Реквием по убийце

Из-за усталости и голода ноги почти отказывались меня слушать. Наконец, отлипнув от грязной двери, я сделала пару шагов и увидела сбоку, в свете одинокого фонаря, незнакомого мне человека, прислонившегося к зданию театра. И снова вампир. «Интересно, сколько он тут находился?» — почему-то мысль, что мои рыдания мог кто-то услышать, заставила меня ощутить стыд. Увидев меня, вампир оживился и сделал пару шагов навстречу. Это был мужчина со странной внешностью, чем-то похожий на байкеров, которые пару раз устраивали соревнования в моем городе. У него были длинные немытые волосы и не менее длинная борода. — Ну и представление, крошка! Они просто швырнули тебя сюда, как младенца в дикий лес, — видимо, он находил эту ситуацию крайне забавной. — Слушай, малыш, тебе во многом придется разбираться, как насчет того, чтобы я ввел тебя в курс дела? Что скажешь? Раньше я бы никогда не заговорила с таким. Но сейчас, когда мне предлагали помощь, внутри взыграло желание жить, даже если моя жизнь изменилась радикально. Умирать никто не хочет. — Кто ты? — Я – Джек. И что немаловажно, я предлагаю помощь. Если тебе удастся благополучно свалить из Санта-Моники, мы обменяемся впечатлениями, ок? Времени у меня в обрез. Так «да» или «нет»? Я не стала спрашивать, откуда он знает, что Князь направил меня в Санта-Монику, и продолжать общение с этим странным типом тоже желания не возникало. Хотелось просто послать все к чертям и свалить из этого города. Но это ужасное давящее чувство голода просто сводило меня с ума, и инстинкт самосохранения начал подсказывать, что этот вампир сможет мне в этом помочь. — Да, не откажусь от помощи, — проговорила я. — Хорошо, — его, казалось, удовлетворил мой ответ. – Значит так, у нас мало времени, но, полагаю, кто-нибудь должен разъяснить тебе основы. Ну, знаешь, это может спасти твою шкуру… Ужасная головная боль заставила меня схватиться за выступ в стене. Голод становился просто невыносимым. — Ты аж шатаешься, — констатировал Джек, сочувствующе посмотрев на мои попытки сохранить равновесие. – Тебе уже удалось глотнуть? — Нет, – быстро ответила я. Объяснять мне, что он имел в виду, не требовалось. — Малыш, сейчас будем лишать тебя девственности! – мой ответ его явно развеселил. – Тебе это понравится! Значит, слушай сюда. Кровь – это твой новый хлеб насущный, твое новое шампанское, кровь – это твой гребаный героин, малыш. Только приготовься, никогда не будет так сладко, как впервые. — Что мне делать? — Значит так, тут за углом я видел человека. Бедняга не может найти свою машину… — коротковатый смешок вампира дал мне понять, что, вероятно, сам Джек приложил к этому руку. — Ну… И что мне… Я имею в виду… — я прекрасно видела, как это делают вампиры в фильмах и читала об этом в книгах. Более того, мне самой пришлось это испытать на себе. Но я хотела услышать это, как маленький ребенок, которого учат читать или писать. — Иди туда – прогулочным шагом – подкрадись к нему, а затем обнажи свои клычки и ешь. Не бойся, если не была капитаном борцовской команды. Это будет так естественно, словно ты это уже тысячу раз делала, — Джека явно развлекала моя неопытность. — А он не превратится в вампира? – с сомнением поинтересовалась я. После сегодняшних событий я меньше всего хотела допустить ошибку. Я больше никогда не буду стоять на той сцене на коленях в ожидании смерти. — Забудь эту чушь из комиксов, малыш. Это работает иначе, — сквозь смех проговорил Джек. – Теперь ступай. Но постарайся – это важно, так что слушай сюда, — ни в коем случае не высасывай его досуха. Будет трудно удержаться, но не убивай. — Хорошо… — немного дрогнувшим голосом ответила я. «Не убивай» — эти слова отзывались эхом в моей и без того наполненной болью голове. Как же я могла забыть самое главное? Ведь теперь я простое животное, вынужденное питаться людьми. Теперь я — убийца. Слегка пошатываясь, я двинулась в указанном Джеком направление. Спиной я ощущала на себе его пристальный взгляд и скептическую ухмылку. За углом обнаружился высокий парень, нервно покуривавший сигарету. Вначале я хотела завести с ним разговор, но мысль о том, что он мог принять меня за наркоманку и убежать, не дала мне этого сделать. Голод просто сводил