Лес мертвецов

      На небе тучи. К вечеру точно пойдёт дождь, а пока — духота. Воздух тёплый, но сильные порывы ветра продувают чуть ли не до костей. Вокруг какая-то серость и практически никого. В долгожданную субботу все хотят отдохнуть, а в маленьком городке самый распространённый вид отдыха — лежать на диване и смотреть какой-нибудь матч по телику. Даже вчерашние подростковые вечеринки закончились, оставив после себя пьяных в хлам подростков, огромные кучи использованных стаканчиков и бутылок из-под пива и использованные презервативы.       Оскар проснулся в девять и тихо, так, чтобы не разбудить Эрику, зная, что невыспавшаяся Эрика — испорченное настроение всем вокруг, ушёл. Он поехал в автосервис, чтобы выправить вмятину на капоте импалы, так как никогда не умел делать это сам. Оскар рос без отца, поэтому некому было научить его пользоваться инструментами. Он даже и не ориентировался во всех этих непонятных штуках. Если бы его спросили, какие ключи он знает, он бы ответил: скрипичный и басовый. Так уж вышло, что Оскар мог сыграть сложный этюд на скрипке, но не починить кран, а Эрика никогда его этим не попрекала, так как самой ей было легче приготовить кислоту, нежели омлет.       Рассказав Фину, парню содержащему автосервис (если этот гараж, в котором постоянно что-то долбит и верезжит, можно так назвать), пахнущему машинным маслом и пивом, байку о сбитом олене и прождав, пока тот со своей командой выправит вмятину, Оскар поехал в кафе, купил там кофе на вынос, даже не спросив ничего про Стэйси, и вернулся в мотель. В вестибюле собрались все примитивные, включая Джона, который так и не успел заехать в свою церковь. Они все говорили о чём-то, но с появлением Оскара замолчали. — И что это у нас здесь за Совет во Флигелях? — усмехнулась Эрика, внезапно появившись за их спинами.       Она любила так делать. Примитивные вздрогнули от неожиданности, на что Эрика лишь усмехнулась. Оскар же молча изучил её внешний вид, чтобы понять. Волосы собраны в неаккуратный пучок. Как всегда в джинсах и кедах, а ещё в майке с любимой рок-группой — значит никуда сегодня выезжать не собирается. Он никак не мог вспомнить Эрику в этой рубашке цвета хаки, которая была на несколько размеров больше размера Эрики, поэтому рукава закатаны по самый локоть, пока до него не дошло. — Эй! Это же моя рубашка! — возмутился он. — Заметь, мне она идёт гораздо больше, — отметила Эрика и покрутилась, чтобы продемонстрировать это. Оскар уже открыл рот, чтобы возразить, но эта чертовка, как и всегда, была права. А девушка тем временем заметила принесённый Оскаром кофе. — Ммм, кофе, — протянула она, взяв один из стаканчиков. — Я говорила тебе, что ты самый лучший? — Примерно миллион раз, — усмехнулся Оскар.       Эрика поставила стаканчик на журнальный столик рядом с диваном, на котором сидели примитивные, а потом с вампирской скоростью взлетела по лестнице и зашумела в номере, пытаясь вытащить их складную магнитную доску, на которой размещена карта. В её руках, помимо доски, упаковка маркеров. Джон помогает Эрике спустить доску по лестнице. Сегодня на нём уже не пастырская одежда, а обычные джинсы и футболка. Сейчас, в сочетании со своими татуировками, он совсем не похож на пастыря — скорее на парня, который играет в группе. И этот образ шёл ему гораздо больше. — Итак, — начала Эрика, когда доска оказалась на месте, и взяла синий маркер, хотя ранее они выделяли места происшествия красным. — Крестики, как вы знаете, места убийств, — сказала она, обращаясь к шерифу и Дэйзи. — Все они на территории вурдалаков, созданной ведьмами Винсент, — добавил Оскар и сделал очередной глоток кофе, опираясь на спинку дивана. Они знали об этом, потому что уже сравнивали свою карту с картами Винсент. Оскар внимательно наблюдал за действиями Эрики, а ещё за реакцией Джона на них. — Верно, это, — она поставила два синих крестика, — место, где нашли голову Питера Долонса, а это — место вашей вчерашней несостоявшейся смерти. Оба крестика