Гламурная чикса

Сказать по правде, во владениях Дэкса я ещё не бывала ни разу. Так уж получилось, что, заваленная делами, я практически не выходила за пределы мастерской; и всё, что знала на фирме, это, по большому счёту, лишь дорогу от неё к выходу. Нет, в первый день пребывания Дэкс, конечно же, знакомил меня с расположением основных отделов, однако в них я так и не заглянула — не было времени на это. Ну, а в последующие дни я так увлеклась созданием коллекции, что мне было не до экскурсий. Благо, посещать какие бы то ни было отделы надобности и не возникало. Словом, за минувшие две недели где и как работал известный модельер, я так и не узнала. И сейчас, следуя на другое крыло, трепетала от мысли, что наконец увижу это. А вот он был спокоен. Держал меня за руку и, неспешно шагая по коридору, иногда улыбался себе под нос. И даже недоверчиво покачивал головой, видимо, припоминая, как обошёлся с блондинкой. — Ты нарочно делаешь это? — не удержалась я от искушения подлить в огонь масла. — Нарочно дразнишь её? — Кого? — стрельнул он в меня загадочностью тёмного взгляда. — Мисс Темпл. Кого же ещё? — Дразню? Я? — он сделал недоуменное лицо. — Даже в мыслях не было, Эйвер! Вот прохвост! Врал и не краснел. Только улыбался с тайной интригой. — Значит, ты сделал это без умысла. Но всё равно эффект тот же: Джулия сражена твоей дерзостью и обманом. — Обманом? Это в чём же я её обманул? — Ты обнадёжил, что мог бы выпить с ней кофе, а сам бессовестно улизнул. — Переживёт! — заметил Дэкс, лучась плохо скрытой улыбкой. — Я не пью кофе со всеми подряд. А с Джулией Темпл — и подавно. — Чем же она так пришлась тебе не ко двору? — Тем, что её интерес ко мне здорово напрягает. — Ты и его замечаешь? — Ха! Я бы, может, и не заметил, если бы у неё хватило ума его скрывать. Но она демонстрирует его с таким назойливым постоянством, что его видят все. — И..., — я поосторожничала, спрашивая дальше, — он тебе неприятен? Дюрден на миг остановился, взглянул на меня из-под лихо спадающих на глаза волос и вдруг шепнул, словно некую тайну: — На этой фирме, Эйв, есть лишь один человек, чей интерес мне безмерно приятен. Дениз. Ну, конечно. Это тоже замечали и видели все. — И чем она его заслужила? — вырвалось у меня очень тихо, на что собеседник вдруг пожал плечом: — Тем, что она полная противоположность мисс Темпл. Полная противоположность? После того, что натворила? Как этот интерес мог сохраниться после всего, что произошло? У меня так и зачесался язык спросить об этом, но я не посмела: сей человек и так признавался мне в сокровенном, и спрашивать об этом так бесцеремонно в моём понимании означало наглеть. — Поэтому ты так часто позволяешь Дениз отлучаться — потому, что она интересна тебе? — Нет, не поэтому. Есть причины. К примеру, сегодня она собирается в дорогу, потому как летит в Вейл вместе со мной. Что? Глаза мои решили пробраться к макушке, а губы сами по себе разомкнулись, выдавая оторопь, поразившую мозг. И, боясь, что отвисшая челюсть рухнет на пол, я поспешила выдохнуть: — О-у! Даже так? — Не знаю, о чём ты подумала, Эйв, — засмеялся Дэкстер, — но это чисто деловая поездка. Хотя не буду скрывать, что намереваюсь украсить её элементами романтизма. А я и не думала ничего такого, потому как была высокого мнения и о Дэкстере, и о Дениз. Но это признание оказалось таким внезапным, что я буквально остолбенела. И лишь запиналась и терялась в словах: — Нет-нет... у меня... даже не было мысли... Просто я не знала, что... ты летишь не один. — В этой поездке мне предстоят кое-какие дела и, вполне возможно, понадобится помощь. А кроме