Bonfire, или Прощальный костер

Вечером все воспитанники обязательно принимали душ. Небольшое голубое бетонное здание располагалось недалеко от корпуса старшего отряда. Внутри находились раздевалка, сама душевая с несколькими лейками, штук пять деревянных скамеек, стоявших вдоль стены, и пара раковин для мытья ног. Когда все пионеры отряда Грейвса уже выскочили из душа и перебежками направились в корпус, пришло время купания и самого вожатого. Перси разделся и прошел в душевую комнату, так и не заметив в темном углу раздевалки копошащегося Криденса. Какой-то идиот связал мальчишке шнурки на кедах, пока тот запоздало ворвался в душ. Дежурство заняло чуть больше времени, и Ньют с Криденсом пришли позже остальных. Скамандер быстро выскочил из душевой и убежал по нужде, а Бэрбоун остался в полном одиночестве, склонившись над своей обувкой. В этот момент как раз и прошел практически мимо него его голый вожатый, прикрыв лицо полотенцем. Персиваль встал под душ и включил воду. Капли начали стекать по телу, мягко обволакивая кожу мужчины. Когда струйка воды, мягко и нежно стекая, попала в ложбинку между его упругих ягодиц, Грейвс почувствовал подкатывающее возбуждение и напрягающийся между ног член. Перед глазами вновь всплыл образ озорного вихрастого мальчишки, сводящего с ума вожатого. Перси интуитивно взял член в руку. В это время Криденс уже расправился с тугими узлами на завязанных шнурках и хотел было выйти из душевой, но вдруг услышал шум льющейся воды. Мальчишка не замедлил узнать, кто же еще припозднился с купанием и заглянул внутрь. Увиденное его глазами превзошло все предполагаемые ожидания. Красивая фигура обнаженного мужчины предстала перед изумленным взором Бэрбоуна. Грейвс стоял к нему спиной, трогая себя руками, а вода окутывала его прохладной расслабляющей негой. Пронырливый Криденс моментально догадался, что вожатый держал в ладони свое восставшее достоинство. Отвернуться, уйти и не смотреть — это оказалось не в силах любопытного мальчишки. Он остался пристально следить за движениями мужчины, пытаясь повторить за ним следом, пробуя эти же движения на себе. Отбросив в сторону кеды, Криденс запустил в приспущенные шорты руку и нащупал свой вялый тонкий член. Взяв правой рукой кожу на своем органе, он слегка потянул ее вниз, и головка медленно оголилась, показываясь во всей своей надувшейся розовой красоте. Криденс опустил голову и начал рассматривать член со всех сторон. Как-то раз Бэрбоун занимался этим в своей спальне поздно ночью, но это немного напугало его, и после мальчишка постарался обо всем забыть. Теперь же, находясь в душевой и наблюдая за мужчиной, который явно получал удовольствие, Криденс понимал, что эти мягкие движения рук по члену могут доставить высочайшее наслаждение. Мальчик начал медленно себя гладить. Он двигал кожу верх и вниз, то закрывая головку, то выпуская ее наружу. Пристальный взгляд на вожатого еще больше возбуждал пионера. Бэрбоун совсем не хотел останавливаться; он чувствовал, что скоро кончит за таким приятным наблюдением, и продолжил ласкать себя, ускоряя движения рукой и все сильнее натягивая кожу. Головка напряглась еще больше, а Криденс, не выдержав, стал глубоко и с трепетом вдыхать воздух. Мальчишка не мог сдержать учащенного дыхания, сердце сбивалось с привычного ритма от возбуждающего волнения. Пионер прикрыл глаза и уже настроился кончать, так как чувствовал, что еще полминутки движений руки, и он взорвется. Но мальчик все же сумел сдержаться, немного ослабив хватку, и вновь открыл глаза, уставившись на вожатого. Мужчина громко стонал, льющаяся из душевой лейки вода приглушала его вздохи. Криденс с вожделенным интересом смотрел на то, как вожатый ускоряет темп своих ласк, и повторял за ним. Движения рук Криденса вызывали постоянную дрожь и мягкое тепло, которое не только растекалось по телу, но и сосредотачивалось в паху. Член раскалялся все сильнее и делался тверже, а головка от напряжения приобретала темный оттенок. Мальчик, почувствовав приближение оргазма, увлеченно продолжал дрочить и наращивать скорость. Он дышал очень глубоко и с хрипом, почти так же, как и Грейвс; рот пионера приоткрылся от учащенного дыхания. Через пару секунд Бэрбоун застонал, не в силах