вне территории. Так вот что она выяснила, пока Оскар покупал кофе. И что-то внутри него кольнуло. Почему она сделала это без него? — Они расширяют свои владения, — подметил пастырь, получив похвалу Эрики. — Именно, Джон. Она уже не использовала по отношению к нему «пастырь». Может на это повлияло отсутствие церковной одежды, а может… Оскар прикрыл свою усмешку стаканчиком. Договаривать за Эрикой фразы, быть с ней на одной волне — это прерогатива Оскара. — Ты предлагаешь нам просчитать место атаки? — понял Оскар, поставив себе балл в воображаемой табличке. — Но зачем? У нас ведь совершенно другой план. Нужно только дождаться, пока ведьмы закончат со своими фокусами и будут готовы к действию. — Для того, чтобы они не перекрыли нам путь, — объяснил Джон и получил кивок Эрики. — Ну, ладно. — Оскар подошёл к доске, отодвигая собой пастора.       Простой анализ. Большинство монстров примитивно действуют, даже если у этих интеллект чуть выше — всё равно их действия закономерны. Если понять, по какому принципу они построены — можно просчитать их действия на несколько шагов вперёд. Это он точно умеет лучше Джона. — Посмотри. Они будто медленно подбирались к обоим синим крестикам, — заметил он, проводя пальцем по карте. — Да, в этом есть смысл, — согласилась Эрика. — Тогда, — Оскар взял из упаковки зелёный маркер и отметил каждую дорожку. — Подожди, — остановила Эрика. — Питера ведь, вроде, убили на кладбище. Оскар хмыкнул. — Важно, не где его убили, а где оставили. Ты ведь сама говорила, что их IQ выше, чем у среднестатистического монстра. Таким образом, они показывают нам, где их территория. Она кивнула, внимательно наблюдая за действиями напарника. Последняя дорожка — та, что ещё не привела к финалу. — Твою мать! — ругнулся Джон, удивив этим всех присутствующих, и бросился на улицу. — Церковь, — подытожил Оскар и обвёл объект. — О, нет, — проговорил шериф, его лицо побледнело, а глаза расширились. — Там же… мой сын!       Эрика нагнала Джона, уверенно встав перед его машиной, стоявшей рядом с мотелем с позавчерашнего дня, чтобы тот не смог в неё сесть. Он чуть не врезался в неё, но успел остановиться. — Там Мэтт и Лейси, я должен…! — начал он, но был остановлен жестом Эрики. — Что? Крестиком помашешь? — спросила она. — Сомневаюсь, что это поможет. — Нет, но… — Один не справишься, так что сейчас взял себя в руки, и идём.       Всем своим видом вампирша говорила, что главная здесь — она, и её приказы не обсуждаются. Конечно, ей не хотелось рисковать из-за одного ребёнка и женщины, но Джон им нужен, а ещё ведьмы в любой момент могут шепнуть, и Оскар с Эрикой превратятся в пепел, так что выбора особо нет. Хотя, может, им и не придётся драться. День на дворе, но тучи над головой заметно снижали вероятность такого исхода.       Если судить по карте и уликам на кладбище — вурдалаки ходят группами. Шесть особей разрыли могилы. Если Джон, Билл и Дэйзи отвлекут хотя бы двух — они с Оскаром смогут разобраться с четверыми, но ещё нужно прикрыть Лейси и Мэтта. В принципе, их шансы на победу велики.       Джон послушно идёт за Эрикой к машине Уокеров, где Оскар уже открыл их маленький тайник в багажнике.       Молодой человек зафиксировал на спине ножны с мачете с помощью портупеи, а Эрике передал катану. Она обнажила лезвие, разрезав воздух, отчего тот засвистел. Лучше всего Эрика управлялась с луком и катаной. Лёгкие японские мечи всегда были ей симпатичны. — Может лучше взять то, что стреляет? — с испуганным лицом спросил Билл, на что Уокеры лишь усмехнулись. — Вам лучше взять то, что стреляет. — Он передал всем троим винтовки, а затем с детским восторгом схватился за новый арбалет, который они так и не опробовали за весь период охоты. — Думаю, не в этот раз, — заметила Эрика, перехватив оружие, намекая на то, что стрелы из этого арбалета не возьмут чудищ из леса, либо просто пролетят мимо, или ещё хуже — в кого-нибудь из примитивных. Оскар печально вздохнул, вернул орудие на место и закрыл багажник.