того, солидному дельцу как-то не подобает появляться на деловых встречах одному. Поэтому я пригласил мисс Янгер составить мне компанию. Да, это было разумно. И объяснимо. Непонятным оставалось лишь то, почему именно уборщицу он решил взять в эту поездку. Потому, что она составляла дополнительный козырь, потому как была хороша собой? Потому, что Дюрдену самому было приятно провести в её обществе время? Потому, что он хотел совместить приятное с полезным? Вполне возможно. Но ведь не о вёдрах и швабрах он собирался там решать вопрос? Тогда какую помощь могла оказать ему мисс Янгер? Ещё одно несоответствие. Очередное. Почему их так много вокруг Дениз? — Вы останетесь там до завтра? — боясь, что пауза затянется, спросила я. — Да. Раньше нам не успеть: на все эти перелёты нужно время. Днём мы займёмся делами, а вечером устроим ужин при свечах и прогулку по заснеженному Вейлу. Я улыбнулась, представив эту картину. И неожиданно подумала о том, что, если этим двоим вместе было хорошо, то, может, и не нужно задавать никаких вопросов. — Наверное, сейчас Вейл особенно хорош? — проронила, стараясь перейти на нейтральную тему. — А вот мы и посмотрим. Должен же я знать, куда повезу своих подчинённых. Кстати, Эйвер, приглашение в нём отдохнуть распространяется и на тебя. Ты же не откажешься поехать с нами? — О... я даже не знаю, — растерялась я. — Это ещё почему? Глупости! После стольких трудов ты как никто другой заслужила отдых. Ты же знаешь, он необходим. — Знаю. Но дело в том, что меня уже пригласил Джаред. И, как ни странно, тоже в Вейл. Настроившийся спорить и убеждать, Дэкс на минуту опешил. Затем смягчился, включил задний ход и отреагировал улыбкой. — Ах, вот как? Выходит, он опередил меня? — Похоже. И теперь у меня — два приглашения в одно место и задача, какое из них принять. — Я догадываюсь о результате. Но в любом случае буду рад лицезреть твою рожицу в Вейле. А теперь пойдём, — и он потянул меня за руку, — покажу тебе свою коллекцию. — Коллекцию? — ускоряя шаг, я ощутила, как любопытство во мне здорово удивилось. — Она уже готова? — Она и была готова. Ведь я создавал её круглый год и сейчас добавил только несколько новых моделей. Кстати, если тебе нужна помощь, могу подкинуть своих ребят. — Спасибо, Дэкстер, не нужно. Я тоже уже на финишной прямой — у меня осталось последнее платье и несколько мужских рубашек. — Рубашек? Тех самых? Ты всё же решила включить их в коллекцию? — Угу. — Молодчина! Они должны увидеть свет. За пару дней ты их закончишь, а я за это время подгоню организационные вопросы, и... — Кстати, у меня к тебе тоже есть организационный вопрос. — Да, я помню. Ты говорила, — дойдя до двери, он остановился и, взявшись за ручку, подмигнул мне. — Сейчас напьёмся кофе и всё обсудим. В его приёмной в этот час было довольно пустынно. Только секретарша восседала за своим столом, с усердием перебирая какие-то бумаги и внося отдельные данные из них в память компьютера. Завидев Дюрдена, она от этого на миг оторвалась и чуть заметно улыбнулась. — Ронда, — проронил он, входя, — будьте добры, приготовьте нам кофе. — Хорошо, сэр. Но сначала позвольте спросить: вот это скинуть на электронную почту или отправить по факсу? Дэкс приступил ближе и, пока пытался разобраться, о каком "этом" идёт речь, я скользнула пытливым взглядом по приёмной — светлой, просторной, чисто-нарядной, с кофейного цвета мебелью по углам. И вдруг даже вздрогнула: на дальней стене с экрана включённой "плазмы" на меня глазел... Сомневаясь в реальности зрительной картины, я подошла к телевизору ближе. Так и есть: на меня глазел Джаред Лето. Пойманный