2.3 Ирисы - мужские цветы
11 февраля 2017 г., 10:21
У Стива ушло три дня на то, чтобы перерыть весь интернет, только что проведённый в новом доме, на предмет того, как же правильно ухаживать… за мужчиной. Но от всемирной паутины не было толка, потому что каждый сайт так и норовил ему впихнуть советы, как же соблазнить женщину, а вот о мужчинах там не было ни слова. Ну или Роджерс искал не там, где нужно.
Плюнув на бесполезный в этом вопросе поисковик, он решил воспользоваться самым безотказным методом по части ухаживаний — подарить Тони цветы. По его мнению, это было достаточно милым и к тому же довольно прямо намекало на испытываемые, совершенно однозначные чувства. Простояв в цветочном около часа и уже порядком надоев продавщицам, Стив выбрал-таки цветы, длинные, красивые синие ирисы — очень мужские цветы, по словам милой цветочницы.
К вечеру он стоял напротив двери дома Старка, настойчиво нажимая на звонок, оглядывая себя, чтобы убедиться, что выглядит приемлемо для визита с цветами. Когда Тони открыл Роджерсу дверь, тот улыбнулся ему немного смущённой, но искренней улыбкой и протянул своему бывшему учителю и объекту ухаживаний… длинный, увесистый горшок с синими, как небо, ирисами.
— Добрый вечер, мистер Старк, — поздоровался Стив, окидывая его счастливым взглядом. — А я вот тут принёс вам… для вашего сада цветы. У вас же таких нет, верно? Я тут ещё луковиц захватил, чтобы вы могли сделать большую клумбу, — он помахал свободной рукой, в которой и правда находился мешочек с луковичками.
Тони немного обескураженно вцепился пальцами в горшок с невероятно красивыми цветами и подумал было, что и обычных ромашек хватило бы. Без горшка. Горшок. Боже. Его губы растянуло в улыбке, учительской, которая говорила о том, что он принял попытку показать себя довольно приемлемо. Честно говоря, он вообще не ожидал этого, но просто… Чёрт возьми.
— Я думал… что ты мне принёс, но раз для сада… — с мягкой насмешкой заметил он, впуская его в прихожую. — Спасибо большое.
— Ну, это… это для вас, это… сначала для вас, а уже потом для сада, — улыбка исчезла с губ Стива, а внутри всё похолодело: неужели он ошибся?
Может быть, ну его, этот сад, и надо было подарить красные розы? Обычный букет красных роз, какой он бы подарил любой, самой обычной девушке, вроде бывших одноклассниц. Но Старк был необычным, и это всё усложняло.
Помявшись возле двери, Тони вскинул брови и покачал головой, не понимая, что от него требуется. Он прижимал горшок к груди так крепко, что было всё равно, для чего Стив на самом деле принёс цветы. В горшке. Подавив добродушный смешок, он вздохнул и, забрав пакетик с луковичками, направился на кухню. Принёс и принёс, если для него — хорошо, если для сада — тоже хорошо.
— Мне очень… приятно, — выдохнул Старк, украдкой втягивая носом чарующий аромат ирисов. — Очень.
— Я… рад, если… это так, — и всё-таки эта попытка была им провалена.
Роджерс понятия не имел, как сделать так, чтобы Старк обратил на него внимание. Не подкидывать же ему шоколадные сердца, как в школе, в самом деле. Он хотел, чтобы Тони заметил его, взглянул по-новому, но сам не знал и не имел опыта в подобных вопросах. У него никогда никого не было, потому что сердце было занято одним лишь человеком, а свидания без чувств не имели никакого смысла.
Снова оказавшись на знакомой кухне, Стив вздохнул, передёргивая плечами.
Уловив в его голосе перемены, Тони отставил горшок на кухонный прилавок и, оглядев его, касаясь пальцами красивых бутонов, прищурился.
— Что-то не так? — напрягшись, спросил он, повернулся, опираясь ладонями о столешницу позади себя, и окинул его фигуру любопытным взглядом.
— Нет, всё в порядке, мистер Старк, — Стив выдохнул и улыбнулся ему, решая забыть об этой попытке, не расстраиваться и снова попробовать, только уже подойдя к этому более… основательно. — Так… как у вас дела? — спросил он, делая шаг, чтобы приблизиться к Тони.
Ни на грош не поверив ему, Старк решил в следующий раз показывать не свои настоящие эмоции, смятенную радость, удивление и волнение, прикрытое обыкновенной настороженностью, а пластмассовую улыбку до ушей. Он фыркнул и повёл плечом.
— Ничего, всё по-старому. В сорок лет жизнь останавливается на мёртвой точке, а у тебя… у тебя как дела, Стив?
— Я нашёл работу, а на следующей неделе нужно зайти в колледж — занятия начнутся уже через пару месяцев, и необходимо подготовиться, а я… кажется, уже забыл всю школьную программу. Начинать будет трудно, но я надеюсь, что не был совсем уж безнадёжным учеником? Кому, как не вам, знать об этом? — он грустно усмехнулся, вспоминая, как зачитывался учебниками по физике, только чтобы Старк заметил его, и с тех пор, кажется, совсем ничего не изменилось.
— Так ты вроде работал? Нет? — переспросил Тони, и сам с тоской вспоминая то время, когда мог видеть Стива в школе каждый день, хоть уроков физики у них было всего два раза в неделю. — Ничего, ты умный… мальчик, справишься, если не будешь заниматься всякой ерундой, — тут он явно намекнул на себя, — а займёшься учёбой.