***

      Сэм проснулся рано и направился в цветочный магазин миссис Смит. Ему сразу вспомнился далёкий девятый класс, когда он в первый раз отправился покупать цветы для девушки. Миссис Смит говорила ему: «Никогда не покупай цветы девушке, если не знаешь, какие её любимые». И он следовал этому совету. Астры, лилии, тюльпаны, хризантемы, ирисы, нарциссы, пионы — цветы, что нравились девушкам, за которыми он ухаживал в школьные годы. А потом Сэм повзрослел, уехал в Сиэтл и поступил в колледж, где понял: если не знаешь, какие цветы любит девушка — покупай розы. Беспроигрышный вариант. И сейчас он собирался купить розы. Красные розы. Она точно не устоит.       Сэм уже вышел из машины, как столкнулся со Стэйси Свон. Подруга детства. Дочь лучшего друга и начальника его матери. Они просто не могли не подружиться. Кстати, она любила пионы. — Привет, Сэм. Давно не виделись, — поприветствовала она его с улыбкой на лице. — Приехал на каникулы? — Да, рад тебя видеть, — ответил он. — Как жизнь?       Зря он об этом спросил. Будто не знал, что Стэйси живёт с родителями и работает в кафе, потому что когда-то ей не хватило смелости хотя бы попробовать поступить в колледж. — Потихоньку, — уклончиво ответила она. — А ты? — Да также. Куда собираешься? Смена в кафе уже началась, а она здесь. Значит, у неё выходной. И в его голове созрел план. Такие люди, как Эрика, обрастают слухами в Хольце за один день. А где больше всего слухов? В кафе. — К брату, он сейчас в церкви. Долго объяснять. — Знаешь, я могу подкинуть тебя, а ты расскажешь.       Она ослепительно улыбнулась в ответ и согласилась. Они вместе ехали к церкви, пока Стэйси рассказывала о своём брате, а потом Сэм мягко перевёл тему в сторону слухов Хольца. Было видно, что Стэйси немного неприятно говорить об Эрике, но с каким рвением она говорила о парне, с которым та приехала, так что за весь путь Сэм узнал больше об Оскаре, чем о той, что сбежала из его дома ещё до того, как он проснулся.       Когда они уже прибыли в церковь, Стэйси продолжала говорить, а он слушал, как в былые времена. Она постучала в дверь церкви, и ей открыла сестра Лейси. — Привет, Стэйси, — поприветствовала она, запустив её внутрь, и не сразу заметив Сэма. Когда же молодой человек попал в её поле зрения, она радостно улыбнулась, отчего на её щеках появились ямочки, прямо как у ребёнка. — А это кто у нас приехал на каникулы? — Привет, — поздоровался Сэм, немного засмущавшись, вызвав этим смех девушки. — Ты тоже проходи, — сказала она. — Мэтт там.       Они вместе прошли в маленькую коморку, где на кушетке сидел Мэтт и собирал китайскую головоломку, подаренную отцом на Рождество. Мальчик умело орудовал деталями, даже не обращая внимания на схему, лежавшую на столе. Стэйси присела рядом с ним и протянула ему шоколадку. — И зачем ты пришла? — спросил Мэтт, даже не взглянув на старшую сестру. — С каких это пор тебе не плевать на меня?       