на каком-то мероприятии в объектив камер, он отвечал на вопросы вездесущих журналистов, а стоящий рядом Шеннон молча кивал головой — использовал излюбленный способ давать интервью, при этом не произнося ни слова. Оба видные и статные, оба облачённые в мои рубашки,(а Джаред — ещё и в мой костюм), они держались с элегантной небрежностью и выглядели представительно-чинно. О чём они говорили, я не поняла, — на момент нашего прихода они закончили что-то обсуждать. Но вдруг корреспондент задал вопрос относительно их одежды, — что за марка, кто модельер и всё остальное в подобном роде — и Джаред стал отвечать. Говорил, что эта марка ещё неизвестна, но модельер — настоящий талант; что созданная им одежда практична и очень удобна и потому-то он выбрал её; что она настолько привлекательна и импозантна, что способна сделать настоящим красавцем даже такого гуся, как он. И он называл имя. Моё имя! И я на какой-то миг усомнилась, что утром не забыла проснуться. Быть может, я всё ещё спала? — С ума сойти! — шепнула я под нос, слыша за спиной приступившие шаги Дюрдена. — Что он творит? — Создаёт тебе рекламу, — его тёплая рука легла мне на плечо. — А она в нашем деле залог половины успеха. Если не всего. — Он, видно, спятил. — Ну, почему же? — взяв за руку, Дюрден увлёк меня в свой кабинет. — Джаред делает очень разумный пиар-ход: знакомит окружающих с твоим именем перед выходом коллекции. — Но он рискует! Что, если эта коллекция прогорит, а он уже заявил, что одевается у новоиспечённого горе-модельера? — Прогорит? — недоверчиво ухмыльнулся Декстер. — С такой-то поддержкой? С какой поддержкой? Моё понимание споткнулось об это слово, возродив в памяти подобное высказывание со стороны Джулии Темпл. Но эмоции во мне сейчас яро бурлили, восприятие было занято совершенно другим, а потому заморачиваться этим не стало, позволив мне дальше протестовать: — А даже если и нет, статус обязывает его одеваться исключительно у модельеров с громкими именами. — Кто тебе это сказал? Его статус позволяет ему поступать так, как он захочет. А он желает это громкое имя взрастить. — Да зачем ему это? — Модная фишка — сейчас популярно привязывать имя знаменитости, скажем, к продукции парфюмерной марки или дома мод. Или же, — и он озорно стрельнул в меня глазами, усаживая в своё кресло, — у Джареда есть какой-то личный интерес. Личный? Ха! Ну, конечно! Ничего другого услышать я и не ждала. — Ты ошибаешься, Дэкс: нет у него никакого интереса. Мы с ним просто друзья. — Да, ты уже говорила. Но, может быть, он думает иначе? Не думает. В противном случае давно бы об этом сказал — обычно люди именно так поступают. Но он ведь неглупый и отлично понимает, что все эти сопли-слюни по жизни — всего лишь балласт, который здорово обременяет. Хотя... Тут я вспомнила сумрачную террасу, потрескивание огня в мангале, руки, держащие за плечи, тёплые губы на моих губах... Хотя иногда это бывает приятно и отчего-то даже мешает уснуть. — Вижу, ты задумалась, — ликовал Дэкстер. — Что вселяет надежду, что я всё-таки прав. — Не знаю. Мне ничего не известно об этом. — Нет? — и Дэкс нахмурился, удивившись. — Тогда почему бы тебе у Джареда не спросить? А как он себе это представляет? "Привет, Джаред! Ну-ка, признавайся, какого дьявола ты замыслил?" Так, что ли? Да и потом, его сейчас не было рядом. Зато было кое-что другое, что привлекло моё внимание, едва я переступила порог: платье, красовавшееся на манекене, запаянном в стеклянную капсулу. На первый взгляд это было классическое платье футляр того же классического чёрного цвета, но от обычного его отличала