Истории, которых никогда не было

Если в мире существует чёрное, то существует и белое. Без баланса ни один мир существовать не может. Потому в мире, в котором существует Жизнь, существует и Смерть. И появились они, как две крайности одного и того же, одновременно. Но, как чёрное и белое, будучи материями одной природы, они были во многом похожи. Обе они любили улыбаться. Жизнь улыбалась всем и всему постоянно – особенно ей нравилось улыбаться людям, когда те выделились в отдельный вид. Им и так было непросто выжить. Смерть же равно интересовали все – она улыбалась абсолютно всем, не отдавая предпочтений отдельному виду. Жизнь и Смерть существовали в гармонии с миром, однако люди, развиваясь, столь же были рады улыбке Жизни, сколько не рады улыбке Смерти. Смерть не понимала, отчего так происходит. Решив, что мало старается, она стала улыбаться людям чаще – но те закрывали глаза, прятались, убегали. Смерть глядела на свою сестру, которую с радостью встречали в каждом доме, и с годами становилась все угрюмее. Она не понимала людей: они гнали её из своих домов, но приглашали посмотреть на блестящее оружие, выкованное из железных пород в разгорячённых животах кузней, обагрённое кровью врагов на поле боя. Наблюдая, Смерть улыбалась, но на неё тут же шикали: хватит – и она стискивала губы. Шло время, и люди изобретали всё более совершенное оружие: порох, окрашивающий небо огненными всполохами, на которые так приятно смотреть, теперь приносил страх и слёзы. Жизнь плакала. А её сестра наконец поняла: люди хотят, чтобы она улыбалась всем, кроме них самих. И каждый из людей хотел именно этого. Чтобы Смерть улыбнулась каждому кроме него. Не в силах сделать счастливыми всех, Смерть пряталась и скиталась в поисках тихого места, где не было бы людей. Но за прошедшие годы её сестра так часто улыбалась людям, что не было на суше теперь таких мест, где не было бы людей. Смерть надела чёрный плащ, чтобы быть более незаметной и сливаться с тенью, закрыла лицо капюшоном, чтобы никто не увидел её улыбки, и взяла косу, чтобы быстро прокладывать себе путь. Она поселилась на морском дне, но они проникали и туда: в огромных банках из металла. Нигде Смерть не могла найти покоя: люди боролись с ней, однако каждый продолжал желать встречи со Смертью всем, кроме себя. Её сестра, как и прежде, была желанным гостем, и искренне не понимала, отчего Смерть грустит: люди хорошие, просто замечательные. А Смерть грустила всё сильнее и сильнее. А потом пришла в одну из этих чистых, сияющих больниц. Сестра сказала, надо идти, это твоё предназначение. Должна встречать людей по ту сторону зеркала. Смерть улыбнулась маленькой лысой девочке с пластиковыми трубками в животе, а девочка улыбнулась ей. И Смерть поняла, что умирает. А девочка смотрела и улыбалась. А потом уже не смотрела и не улыбалась. А Смерть не умирала. Она, как и всегда, осталась по ту сторону зеркала, по которую ей и полагалось быть – там, в мире ещё живых, которым однажды потребуется, чтобы их с улыбкой проводили в мир уже мёртвых. А девочка по ту сторону зеркала смотрела на Смерть и улыбалась. Смерть поправила одеяло, нажала на кнопку вызова медперсонала и ушла через окно.