Когда у детей большая разница в возрасте — это очень даже неплохо. Стэйси было восемь, когда у неё появился младший брат. Она с радостью помогала маме заботиться о маленьком ребёнке. Качала Мэтта в кроватке, когда он не мог уснуть, помогала маме купать его, кормила из бутылочки, потом когда Мэтт подрос — оставалась с ним одна дома, пока родители уходили. Однажды Мэтт даже назвал её мамой. Все вокруг смеялись, а она была готова расплакаться от радости. Стэйси играла, ходила гулять с ним, учила ходить и разговаривать. Идеальная старшая сестра. А потом ей стукнуло четырнадцать. Младший брат стал сильно раздражать. Гуляла она уже не с ним, а с друзьями. Часами болтала по телефону и закрывала дверь перед носом Мэтта, когда он предлагал ей поиграть с ним. С каждым днём они всё сильнее отдалялись друг от друга. Даже когда Мэтт пошёл в первый класс, сестра присматривала за ним только первые две недели, а потом он ходил домой с Мэри-Маргаретт. — Не говори так, — попросила Стэйси, но Мэтт не отреагировал. Взяв шоколадку и изучив состав, он скептично фыркнул. — С орехами, — проговорил он. — Да, — подтвердила сестра. — У меня жуткая аллергия на орехи, — сообщил Мэтт, вернув шоколадку. — Но откуда тебе знать.       Мэтт вернулся к собиранию своей головоломки, игнорируя присутствие сестры. Сэм же молча наблюдал за этой сценой, думая о том, что ему здесь вовсе не место. Стэйси ещё около десяти минут ждала внимания брата, а потом тяжело вздохнула, поднялась и вышла из каморки, а молодой человек поплелся за ней. — Эй! — Сэм схватил её за плечо. — Не бери в голову. Просто ему сейчас нелегко. Стэйси кивнула, и он заметил, что у неё в глазах застыли слёзы. От неё пахло всё теми же духами, которыми она пользовалась со времён старшей школы. Девушка вытерла глаза, немного размазав дешёвую тушь по векам. — Отвезёшь меня домой? — спросила она. — Да, конечно.       Сэм и Стэйси направились к выходу. Сестра Лейси снова улыбнулась им и приоткрыла дверь, чтобы выпустить их, как остановилась, её лицо исказила гримаса ужаса, а светлые волосы встали дыбом. Она рванулась закрыть дверь, как тощая, словно ветвь, рука схватила её за горло и медленно подняла в воздух. Девушка начала брыкаться, цепляясь коготками в кожу существа. Она смотрела в огромные чёрные глаза существа, наблюдающего за её мучениями с огромной улыбкой, а застывшие в ужасе молодые люди попятились назад. — Бе…ги…те… — прохрипела сестра Лейси, повернув голову.       Вурдалак рванулся с места и исчез, продолжая держать сестру милосердия, а его сородичи поползли в церковь, словно тараканы. — Бежим! — прокричал Сэм, схватив за руку Стэйси.       Они залетели обратно в тесную каморку, но одна из худощавых когтистых рук успела пробиться в дверную щель. Стэйси завизжала, а рука царапнула плечо Сэма, тот вскрикнул и толкнул дверь сильнее, отчего существо завыло от боли и выдернуло руку, позволив примитивным закрыть дверь. За их спинами раздался грохот, и, обернувшись, они увидели лежащую на полу головоломку Мэтта. Руки мальчика дрожали, а сам он сильно побледнел. Дверь с силой толкнули, отчего Стэйси снова вскрикнула, и оба сильнее налегли на дверь. — Стэйси, скорее, пододвинь стол! — крикнул Сэм, придавив дверь всем своим весом.       Стэйси среагировала и сразу кинулась к столу. Деревянные ножки отвратительно заскрипели по полу. Девушка перевернула предмет мебели столешницей к двери, так, чтобы зафиксировать им ручку, но монстры не оставляли попыток прорваться. Они толкали дверь и скреблись, подобно диким волкам.       Мэтт обнял свои колени и, качаясь, повторял одно и то же: — Они идут… Они идут… — шептал он, качаясь взад-вперёд. — Что это, чёрт возьми, такое?! — прокричала Стэйси, сдерживая очередной напор. — Мне-то откуда знать?!