вышивка, придающая особый изыск. Кремовая, в виде замысловатых переплетений, выполненная тщательно и очень тонко, она лихими завитками окантовывала горловину, а на подоле укрупнялась, составляла роскошную композицию и выходила за края платья, создавая эффект французского кружева. Это было непревзойдённо — ничего лишнего, довольно строго, но пленительно-мило, — отчего данный наряд казался по-своему простым, но в то же время по-королевски-нарядным. — Что это? — выдохнула я, поднимаясь и подходя к нему ближе. — Мой талисман. — То есть? — Ну, знаешь, как, к примеру, бизнесмены хранят первый цент, с которого начали дело, так и я — это платье. — С него началась твоя карьера? — Не совсем. С него начался её новый этап — более осознанный, более зрелый, более разумный, если так можно сказать. Сказать-то, может, и можно, да только я мало что понимала. И лишь таращилась на платье, скользя по капсуле рукой. Всё же было в нём что-то такое, что порождало внутренний трепет и искренне восхищало глаз. — Ты сам его шил? — не могла я сдержать любопытства. — Нет, Эйв. Я не шью одежду, а лишь моделирую её. Но это платье шили мои ребята. А потом оно попало в другие руки, и те придали ему особый изыск, украсив изящной вышивкой. — Причём очень точной, — слегка наклонившись, я буквально разбирала её глазами. — Тот, кто её создавал, обладает не только чувством меры и безупречным вкусом, но и поистине ювелирным талантом. — И завидной фантазией. Ведь изначально это платье задумывалось в классическом варианте. И я был уверен, что это завершенная модель, к которой уже нечего добавить. Но человек, украсивший его вышивкой, доказал, что я ошибался. Чем, надо признаться, меня и обескуражил, и удивил. — Надеюсь, это не Джулия Темпл? — Нет, что ты! Джулия никогда не достигнет такого мастерства. Она не очень добросовестна в работе — тут я с тобой согласен. В самом деле? Мне было неожиданно это слышать — до сих пор мне казалось, что он с этим не соглашался. И, переполнившись удивлением, я произнесла: — А как же платья, которые она помогает мне шить? Ты же не станешь спорить, что они выполнены на высоком уровне? — Нет, не стану, — Дюрден помолчал, задумчиво закусив губу. — И для меня самого эта история — загадка. Джулия либо хитрит, либо... либо что-то замышляет. О, я даже знала что: утереть нос знаменитому модельеру — он её, дескать, не оценил, тогда как другие признали. Или, образно говоря, нанести ему удар в спину — может, хоть тогда он обратит внимание на неё. И для этого она решила использовать меня. Смогу ли я так поступить с Дюрденом? Да ни за что! Обладай Джулия хоть тремя талантами сразу! Пусть Дэкстер сам её признаёт! — Да, — проронила я, отгоняя подальше подобные мысли, — похоже, у тебя на фирме множество тайн и загадок. — Не больше, чем у других, — он оторвался от раздумий и, взглянув на меня, вдруг улыбнулся. — У меня даже есть своя, личная. Хочешь, покажу? Ещё бы! Кто бы посмел отказаться? Меня накрыл новый поток любопытства, и, поддаваясь ему, я с усердием закивала. А Дэкстер подвёл меня к вмонтированной в стену нише и, открыв дверцу, выдвинул стойку с висящими на ней платьями — изысканными, шикарными и очень стильными. Чем-то они напоминали мои — цветом, кроем, схожестью тканей, — и, заинтересованная этим, я повнимательней присмотрелась. Так и есть: замысловатые фасоны, хитрые драпировки, ткани с шереховатыми поверхностями и узорами в виде меланжа, на некоторых — декор в виде аппликаций, кружев или тиснения. Но наряду с этим внимание привлекали заметные глазу дефекты, и меня, будто молнией, осенила догадка: — О, Боже! Это те самые