меня с ума. Не в силах больше его контролировать, я сделала пару быстрых шагов, и вот уже мои зубы впиваются в мягкую плоть. Это было сродни экстазу: боль постепенно ушла, а на ее место пришла легкость, сила и ощущение свободы. Я вгрызалась в него, как одержимая, наполняя себя этой приятной жидкостью с привкусом меди. «Не убивай» — как сигнал отозвалось в моей голове. Нехотя, я аккуратно опустила безвольное тело на пол. Он всего лишь потерял сознание. Теперь, когда все закончилось, на меня вновь нахлынула волна стыда. Это было так неправильно и в то же время так естественно, что чувства просто разрывали меня. Но сила, которую я ощущала, оказалась превыше всего этого. Свет светил ярче, запах ночи, казалось, резал мои ноздри, легкость в движениях приносила мне истинное наслаждение. Я слышала каждый шорох и видела каждое движение в этом темном переулке. И… мне это нравилось. — Да… О, да… — удовлетворенно произнес Джек, когда я вернулась к нему. – Черт побери, ты чувствуешь это. Я вижу это в твоих глазах… ты – заново рожденный хищник. Чувствуешь, как эта кровь бурлит в тебе, поднимает тебя. Так-то, малыш, вот в чем смысл. — Не знаю, что и думать об этом, но я чувствую себя хорошо… — такой восторг со стороны Джека к человеческой крови впечатлял. Казалось, будто он боготворит свою сущность и вообще то, кем мы являемся. — Хорошо, у тебя есть кровь, — продолжил Джек. – Ты чувствуешь, что круче тебя только яйца, тебе лучше, чем в лучший день твоей жизни – но постой! Будет еще круче! У всех Сородичей… Сородич – это, э… так мы называем вампира… У всех Сородичей есть кое-что общее, то, что поднимает их на одно звено вверх над людьми в пищевой цепочке. — И что же это? – теперь, когда голод ушел и я почувствовала себя значительно лучше, мне нужна была информация. Я хотела узнать обо всем в этом новом для меня мире. — Более острые чувства, более крепкое тело, и, если правильно разыграешь свои карты, вечная жизнь. Не то, чтобы верная ставка, но все же, шанс на бессмертие – не так уж и плохо. И это только для затравки. Обычные бонусы при вступлении в клуб. — Значит, я буду жить вечно? – после того, как сегодня я дважды могла умереть, мысль о том, что вампирская сущность может давать бессмертие, напрочь вылетела из моей головы. — Ну, тебя по-прежнему можно уничтожить, но забудь книги и фильмы. Чеснок? Бесполезен. Крест? Тьфу. Засунь им его в задницу. Кол? Только если попадет тебе в сердце, и то лишь парализует тебя. Текущая вода? Никаких проблем. Я моюсь… Иногда. Мне хотелось сострить по этому поводу, так как находится рядом с ним действительно было омерзительно. Но этот человек был единственным, кто предложил мне помощь, потому я просто слушала то, о чем он мне говорил. — Дальше, выстрел из дробовика в голову – это проблема, малыш. Огонь? Это настоящая проблема. Солнечный свет? Ну, застанешь рассвет – и все кончено, малыш, ясно? — Ясно. — Ок, теперь… Неожиданный взрыв прервал нашу лекцию о выживании. Выстрелы, крики и звуки взрывающегося нечто. Запахло дымом, что-то совсем рядом уже начало гореть – раздавался громкий треск полыхающей древесины. — Что за херня? – сквозь зубы прошипел Джек. – Слушай, заходи в здание и поднимайся наверх. Скоро встретимся. Я только схожу узнаю, что там за кипиш. Легким движением руки Джек взломал замок на двери здания напротив театра и, не дав мне даже ничего ответить, скрылся в темноте ночи. Я опять осталась одна. Наедине с собой мне многое надо было обдумать: как жить, где взять деньги и как прижиться в этом аду. Возможно, уже в третий раз за сегодняшнюю ночь мне может угрожать опасность. Последовав совету Джека, я вошла в здание. Им оказался какой-то заброшенный склад автомастерской. Выстрелы все не прекращали звучать, и это нагоняло на меня страх. Взобравшись по коробкам на второй этаж я, наконец, увидела Джека, который заинтересованно разглядывал что-то через окно. — Иди сюда, — прошептал он. – Не подходи близко к окнам. Удовлетворяя свое любопытство, я искоса выглянула через окна наружу. Там я увидела пару вампиров странного вида, вооруженных автоматами. Будто читая мои мысли, Джек пустился в объяснения: — Это налет Шабаша. Шабаш – они, э… Господи, я надеялся приберечь это дерьмо на