***

— О, нет! — вскрикнула Дэйзи, когда импала уже приблизилась к церкви.       Ни Оскар, ни Эрика не очень-то хотели брать её с собой. На этом настояли Билл и она сама. Эрика просто фыркнула, не желая тратить время на них, и сказала, что если та помрёт — они, в смысле Оскар и Эрика, здесь ни при чём. — Что? — спросил Оскар, уже затормозив. — Это машина моего сына, — прошептала женщина, глядя на старый фольксваген, припаркованный у обочины. — Ну, отлично. Ещё один примитивный, — проворчала Эрика. — У вас это что, генетическое — лезть, куда не надо?!       Она ловко выпрыгнула из машины и вытащила свою катану из ножен. Лязг металла - и в руках Оскара уже было мачете. — Ну, наконец-то, а то уже как-то наскучила эта теория, — усмехнулся он, покрутив оружие.       Эрика не ответила, но по её улыбке было ясно — она тоже не прочь размяться. Они побежали в сторону церкви со сверхчеловеческой скоростью, оставив примитивных позади. Им не помешает прикрытие, но для начала — расчистить путь. Оскар пнул входную дверь и сразу с размаху срубил голову напавшему на него вурдалаку. — Быстрые, — отметил он, уклонившись от удара следующего, но быстрое, как ветер, тонкое лезвие японского меча Эрики отсекло руку, а затем и голову монстру. — Но мы быстрее, — отметила она.        Они оба ворвались в церковь. Зал выглядел как обычно. Скамейки, алтарь. Вот только теперь среди обычной церковной утвари бродили вурдалаки. Все они прекратили долбиться в дверцу небольшой комнаты, в которой они оба ранее встретились с Мэттом. Монстры припали к полу и, не делая резких движений, разошлись по залу. Оскар и Эрика встали спиной к спине. Эрика осмотрела весь зал. «Семь, плюс ещё двое. Значит девять. Многовато для одного объекта» — подумала она, а вурдалаки тем временем окружили Уокеров, но они этого ожидали. Главное — прикрывать спины друг друга.       Прогремел выстрел, и один из вурдалаков издал противный вопль. В дверях стоят примитивные. Гильза со звоном упала на пола, а пастырь, перезарядив ружьё, открыл огонь по остальным вторженцам в его церковь. В атаку на примитивных бросилось двое, ещё трое — на вампиров, а один продолжил биться в дверь. Эрика увернулась от атаки, а Оскар проткнул вурдалака насквозь. Над его головой раздался свист лезвия, и удар Эрики обезглавил напавшего со спины. — Чёрт! — выругалась девушка, заметив, что дверь всё-таки поддалась.       Она со сверхскоростью забежала в каморку, оставив последнего противника на Оскара. Ещё бы чуть-чуть и когтистая рука задела бы Сэма, но она успела встать между ними, немного оттолкнув примитивного назад, и удар достался ей, сорвав с шеи серебряную камею, когти оставили глубокую царапину на её ключице. От боли Эрика стиснула зубы и с полными яростью глазами нанесла последний удар.       Стэйси прижимала к себе дрожащего младшего брата, у которого началась истерика, и с изумлением смотрела на девушку, на которую совсем недавно пролила шоколадный коктейль. На её лице не было ни страха, ни отвращения перед трупом монстра, только равнодушие. Эрика тяжело дышала, вытерла кровь со своей щеки и только после этого посмотрела на спасённых ею людей.       Сэм удивлённо хлопал глазами, ещё не до конца поверив во всё, что здесь произошло: в монстра, кровь которого текла под подошвы его кроссовок; выстрел, который слышал; Эрику… Вообще во всё! Он хотел что-то сказать, но слова застряли в его горле, да он и не знал, что сказать. «Привет, я Сэм. Ты переспала со мной два дня назад, помнишь?» — Эрика, — в каморку залетел рыжий тоже весь в крови. Сэм сразу понял, кто это. Ему хватило рассказов Стэйси. Парень отработанным движением убрал мачете в ножны. — Всё в порядке, — ответила Эрика, бросив взгляд на Джона, шерифа и Дэйзи, прорвавшихся за Оскаром. — Сэмми! — Дэйзи уже собиралась броситься к сыну, но катана Эрики перегородила им с Биллом путь. — Это наши дети! — возмутился шериф, но внутри у него всё похолодело, когда он встретился с ледяным взглядом Эрики. — Возможно Питер Долонс тоже так думал перед тем, как его разорвали на части, — прокомментировала она, убедившись, что её поняли правильно, убрала катану и сделала шаг на встречу Сэму. Он почувствовал на своей шее её ледяную ладонь. Несколько секунд девушка «считывала» его. — Человек. — она отпустила парня, и Дэйзи с облегчением кинулась к сыну и вывела его из тесного душного помещения.       