испорченные платья? — Те самые. Мне показалось странным, что он говорил об этом так спокойно. Лично мне, постороннему человеку, не имевшему к этому никакого отношения, было не по себе. Меня отчего-то трясло, сердце нервически дрожало, а в ушах, казалось, слышался стон изувеченных нарядов. И, желая его утихомирить, я провела по ним рукой. Отметила следы заломов, предательские пятна, а кое-где — спаявшиеся защипы, которые кололи мне ладонь. Как же можно было сделать такое? Тот, кто отважился на это, по своей сути настоящий зверь. — Зачем ты хранишь их? — оглянувшись на Дэкса, я перехватила тайную грусть в его глазах. — Ещё одна реликвия? — Нет. На мой взгляд, делать реликвию из неудач крайне глупо. — Тогда зачем? Он помолчал, поглядывая на меня с заметным напряжением, свидетельствовавшим, что данная тема для него была трудной. — Хочу узнать, — наконец проронил, — кто же всё-таки это сделал. — А разве не Дениз? — Ты уже в курсе? — Да. Мне рассказали. — Что ж, — глубоко вздохнув, он задумчиво повёл бровью, — тогда официальную версию ты уже знаешь. — А ты с ней не согласен? Довольно меткий вопрос, задавать который я, наверное, всё же не имела права. Но поделать с собой ничего не могла: меня так обуяло любопытство, что слова сами слетали с губ. И, видя это, Дюрден улыбнулся — понимающе, без тени укора, — затем заглянул мне в глаза и, как показалось, хотел что-то ответить. Но не решился. Только сомнения прошлись по его лицу, выдавая какие-то раздумья. В этот миг дверь отворилась, и в кабинет ступила секретарша с подносом в руках. Скользнула взглядом по нам, заметила платья и, видимо, оценив обстановку, невольно смутилась. — Простите, сэр, — пролепетала, — я принесла кофе. — Спасибо, Ронда. Поставьте на стол. Она послушно выполнила просьбу и тут же испарилась, однако за эту минуту Дэкстер уже успел убрать стойку. И, глядя, как она отъезжает обратно в нишу, я поняла, что точно так же отдаляется и этот разговор. — Давай предоставим времени ответить на это, — шепнул Дэкс, подтверждая мои догадки. — Что-то мне подсказывает, что эта история ещё не закончилась. И, возможно, скоро мы всё поймём, — видимо, видя изумление на моей рожице, он ущипнул меня за кончик носа и добавил уже прежним тоном: — А сейчас давай выпьем кофе и займёмся делами. Кажется, ты что-то хотела со мной обсудить? Да какие дела, когда любопытство буквально меня раздирало! Но делать было нечего. Я не смела упираться, так как отчётливо понимала, что это не только не даст результатов, но и позволит Дюрдену плохо думать обо мне. Поэтому поставила подобные мысли на блокировку и, приняв рабочий настрой, послушно подсела к столу. — Дэкс, я хочу решить с тобой один вопросик, касающийся моделей для показа. — О, с этим не будет проблем, — он протянул мне чашку. — Я сотрудничаю с несколькими модельными агентствами и уже договорился об их участии с одним из них. — Они будут демонстрировать и твою коллекцию, и мою? Одни и те же? — А ты против? Ты хочешь других? — Нет, я... — Не волнуйся, Эйв. Это профессиональные модели. — Вот в этом-то и проблема. — Прости? — не понял он. — Видишь ли, я не хочу, чтобы мою коллекцию демонстрировали модели. Ни те, ни другие, ни какие-либо ещё. Такое заявление ввело Дюрдена в замешательство — взлетевшие кверху брови красноречиво засвидетельствовали это, — и какое-то время он недоуменно таращился на меня. — А кто же её должен демонстрировать? — вырвалось у него. — Я, что ли? — А ты сможешь? Применённая шутка, подкрашенная озорным взглядом, сделала своё дело: удивление уступило силе иронии, и мой собеседник рассмеялся. — Это было бы