потом. Шабаш… ну, в основном, они – просто безмозглые кровожадные засранцы. Это все, что тебе нужно сейчас о них знать. — Так, что дальше? — Шабаш пронюхал о собрании здесь, так что они решили поднять небольшую бучу и устроить веселую жизнь новому «Князю». — А зачем им нужен Князь? Они его не признают? – я попыталась разобраться хоть в чем-то, хотя ответ на последний вопрос и так казался очевидным. — Не время для политического ликбеза. Задание первое? Выбраться отсюда живыми. Шабашевцы пусть и безмозглые, но вмазать они могут как многотонный грузовик, бешенные дикари… Птенцу, вроде тебя, вряд ли стоит к ним соваться. Да уж, не так я представляла начало своей новой жизни. Оказывается, то, что я превратилась в вампира — лишь малая из моих проблем. У этого иного мира есть свои проблемы и свои правила, в которых мне придется существовать и пытаться выжить. — Что я должна делать? — Тсс.. Тише, давай отойдем, — Джек дал мне понять, что от окон лучше держаться подальше. Я вжалась в стену, но любопытство заставило меня и дальше смотреть на то, что происходило внизу. Это было три вампира с автоматами. Из темноты им навстречу вышел уже знакомый обезьяноподобный вампир. Даже отсюда я ощутила его мощь, от которой меня просто затрясло. Не прошло и пол минуты, как три вампира рассыпались в пыль. Я смотрела на все это и боялась пошевелиться. Как будто почувствовав, что за ним наблюдают, вампир поднял голову вверх, и мы встретились взглядами. Его хладнокровное выражение лица и липкий взгляд, брошенный на меня, заставил поежиться. Спустя мгновение он скрылся в темноте. — Тупые бешенные шабашевские ублюдки, — злобно произнес рядом со мной Джек. – Хорошо. Придется уходить через черный ход, быстро. Я останусь на стреме, а ты открой офис. Дверь тут за углом. — Уже иду, — ответила я, словно ожидая приказа, и аккуратно двинулась по коридору. Дверь в конце него оказалась заперта. Вытянув шпильку из волос, я вставила ее в замочную скважину. Пару раз, когда захлопывалась дверь в мою собственную квартиру, я проделывала подобные махинации, а этот старый замок очень походил на мой собственный. Наконец-то, послышался щелчок. — Неплохая работа, — одобрительно проговорил сзади Джек. – Кто-то явно не был при жизни ангелочком, а? — Всякое бывало, — устало отозвалась я, входя в офис и подбирая шпилькой волосы. — Отлично. Если хочешь получить урок, как действительно не надо себя вести, записывай за этими шабашевскими засранцами. Ты – большой страшный вампир… ага, отлично, поздравляю… и теперь держи это при себе. Если начнешь рычать и бить себя в грудь, ничего хорошего тебе не светит. С тех пор, как тебя обратили, главная твоя цель – выживание. Поэтому ты не будешь пугать бомжей или обгонять пятичасовой поезд из Сакраменто. И поэтому тебе ничего не было об этом известно еще прошлым утром. — Понятно, — отозвалась я. То, что скрытность основа моего выживания, я поняла, как только покинула здание театра. — Но раскрытие нашего существования людям не самая страшная из бед для птенца, вроде тебя, потому не стоит относится к этому легкомысленно. — Что ты имеешь в виду? — Эта тусовка там – с парнем в костюме и Магиллой-Гориллой… засранцы, которые убили твоего Сира. Это – Камарилья. Они делают неплохой бизнес, навязывая всем «вампирские законы», типа этого. — Понятно, — наконец-то, мне стало кое-что ясно в том монологе Князя и причинах, по которым нас хотели казнить. — Хорошо. Не беспокойся, я немного знаю окрестности – и знаешь что? Я рад, что мы в таком положении, ты и я. Это будет наглядный пример. Иди за мной. Мы вместе спустились по лестнице и вышли на улицу. Но не успели сделать и пары шагов, как нам навстречу вышло два вампира с автоматами. В груди у меня что-то екнуло, а ноги будто приросли к земле. Джек же, напротив, рванулся вперед. Ловкими движениями свернул шею одному и с нечеловеческой силой отбросил второго, да так, что тот на пути превратился в пепел. — Эти шабашевские раздолбаи – просто гребаная трата не-жизни. Тебя задели? Только сейчас я поняла, что один из вампиров всадил целую очередь пуль мне в грудь. Но из-за нахлынувшего страха я этого даже не ощутила. — Эгей! – весело воскликнул Джек. – Глянь только на эти дырки! Конечно, скоро