Мемориал

Мы все потеряли что-то на этой безумной войне, Кстати, где твои крылья, которые нравились мне?.. -Наутилус Помпилиус – Крылья. Настя проводила часы на ступеньках особняка Чешири, сидя с чашкой горячего чая в руках и подолгу глядя на небо, наблюдая, как оно становится всё темнее под давлением ночи. Она любила глядеть на звёзды, находя в них что-то магическое, но в почти осеннем тёмном небе не было звёзд, разве что луна одиноко восходила на небо, притягивая к себе чуть отрешённый, задумчивый взгляд девушки. Настя притянула колени к себе и обхватила их руками. Чешири в доме готовила ужин, несмотря на протесты подруги. Она видела, что что-то беспокоит Настю настолько, что она может сидеть тут часами, не отрывая взгляда от неба. Чешири был знаком этот задумчивый взгляд, а также она знала, что в этот момент для Настя как будто не существовало ничего вокруг, но небо ли на самом деле занимало её? Как казалось Гост, Настя ищет ответы на вопросы, которых не хочет принять, правда которых оставила её растерянной и не знающей, что делать. Она ни с кем не делилась своими мыслями, просто сидела там, изучая небо, и порой Чешири казалось, что подруга скоро станет неподвижной статуей. Хотя, если такое и случится, она будет самым красивым украшением её крыльца из всех возможных. Чешири вышла на крыльцо, останавливаясь у Насти за спиной. Интересно, о чём таком она думает, сидя тут часами? В её голове проскользнула догадка – а вдруг всё дело в Максе, который вдруг, ничего не объясняя, взял и уехал из города? -Он так ничего и не сказал тебе перед отъездом? – громко спросила Чешири, глядя на несчастную фигурку на ступеньках. Она имела ввиду признание Макса, которым он поделился с ней ещё до начала лета, хотя на самом деле ему следовало говорить об этом с Настей, ведь касалось-то это её. Но он, видимо, не решился признаться ей. -А что он должен был мне сказать? – усмехнулась Настя, поворачиваясь. Она всё ещё сжимала в руках чашку, хоть и выпила чай уже давно. Значит, так и не сказал, подумала Чешири, нахмурившись. Она не понимала, почему этот идиот так просто отступился и куда он вообще направился, а главное – зачем? -Не знаю, Настя… – покачала головой Чешири, – ему видней, что именно. -Вы вроде подружились, нет? – с усмешкой спросила Настя, видимо, не веря в то, что Чешири и Макс могут перестать ненавидеть друг друга. -Мы неплохо пообщались в последний раз, да, – подтвердила Гост. – Насть, я хочу сказать… Наш разговор был о тебе. -Ну и что? – пожала плечами Гусакова, явно скрывая любопытство, а может, ей на самом деле было всё равно. – С каких пор меня должно волновать, о чём вы там болтаете за моей спиной? Хотите – пожалуйста, я же вам не запрещаю. Чешири вздохнула, а Настя снова подняла взгляд на небо. Часы показывали почти одиннадцать вечера, был конец августа, и на улице было темно, но Настя не желала уходить, она словно совсем забыла, что у неё есть свой дом. -Что вообще произошло между вами? – спросила Чешири, опускаясь на ступеньку рядом с подругой. – Не мог же он просто так взять и уехать. Что-то случилось? – допытывалась она, потому что считала, что Настя рассказала не всё. -Ничего не случалось, – пожала плечами Настя, – он просто взял и уехал, а я потеряла друга, если, конечно, его когда-то можно было назвать моим другом. Чешири с сомнением посмотрела на подругу. Ей не верилось, что Макс мог просто так взять и уехать, особенно после того, как признался, что любит Настю. Должно было быть что-то, что спровоцировало его неожиданный побег из города. -Просто взял и уехал? После того, как сказал мне… -Господи, Чешири! – воскликнула Настя, не выдержав. – Что такого он мог тебе сказать, что, по-твоему мнению, держало бы его в этом городе? Я не вижу ни одной причины ему здесь оставаться, так что правильно он