Следующей была Стэйси. Сделав с официанткой то же, что и ранее с молодым человеком и подтвердив её «человечность», Эрика отошла в сторону, чтобы пошептаться о чём-то с Оскаром. Стэйси бросилась к отцу. Он гладил её по голове, как маленькую девочку, приговаривая, что всё теперь будет хорошо. Пастырь Джон вывел её на улицу, и в помещении остались только Билл, вампиры и Мэтт.       Шериф подошёл к своему сыну и опустился на корточки рядом с ним. Мальчик смотрел куда-то в пустоту и шептал что-то неразборчивое. — Пойдём, Мэтт. Всё закончилось. Эти твари мертвы. — но Мэтт будто не слышал его. Тогда Билл аккуратно поднял дрожащее тельце сына на руки, чувствуя по весу, что за время пребывания в церкви он похудел. Он уже поднял его, как Мэтт стал брыкаться, не осознавая, что руки, которые его держат, принадлежат отцу. Его накрыла истерика. Мальчик и сам не заметил, как в попытке вырваться коснулся Эрики.       Эрика ненавидит детей. И причина этого кроется не только в их надоедливости и противности. Эмоции детей гораздо сильнее, чем у взрослых. Они как один сплошной комок чувств. Какой-то внутренний инстинкт заставлял её держаться подальше от них.       Эрика медленно сползла на пол по стеночке, сжимая виски до боли дрожащими руками. Она чувствовала, как в её груди растёт комок, и будто её сердце остановилось. Лицо покраснело от напряжения. — Эрика? Эрика, ответь мне! — звал Оскар, но на её глаза уже навернулись слёзы, отчего она не могла чётко видеть его. — Чёрт! Уходи! — крикнул он шерифу. Он сжал её в объятиях. — Кричи, Эрика, — попросил он. — Будет легче, кричи.       И она выпустила сжатый в лёгких воздух.

***

      Билл вынес на руках ещё более напуганного, чем ранее, Мэтта из церкви. — Где Уокеры? — спросил Джон, только завидев его. — Нам нужно уходить. — Они… там… Я не знаю, что произошло… Он просто… — шериф не мог подобрать слов, но они больше и не требовались. Из церкви раздался женский крик. Витражные окна разлетелись на тысячи осколков, как от сильной ударной волны. Разноцветные стёкла упали к ногам пастыря. — О, нет. — Джон бросился обратно в церковь, как только крик прекратился, а как только забежал в каморку — увидел лежащую на полу Эрику, а рядом с ней Оскара.       Её трясёт в судорогах, из носа идёт кровь. Она пытается себя поцарапать, но Оскар перехватывает её руки и держит, одновременно расстегивая портупею, чтобы ей было легче дышать. — Эрика, пожалуйста, — просит он, прижимая её запястья к полу. — Что происходит? — спрашивает Джон и пытается подойти. — Нет! Не прикасайся к ней! Сумку! Чёрную сумку из машины! Быстро!       Джон бежит к машине, чувствуя, что сейчас упадёт, но всё-таки добирается до импалы Уокеров. Заветная чёрная сумка сразу попадается ему в руки. Бежит обратно, и Оскар чуть ли не вырывает сумку из его рук. Вампир уверенно открывает сумку, чуть не порвав замок, берёт в руки шприц-фломастер и вкалывает Эрике что-то. Девушка ещё несколько раз вздрагивает, её мышцы медленно расслабляются, и она отключатся.       Только сейчас Джон понимает, что по дороге за ним увязался Сэм. — Что с ней? — на лице парня читается паника. — Не сейчас! — рявкнул Оскар и кинул ключи от импалы пастырю. — Ты за рулём, живо! Он поднимает Эрику на руки и выносит из церкви. — Возьми оружие, — говорит Джон Сэму и идёт за ним, а молодой человек, до сих пор не до конца понимая, что происходит, поднимает катану Эрики и ружьё Джона. Рядом всё ещё труп чудовища. В луже крови Сэм замечает что-то блестящее. Камея. Та, которую содрал монстр, когда она спасла ему жизнь. Он поднимает её. Очень простая, серебряная. Единственный рисунок — знак, как у Эрики и Оскара.