затянуться, но лучше все же поесть. Тут внизу кто-то есть. Не самая свежая дичь, но сойдет. — А в чем разница? Кровь – есть кровь, верно? — Что касается еды… надо смотреть на качество крови, а не на количество. Бомжи и бедняки не зарядят тебя так, как здоровый человек с чистой кровью. Фляжка с родословной – вот хорошая штука. Но надо брать то, что есть. Только помни, что я говорил – не убивай, особенно невинных. Ты теперь – чудовище, не допускай ошибок… не путай проклятого и падшего. Тебе надо держаться за каждую каплю человечности, что у тебя осталась. — Скажем, если я слегка увлекусь – что будет? – я хотела узнать сразу все нюансы, которые могли когда-либо подставить мне подножку. — Невинный – это невинный. Убьешь одного, даже бесполезного бомжа, даже случайно, и это будет стоить тебе частицы твоей человечности, приблизит тебя к Зверю, который зарождается внутри. — «Зверь»? Что это означает? — Зверь всегда здесь, ждущий, чтобы захватить контроль. Когда ему удается, словно дикое животное вселяется в твое тело… отчаянное, испуганное, безрассудное. Оно сделает что угодно, лишь бы выжить, а тебе придется разбираться с последствиями. — Значит, я не могу никого убивать? Это кажется слегка несправедливым… Учитывая, сколько раз за сегодня меня пытались лишить жизни, — такое правило не совсем пришлось по вкусу моему инстинкту самосохранения. — Я говорил про невинных людей. Если какой-нибудь засранец целится в тебя из двенадцатого калибра, осуши его, сдери с него шкуру и разбей черепушку, — рассмеялся Джек, откровенно веселясь со своих слов. – Ведь самозащита – это важнейшая составляющая человеческой природы. Моя любимая составляющая, если честно. — Думаю, стоит следовать правилам, — теперь сказанное им выглядело очень логично и осмотрительно. Итак, правила, которым я буду вынуждена следовать, оказались просты: питайся – но не убивай, существуй – но не выдавай себя, защищайся – но не убивай невинных. Да, такое меня вполне устраивало. — Хорошо, теперь иди, подкрепись. Только осторожно, он быстро иссякнет. — Вернусь через минуту… Спустившись по ступенькам, я обнаружила бомжа, от которого стояла невыносимая вонь. Подойдя ближе, я почти уже передумала пытаться выпить из него хоть каплю крови, но раны от пуль ныли до невозможности, и я во второй раз за сегодняшнюю ночь склонилась над шеей своей жертвы, проклиная того вампира, который сделал это со мной. На вкус его кровь действительно была ужасна, и по сравнению с первым разом, все было крайне печально. Вернувшись к Джеку, я увидела ироническую улыбку на его лице. — Что, не очень? Бывает и хуже. Тут дальше по переулку бегают несколько крыс. Думаешь, я шучу? Ты можешь выжить питаясь животными, если получится переварить такую диету. — Хуже, чем шея этого бомжа? – искренне скривилась я. – Его шарф на вкус как старый носок. — Тихо. Тут кто-то за углом, — внезапно шепотом заговорил Джек. — Всего лишь одиночка? – даже несмотря на то, что я выпила такую отвратительную кровь, во мне вновь проснулась сила. И казалось, будто сейчас я смогу все, особенно зная правила этого мира. — Сам по себе он не угроза, но никогда нельзя знать, есть ли другие в радиусе слышимости. Видимо, остальные внутри вон того здания. Этот раздолбай снаружи просто отбился от стаи. К тому же, он ранен. Иди, разберись с ним. Не беспокойся, он, наверное, зеленее тебя. — Значит, он очень зеленый… — У Шабаша, понимаешь ли, не самая проработанная тренировочная программа. Бедолаге повезло, если вообще знает, что он — вампир. — Как такое может быть? – удивилась я, вспоминая свое собственное обращение. — Его, наверное, просто обратили и ударили по голове. Им нравится так поступать… Создавать ударные силы. Пушечное мясо. Бросили его на произвол судьбы. — Я постараюсь… — Он — вампир, так что будь на чеку, — еще раз напомнил мне Джек. — Я всегда на чеку… Джек сказал мне убить это существо. Вот так просто, голыми руками. Если бы мне когда-нибудь сказали, что меня будут учить убивать, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Но сейчас все было более чем реально, а я ощущала себя свихнувшимся психом. Раньше моя жизнь походила на обыкновенную человеческую рутину "дом-работа-дом" и, несмотря на то, что я ненавидела ее до