сделал, что уехал. -После всего, что было? – хмыкнула Гост. -О чём ты? – нахмурилась Настя, чуть сильнее пальцами сжимая чашку. – Что было такого, что заставило бы его задержаться здесь хоть на день? Чешири прикинула – сказать ли ей правду или нет, и решила, что скажет, раз уж он настолько идиот, что не смог сделать этого сам. -У него есть чувства к тебе, – поведала она подруге, и, как и в прошлый раз, получила взгляд, полный сомнения. Когда дело доходило до Макса, Настя не знала, где тут правда, а где ложь, ей было сложно разобраться в таких тонких вопросах. – Он сказал мне об этом, когда пришёл однажды вечером ко мне домой. Мы грустили, пили виски и разговаривали о том, что для него всё это действительно много значит, – Чешири выглядела несчастной. – Почему ты не хочешь поверить? Настю это забавляло. Она никак не могла понять, почему подруга вдруг решила вступиться за некроманта, в то время как раньше с трудом его переносила. -А почему я должна в это верить? Только потому, что тебе что-то показалось? Так можно всю жизнь прожить в иллюзиях, а я этого не хочу. -Настя, – вздохнула Чешири, понимая, что придётся непросто, но всё, чего она хотела – чтобы её подруга была счастлива, даже если это будет Макс. Гусакова уже настрадалась с Егором, и теперь ей просто нужен был парень, который любил бы её и всегда был рядом, особенно в трудные моменты, когда кажется, что всё в жизни зря. – А что ты сама к нему чувствуешь? Ответь мне, только честно. Настя была уверена, что знает ответ на этот вопрос. -Я не влюблена в него… – покачала головой девушка, глядя на бросающее тень дерево. Казалось, что там притаилось какое-то чудовище, но Настя просто не обращала внимания. Она знала, что люди могут быть гораздо опаснее. – Просто он умел находить слова, которые успокаивали меня, и сейчас мне кажется, будто я потеряла друга… Чешири нашла руку подруги и сжала своей. -Ты никогда его не потеряешь, – успокоила она Настю, и Гусакова слабо улыбнулась, – он вернётся к тебе, вот увидишь. Теперь, когда ты больше не с Егором и свободна от ненужных тебе отношений, вы могли бы попробовать быть вместе. Возможно, Егор был просто не твоим человеком, но что, если Макс – тот самый? -Нет, – резко покачала головой Настя, словно возмущённая словами подруги. – Это не так. Я не хочу быть с ним. Я просто хочу, чтобы он вернулся и помог мне пережить все трудности, что ещё будут, потому что это не конец…

Примерно три месяцев назад…

-Девочки, только не задерживайтесь, – сказала молоденькая медсестра, распахивая перед ними дверь палаты, – мисс Стрин нужно отдыхать. -Не переживайте, всё будет хорошо, – заверила её Чешири, и они прошли в палату Алакары. Стрин не спала, и при виде подруг села на кровати, облокотившись на подушку и приветливо помахав им всем в ответ на приветствие. -Как ты? – спросила Настя, садясь рядом с ней. Алакара улыбнулась подруге. -Всё хорошо, но папа настаивает, чтобы я пробыла здесь ещё несколько дней. Он поставил на уши всю больницу, – девушка рассмеялась. – Да не переживайте, ничего серьёзного со мной не случилось, просто после потери сознания папа захотел провести полное обследование, чтобы точно знать, что со мной всё в порядке. Настя хорошо помнила тот момент, когда несколько дней назад Алакара неожиданно появилась вся в крови на пороге её квартиры, и тогда Гусакова сильно за неё испугалась, но все мучающие её вопросы пришлось оставить на потом. -Что с тобой случилось? – спросила Элеона, обхватив себя руками за плечи. Настя рассказала им всё, что знала сама, но этого было недостаточно, потому что Алакара даже не успела ничего объяснить, и вот теперь они надеялись получить ответы. – Ты можешь быть честной с нами. Скажи, и мы тебя поймём. Ты кого-то убила? -Боюсь, что нет, – Алакара, закусив губу, отвернулась. – В тот