Чувства контрактом не предусматриваются

— У меня болит все там… — все-таки смог выдавить из себя Тимка утром за завтраком. В попе неприятно тянуло, и представить, что кто-то что-то туда будет пихать, было до ужаса неприятно, даже если это что-то — замечательный член Максима.  — Лечи, значит, — недовольно отреагировал Макс, намазывая тонкий тост сливовым джемом, — в аптечке есть заживляющие мази.  — Я к тому, что вряд ли я смогу приехать в офис сегодня, — проблеял Тимур, кляня себя за нерешительность. Сказано же в контракте — без причинения вреда здоровью! Значит, нужно сказать прямо и не краснеть!  — А это мне решать — приехать тебе или не приехать, — припечатал Максим, — сиди и жди распоряжений! Недовольный Макс вышел из кухни, оставив грустного Тимура ковыряться вилкой в волшебно вкусной творожной запеканке. Блядь! Попал, так попал! Вот, нравится ему этот гребаный холодный Макс! Вот, стреляйте! В универ Тимур решил сегодня не идти. Одна пара, и та никчемная. Лучше подготовится к приближающемуся экзамену по китайскому языку. Тимур развесил по всему дому таблички с китайскими иероглифами и транскрипциями, включил плеер, заучивая китайские слова. Несмотря на почти идеальный слух, пресловутые китайские тона даются нелегко. Конечно, то, что он сдаст этот экзамен, Тимур не сомневался, обычно учеба проходила в гораздо худшей обстановке. Если бы при подготовке к экзаменам у Тимура всегда были такие условия, он бы учился на одни «пятерки»!

***

Тима поднял голову и в очередной раз прислушался к лифту. Нет, не он. Лифт загудел и остановился где-то на пару этажей выше. Час ночи! Черт побери, где его носит! Весь день Тимур ждал, что вот, сейчас, раздастся звонок, за ним приедет охранник и отвезет в шикарный модерновый офис Макса, где его разложат на столе, смахнув важные бумаги, и трахнут до звездочек в глазах. Но ничего не происходило. Тимур даже толком не мог готовиться к экзамену, бегал по окнам, выглядывая знакомый джип секьюрити Максима — Игоря. Ну да, Тима сам сказал, что попа болит, дал понять, что сейчас любые действия будут болезненными, неужели его послушали? А как же контракт? Вот и замечательно, вот и прекрасно! Максим пришел глубокой ночью, когда Тимур уже извелся, испсиховался, напился травяного успокаивающего чая и задремал, обняв сохраняющую слабый аромат Максового одеколона подушку.  — Натрахался? — тоном сварливой женушки спросил Тима прижавшегося к нему, пахнущего развратом Максима.  — Не понял… Это что сейчас происходит? — с улыбкой поинтересовался Макс. — Ты ревнуешь, что ли? Эй, не забывайся!  — Нравится ебаться в вонючем клубном туалете? — Тимура несло не по-детски. — Или тебе там отсасывали? — Тима воинственно уставился на удивленного Максима. — Что смотришь? Наебался?!  — Мальчик, ты забываешься, — тон Максима не предвещал ничего хорошего, — все, что со мной происходит — тебя не касается! Ты делаешь то, что говорю тебе делать я, больше ничего! Все ясно?! Тимка обиженно фыркнул, что уж тут не ясно… Ему четко дали понять его место. Придумал себе черт-те что… Единственное, что мог сейчас сделать Тима — отползти от пахнущего коньяком и чужой похотью Макса подальше и притвориться спящим. Сон не шел. От слова «совсем». Что, черт возьми, происходит?! С каких это пор личная жизнь ледяного принца стала волновать независимого мальчика Тимура? Тима слушал сонное похрапывание Максима и недовольно вздыхал. Уснул только после того, как Макс, не просыпаясь, притянул его к себе и крепко сжал в объятиях. Чертов Макс!