лихо! — вошёл в азарт фантазии он. — Наверняка многие отдали бы всё на свете за возможность увидеть меня в женском платье. — Думаю, даже ты смотрелся бы в нём лучше, чем эти модельки. — Да чем они так не угодили тебе? — Они страшные. Похожие на жертв голодовки. Или на египетских мумий, оживших после электрошока. — О, Господи! — хохотал Дэкстер. — Я даже представить себе это боюсь. — А, вообрази, каково зрителям — не только представлять, но и видеть, как на них движется существо, то ли обезумевшее от голода, то ли вштырившее что-то. Нет, я не хочу, чтобы оно отпугивало их от моих нарядов. — А ты считаешь, что они отпугивают? — А ты — нет? — Ну..., — он неспешно отпил из чашки. — Признаться, иногда у меня проскакивает такая мыслишка, но я стараюсь её отгонять: демонстрировать одежду кому-то ведь надо. Да и не все модели до уродства тощие. — Но, как правило, основное число. И мне не нравится это. Ты как-то сказал, что я имею право на собственные решения. — Конечно. — Тогда можно в этом вопросе я поступлю по-своему? — А как именно, Эйвер? Могу я узнать? — Я не стану пользоваться услугами профессиональных моделей, а в качестве их задействую обычных людей. Пусть это будут не дюймовочки, зато вполне естественные особы, привычные глазу и не шокирующие мозг. Такие, которых в жизни подавляющее большинство. — А где ты найдёшь их? На улице? — Не совсем. Хотя можно и так сказать. — То есть? — Ну, я тут подумала... У каждого из нас есть знакомые или друзья. Что, если бы я заручилась их поддержкой? — Привлечь их в качестве моделей? — Почему нет? Многие об этом тайно мечтают. — Хм... Дэкстер задумался, опустив в чашку глаза и постукивая пальцем по её кромке. Взял в руки, снова сделал глоток, медленно опустил на блюдце. — А знаешь, — затем взглянул на меня, — ты права. У меня, к примеру, есть соседка, не дающая шагу ступить, — возьми да возьми в модели. Правда, ей сто с лишним лет и до дюймовочки далековато — она больше смахивает на дерьмовочку, — зато очень уж натуральна. Возьмёшь её на показ? Вот что бы вы сказали такому проходимцу? Тем более, когда он старался говорить серьёзно, а глаза смеялись взахлёб. И, глядя в них, я не удержалась: прыснула со смеху, даже закрыв ладонью лицо. — Эй! Ты стебёшься надо мной? — пролепетала сквозь пальцы. — Нет. Я — вполне серьёзно. Видела я эту серьёзность: он также подрагивал от смеха, хоть и пытался это скрывать. Но через миг взглянул на меня уже по-другому: без капли иронии, с прежней остротой. — А вообще, Эйв, это не такая уж и плохая идея. Есть в ней своя логика и смысл. Ты шьёшь одежду для обычных людей, так кому как не им демонстрировать её? Это даст зрителям полноту представлений о том, как она будет выглядеть в жизни. — Ты действительно так думаешь? — Конечно. И сделать это вполне реально. Попросим работников фирмы уведомить друзей о неформальном конкурсе моделей и поставим человека, который будет их отбирать. У меня, кажется, даже есть такой на примете. — Правда? Я улыбнулась, чувствуя, как благодарность затопляет меня. Всё-таки Дэкстер хоть и прохвост, но всё же незаменимый помощник. Что бы я делала без него? — Да, — касалось меня. — Я сегодня же сделаю соответствующие распоряжения — и пусть принимается за работу. Ведь времени мало, надо успеть. Но это — чуть позже. А сейчас давай допьём кофе и, наконец, пойдём смотреть мою коллекцию. Он взял чашку и сделал пригласительный жест, побуждая меня последовать его примеру. И, послушно ему подчиняясь, я отхлебнула ароматного напитка, ощущая удовольствие от мысли, что одну из задач, поставленных пред собою, мне практически удалось решить.