день я поехала к Килли, чтобы завершить начатое, потому что хотела спокойной жизни, а не… -Продолжай, – попросила Чешири, видя, что Алакара запнулась. Стрин смахнула слезу со щеки и подняла на неё глаза, полные страдания. -Всё прошло не совсем гладко, то есть сначала мой план сработал, но потом… –Алакара тяжело вздохнула – эти воспоминания были не самыми приятными. – Мне пришлось убегать оттуда, и я до сих пор не знаю, жива ли она, – девушка замолчала, разглядывая свои руки. Килли Стрин будто бессмертна, с усмешкой подумала Настя. -Ты расстраиваешься из-за того, что могла не добить её? – уточнила Настя, поняв причину беспокойства подруги. На самом деле, Алакаре крупно повезло, что её злобная сестричка даже не ранила её, считай, она легко отделалась. – Поверь, самое страшное – если бы кровь на одежде действительно оказалась бы твоей. -Всё обошлось, Настя, – снова выдавила улыбку Стрин. – Не нужно столько драм. Лучше скажи мне – вы так и не узнали, кто прислал тебе ту фотографию? Гусакова думала о ней почти двадцать четыре часа в сутки, пытаясь понять, кому это было нужно и что это вообще значит, но так ничего и не надумала. Это могло быть просто чьей-то неудачной шуткой, девушка рассматривала и такой вариант, однако что-то внутри подсказывало – это не шутка. По крайней мере, приславший фото не пытался шутить, он преследовал цель донести до неё что-то, чего она не понимала… -Нет, к сожалению, это невозможно узнать, – покачала головой Гусакова, кусая губу. – Но тот, кто прислал мне это, хотел сказать что-то важное. На фото я совсем маленькая и могу не помнить чего-то важного, что происходило тогда, но… -Не хочешь спросить мать? – предложила Алакара. – Чтобы внести ясность. -Как-то не особо горю желанием, – призналась Настя. – Снова будет допытываться, в чём дело и что происходит, а что я могу ей сказать? Как есть ведь не расскажешь. -Да, лучше не стоит, – согласилась Алакара. Она, как и Настя, представила, к чему всё это может привести. – Не думаю, что она могла бы пролить свет на эту историю. Не она же это прислала… И ты только разбудишь в ней любопытство, а потом она три года будет приставать к тебе с разными расспросами. Игра не стоит свеч. Настя согласилась, что ничего не спрашивать – самый безопасный способ из всех. -Может, это кто-то, кто желал тебе зла в детстве? – предположила Элеона, но Настя отмахнулась от неё, сказав, что это полный бред – разве видно по фото, что у такой хорошенькой малышки с кем-то разногласия? А те, с кем они были, уже давно не держали зла, впрочем, и общения не поддерживали тоже, но обе стороны это более чем устраивало. -Нет, это исключено, – покачала головой Настя. – Я не знаю, желает ли мне кто-то зла. И вообще, значит ли это, что у меня есть недоброжелатель… -Чем особенно это фото? – никак не унималась Алакара. – Что было в тот день? День рождения, чей-то праздник, просто выходной? Может, ты помнишь по рассказам… Настя напрягла свою память, силясь вспомнить, не говорили ли случайно о чём-то мама или папа, думая, что она их не слышит, но в памяти оставалось белое пятно. -Нет, я ничего такого не помню, – покачала головой Настя. – Это всё так странно… -Простите, я опоздала? – раздался голос за спиной, и все, кроме Алакары, как по команде, повернулись. В дверях стояла девушка в коротком летнем платье, с заколотыми сзади волосами, и несколько непослушных прядей выбились из-под заколки. Поверх платья на ней была надета лёгкая курточка. Настя про себя отметила, что у неё очень милая улыбка, и подумала – где Алакара находит такие кадры? -Нет, всё хорошо, – кивнула ей Стрин в знак приветствия. – Познакомьтесь, девчонки, это Анджелина Джонсон. Она будет работать вместе с нами, так что введите её в курс дела, пока я тут лежу. -Договорились, – кивнула Элеона. -Я тут принесла тебе