***

 — Эй, малыш, сейчас не больно? — Тима проснулся утром от орудовавших в попе пальцев Максима. — Мазью вчера мазал? Иди ко мне…  — Чуть-чуть… — поплыл Тимур от ласкового шепота, — совсем чуть-чуть больно…  — Я буду очень осторожен, — заверил Максим, — только не зажимайся… Тимур не успел до конца проснуться, как почувствовал, что в попе уже орудуют вовсе не пальцы, что растянутые за это время стенки кишечника, вопреки ожиданиям, легко поддаются требовательному вторжению, и вполне гостеприимно впускают чужеродное тело.  — Ма-акс… — ахнул Тимка, задохнувшись от ощущений, с наслаждением принимая не только член Максима внутри себя, но и короткие поцелуи где-то за ухом, — я … поласкай меня… И сам остолбенел от своей просьбы. Как это игрушка осмелилась попросить хозяина… Но Макс, не сбавляя темпа, послушно нащупал под плоским Тимкиным животом изнывающий от желания налитой Тимкин член и уверенно сжал сильными пальцами. Тима выгнулся от наслаждения, поменяв угол проникновения, и Макс тут же застонал, ускорил темп и выплеснулся где-то глубоко внутри Тимки, сжимаемый сокращающимися в оргазме узкими стенками. Тимке хотелось понежиться, пообниматься после такого фееричного секса, и поцелуев настоящих хотелось, но разве с Максимом это возможно…  — Игорь заедет за тобой ближе к восьми. До этого времени можешь заниматься своими делами, — как всегда, ровным тоном сообщил Макс, появившись на пороге спальни уже совершенно одетым.  — Слушаюсь и повинуюсь, — буркнул Тимка, закутываясь в одеяло, лежать голышом под отчужденным взглядом Макса не хотелось. Как будто два разных человека в этом Максиме — во время секса он даже ласковый, шепчет что-то, иногда целует. Тимке, конечно, хочется сладких поцелуев в губы, хочется языком исследовать этот язвительный рот и заставить его выстанывать Тимкино имя, но он и этому рад. Все остальное время Максим холодный и отстраненный, относящийся к Тимуру, как к предмету мебели, часто в его взгляде проскальзывает недовольство, как будто ему не нравится, что кто-то, вроде Тимки, путается под ногами, как будто жалеет, что связался с этим контрактом.

***

 — Кто это тебя привозит в универ? — с любопытством спросил Антон, Тимкин одногруппник, провожая завистливым взглядом отъехавший джип Игоря.  — Это тайна, не могу пока рассказать, — ляпнул Тимур, лихорадочно придумывая удобоваримую версию происходящего, — отвали!  — Я же — могила! — обиделся Антоха. — Уж мне ты бы мог рассказать! Тима задумался. Антон сейчас придумает, что сам захочет, и разнесет по всему универу. Вот, черт, об этом он и не подумал.  — Только никому… — интимно прошептал на ухо товарищу Тимур, — ты же знаешь, что я из интерната, — Тима посмотрел на кивающего головой Антона, — так вот, меня брат нашел, старший, а он очень крутой, — Тима зажмурился, представляя крутого, очень крутого Макса, — сам понимаешь, теперь он рулит, а я подчиняюсь… Машина его и водила тоже. — Конечно, Тим, ясно… — протянул заинтересованно Антон, — не боись, я ничего никому не скажу. Будешь совсем крутым — не забудь про старых друзей!  — Не забуду! — честно сказал Тима и пошел искать нужную аудиторию. В этот день Тимур позвонил Маринке — в первый раз с того самого дня. — Тимочка, котик, он тебя обижает? — запричитала Маринка в трубку, услышав голос брата.  — На мне места живого нет, — пошутил Тимка, чтобы задеть непутевую сестру.  — Тим, я в полицию пойду, ты только скажи! — заверещала сестра. — Никому не позволю обижать брата! Хрен с ними, буду до конца жизни платить за эту ебаную тачку, они права не имеют тебя обижать! Тим, Тимочка, скажи мне! Внутри у Тимки потеплело, в носу защекотало, и вообще, он размяк…  — Ладно, Мариш, все не так плохо, честно, — быстро проговорил Тима, успокаивая свою заполошную сестру, — просто думай, что делаешь, всегда думай, ладно?  — Тимочка, солнце, прости меня, — заканючила Маринка, — я все-все для тебя сделаю, прости!  — Марин, я позвоню потом, давай, пока! — Тимка нажал отбой и задумчиво посмотрел на телефон. Фиг его знает, Мариш, может, Тимур еще тебе и официальную благодарность объявит, дай только разобраться с этим ледяным принцем…

