верно. – Барма отошёл от стола и двинулся к девушке. – Я бы хотел снова увидеть Сэинткроу рядом. Они всегда знали свое дело и умели обращаться со злоумышленниками. Тихо, быстро, чисто – это было просто идеально. Он остановился напротив Лэтти. – Я знаю, что у тебя сейчас есть дела важнее, – он кивнул на дневник в её руках, – но я могу помочь тебе устроиться в этом таком чужом для тебя мире, если ты поможешь мне. – Чего вы хотите? – Я хочу, чтобы ты сблизилась с Брейком и узнала кое-что о его прошлом. – Зачем вам это? – Информация в наше время очень важна. – Лишь ради этого вашего фетиша я не собираюсь становиться шпионом. Я никогда не уважала методов отца и то, что он делал. Это подло. – Но приносило прибыль. – Мне не нужны деньги. – Но ты сейчас напугана и потеряна, верно? Тебе нужна надёжность, а надёжность могут обеспечить деньги. – Я же сказала… – С тобой теперь совсем нет сладу, прямо как и с твоим братцем, – вздохнул Руфус. – Но я всё же надеюсь на твоё сотрудничество. Необязательно становиться шпионом. Просто будь рядом с ним, а я устрою так, чтобы вы могли быть вместе почти всё время. Придётся раскрыть твою личность, но… – он не дал девушке возразить, – но это стоит того, чего ты добьёшься. Пандора довольно влиятельная организация. Она может протянуть руку куда угодно. Если ты собираешься начать поиски своих воспоминаний, то тебе понадобятся средства. Пандора даст их тебе, а взамен ты будешь исправно служить на благо обществу, отлавливая нелегальных контракторов, как и твой отец. – Вы предлагаете мне стать сотрудником Пандоры? – Верно. Ты ведь очень способное дитя. Твоя помощь будет полезна Пандоре… Осталось только напомнить о тех временах, когда о Сэинткроу знал каждый в организации, и замолвить за тебя словечко. Думаю, с этим проблем не возникнет. Получи зеркальную печать Пандоры и заключи новый, легальный контракт. Я даже знаю, какая Цепь подойдет тебе для этого… Но сначала её нужно отыскать. Он улыбнулся и отпрянул. – Я думаю, твой друг тебя уже заждался, – произнёс герцог.

***

– О чем вы говорили? – спросил Брейк, когда они оказались в экипаже. – О моей семье, – мрачно проговорила Лэтти, вспомнив их разговор. – Ах, тайны, тайны~ – Мне стоило рассказать вам всё. В доме герцога всё это вышло наружу, и получилась крайне неприятная ситуация. – Что было, то было. Значит, ты у нас дворянка? – Брейк несколько устало взглянул на неё. Лэтти кивнула. – Моя семья была приближённой к герцогскому дому Барма. – Я вижу, вы были близки. – Мой отец предлагал меня в невесты герцогу, – погружаясь в воспоминания, заговорила девушка. – Но тогда господин Руфус был одержим леди Шерил Рейнсворт, поэтому не желал и слышать о браке. Мне тогда было только четырнадцать, приближалось моё совершеннолетие, и если бы герцог принял предложение моего отца, то на церемонии меня бы представили уже как невесту Бармы. Но всё сложилось иначе. Тогда я была огорчена отказом, но теперь даже рада, что ничего не вышло. Хотя плохо радоваться за то, что огорчило моего отца тогда. И да, Брейк, видел бы ты своё лицо, когда открылась дверь! Ты так испугался за меня! – Просто госпожа Шерон убила бы меня, если бы я не привез тебя в целости и сохранности. – Брейк сказал это так, что никто бы не усомнился в правдивости его слов. – Я не знала, что леди Шерон – внучка Шерил Рейнсворт, – тихо произнесла Лэтти. – Это было так важно для тебя? – Тогда не пришлось бы обманывать вас. И… мне было бы намного легче, если бы я знала, что меня окружают не враги. – Но разве маленькая девочка и её преданный слуга похожи на врагов? – с притворным изумлением спросил Брейк. – Девочка – нет, но вот её преданный слуга больше похож на дяденьку-извращенца, что довольно пугающе, – отозвалась девушка. – Ха-ха, ты такая смешная, – засмеялся Брейк, но его аура стала густой и темной. – Что ты будешь делать теперь? Будешь искать брата? – Думаю, да. Он был на церемонии и должен знать, что там случилось. – Лэтти открыла заклепку, и из дневника на пол выпал клочок бумаги. Брейк подобрал его. – Похоже, твоего брата нам искать не придется, – заметил он, протягивая ей бумажку. Лэтти пробежалась по надписи глазами. – Ах, герцог нашел моего брата, но… этот район… неужели у нас теперь и правда нет ничего из того, что было? – Вы были богаты? – неизвестно, откуда у Брейка оказался леденец, который он отправил в рот и начал грызть. – Думаю, можно сказать и так. У нас было большое поместье в два этажа, с садом. Не такое большое, как у леди Шерон или герцога Бармы, но для знати нашего уровня всё же приличное. Были слуги, устраивались приемы… – Тебе больно? – Почему ты так решил? – Твои родители мертвы, а ты, наверное, хотела бы с ними встретиться. – Неужели в этом подлунном мире ты ещё можешь прочувствовать ситуацию? – Ха-ха. – Я ожидала чего-то подобного, – продолжила она. – Ну, в смысле, того, что моих родителей уже нет в живых. Но странно, что герцог так и не узнал у них ничего. Было бы намного проще, если бы я знала, что случилось в тот день. Тогда я смогла бы вернуть свои воспоминания и понять, за что я оказалась там. – Но у тебя ещё остался брат. – Верно. Единственная моя надежда. Я думаю, что у меня получится разузнать у него всё. И ещё этот дневник… – Она провела рукой по кожаной обложке. – Здесь хранится то, что я потеряла. Какое неприятное чувство, когда ты возвращаешься в мир, который стал тебе совсем чужим. – Одно радует, что ты не выглядишь как тридцатитрёхлетняя мадам, – хихикнул Брейк. – Вот уж верно, – засмеялась Лэтти. – Сейчас главное рассказать всю правду госпоже Шерон… – Кха… – закашлялась девушка. – Может, стоит пока не говорить?