немного фруктов, – Анджелина подошла к кровати Алакары и поставила небольшой мешок на тумбочку. – Там персики, яблоки, сливы, в общем, сама разберёшься. -Спасибо, – улыбнулась Стрин. – Уверена, что вы подружитесь, пока меня не будет. Настя? -Да? – Гусакова, стоявшая в дверях и собиравшаяся уходить, повернулась. Алакара подмигнула ей. -Слушай… Я не знаю, что происходит и как связано то, что тебе пришло, с тем, что мы делаем сейчас, но я постараюсь выяснить, когда выберусь из этой дыры. А пока просто не раскисай, хорошо? И ещё – принеси мне пожалуйста кофе из автомата на третьем этаже. Настя отправилась за кофе, не переставая думать об этой странной надписи на обороте фотографии. «Среди всех моих снимков безумия двадцать пятый будет лучшим». Она терялась в догадках, недоумевая, что бы это могло значить и кому вообще это было нужно, а главное – какую цель преследовал этот человек? Вернувшись, она застала в палате только Алакару и Анджелину. Недоумевая, куда подевались все, Гусакова спросила у Алакары: -А где остальные? -Ушли. Хотели взять и тебя, но я им не разрешила, – спокойно ответила Алакара. Настя нахмурилась, пытаясь понять, что происходит. – Проводи, пожалуйста, Анджелину к Наоми, им нужно обсудить кое-какие вопросы с друг другом. -Не стоит, – вздохнула Анджелина, переводя взгляд с Насти на Алакару, видимо, решив, что доставит этим слишком много неудобства, – я сама найду дорогу. -Нет, – покачала вдруг головой Гусакова, переводя свой взгляд с Алакары на неё, – я провожу, это совсем не трудно, тем более, считай, по дороге к дому. А ты скорее возвращайся к нам, – улыбнулась она Стрин, – без тебя как-то скучно. Они вместе с Анджелиной вышли из палаты и спустились на этаж ниже, чтобы налить себе кофе из автомата. Настя чувствовала, что её клонит в сон, и боялась отключиться где-нибудь по дороге. Анджелина, наоборот, была довольно бодрой. Последнее, чего ожидала Настя – встретиться с Сашей Мартыновым около больницы, когда они с Анджелиной как раз из неё выходили. Она нос к носу столкнулась с ним, когда он на бегу чуть не сбил её с ног. -Блин, прости, – виновато улыбнулся он, бросив короткий взгляд на Анджелину. – Ты Алакару навещала, да? -Больше вроде некого, – кивнула Настя, её забавил его виноватый вид. – А ты-то сам что здесь делаешь? Решил почитать сказки на ночь нашей принцессе? -Нет, наоборот, пришёл просить её об одной услуге для меня. Не могу решить задачу по алгебре. Никак не получается, а мне нужно это сделать, а то не получу годовую оценку, – пожаловался Саша на ненавистный предмет. У бедняги было плохо с математикой, и всякие задачи были для него адом, а вот Алакара щёлкала их как орешки. -Алакара тебе поможет, – утешила его Настя, – она всем помогает. Кстати, познакомься – Анджелина Джонсон, ещё одна из Империи Ангелов. -Как вас много-то! – удивился Саша и протянул девушке руку. – А я Саша Мартынов, будем знакомы. -А что это за красавчик? – поинтересовалась Анджелина, когда они с Настей вышли за ворота больницы. Судя по всему, Саша ей понравился, но в данный момент Настю беспокоили совсем другие мысли. Она пыталась вспомнить хоть что-что, чтобы найти ответ на вопрос, зачем ей прислали то фото с надписью. – Он твой парень? -Нет, друг детства, – ответила ей Гусакова. – Мы дружим с первого класса. Как много тебе известно об Империи Ангелов? -Многое, – уклончиво ответила Анджелина, и Насте показалось, что в её глазах промелькнула грусть. – Есть моменты, когда ты нуждаешься в чьей-то протянутой руке, даже если это сделает какой-то незнакомец. Это сделала Алакара. Год назад, прохладным сентябрьским вечером, она появилась словно из воздуха и спасла меня от самой большой ошибки в моей жизни. Мы были соседями по лестничной клетке. -Что за сюрприз ты устроил? – спросила девушка, усаживаясь к