больше сдерживаться; ему хотелось крепко закрыть глаза, но желая и дальше смотреть на вожатого, Криденс пересилил себя и уставился на мужчину. Перси резко двинул рукой по члену вниз и с силой натянул кожу, за этим грубым движением последовал взрыв. Сперма с напором вырвалась из головки и плюхнулась на мокрый пол. Грейвс все еще продолжал водить рукой по своему обмякшему органу, наслаждаясь полученным удовольствием, как вдруг услышал за спиной тяжкий громкий стон. Криденс кончал, вздрагивая всем телом и хватаясь свободной рукой за косяк двери. Мужчина моментально умылся, включив напор побольше и похолоднее, затем выключил воду и стремительно вышел из душевой. Бэрбоун был не в силах куда-либо бежать, он просто сел на скамейку при выходе и, томно прикрывая глаза, смотрел на вожатого. Грейвс подошел вплотную к пионеру и провел ладонью по его лицу, пунцовым щекам и мягким пухлым приоткрытым губам. Криденс расслабленно улыбнулся, пытаясь все так же нагловато взирать на мужчину.  — Понравилось тебе? — неожиданный вопрос раздался из уст Грейвса.  — Что именно? — уголок рта слегка приподнялся снова.  — Подсматривать? — Персиваль стоял перед пионером совершенно обнаженный и ни капли не стеснялся своего вида.  — Еще как, — подмигнул пионер, продолжая сидеть. Грейвс коснулся его черных взъерошенных волос, затем прошел в душевую за полотенцем и вернулся обратно уже обернутый им. Проходя мимо мальчишки, Перси тихо произнес:  — В следующий раз я тебя просто изнасилую, если еще раз попробуешь за мной следить, понял? — вожатый прошел к выходу, не оборачиваясь на испуганно смотрящего вслед ему Криденса. Бэрбоун еще немного посидел в помещении, глубоко вздыхая, а затем вышел оттуда. Вечерний воздух ударил свежестью в нос пионера. Этот первый опыт вуайеризма показался Криденсу довольно забавным, и мальчишка подумал о том, чтобы его как-нибудь повторить. Не торопясь, медленным шагом, дойдя до своего корпуса, Бэрбоун заметил, что в спальне вожатого не горит свет, а это значит, что Грейвса там еще нет. Мальчик моментально вспомнил о своем желании посмотреть немецкий порножурнал, который Геллерт показывал Перси вчера днем. Криденс аккуратно и тихо приоткрыл дверь в комнату вожатого и, удостоверившись, что там никого нет, пробрался внутрь. Пионер на цыпочках подбежал к маленькой деревянной тумбочке и открыл дверку. Внутри нее журнала не оказалось, поэтому достаточно осмелевший Криденс подошел к кровати Грейвса и отодвинул подушку в сторону. Перед его взором сразу показались интересные фотографии обнаженных мужчин и женщин. Пионер протянул руку, чтобы взять глянцевое издание, и в этот миг комната озарилась ярким светом.  — Так-так, и что мы тут делаем? — раздался за спиной мальчишки грозный голос Грейвса. Дверь с громким звуком захлопнулась.  — Я тут это… — глаза Криденса округлялись по мере приближения к нему Персиваля. Во взгляде вожатого не было ничего напоминающего добрые намерения. Мужчина быстро подошел к пионеру, схватил его за руку и ловко свободной рукой содрал с него шорты вместе с трусами. Оголенный зад немного взволновал вожатого, но тот все же сдержал свой порыв желания и просто хлестанул пару раз ладонью по голому заду непослушного пионера.  — Ты что творишь, Перси?! — полукрикнул Криденс.  — Я сейчас с тобой сделаю нечто, негодный мальчишка, — карие глаза вожатого потемнели и смотрели так пристально, что Бэрбоун успокоился, стоя со спущенными штанами перед мужчиной.  — Ч-что сделаешь? — низкий голос и серьезный взор действительно напугали пионера, который не привык к такому обращению. Его повисший член вновь стал наливаться и делаться упругим. Это зрелище заметил и Грейвс, аккуратно дотрагиваясь до голого тела пионера. Мальчик испуганно смотрел на руку мужчины, не в силах отвести от нее взора. Перси нежно провел по бедру мальчишки ладонью, поднимаясь к члену, а затем резко отдернул ее, надев шорты на попу пионера обратно.  — Пошел вон отсюда! — неожиданно крикнул вожатый, и Криденс послушно и быстро выскочил из спальни мужчины. «Да что же это творится? Я больше не в силах выдержать это. Когда же закончится эта чертова смена?» — мысли Персиваля еще долго кружились вокруг вечернего приключения и в душе, и в комнате вожатого.