Аромат ванили

      Солнце лениво выкатилось на небосвод, озаряя своим сиянием ангельский город и знаменуя рождение нового дня. Первые озорные лучи осмелились проникнуть сквозь толстое стекло, но тут же попали в ловушку, путаясь в длинных непослушных волосах. Пытаясь высвободиться из шёлковых пут, они заискрились в пшеничных прядях, что беспорядочно разметались по подушке.       Геральд поймал себя на мысли, что вновь разглядывает её. Спящую и безмятежную, не обременённую тяготами этого мира. Вики тихонько вздохнула во сне и пошевелила онемевшей рукой. Глубокое и ровное дыхание сбилось, становясь частым и прерывистым. Длинные ресницы дрогнули, тишину нарушил тихий и сонный голос.       — Одуванчики для канареек.       Впервые за свою долгую вечность Геральд задумался о том, что желает видеть её сны. Демон знал, что зачастую яркие сновидения являются отголоском прошлого, отражением внутренних переживаний, страхов и заветных желаний. Но подобные явления — редкость для бессмертных. Сны, которые удавалось запомнить, становились дурными видениями, что сулили предшествующие бедствия. Поэтому память нещадно уничтожала каждую из мелькающих, цветных картинок, погружая всплывшее воспоминание в Небытие.       Он никогда не узнает о её снах.       — Канарейки для одуванчиков, — прошептала Вики, тихо вздыхая. Она села на кровать, и шёлковые волосы упали на плечи, рассыпаясь на мягкие золотистые пряди, что вновь привлекли внимание солнечных лучей. Сложив крылья за спиной, Уокер потянула ладонь к глазам, сонно потирая их.       — Геральд, как же жестоко… Канарейки ведь никогда не увидят одуванчиков…       Он опёрся бедром о стол, наблюдая за моментом её пробуждения. Пребывая во власти сновидений и чувствуя лишь незримое присутствие, Вики искала своего демона среди мелькающих цветных картинок, отчаянно желая оказаться в его объятиях. Даже во сне все её мысли принадлежали только ему одному.       Геральд не понимал, о чём идёт речь. Он не видел связующего между произнесёнными ею словами, принесёнными из человеческого мира. Демон провёл слишком много времени в сражениях, решая конфликты двух миров и скрывая тайну существования бессмертных. Ему не удалось познать полноценно все тонкости смертного мира, но, невзирая на это, Геральд желал её слушать. Вики потянула руку к щеке, смахивая упавшую на неё ресничку. И в этот момент сон покинул её окончательно. Длинные, густые ресницы дрогнули, и Уокер подняла веки, заглядывая прямо в голубые глаза. Улыбка тронула её губы.       — Доброе утро.       Шёлковая ткань соскользнула с плеча, обнажая его и открывая его взору ту самую родинку на ключице. Усилием воли Геральд отвёл взгляд, не желая тревожить её своим пристальным вниманием. Вики потянулась к рубашке, поправляя её. Демон прикоснулся к тарелке с фруктами, выбирая самое большое и спелое яблоко.       — Оно было бы добрым, если бы ты не проспала задание, что курирует Фенцио, — он протянул ей фрукт, и Вики взяла его, на мгновение задержав пальцы на распростёртой ладони. Она сжала яблоко в своих маленьких ладонях и серые глаза медленно расширились от осознания содеянного.       — О, Шепфа! Порой мне кажется, что он желает вырвать моё сердце собственноручно, не брезгуя приправить специями и панировочными сухарями! Думаю, он бы подал его на ужин драконам. Да, именно им! А мне ведь вовсе не хочется становиться пищей для морских драконов!       Геральд рассмеялся, услышав подобные слова. Он мог разбудить Уокер раньше, но поймал себя на мысли, что удовлетворенное лицо Фенцио не стоит ни минуты её сна. Вики побледнела, и демон понял, что она говорит вполне серьезно. Он снисходительно улыбнулся, развеивая возникшие страхи.       — Думаю, твой демон не позволит ему этого.       — Мой демон? — удивлённо переспросила Вики, нервно вертя в руке яблоко.       Геральд задумчиво кивнул и взял ещё один фрукт.       — Там, где ты родилась, любят сказки о ангелах-хранителях. Но, думаю, даже дюжины пернатых будет недостаточно, дабы совладать с твоим талантом находить неприятности. Если хранитель, то непременно демон, — подытожил он, поднося к губам яблоко.       — Личный демон… Звучит занимательно. А у вас… есть подопечный?       Геральд откусил небольшой кусок спелого яблока, медленно прожевывая его.       — Подопечная. Однажды она ворвалась в мою жизнь, не спрашивая на то разрешения.       — Она? — переспросила Вики, впиваясь ногтями в плотную кожуру. Демон заметил, как напряглись её крылья. Уокер огорчённо поджала губы и отвела взгляд, пытаясь прогнать назойливые мысли о том, кто же эта таинственная личность.       — Да. Человеческая девчонка, — произнёс Геральд, наблюдая за каждой её эмоцией. — Настолько неуклюжая, что однажды свалилась с башни. А совсем недавно, в попытке помочь, рассыпала всю пыльцу, израсходовав её понапрасну, — он недовольно закатил глаза, прежде чем продолжить: — К слову, пыльцы во флаконе было достаточно, дабы избавить всех жителей ада от нанесённых огнём увечий.       Вики встала с кровати, отряхивая взъерошенные чёрные перья. Шёлковые волосы ниспадали по спине, в серых глазах зажглись озорные искорки. Геральд смотрел, как она медленно приближается к нему, поддерживая его игру.       — Наверное, ей очень совестно. Подойдя ближе, она нарочито медленно прикоснулась к большой грозди винограда и отщипнула ягоду, подчёркивая отсутствие раскаяния. Вики тут же отправила её в рот, на мгновение зажав между губами. Наслаждаясь вкусом, Уокер провела по пухлым губам кончиком языка, слизывая выступившую сладкую каплю виноградного сока.       — Не сомневаюсь в этом, — не отрывая взора от её губ, усмехнулся Геральд. — Сладкий?       Вики улыбнулась краешком губ, не подозревая о том, какие желания таятся в бледно-голубых глазах.       — Очень. Хотите попробовать?       — Хочу.       Уокер взглянула на гроздь, выбирая самую спелую ягоду. Пальцы легли на виноградинку и легонько стиснули её, но ей так и не удалось её оторвать. Геральд коснулся пальцами подбородка Вики и склонился, накрывая её губы своими. Этот поцелуй был лёгким, практически невесомым и дразнящим. Его язык медленно обвёл контуры розовых губ, чувствуя их сладость и пьянящий вкус винограда. Демон разорвал поцелуй, не намереваясь поддаваться давно терзающим желаниям, но Вики потянулась к нему, слегка приоткрывая нежные губы и ожидая продолжения поцелуя. Тёмные, полуопущенные ресницы отбрасывали тень на вмиг разрумянившиеся щёки. Геральд не удержался. За первым поцелуем последовал второй — глубокий и настойчивый. Вики обвила руками его шею, чувствуя потребность быть ближе. Она прижималась к нему, чувствуя тяжёлый глухой стук демонического сердца. От этой мысли её дыхание участилось, а сердце торопливо забилось. Где-то внутри из маленькой огненной искорки вспыхнуло пламя, разгораясь всё сильнее и погружая её в бездонный водоворот сладких ощущений.       — Задание, Уокер, задание, — он отстранился, прерывая наваждение и сдерживая порывистое желание вновь поцеловать её. Геральд обращался к Вики, но напоминал самому себе о самообладании и выдержке, которую терял каждый раз, находясь к ней ближе, чем того требовали установленные правила.       Её руки, обнимавшие его, медленно разжались. Она заглянула в голубые глаза, тихо выдыхая.       — Когда вы целуете меня так, я ни о чём не могу думать.       — Я лишь вернул тебе долг.       Румянец заиграл на её щеках, и Вики опустила взгляд, выдавая себя с поличным. Уокер помнила события этой ночи.       Это было возмездие.       Несомненно, наказание в назидание за то, что она сотворила с его телом тем невинным, почти безгрешным поцелуем. Но знала ли Вики, какие чувства испытывает Геральд сейчас, сражаясь с неудовлетворённым желанием, причиняющим физическую боль? Подозревала ли, что шёлковая рубашка на ней не скрывает того, как чувствительна её грудь?       Он прикрыл глаза, пытаясь заглушить обострённые до предела ощущения. Демон отступил, касаясь рукой практически невесомого одеяния. Солнечные лучи вмиг отразились в серебряных чешуйках, коими был покрыт весь наряд. Он взял одеяние, протягивая его Уокер.       — Но… Что это? — Вики коснулась изысканного одеяния, пытаясь не думать о том, как горят губы и какие чувства пробудил в ней поцелуй. Она изнывала от лёгкого неудовлетворения и желания… большего?       — Демоническая сталь. Прочная, как чешуя дракона и лёгкая, как перо.       Вики рассеянно провела пальцами по пластинам-чешуйкам, отмечая их гладкость.       — Она невероятно красивая.       — У тебя есть несколько минут, — Геральд кивнул на дверь, позволяя ей ускользнуть для того, чтоб переодеться.       Скрывшись за дверью, Вики расстегнула дрожащими пальцами чёрные пуговки. Ткань раздражала настолько, что отзывалась лёгкой покалывающей болью в области груди. Шёлк соскользнул с обнажённого тела, падая к её ногам, и Уокер удивлённо вздохнула, удивляясь тому, что ощущения остались прежними. Она подставила ладонь под воду, понизив её на несколько градусов в надежде на то, что прохладная вода остудит её пылающее тело.       Геральд услышал её тихие шаги. Вики выглянула из-за двери, удерживая плотную ткань, предназначенную стать бронёй, на груди. Она невольно задержала свой взор, рассматривая идеальное чёрное одеяние, вторящее её наряду. Демон вскинул бровь, поймав ее заинтересованный взгляд, которым она скользнула по его широкой, мерно вздымающейся груди к сильным бёдрам. Встретившись с его голубыми глазами, Уокер отвела взгляд, её щёки вмиг вспыхнули.       — Геральд, а как она… застегивается?       Вики повернулась, прикрывая за необходимостью желание укрыться от проницательных глаз. Она расправила крылья, открывая обнажённую спину.       — Звенья смыкаются энергией, — отложив плащ в сторону, демон шагнул к Уокер, касаясь пальцами кожи. Его прикосновение сопровождалось приятным чувство лёгкого покалывающего холода. Это было волнительно — вновь чувствовать его энергию, не причиняющую боли, а рождающую трепетное волнение. Геральд медленно провёл пальцем по позвоночнику, и Вики почувствовала, как натягивается ткань, облегая каждый изгиб её тела.       — Значит, мне понадобится помощь, чтобы её снять.       Его пальцы замерли, коснувшись её поясницы. Услышав эту мысль, демон усмехнулся, сокрушённо покачав головой.       — Порой твои ангельские мысли пробуждают во мне дьявольские желания.       — Поделитесь?       Геральд взял широкий кожаный пояс, оснащённый всем необходимым, дабы носить в нём оружие. Он шагнул к двери и, открыв её, отступил, пропуская Вики вперёд.       — Ещё минута промедления — и Фенцио поведает тебе о своих желаниях. Не думаю, что ты сочтёшь их такими же приятными, как мои.