***

– Так ты была знакома с моей бабушкой? – воскликнула Шерон, хватая Лэтти за руки. – Это потрясающе! Она будет рада увидеть тебя! Ах, даже не верится… – Юная леди заключила девушку в объятия с такой силой, что в глазах на миг потемнело. Они сидели втроём в гостиной после сытного обеда и попивали чай, когда Лэтти решилась рассказать всё Шерон. Та с самого их приезда нетерпеливо озиралась, желая услышать все подробности встречи с герцогом Барма, но Брейк деловито заметил, что сначала нужно хорошенько подкрепиться, а беседу провести за чашкой горячего чая. – Мне стоило раньше догадаться, что ты аристократка! Твоя походка, осанка – ведь всё говорило о том, что ты знатного происхождения! Ах! Почему-то радость Шерон мало походила на радость, скорее, она была зла за то, что от неё скрывали такую важную правду. Лэтти взглянула на Брейка, который с невинной улыбкой наблюдал за сценой со стороны, попивая чай. «Ну, помоги же мне уже!» – говорил её взгляд. Но Брейк продолжал улыбаться: его невероятно забавляла эта картина. – Ух, нужно будет прикупить тебе платьев! Ты ведь должна соответствовать своему положению! Мы устроим прием и представим… – Не думаю, что это хорошая идея, моя госпожа, – проговорил Брейк. Шерон обернулась на него. – Почему? – Мы не знаем ничего об этом инциденте, поэтому пока лучше сохранить всё в тайне. Эти люди могут попытаться завершить своё дело. Даже спустя столько лет. – Ах… Верно… Но платья мы всё же купим. – Леди Шерон… – Только не называй меня так! Просто Шерон, – возразила юная леди. – Но вы внучка герцогини и… – Ну-ну, хватит, – отмахнулась Шерон. – Ты моя подруга, а друзья зовут друг друга по именам. Ты говорила, что герцог дал тебе дневник? – Да, я собираюсь прочесть его сегодня. – Я немного удивлена тем, что он дал тебе его. Насколько я знаю, он очень ценит подобные вещи. Видимо, он тебе доверяет, – заметила Шерон. Брейк тихонько хихикнул. Они не упоминали о том, что Лэтти могла стать невестой герцога, если бы не бабушка Шерон. Лэтти взглянула на дневник, что лежал на кофейном столике. Никто из них ещё не открывал его, предоставив ей право первой прочитать его. Но было видно, что Брейка и Шерон очень интересует содержимое дневника. Конечно, ведь герцог Барма владел огромным количеством информации, не всегда доступной каждому. – Ох… Снова дождь пошел, – заметила Шерон, подходя к окну. – В такую погоду совершенно нечем себя занять, – она задвинула занавеску, чтобы не видеть унылой картины за окном. – А где сейчас герцогиня Рейнсворт? – А, моя бабушка ненадолго уехала по делам. Но обещала скоро вернуться. – Ясно… – Лэтти задумалась над тем, что у герцога Бармы так и не вышло ничего с Шерил. Это было ожидаемо. Она никогда не давала ему ни шанса. – Хочешь ещё печенья? Я могу попросить принести, – проговорила Шерон, возвращаясь к столу. – О, нет. После обеда в меня уже больше ничего не влезет, – засмеялась Лэтти. Она оглядела комнату и заметила в углу фортепиано. – Я раньше не замечала его. – Ты умеешь играть? – Это единственное, что хорошо получалось у меня из того, чему пыталась научить меня моя гувернантка. С шитьём у меня всегда было худо, но с музыкой… Я могу сыграть? – Конечно, – разрешила Шерон, с любопытством наблюдая за тем, как Лэтти поднимает крышку и садится за фортепиано. Лэтти опустила пальцы на клавиши. Было так приятно ощутить их снова. В последние две недели перед церемонией брата ей не удавалось поиграть из-за того, что их фортепиано перенесли в другую комнату, а её саму постоянно дёргали по делам, но сейчас она, наконец, сможет сыграть. Девушка чуть прикрыла глаза. Что бы ей сыграть? Что-нибудь весёлое? Грустное? Бодрое? Столько возможных вариантов… Шерон удивлённо посмотрела на девушку, когда до её ушей донеслись первые аккорды. Ей не была знакома эта композиция, но зато она поняла, что это та музыка, которая объединяет все чувства человека в единую мелодию. И то, что играла сейчас