— Я был на испытательном сроке, а теперь всё вроде как официально, — и хоть официант в пиццерии — это не работа мечты, но Роджерса вполне устраивали его смены, зарплата и чаевые, с которых можно было откладывать свои сбережения. — Заниматься ерундой совсем не входит в мои планы, но, если мне… понадобится помощь с учёбой, могу я… ну, только в самом крайнем случае воспользоваться привилегией вашего ученика и… попросить у вас помощи, мистер Старк? — Стив не планировал этого, слова вырвались сами, возможно, он интуитивно хватался за любую возможность быть ближе к Тони.
Старк мысленно запнулся. Чтобы хоть как-то отвлечься, он отвёл взгляд в сторону, упираясь им в скол на паркете, и почти неслышно вздохнул. Это что, проклятие такое? Он и без того не справляется со своими чувствами, теперь ещё и это. Ну и как отказать ему, когда он так смотрит этими своими голубыми глазами…
Боже, только ты, Тони, умеешь влипать в такие ситуации, совершенно не вяжущиеся с нормальными ситуациями сорокалетнего холостяка.
— Ерунда — это не совсем то, о чём ты подумал, а о… другом, — без надежды, что его в кои-то веки правильно поймут, пробормотал Тони и опять вздохнул, мысленно сдавшись под гнётом этой тяги. — Я твой сосед и учитель к тому же, неужели ты думаешь, что я откажу тебе в помощи?
— Вы никогда не отказывали мне… — тут Роджерс осёкся, — в помощи, — только в чувствах, безответных, без надежды на что-то большее, чем простая дружба.
Ему и сейчас было страшно, Стив словно спал и видел свой лучший сон, в котором так близок к нему человек, в которого он давно и безнадёжно влюблён, и он боялся проснуться, боялся поверить, что это не сон и всё не разрушится, когда прозвенит будильник.
— Сейчас… я не отказываю тебе, — ну уж более двусмысленной фразы Тони от себя и не ожидал. Удержав лицо, проклиная грешный язык, он глубоко вдохнул и потёр ладони, встречая взгляд Стива.
Как загипнотизированный, Роджерс шагнул к нему, сокращая расстояние, ведомый не голосом рассудка, а сердцем, тягой, желанием близости, сдерживаемыми так долго, что, кажется, прошла целая вечность вдали друг от друга. Он смотрел в невозможные, коньячного цвета глаза и не мог отвести взгляд, даже если бы сейчас на дом свалилась атомная бомба.
— Нет? — едва слышно, на выдохе переспросил Стив, пальцами несмело касаясь запястья Старка, и его затрясло так, будто между ними прошёлся сильнейший электрический разряд.
Тони открыл рот, бездумно пытаясь подобрать хоть что-то для дельного ответа, но только ловил воздух губами, потому что весь разум вдруг резко решил наполниться чувствами от прикосновения. Сердце зашлось, прошлое больно ударило в голову, а взгляд его изменился, стал более тяжёлым, прямым и настойчивым. Если он не отказывается, то это всё равно ничего не значит. Определённо точно, он просто… просто…
— Нет, — сказал он наконец, вздёргивая бровь по-учительски строго. — Не отказываю.
Стив не знал, что с ним происходит. Голова закружилась, его поломало от дикого желания обнять Старка, почувствовать его тепло и силу, и пусть он теперь намного выше и крепче, чем был в свои пятнадцать, это не меняло тех чувств, которые вызывал в нём этот мужчина.
Но что-то всё время останавливало Роджерса от последнего шага, от того, когда всё происходящее между ними перестанет быть завуалированными намёками и станет настолько открытым, что игнорировать будет уже нельзя.
Возможно, это был страх отказа, страх быть неправильно понятым, да просто… у Стива ноги тряслись от одной только мысли, что он сейчас обнимет Тони, а тот имел в виду лишь только помощь с занятиями.
— Я… — пальцы всё ещё касались его запястья, вот только взгляд он отвёл, продолжая стоять нестерпимо близко к Старку. — Хорошо.
— Мы… можем на днях прогуляться где-нибудь, — предложил Тони, позволяя себе дать открытый намёк.
Коснувшись ладонью часто вздымающейся груди Стива, он мягко отстранил его и, взяв себя под контроль, направился к входной двери, боясь даже представить, что будет с мальчишкой, если его сорвёт сейчас. Надо попытаться сдержать дистанцию, потому что иначе он вообще за себя не ручается.
— Думаю… этого всего достаточно на сегодня, если не сможешь уснуть… то я не против поговорить по телефону, — сказал он и прокашлялся, так как голос сел от нервного потрясения и ужаса того, что он в самом деле ввязался в это.
— Да, конечно, я пойду, и… спасибо вам за… за то, что… за всё, — Роджерс был счастлив получить даже то немногое, что получил сегодня. Ему этого было достаточно, более чем, и пусть встреча оказалась такой короткой, всё это не важно. Главное, теперь он знал, что может действовать. — Я был бы рад провести с вами вечер, мистер Старк, — пробормотал Стив, стоя уже на пороге. — У меня утренние смены по средам и пятницам, в эти дни я вечером свободен и, если вы… Вы позвоните, если что.
— Я позвоню, — выдохнул Тони, касаясь пальцами его поясницы, и, подтолкнув на выход, прикрыл за ним дверь. — Ты кретин, Тони Старк, — прошептал он, прижимая ладонь к своей груди, впитывая внутрь себя мимолётно пойманное тепло тела мальчишки.
Потоптавшись ещё пару секунд на крыльце, Стив отправился к себе, ощущая, как за спиной растут крылья.