***

 — Вот, Максим Андреевич приказал, чтобы ты это надел сейчас, — невозмутимый Игорь подал Тимуру небольшой пакет.  — Не вопрос, выйду через десять минут, — слегка смущенный Тима спровадил охранника в машину и открыл пакет. Ну, что можно сказать — таких шмоток Тима никогда не носил и, наверное, больше никогда не будет. Дизайнерские, точно севшие на Тимкину фигуру, черные джинсы и тонкая белая, как будто из прошлого века, батистовая рубаха облепили тело, точно вторая кожа. Тима погладил подушечками пальцев шикарную одежку, наслаждаясь тактильными ощущениями. М-м-м… такая одежда дает понять, что тот, кто ее носит, совсем не прост… Когда машина Игоря притормозила возле шикарного офиса Макса, Тимур даже не удивился. Обещал же он трахнуть Тимку на своем рабочем столе… Ну, такое извращенное желание, почему оно должно удивлять Тимура. Тимура уже ничего не удивляет…  — Господа, — ровным голосом произнес Максим, увидев на пороге своего кабинета Тимура, — прошу вас оставить меня, и заняться теми вопросами, которые мы сегодня обсудили. Буду готов включиться в решение всех проблем завтра с девяти утра. Спасибо. Тимур с удивлением увидел, как покорно расходятся, не ропща, солидные дяденьки и тетеньки из кабинета Макса. Почему они его слушаются? Ведь он моложе многих лет на десять, а то и больше…  — Иди ко мне… — хрипло пробормотал Максим, глядя на Тиму затуманенным взором. —Ты очень красивый, котенок… Хочешь меня, маленький?  — Хочу, всегда хочу, — как всегда, повелся Тимур на ласковый шепот. Макс поцеловал Тиму где-то в районе ключиц, проигнорировав подставленные в нетерпении Тимкины губы, и нагнул его, ткнув лицом в бумаги на своем рабочем столе. Тимур застонал, почувствовав нехилое возбуждение и не имея возможностей для маневра.  — Тихо, маленький, все получишь немного позже, — услышал Тима голос своего мучителя, — давай сюда свою попу… Растекшись по столу и шалея от происходящего, Тимур почувствовал, как в его анус заталкивают небольшой продолговатый предмет. Сильные руки Максима огладили все тело, вызывая толпы мурашек. —Ти-и-м, малыш, покажи, как ты меня хочешь, — Тимур услышал эти провокационные слова и шевельнул бедрами в нетерпении, наслаждаясь щекочущим возбуждением. — Ты же возбужден, правда, маленький? Тебе понравится, верь мне, малыш… Тимка верил. Настолько все происходящее казалось правильным и единственно верным. Как же хо-ро-шо… Тима очнулся, обнаружив себя в такси, прижавшимся к плечу Максима.  — Тим, ты в порядке? — немного обеспокоенно спросил Максим. — Что-то ты поплыл совсем, малыш…  — Все хорошо, честно, Макс, не беспокойся… Популярный ночной клуб «Саванна», расположенный в самом центре города, был полон. Тима стушевался немного, проходя фейс-контроль, но, подхваченный уверенной рукой Максима, перестал паниковать и с видом завсегдатая протиснулся в переполненный людьми зал.  — Здесь что, гей-клуб? — с выражением священного ужаса на лице спросил Тима.  — Обычный клуб, дурачок, успокойся, — с усмешкой ответил Макс. — Два двойных виски, — услышал Тима заказ Максима. Виски, значит, виски. Тимуру все равно.  — Зачем мы здесь? — прокричал Тима сквозь буйство громыхающей музыки. Этот клуб был очень популярен, одногруппники с придыханием рассказывали, как сложно им было сюда попасть и как здорово они здесь отрывались.  — Наслаждайся, малыш, — громко, перекрывая бухающие басы, ответил Макс. — Я не сделаю ничего, о чем ты меня не попросишь! Проговорив, Макс повертел в руках маленькую серую коробочку. Внезапно, сохраняя невинность выражения лица, Макс неуловимо щелкнул пальцами, и в попе у Тимура запело, завибрировало НЕЧТО… Бля… Это же вибратор! Тимура легонько затрясло. Он беспомощно посмотрел на Максима, отметив хищный взгляд зеленых глаз, и уставился в какую-то, одному ему ведомую, точку на потолке танцпола.  — Помни, что ты только мой, — с видом Мефистофеля пропел ему на ухо Макс и тут же отстранился, отсел подальше, на прощание продемонстрировав коробочку дистанционного управления. — Танцуй, отдыхай, наслаждайся…  — Еба-а-ать… — Тима, каждой клеточкой ощущая в попе источник наслаждения, отправляющий возбуждающие горячие волны по всему натянутому, как струна, телу, завелся до предела. Нужно как-то сбежать домой, танцевать и радоваться жизни с такой бомбой в попе Тимур не собирается…  — Какой красавчик! — Тимура внезапно окружила стайка разгоряченных девчонок. — Что за выражение лица у тебя, солнышко, ты как будто хочешь нас всех съесть! — кокетничая, заявила одна из красоток. — Идем, потанцуем! Тимка растерянно оглянулся на Максима, тот, улыбаясь, помахал ему пультом от вибратора и поднял вверх большой палец. Ну и черт с тобой! Тимур умел танцевать, об этом ему неоднократно говорили друзья и знакомые. Наверное, помогал почти абсолютный слух и природная грация. Но только не в этот раз… Стоило Тимке выскочить вместе с девчонками на танцпол, и отдаться на волю звучащей музыке, как предмет в попе завибрировал, заставив подгибаться колени и хватать ртом воздух. Чертов Макс! Тима, извинившись, доковылял до высокого барного стула и уселся, тесно сжав колени, сдерживая рвущееся наружу желание. Бармен, не спрашивая, налил в высокий стакан какой-то напиток с ледяной стружкой. Тима с благодарностью залпом опрокинул содержимое стакана, уже потом осознав, что алкоголь в этом чудном охлаждающем напитке все же имеется. Вибратор то затихал, то снова начинал свою невидимую работу. Импульсы невероятного наслаждения растекались по всему телу, нестерпимо хотелось запустить руку в джинсы и вставить в жаждущее отверстие сразу два, а лучше, три пальца. А еще, обхватить член узким кольцом пальцев и дрочить, снимая адское возбуждение… Тимур хватал ртом воздух, изо всех сил пытаясь не стонать. Где носит этого Макса! Еще чуть-чуть, и Тимка растечется по барной стойке, отклячив зад и предлагая себя любому желающему.  — Ну, что, малыш, как ты? — тоном змея-искусителя прошелестел в ухо появившийся ниоткуда Максим.  — Макс, я не могу, —захныкал от облегчения Тимур, вцепившись в родное плечо, — пойдем в туалет, я сдохну сейчас…  — То есть, ты хочешь, чтобы я трахнул тебя в вонючем клубном туалете, как ты изволил выразиться, я правильно понял? — поинтересовался Максим, с невинным выражением лица прибавив скорость на пульте управления. —Идем, хватит, — Тимка сполз со стула и понял, что идти-то он уже и не в состоянии, — мне все равно куда… Макс подхватил стонущего, еле передвигающегося Тимку и почти донес до крайней кабинки туалета, чертыхнулся, увидев, что замок на двери сломан, но обоим было уже все равно. Дрожащими руками Максим стянул с Тимура джинсы, вытащил из сокращающегося ануса вибратор и с наслаждением вошел на всю длину, заставив Тимку совсем уж неприлично стонать. Тимуру было глубоко начхать на то, кто что о них там подумает, он насаживался на долгожданный член Максима с таким самозабвением, с такой радостью, он так подмахивал и так кричал от наслаждения, что Макс долго не продержался. Впечатав совсем растекшегося Тимура в стенку, Максим бурно кончил за считанные минуты, додрочив своему ненасытному партнеру рукой. А потом держал обессиленного всхлипывающего Тимку, чтобы тот не упал, натягивая на безвольное тело узкие джинсы и чертыхаясь от сложности действия.  — Ма-а-акс, — всхлипывал Тимка от избытка чувств, пока его тащили до машины, — мне очень понравилось в клубном вонючем туалете, я был не прав…  — Кажется, кто-то выпил лишнего, — ухмылялся Макс, усаживая мальчишку на заднее сидение, — сейчас дома буду чаем отпаивать.  — Не хочу чай, хочу, чтобы ты меня поцеловал, — сказал и замер от собственной дерзости Тимур.  — Завтра трахну тебя в метро, — со скучающим выражением лица повернулся к Тимке Максим.