своему парню на колени и оставляя лёгкий поцелуй на его губах. – Мне так не терпится увидеть его. Может, ты пошутил, и всё будет банально, как всегда – ужин, просмотр кино и… -Нет, обещаю, это не будет банально, – улыбнулся он, над чем-то задумавшись, и снял её со своих колен, посадив рядом на диван. – Если ты не уедешь в загородный дом завтра, то я смогу показать тебе этот самый сюрприз, – сказал он, заставив её улыбнуться. -Я никуда не поеду ради этого, обещаю, – кивает она и снова целует его. В тот свой последний вечер они напоминали счастливую пару, двух людей, между которыми есть только любовь и понимание, но девушка не знала, что целует его последний раз, что последний раз они сидят так, погрузившись в этот омут чувств… Потому что через двадцать четыре часа их мир любви будет лежать в руинах, а они сами, застряв под обломками, будут вытягивать руки навстречу солнцу и молить о помощи охрипшим голосом, осознавая, что им, скорее всего, придётся там умереть… Она терпеливо ждала его целый день, с нетерпением поглядывая на часы. И когда в коридоре хлопнула дверь, она выбежала ему навстречу и обняла его. Он обнял её в ответ, а потом сказал закрыть глаза и открыть тогда, когда он скажет. Он привёл её на крышу, и когда она открыла глаза, то увидела стоящий у края небольшой столик с зажжёнными свечами. Он предложил ей выпить немного вина, и она согласилась, наивно полагая, что этот вечер будет одним из лучших. -Потанцуем? – предложил он после одного бокала. Анджелина кивнула и поднялась со своего места. Он поставил что-то медленное на своём телефоне, и они стали танцевать. Одной рукой он держал её руку, вторая лежала на её талии. Они смотрели друг другу в глаза, и девушке казалось, что она видит любовь. Но в следующий момент что-то пошло не так, и события понеслись с бешеной скоростью. Он наклонил её, придерживая, а потом отпустил, позволив упасть. «Чёрт, – испуганно подумала Анджелина, – что происходит?». Его глаза потемнели, и теперь в них не осталось и намёка на любовь, была только ненависть. -Что ты делаешь? – еле слышно прошептала девушка, испугавшись такой перемены в его настроении. Она растерялась и не знала, что делать, но у неё было предчувствие, что вот-вот произойдёт что-то страшное, поэтому первое, что она сделала – попыталась подняться, но его руки толкнули её назад. -Не двигайся! – грубо приказал он. – Так ты только сделаешь хуже. -Что ты хочешь? – спросила она со слезами на глазах. – Хочешь переспать со мной? -Лучше, – улыбнулся он, и она увидела нож в его руках, – я хочу тебя убить. Это какое-то безумие, думала она, глядя на нож в его руке. Он молчал, видимо, ожидая её реакции, а она боялась пошевелиться, надеясь, что он рассмеётся и скажет, что всё это шутка, а потом они просто вернутся за столик и продолжат пить вино, и она вскоре забудет эту неудачную шутку, потому что глупо запоминать плохое, когда вокруг так много хорошего. Но пауза немного подзатянулась. -Убить? – тихо спросила она, содрогаясь от ужаса. – Но… за что? – единственный вопрос, который пришёл ей в голову в тот момент. – Что я сделала тебе? -Ты? – спросил он, и она осторожно кивнула. – Да ничего ты не сделала, ты просто есть, и этим портишь всю мою жизнь! – выкрикнул он. – Я хочу, чтобы тебя не было! Это было жестоко, и она сама не сразу заметила, что плачет. Слёзы потекли по щекам, стекая на холодную крышу под её спиной. Анджелина поняла одно – надо бежать, разобраться во всём она сможет потом, а сейчас надо спасать свою жизнь, пока не стало слишком поздно. -Андрей… – закрыв руками лицо, она разрыдалась. Не было сил, чтобы подняться и броситься в бегство. – Андрей, пожалуйста, не надо… Я отдам тебе всё, что захочешь, только не трогай меня, прошу… Пожалуйста! – молила она, надеясь, что в нём осталось ещё хоть что-то