Лэтти, был словно голос её сердца, её души. Такой грустный, такой печальный, но в то же время полный надежды на то, что всё изменится к лучшему, что среди темноты, в которой она оказалась, появится свет, который выведет её в яркий и счастливый мир. Лэтти завершила игру финальными аккордами и повернулась лицом к слушателям. – Ну как вам? – Это… было великолепно! – восторженно произнесла Шерон. – Как называется эта композиция? – «Надежда». Кажется, я сочинила её сама. – Ты невероятна, Лэтти! – воскликнула Шерон. – Верно, Брейк? Это было так чудесно! Пробивает на слёзы! – Да, было довольно трогательно. – Ну, тогда я сыграю ещё. Только что-нибудь веселое, – быстро проговорила Лэтти, отворачиваясь. Что-то грустное было связано с этой мелодией. Что-то важное, но печальное, однако она не может вспомнить что. – Например, вот эта. Называется «Девочка с котенком». Она была очень популярна среди детей из простых семей, и Элли частенько напевала её себе под нос, а я перенесла на бумагу. Вот, – пояснила Лэтти, заиграв весёлую и быструю мелодию. Когда она запела, то звонкий, чистый голосок заполнил комнату, повествуя о девочке, которая пыталась научить котенка стоять на задних лапках, но он капризничал и норовил цапнуть хозяйку за пальчик, думая, что она с ним играет. В итоге их уроки закончились бардаком в комнате, к ужасу матери, вернувшейся из лавки. Игра на фортепиано вызывала ностальгию, но эти воспоминания не причиняли боли, наоборот, Лэтти улыбалась, наслаждаясь игрой. Стрелки часов близились к девяти часам вечера, когда Лэтти и Шерон оторвались от фортепиано. Они играли по очереди, учили друг друга новым произведениям. Лэтти была рада выучить новые, ей они очень нравились. Особенно вальс, такой нежный и чувственный, он вызвал в ней бурю эмоций. Обе девушки устали, запыхались, но их щёки пылали, глаза горели, и было видно, что они очень довольны проведённым временем. Брейк, просидел с ними всё это время, попивая чай и поедая сладкое. Шерон ушла спать первой. Она сказала, что ей нужно встать пораньше и сделать кое-какие дела, и отправилась к себе. Брейк остался с Лэтти, которая налила себе чаю, чтобы утолить жажду. Она столько сегодня раз исполняла песни, что горло пересохло. – Госпожа Шерон выглядела такой счастливой. – Да, – улыбнулась Лэтти. – Она хорошо играет на фортепиано. – Кажется, нам удалось избежать скандала, партнер~ – Она восприняла всё спокойно, хотя первое время я ожидала подвоха, – засмеялась девушка. Она поставила кружку и взяла дневник. – Герцог был так добр. Это странно. Этот дневник он дал мне не просто так. – От него всегда можно ожидать пакость. – Чья бы корова мычала, – хмыкнула девушка. – Эх… – она поднялась. – Думаю, я тоже пойду к себе. Начну читать дневник. – Не сиди допоздна, детям нужен здоровый сон. – Брейк! – Ах, как же мне нравится это выражение лица! – Всё, я пошла, – обиженно отозвалась девушка и быстрыми шагами двинулась прочь из комнаты. Напоследок она показала ему язык. В холле она открыла первую страницу дневника и на ходу начала читать. Записи начинались с 1787 года. Ей тогда был только год. Забавно. – Интересно, здесь уже упоминается моя семья? – девушка перелистнула, поднимаясь по ступенькам. Внезапно в глазах на миг раздвоилось. Лэтти остановилась, не понимая, что происходит. Она протёрла глаз рукой, и в этот момент услышала звук удара об пол дневника. Девушка прижала руки к груди, пытаясь остановить знакомую боль. В висках запульсировало с такой силой, что даже потемнело в глазах. Забывшись от боли, она отступила назад и ощутила пустоту под ногами: ступенька оборвалась. С грохотом девушка упала назад и покатилась вниз. Она даже не ощущала боли от ударов, только в груди всё горело и разрывалось. Из-под чуть приоткрытых, но уже слипающихся глаз Лэтти увидела приближающегося к ней Брейка. Она хотела сказать ему хоть что-нибудь, но из груди вырвался лишь хрип. И тогда она провалилась в пустоту.