чертиков, никогда не хотела все это бросить. А теперь мне приходится убивать. И это должно было стать моей новой обычной рутиной. Прокравшись на корточках, я спряталась за коробками. Этот вампир действительно был ранен – теперь и я почувствовала это. Но в руках у него была монтировка, и это пугало меня, как если бы я встретила такого головореза до Обращения. То, что Джек отправил меня выполнять эту работу, показало, что он хочет, чтобы я научилась обращаться с данной мне силой, научилась сражаться. Вскочив на ноги, я кинулась на неожидающего подвоха противника. Пара ударов по лицу такой силы нормальному человеку выбила бы челюсть. Но этот вампир метко, наотмашь, всадил мне монтировку прямо под ребра. Боли не было, лишь некомфортное покалывание, но даже такая мелочь разозлила меня. Вмиг я оказалась рядом с ним и, схватив резко его голову, со всей силы повернула. Шейные позвонки хрустнули, и вампир рассыпался прахом, оседая к моим ногам, а монтировка со звоном упала на асфальт. Так я впервые кого-то убила. Не было ни жалости, ни сожалений. Я просто сделала то, что была должна. «Убей или будь убитым» – эта фраза сама собой всплыла в моих мыслях. Когда я вернулась к Джеку, то не услышала ни слов одобрения, ни критики, в общем - ничего, на что могла бы рассчитывать, будь на его месте обыкновенный человек. Потому что для него это было естественно – я выполнила то, что требовала моя природа – я пыталась выживать. — Вот так-то, — единственное, что произнес Джек по моему возвращению. – Но тут, вроде, на подходе еще одна стая. Шабашевцы направляются к выходу. Ты лучше иди вниз, подальше от пуль. — Неплохая стратегия… — произнесла я, понимая, что этот вампир просто жалеет меня. — Хорошо, теперь спускайся в подвал. Монтировка тебе пригодиться. Я скоро приду, — в который раз пообещал Джек, скрываясь из виду. Я вновь осталась одна. Передвигаться слишком открыто стал бы только дурак. Потому я, осторожно пересекая комнату за комнатой подвального помещения, скрывалась в тени. На пути мне встретился еще один вампир из Шабаша, которому я сломала шею монтировкой. Потом еще один, и еще… Я убивала их одного за другим, и это начинало мне нравиться. Наконец-то, я обнаружила лифт. Поднявшись на второй этаж, оказалась на каком-то складе. Вдоль стеллажей прохаживалось два громилы. Люди, как ни странно. Их кровь доставила мне больше удовольствия, чем кровь грязного бомжа, выпитая совсем недавно. Тут-то и нагнал меня Джек. — Вот и все, малыш. Вот все и закончилось. Все расползаются по своим городским углам на ночь. — Вот и все? Все закончилось? – я никак не могла поверить, что эта ужасная ночь, наконец-то, подойдет к концу. — До следующей ночи, когда Камарилья найдет способ нанести ответный удар. Парирование, финты, увертки и все такое прочее. И так все дальше и дальше… — Так значит, это нормально? Все, что происходило сегодня ночью, для вампиров абсолютно нормально? – как же я хотела услышать, что эти нападения случаются раз в столетие, и все последующие ночи будут обыкновенными, в которых я всего лишь буду влачить свое существование в виде вампира. — Честно говоря, ты появилась… в интересное время. Камарилья, Шабаш… В Лос-Анджелесе они – новые игроки. Множество Сородичей терлось в Калифорнии задолго до них. Сейчас снова всплывают все древние споры. Столько кругом напряжения. Столько страха. Столько тревоги, нервные хищники цепляются за свои кусочки вечности... Наш диалог прервал машинный гудок. — Думаю, тебя уже ждут снаружи, — ответил сразу на мои невысказанные вопросы Джек. — Полагаю, поедешь на такси. Надеялся просветить тебя подробнее, но… Черт, ты еще поймешь. Этот странный вампир, который сегодня был так снисходителен ко мне, проводил меня прямо до такси. И прежде, чем захлопнуть дверь, добавил: — Если выкарабкаешься, загляни в бар «Last Round». Это в Даунтауне. Введу тебя в курс местной политики. Это та хрень, что тебя погубит. Удачи. И вот его уже нет рядом, а я даже не успела попрощаться. Наконец-то, можно было расслаблено откинуться на спинку мягкого кресла. Такси тронулось с места, и я поняла, что водителю не надо говорить куда мы едем — ему уже кто-то объяснил это за меня. Все-таки наступил конец этой ужасной и длинной ночи.