человеческое. -Почему ты такая дура?! – воскликнул он, ударив в крышу кулаком рядом с её лицом. Девушка вздрогнула и заплакала ещё сильнее, но его это только раздражало. – Я привёл тебя сюда, чтобы иметь возможность наслаждаться видом твоего летящего вниз тела… – с удовольствием делился с ней своими планами парень. Парень, который целовал её, дарил подарки и говорил, что любит. Она ничего не понимала, от страха мозг просто перестал работать, а ноги и руки не слушались. Она была словно парализована и не могла даже закричать. Нужно было собраться с силами и сделать хоть что-то. Мозг несчастной девушки лихорадочно работал, но мог вот-вот выйти из строя из-за перегрузки. И поэтому она, сделав над собой усилие, быстро вскочила на ноги, собираясь спасаться бегством, но он схватил её, толкнув на стол. Жалобно звякнула упавшая со стола бутылка, один из бокалов упал на скатерть, и вино пролилось, оставив тёмное пятно, по виду напоминающее кровь. Это отрезвило девушку. В яростной борьбе они царапали друг друга ногтями, пытаясь сделать больнее, хотя на самом деле она просто защищалась, желая сохранить себе жизнь. Умирать не хотелось никому, но в тот вечер мир стал слишком тесен для двоих, и кому-то нужно было его покинуть. Она поняла, что он не шутит, и его намерение убить её серьёзно. Нужно было срочно что-то сделать, пока он не исполнил задуманное. И пока Анджелина лихорадочно придумывала, как ей выпутаться из сложившейся ситуации, он подтащил её к краю, пытаясь заставить её перестать бороться, но она никак не хотела сдаваться. Несколько минут они провели в безумной борьбе каждый за свою жизнь, и никто не хотел уступать. Анджелина чувствовала, что силы начинают покидать её, но проигрывать ей не хотелось. Она даже не поняла, как это произошло, но в следующий момент тело её парня летело вниз с крыши двадцатиэтажного здания, а она с ужасом наблюдала за этим. В ушах противно звенело, а перед глазами начинало плыть. Чьи-то руки подхватили её и потащили подальше от края. «Помогите… помогите мне» – пробормотала она, понимая, что сил уже не осталось. Застывшее в ужасе лицо парня, когда он начал падать вниз, стояло у неё перед глазами. -Тихо, Джелл, – велел ей чей-то смутно знакомый голос. Её усадили рядом с дверью, ведущей с крыши обратно в подъезд, и Анджелина удивилась, увидев перед собой Алакару. – Смотри на меня, слушай мой голос, – сказала ей Стрин. – Запомни, что этого всего не было, даже если тебя будут расспрашивать об этом. Ты не можешь никому из них доверять. Никому, кроме меня. Когда шок пройдёт, тебе будет очень плохо. Гораздо хуже, чем сейчас, поэтому сейчас мы спустимся к тебе в квартиру, ты соберёшь вещи, напишешь записку родителям, и мы на какое-то время уедем из города. -Что? – пробормотала Анджелина удивлённо. – Я не могу уехать… -Послушай меня, – голосом, не терпящим никаких возражений, сказала Алакара, – даже если они поверят, что это была самозащита, для тебя всё может закончиться довольно плохо. Ты неглупая девушка, Анджелина, я могу это сказать, наблюдая за тобой. Они не упустят шанса засунуть тебя за решётку, его отец – прокурор, у него отличные связи, и никакой суд никогда не оправдает тебя, потому что он может купить любого! И он сделает это ради своего сына, не сомневайся. Так что хватит ныть, поднимайся на ноги и пойдём отсюда, если не хочешь провести десяток лет в одиночной камере. -Господи… – Настя с ужасом смотрела на Анджелину, не зная, что сказать. – Но почему? За что он так с тобой? -Он был болен… – прикрыв глаза, вздохнула девушка, вновь вспоминая тот ужасный момент на крыше. – Болен на голову… -Но как так получилось, что никто ничего не заметил? – с удивлением спрашивала Настя. – Как ты не заподозрила что-то неладное? -Мне было не до того… – грустно покачала головой Анджелина. – Я сходила с ума от любви, да и потом – он хорошо шифровался. И ему как-то удавалось держать своё безумие под контролем. Я до последней минуты ни о чём не подозревала… -Что было потом? – задала Настя интересующий её вопрос. – После того, как вы с Алакарой ушли с крыши? -Мы уехали сразу же, как она и сказала. Когда вернулись, меня допрашивала полиция, но Алакара научила меня, что нужно говорить и как вести себя. Всё обошлось. Тогда, уходя с крыши, она подменила мой бокал на другой, чтобы там не было моих отпечатков пальцев. -Так вы с ней стали друзьями? – осторожно спросила Настя. Способность Стрин видеть в человеке больше, чем он сам видит в себе, восхищала девушку. Алакара ни разу не промахнулась, выбрав Чешири, Элеону или ещё кого-то близкими друзьями. Интересно, как она понимала, что человек перед ней – именно тот, на кого она может поставить всё и не ошибиться? Ведь это довольно сложно, нужно слишком хорошо чувствовать людей. -Да, стали, – улыбнувшись, кивнула Анджелина. – Если бы не она, я сошла бы с ума и сейчас коротала деньки в психиатрической больнице, но Алакара не дала мне этого сделать. Она направила мою энергию совсем в другое русло. Она научила меня магии. -То есть ты – маг? – с удивлением спросила Настя. Анджелина рассмеялась. -А что, не похоже? Она заставляла меня тренироваться целыми днями, чтобы у меня не было времени думать о той трагедии на крыше. И знаешь, Настя, это помогло. -Потому что это Алакара, – вздохнула Гусакова. – Иногда ты можешь не знать, как тебе лучше, но она будет. Но почему ты решила рассказать мне? -Потому что мне хотелось, чтобы ты знала. Мне хотелось, чтобы мы стали подругами. И ещё она сказала, что если я когда-то захочу довериться тебе, то могу сделать это, не сомневаясь, – ответила Анджелина, и Настя осторожно улыбнулась, услышав эти слова. Алакара Стрин уже не в первый раз даёт ей отличную характеристику.

NOW

Настя смотрела на небо и продолжала думать. Она хотела отыскать разгадку, узнать страшную тайну, потому что простой шалостью тут не пахло. Что-то подсказывало девушке, что для целой картинки у неё слишком мало пазлов. Можно было, конечно, попытаться спросить мать, но это было опасное дело, поскольку она только недавно отстала от дочери по поводу той раны, с которой Настя попала в больницу по вине Принцессы. Да, её можно было понять как мать, которая волнуется за своего ребёнка, но Настя не могла подставить людей, которые спасли ей жизнь. -Макс вернётся, вот увидишь… – снова повторила Чешири, про которую Настя, погрузившись в свои мысли, уже успела забыть, и потому вздрогнула, услышав её голос. – Что случилось, я напугала тебя? -Нет, прости, просто задумалась, со мной такое бывает, – объяснила Гусакова. Никогда ещё ей нигде не было так хорошо, как на этих ступеньках. И если бы мать ей позволила, она бы переехала в особняк Чешири. – Дело не в том, вернётся или нет Макс, дело в фотографии, которую мне прислали, и я не могу понять, что всё это значит. Но я уверена, что за этим стоит больше, чем просто какое-то дурацкое развлечение или желание пошутить. В шутку такие вещи не присылают. -Да, пожалуй, – согласилась с подругой Чешири. – Вы с Алакарой рассматривали разные версии, неужели ни одна из зацепок не привела в нужное русло? -Нет, к сожалению, – покачала головой Настя. – Мы ведь на самом деле не знаем, к чему всё это, у нас есть только догадки, и глупо на них полагаться. -Да, я понимаю. Знаю, что ты не хочешь спрашивать у матери, но если она всё же что-то знает? Не думала, что она может помочь пролить свет на эту тайну? -Думала, как же, – зевнула Настя. – Но это опасно, потому что если она ничего не знает, у меня могут быть неприятности. Повторного допроса я не хочу, зрелище это не из приятных. Так что единственный вариант – распутать всё своими силами.